Цитрус и Корица

Этой ночью, Драко не спал. Он думал о себе. Он думал о фигне, которая творится с ним. Драко Малфой не одел бы спящую Грейнджер и не отнес бы ее в гостиную Гриффиндора. Да о чем он говорит? Он бы в жизни не трахнул грязнокровку. Тем более, подругу своего злейшего врага. Так что однозначно, он меняется. Или кто-то его меняет. И скорее всего, это Грейнджер. Грейнджер, мать ее. А разве, это плохо? Плохо меняться? Смотря, в какую сторону… Эта мысль не давала покоя. Ни днем, ни, как видите, ночью. Утром, он получил приглашение на суд, в качестве свидетеля и письмо от отца. В нем, Люциус просил придумать сына речь, которая бы смогла его оправдать. Весь день, юноша потратил на подготовку в выступлению на суде. Под вечер, когда в гостиной остался только Малфой и еще пару слизеринцев, в окно постучала белоснежная сова. Драко знал, что это сова Поттера. Но какого ему надо от Малфоя? Письмо было больше похоже на записку. Стоило Малфою выдернуть его из клюва совы, как та, тут же улетела. Он развернул бумажку, сложенную в несколько раз. Милый Драко! Я уже вернулась и сейчас нахожусь в Хогвартсе. Я хотела лишь сказать тебе спасибо. Спасибо за все, что ты сделал для меня. Я знаю, это сложно. Спасибо тебе за твою поддержку. Спокойной ночи. Гермиона. Пока Малфой читал письмо, он не заметил, как его губы растянулись в дурацкой улыбке. Он тут же оглянулся, но слава Богу, все были увлечены своим делом и никто не заметил идиотское выражение лица Драко. Постойте! Как она его назвала? «милый?» Какой вообще смысл у этого письма? Благодарность? Она думает, он для нее это делает? Хотя, для кого же еще? Разумеется, он мог придумать кучу оправданий… но не стал. Просто не стал. Он в первый раз честно себе признался: ты делаешь это для нее. Для нее и ни для кого больше. Ты делаешь это, чтобы вновь почувствовать ее вкус на губах и ощутит ее запах в носу. Ты делаешь это для того, чтобы еще раз слизнуть с ее щеки слезу и одеть ее спящую в свою рубашку. Чтобы еще раз услышать этот стон, а после погрузиться в морфеево царство… ***** Утро наступило неожиданно. Собравшись с мыслям, Малфой зашел в судебный зал. Там уже сидели люди из Министерства, Корнелиус Фадж и Люциус. Его тусклые серые глаза выражали неистовую злобу. Агрессию. Неприязнь. Морщинистый лоб был нахмурен. На лице отца, Драко успел разглядеть пару новых морщинок. Он посмотрел на сына и его тонкие губы расплылись в усмешке. Он отмахнул длинные платиновые волосы со лба и понимающе посмотрел на сына. По привычке Драко кивнул. Напротив Люциуса сидела такая робкая, такая скромная Грейнджер. Она склонила голову вперед и теперь буйные каштановые волосы полностью закрыли лицо девушки. Малфой втайне от отца бросил на нее короткий взгляд. Он присел между отцом и Грейнджер. Суд начался. В глазах все поплыло. Да и стоит ли говорить, что он находился в растерянности? Он было дико растерян. Перед семнадцатилетним юношей стоял выбор: Отец или Грейнджер. Человек, который воспитал тебя. Который находился с тобой с самых первых дней твоей жизни или Грейнджер. Казалось, выбор очевиден, но… что-то тут было не так. Пока Фадж что-то болтал, Драко думал. Сейчас, он заметил, что испытывает неприязнь к отцу. Драко больше не испытывает того трепетного уважения, без которого раньше, не обходилась ни одна их встреча. Нет, это не может быть из-за нее. Гермиона ничего плохого про Люциуса не говорила. Она не настраивала юношу против Люциуса. Наоборот, своим примером показывала, что родителей надо любить. Надо уважать и ценить. Но как можно уважать грязного человека? Пусть даже и кровь у него чистая, но он грязный. Эта грязь прет из него. Все ясно. Она воспитала в нем тягу к прекрасному и ненависть к ужасному. Воспитала. Если можно так сказать… Да! Можно! Она перевоспитала его. Она сделала его добрее. Она задушила эту злобу и цинизм в нем. А отец… Этот человек, напротив, задушил его чувственность и душевность и столько лет лепил из Драко нечто циничное и озлобленное. Драко не был злым. Злой человек не способен любить. А Драко мог. Он любил. Раньше, он любил своего отца. Раньше? А сейчас? А сейчас, нет уважения к этому человеку. Вместе с душой Драко, Люциус убил уважение к себе. Конечно, уважение и любовь это разные понятия. Но любовь основана на уважении и если его не будет, то вряд ли получиться любить. Особенно такого человека, как Люциуса. Нет, Люциус не был монстром. Его даже с трудом можно назвать «Пожирателем смерти». Ведь он имел чувства. Какие-никакие чувства. Он любил свою семью. Но тем не менее, убил жену. Да! Это он убил ее! Только сейчас, взглянув в эти бесчувственные глаза, можно твердо заверить, что смерть Нарциссы лежит на его совести. Или на том, что осталось на месте совести. Корнелиус все болтал. Затем наступила пауза и маленькое женское тело выпрямилось. На Гермионе надета блуза, открывающая округлые женские плечи, юбка, длиной, чуть выше колена и чулки. На ногах лодочки. Буйные волосы, как обычно растрепаны. Ее голос дрожал и отзывался эхом. Совсем, как в каменных коридорах Хогвартса. Она говорила что-то про договор, про доказательства. До тех пор, пока тонких голосок окончательно не сорвался и девушка залилась слезами. Драко тут же захотелось подойти к ней, обнять и что-то зашептать на ухо. Но не мог. Из-за отца. Он просто тупо пялился на ее округлое плечо. Позже выступил Люциус. Он говорил максимально спокойно, но при этом его верхняя губа подрагивала: не то, от отвращения, не то от нервов. Когда Люциус закончил свою нудную речь, слово перешло к какому-то знакомому Грейнджеров. За этим чудаком высказалась Беллатриса. Наконец, слово перешло к Драко. Драко Малфою. По идее, он должен выступить в пользу Малфоев. По крайней мере, так бы поступил хороший благодарный сын. А не кобель, который собирается выгораживать свою сучку. На себе, Драко поймал сразу два взгляда. Первый – свинцовый, тяжелый, но уверенный. Второй – благодарный, полный надежды и восхищения. Он понимал, что кому-то однозначно сейчас будет больно. Больно будет или человеку, который столько в него вложил, потому что он разочаруется в своем сыне. Или девушке, которая так на него надеется, потому что она доверилась не тому человеку. Вспомни, Малфой, как же ты мысленно ее умолял подойти к тебе ближе, когда, она осторожно тебя целовала. Ты хотел ей доказать, что ты изменился, ты стал другим. В голове мигом пронеслись все моменты, связанные с ней. Ее прикосновение, ее дыхание на жилистой шее, ее запах, ее белое, безукоризненное тело. Все это мигом наполнило голову Малфоя. Пиком стал ее взгляд. Ее просящий взгляд против злого брезгливого самонадеянного взгляда отца. -Я признаю виновность своего отца. Он действительно убил родителей Гермионы Грейнджер. -мигом его ошпарил взгляд полный ненависти. Свинцовый взгляд Люциуса. -Доказательства, молодой человек.- насмешливый голос Фаджа. -Я видел, как он мучил грязнокровок в Малфой-Мэноре. Я видел собственными глазами, понимаешь? А его рука? Вы видели эту черную метку на его предплечье? Он служит темному Лорду. Он убил Нарциссу!-голос ста раз в десять увереннее. Теперь Малфоя не пугал злобный крысиный взгляд отца. -Действительно, есть сведения, что Нарцисса Малфой умерла не так давно. Но почему, вы считаете, что мистер Малфой ее убил?-возмутился министр. -Для человека, который поклоняется злу ничего не стоит убить собственную жену. Он приспешник Волан-де-Морта. -Мистер Малфой, покажите руку! -Гаденыш! Неблагодарный!-послышался шепот справа… ***** Девушка протянула белоснежную руку. Драко взял приготовленный скальпель и сделал пару незначительных надрезов на ее мягкой коже. Мгновенно, выступила кровь. Та грязная кровь, из-за которой Гермионе пришлось вытерпеть столько насмешек. Затем, юноша тоже самое проделал со своей жилистой рукой, после чего опустил ее на окровавленную руку девушки. Грязная кровь слилась с чистой и... Больше нет здесь чистокровного Драко Малфоя. Оба они грязнокровые. Он взглянул в эти шоколадные глаза. -Гермиона, ты выйдешь за меня? А она недолго думая, кивнула головой. -Да, Драко, выйду. Оба расплылись в улыбке и сцепились в поцелуе. Эпилог В процессе суда, выяснилось, что Беллатриса тоже причастна к убийствам. Она отправилась в Азкабан вместе с Люциусом. Гарри победил лорда Волан-де-Морта. На замужество подруги, друзья отреагировали вполне спокойно, хоть и ненавидели Малфоя до глубины костей. Спустя время, Гарри поженился с Джинни, а Рон обручился с Лавандой. Свадьба Грейнджер и Малфоя прошла очень успешно. Что уж говорить про брачную ночь? На первых порах, они поселились в Мэноре, пока Гермиона не заявила, что не хочет жить там, где убивали. Пара переехала в весьма милых особняк. Вскоре, у них родилась дочь, которую, они назвали Драмиона. С каждым годом, их любовь становилась все крепче и крепче. Они засыпают и просыпаются в кровати в обнимку. А в носу по-прежнему, цитрус и корица.