Цитрус и Корица

Сегодня первым уроком зелья. Надо бежать. Малфой поднялся с кровати и стал одеваться. Пэнси уже которую ночь ночует в своей спальной. Она была жутко обиженна на Драко. В ту ночь, он так сильно долбился в нее, что разорвал Паркинсон, хоть это и казалось невозможным. Из-за этого, половая жизнь девушки на время приостановилась. Получается, что тогда они оба вымещали свою злость насилием. Только Грейнджер причиняла боль себе, разбив кулак, а Малфой другим, порвав Пэнси. Надо сказать, что после секса с Паркинсон Малфою нисколько не полегчало. Наоборот, перед сном всплывали образы Грейнджер. Такой маленькой, беззащитной и чистой. На некоторые секунды он даже захотел ее обнять. Он старался гнать от себя эти мысли. Но они так и не хотели покидать его голову. Сегодня на Драко надета мантия поверх белой рубашки и брюк. Он хотел еще завязать галстук, но Блейз сказал, что так он будет выглядеть, как ботан. Вскоре, двое друзей вышли из комнаты и спустились в подземелье. Снегг как раз поджидал их. Вернее его. -Мистер Малфой, зайдите в кабинет. –слова прозвучали очень строго. Так, будто в этом кабинет Малфоя казнят. Но нет, обошлось без этого. Как только дверь захлопнулась, а Драко был внутри, профессор начал: -Мистер Малфой! Вы решили всем девушкам в Хогвартсе сделать презенты? Не так ли?-профессор говорил очень серьезно. Его голос был строг. -Что? Не понимаю Вас, профессор.-Драко действительно не понимал о чем речь? Какие нахрен девушки? Опять этот тип говорит загадками. -Как же? Подарить мисс Паркинсон свой сперматозоид, наградить мисс Грейнджер болью… На бледной коже Малфоя вспыхнули розоватые пятна. Не то от стыда, не то от злости. -Боль? Какая боль? Вы о чем вообще? -Как проходят ваши с Грейнджер занятия?-переменил тему Снегг. -Ну… пойдет. А что? -Мне известно, что последнее занятие у Вас было в понедельник. Как раз тогда я и нашел Грейнджер. Она была вся в слезах и с разбитым о пол кулаком. Фу, противно говорить. Я вот думаю, что бы Вы могли такого ей наговорить? Малфой молчал. Он не понимал, какого ей понадобилось реветь, да еще и причинять себе боль? Неужели, это из-за него. Нет, об этом даже было больно думать. -Вы не подумайте, я не заступаюсь за Грейнджер. Просто хочу Вас предупредить, что если она нажалуется своему обожаемому Поттеру, то тот донесет Дамблдору. И у Вас, Малфой могут быть проблемы. Обожаемому Поттеру? Что Снегг такое несет? Почему обожаемый? Неужели, она его любит? Нет, это же просто фигуральное выражение. Да? Скажите ему, что да. Драко все еще молчал. Ему было нечего ответить. Поэтому он просто покивал головой. -Я понял Вас, профессор. ***** На вечер было намечено занятие с Грейнджер. Сегодня они должны будут заниматься трансфигурацией. Договорились встретиться на том же месте. Драко ее ждал. Девушка опаздывала на три минуты. Неужели, она не придет? Наверное, очень сильно обиделась. Хотя, на что? Оставалось загадкой. Прошло еще семь минут. Он уже потерял всякую надежду ее увидеть, как вдруг из-за угла показалась Гермиона. Она выглядела не как обычно. Обычно она носила джинсы свитера, но сегодня на ней было надето платье. Весьма скромное, не бальное. Легкое, воздушное и совсем не откровенное. Слегка приталенное, длиной до колена. На ногах беленькие туфли на небольшом каблучке. Голову украшает обод с цветами. Пышные густые шоколадные волосы рассыпаются по плечам. Губы слегка подкрашены. Но нет, это не был яркий вызывающий цвет помады, отпечатки от которой остались на кровати Блейза. Это был очень нежный градиент на пухлых губах. Контур светлее, чем середина. Малфой понял: чтобы быть красивой и сексуальной не обязательно одеваться вульгарно и вести себя вызывающе. -Привет. –улыбнулась Гермиона, когда подошла в плотную. Его окатило корицей. -Привет.-Малфой попытался улыбнуться в ответ, но получилась какая-то кривоватая улыбка. Девушка рассмеялась. Ее смех был звонкий и натуральный. Именно натуральный. -Пойдем?-предложил Драко. Все это время он пялился на ее губы. Такие нежные и не зацелованные. Пока. Пришлось отвести взгляд, а так не хотелось. Он посмотрел вниз и взгляд упал на перебинтованные костяшки Грейнджер. Что? Неужели Снегг оказался прав? Страшно подумать, что несколько ночей назад, это хрупкое создание отчаянно стучала кулаком в пол. -Угу. Идем. -наконец выдавил он из себя. Девушка развернулась и застучала каблуками. Он шел сзади и нет, не смотрел, как всегда на попу девушки. Он смотрел на гладкие безупречные ноги Гермионы. Что это с ним? Он портится? Или наоборот, становится лучше? Вот, наконец, появилась комната. Девушка зашла первой. Малфой следом. Это был тот редкий случай, когда он ощутил себя джентельменом. Гермиона села за столик и разложила все, что им необходимо. Малфой прикрыл дверь за собой и за ней, подставил стул и уселся рядом. Ноги девушки были плотно сжаты, а спина такая прямая, будто в нее вставили железный шест. -Сегодня мы займемся трансфигурацией. Согласен?-зазвенел ее голос. Уголки шикарных губ приподнялись вверх. Глаза излучали свет и тепло. -Согласен.- тихо отозвался Малфой. Он безотрывно смотрел в ее глаза. Между ними возникло неловкое молчание. Гермиона застеснялась и опустила подбородок, не опуская уголков губ. Малфой замер. -Что с рукой?-он не нашел ничего лучше, чем спросить это. Он тут же себя проклял за этот тупой вопрос. Улыбка тут же слезла с ее лица. Она подняла голову и посмотрела на него исподлобья. Этот взгляд. Сука. Этот взгляд. Как же он возбуждал. Возбуждал так, как не возбудили бы его десять таких, как Пэнси. Ни за что. Ни за что бы он не променял этот взгляд на секс. На секс со всеми, кроме Гермионы. Он осознал, что хочет ее. Он хочет зацеловать каждый участок ее кожи, погладить ее в самых интимных местах и впиться в ее нежные губы своим страстным поцелуем. Заставить ее хотеть его так, как он хочет ее. Плевать, что она грязнокровка. Плевать, что на марлевой повязке засохла ее грязная кровь. Может кровь у нее и грязная, зато сама она чистая. Он не замечает, как приближается к ней. Он видит, как она покусывает свои губы. Когда между ними остается всего несколько сантиетров, она закрывает глаза. Она доверяет ему. Это видно в каждом ее жесте. Малфой прислонил свои губы к нежной коже ее переносицы и целует ее. Так нежно, как никого не целовал. Ни разу в жизни. Губами Малфой чувстует ее теплую кожу. От нее пахнет корицей. Он вдыхает этот запах, но ему мало. Чертовски мало. Ее. Сделав над собой колоссальное усилие, он отрывает свои губы от нее. Она открывает глаза и смотрит на него. Смотрит испуганно. Выжидающе. Как-будто сейчас, он выйдет из транса и наорет на нее. Обзовет грязнокровкой и прополощет рот. Черт возьми. Он видит этот взгляд. Он жаждет доказать ей, что он так не поступит. Все в прошлом. Он зарывается в ее шоколадные волосы, и кладет свои крепкие жилистые руки на ее узкие плечики. От нее пахнет корицей. Девушка отвечает взаимностью. Она просунула свои тоненькие руки под мышками юноши и положила кисти на его лопатки. Носом утыкается в его шею. От него пахнет цитрусом.