Боги Бездны

      Первыми почуяли неладное крысы.       Когда серо-буро-бело-черные толпы необычайно молчаливых грызунов хлынули под ноги процессии, по толпе прошлась волна испуганных вскриков. Паники не было – город и его жители слишком привыкли к крысам, чтобы пугаться даже такого их количества.       Когда крысы бросились под ноги идущим, многие насторожились, но охрана достала клинки и принялась резать странно молчащие тушки. Только когда крысы стали нападать на носильщиков, игнорируя остальных, люди подались назад и раздались первые крики.       С грохотом гроб упал на мостовую и над площадью повисла тишина. Одни лишь крысы, не отступаясь от своей цели, начали грызть твердое дерево, пытаясь скинуть тяжелую крышку и будто стремясь выпустить лежащего там.       А уж когда им это удалось и из щели полилось лилово-синее сияние, многие вспомнили, что веруют. И что в мире существуют боги.       И потому Чужой, парящий над гробом своего любимого последователя, никого не удивил. И – тень, дух, призрак – Корво, словно сбросивший три десятка лет и вернувшийся в двадцатилетнюю молодость, повисший рядом с ним, будто спящая на нитках кукла, тоже не вызвала особого удивления. Только представители Аббатства злобно смотрели на своего исконного врага.       Удивленный шепоток вызвали лишь действия Бога Бездны – он поднял голову Аттано и поочередно коснулся губами век и губ мертвеца, словно упрашивая открыть глаза, вдохнуть полной грудью запах дождя, а после посмотреть на него.       И мертвец послушался. Корво открыл глаза, судорожно втянул воздух и с трудом поднял голову.       - Ты… - еле слышный хрип оглушал.       - Я не отпущу тебя так просто, мой дорогой Корво, - тихим шепотом сказал ему Чужой прямо в губы, постепенно исчезая вместе с теперь уже молодым мужчиной. – Бездна давно ждет тебя.       Всю следующую ночь в море пели Левиафаны, празднуя радость своего Бога.       Всю следующую неделю уже немолодая императрица Эмили Колдуин и её новый Лорд-Защитник отбивались от писем граждан и гневных возгласов Аббатства. Церковники ушли ни с чем. Народ уверился в божественности Корво и начал называть Эмили полубогиней. Её репутация на Островах и вне их возвысилась до небес.       Весь следующий месяц старый Антон Соколов фанатично пытался вызвать Корво, как раньше призывал Чужого. Неудачно. Увы, к концу месяца он скончался. Каким-то образом в его кубке оказался крысиный яд. Рядом с телом нашли руну Чужого.       Весь следующий год Дануолл не знал даже малейших бед. Не беспокоили соседи, исчезли крысы, увеличился вылов китов. Жизнь начала налаживаться.       Всю следующую вечность Чужой в любой момент мог получить свою долю внимания от своего теперь собрата по божественности. Корво, известный в народе под самыми разными именами, никогда не отказывал в близости. И если кто решался навредить ещё молодому Богу…       Что же, Чужой умеет злиться…