Kiss or kiss

      Этим утром Нанами проснулась раньше всех. В полной тишине, осторожно, чтобы никого не разбудить, она быстро привела себя в порядок, позавтракала и, схватив школьную сумку, покинула дом. Шла она в школу медленно и с неохотой. Временами в голове всплывали неприятные картины вчерашнего дня, и она пыталась тут же отогнать их. Думать об этом не хотелось. Руки сильнее сжали ручку сумки, Момодзоно выдохнула. Она посмотрела на проходящих мимо неё людей, что как всегда куда-то торопились. В то время, как сама Нанами шла медленнее улитки, и многим людям приходилось обходить её.       Ворота школы вновь широко открыты. Нанами постояла перед ними несколько секунд, изучая взглядом школу, и двинулась вперёд.       «Надеюсь сегодня не будет сюрпризов... — мрачно думала Момодзоно, шагая по школьному коридору. — Хотя бы от маньяка.»       Вспомнив о вышеупомянутой персоне, черты лица скривились. Как же Нанами хотела, чтобы все эти страсти с убийствами прекратились. Чтобы хоть одна проблема разрешилась как можно скорее.       Вдруг Нанами заметила Юкитеро и выражения лица смягчилось. Парень смотрел в окно и о чём-то думал. И был погружен в мысли настолько сильно, что даже не заметил Нанами.       — А я думала, что тут никого нет.. — слегка расстроенно произнесла девушка и облокатилась боком о стену.       — И тебе привет. — кивнул парень, не смотря в сторону девушки.       Нанами показалось, что с Юкитеро что-то не так. Только что? Словно что-то изменилось в нём, где-то глубоко внутри. Но знать, что именно изменилось, ей не очень хотелось. Да и сам парень вряд ли бы поделился с ней внутренними переживаниями.       — О чём думаешь? — поинтересовалась Нанами, не сводя с парня глаз. Она заметила, как он поджал губы, как нахмурился. Потом отрицательно покачал головой:       — Да так, — спокойным голосом отозвался Юкитеро, — ни о чем.       Парень осторожно посмотрел на Момодзоно, не поворачивая головы. Но заметив её взгляд, тут же отвернулся. В воздухе повисло молчание. Нанами не знала, что ещё можно сказать, да и стоит ли говорить вообще. И когда она уже собралась уходить, Юкитеро резко повернулся к ней лицом, на котором уже играла улыбка.       — Слушай, а давай я тебя нарисую? — весело выпалил он.       Нанами стояла на месте и как-то растерянно пялилась на парня. Её удивила эта резкая смена настроения. Несколько секунд назад Юкитеро был спокоен, а в его голосе проскальзывали грустные нотки, но сейчас он такой весёлый и улыбается...       Предложение парня нарисовать её так же удивило. Такого поворота она точно не ожидала. Но отказать девушка не смогла – янтарные глаза Юки светились такой радостью, что расстраивать было бы как-то неудобно. Теперь она стоит возле окна, готовая позировать для портрета. Даже странно.       — Знаешь, можешь не улыбаться, если не хочешь. — пожал он плечами, уже держа в руке карандаш. На это Нанами ничего не сказала. Лишь отвела взгляд в сторону и, как и сказал Юки, не пыталась выдавить из себя улыбку.       Юкитеро приступил к работе. Он быстро водил карандашом по бумаге, время от времени поглядывая на девушку. Иногда он сам себе кивал, или же отрицательно мотал головой, оценивал собственную работу. Погрузившись в процесс с головой, парень не заметил на себе пристального взгляда Момодзоно.       Лицо паренька было таким серьёзным, что Нанами на мгновение показалось, что перед ней другой человек. Эта серьёзность делала парня старше его лет, и это поражало больше всего. Ей было непривычно видеть Юкитеро таким. Но вот парень заметил на себе женский взгляд, отчего он напрягся.       — Почему ты так смотришь? — с нотками страха спросил Юкитеро, прекратив рисовать.       — Никогда не видела тебя таким серьезным. — отвечает Нанами и мягко улыбается.       Юкитеро молча опускает взгляд. Его губ касается нервная усмешка. Когда он продолжает рисовать, замечает, что его движения стали рваными, слишком быстрыми. Это выдавало его волнение. В голове образовалась звенящая пустота, а дышать стало трудно и он оттянул галстук. Ладони вспотели и карандаш норовил в любой момент выскользнуть, из-за чего пришлось покрепче сжать его. Сердце ускорило ритм. Какого черта?       — Эй, всё в порядке? — обеспокоенно спрашивает Нанами, заметив странное поведение парня. Она не на шутку пугается, когда сталкивается с затравленным взглядом. Парень молчит, не зная, что ответить.       — Да, — еле нашелся он, возвращая глаза к листу. Парень вновь принялся выводить кривые линии.       «Чёрт... – пронеслось в его голове. – И чего это я так переволновался?»       Нанами с недоверием смотрела на Юкитеро. Что именно он пытается скрыть за улыбкой и желанием нарисовать? Она смотрела на парня ещё несколько мгновений, а потом опустила взгляд. Не стоит лезть в чужую душу и пытаться помочь, если не просят. К тому же, ей хватает проблем. Зачем лишние хлопоты?       Время, кажется, замедлилось. И каждый думал о своём. Момодзоно спокойна и расслаблена, полностью погружена в раздумья, а Юкитеро напряжён. Его неровные движения выдают его волнение, причина которого непонятна даже ему. И так бы продолжалось дальше, если бы тишину не нарушил удивлённый голос.       — Нанами? — Момодзоно и Юкитеро одновременно повернули голову на источник звука. Они смотрели на приближающегося парня широко раскрытыми от неожиданности глазами.       Юкитеро молча наблюдает за тем, как Томоэ подходить к Момодзоно и, приобняв её за плечо, нежно целует в щёку. От всей этой картины хочется блевать. Но он упрямо продолжает наблюдать за этим. От его золотых глаз не ускользает и то, что на розовых губах девушки расцветает счастливая улыбка, а потом она смотрит на Томоэ. И не просто смотрит, а так тепло, с любовью.       Смотрит так, как на него не посмотрит никогда...       Про его существование, видимо, уже позабыли. Юкитеро невольно сжал карандаш, из-за чего рука слегка скользнула в сторону, оставив на листе неправильную, лишнюю линию. Стиснув зубы, он принялся избавляться от неё.       «И чего ты сидишь тут? – упрекнул себя Юкитеро. – Нравится страдать, чертов мазохист?»       Взгляд остановился на наброске. Парень пригляделся к нарисованной девушке и осторожно провел пальцами по бумаге. Эта девушка отличалась от настоящей. Взглядом, улыбкой, позой... Всем. Всем, чёрт побери. Юкитеро вновь посмотрел на девушку. Эта Нанами не имела ничего общего с наброском. Не имела ничего общего с его Нанами. Ненастоящим, идеализированным образом.       — Как ты? — спрашивает Томоэ, а смотрит так же тепло.       — Всё хорошо. — отвечает Нанами и счастливо жмурится, когда парень заправляет непослушную прядь за её ушко. Открывает глаза и смотрит в лиловые глаза. — Ты как?       — Нормально. — кивает он.       Они молча смотрят друг на друга, наслаждаясь моментом. Тонут в омуте любимых глаз и улыбаются. И есть в их взглядах что-то особое, что-то, о чем знают лишь они одни.       Ведь лишь они одни знают, что скрывается за этими "хорошо" и "нормально".       И о том, что они здесь не одни, Томоэ вспоминает только сейчас. Он переводит взгляд с Нанами на Юкитеро, ловит его опечаленный взгляд, направленный на Момодзоно. И когда Юкитеро смотрит уже на Томоэ, с ужасом понимает, что его заметили. Парнишка мигом опустил глаза на рисунок, ругая себя за то, что не ушел.       — А что, кстати, тут происходит? — мягко спрашивает Томоэ, возвращая взгляд к Нанами.       — Юкитеро предложил нарисовать меня. — спокойно ответила Нанами и взглянула на вперившего взгляд в лист Юки. Пожала плечами. — Я согласилась.       — Могу я посмотреть? — обратился Томоэ к Юкитеро, подходя к нему и протягивая руку.       Юкитеро лишь молча смотрел на Томоэ своими необычного цвета глазами, размышляя о чем-то. Он оценивающе пробежался взглядом по Томоэ и слегка неохотно протянул тому лист.       — Но это пока только набросок.. — последовал запоздалый ответ Юкитеро, что вновь опустил глаза и начал собирать вещи в сумку. Ему было некомфортно от сложившейся ситуации, но что-либо предпринимать он не торопился.       — Знаешь, Нанами, — начал Томоэ, изучая набросок, — ты даже здесь грустная.       — Правда? — не верит девушка и подходит к Томоэ, выглянув из-за спины, смотрит на набросок. — И правда... — лепечет она, а потом мягко улыбается. — Что ж, это мое стандартное выражение лица.       — Ты хорошо рисуешь. — говорит Томоэ и возвращает лист парню.       Юкитеро кивает в знак благодарности, что-то бормочет себе под нос и торопливо прячет своё творение в сумку. Смотрит куда-то в сторону, переминается с ноги на ногу и все пытается собраться с мыслями. Набрав в лёгкие побольше воздуха, говорит:       — Пора в класс возвращаться. Вот-вот другие ученики подтянутся.       — Точно, — хмуро произносит Момодзоно, выражение её лица меняется. Томоэ приобняв девушку за плечи. Втроём они направляются в класс.       Тишина и почти пустой класс нагнетали. И чтобы не видеть пустых парт, Нанами стояла у окна и смотрела в окно. И пасмурная погода, которую она так любила, впервые пугала её. Давила на расшатанные нервы и шептала о каких-то неприятностях, что ждут её сегодня. И от всего этого стало только хуже. Нанами поворачивается к окну спиной, облокачивается о подоконник. В глаза тут же бросается пустой и темный класс, и Момодзоно крепко закрывает глаза, чтобы не видеть всего этого. Обнимает себя за плечи.       И не успевает девушка подумать о чем-нибудь, как чувствует, что на её руки ложатся теплые мужские ладони. Нанами открывает глаза и поворачивает голову. Рядом с ней стоит Томоэ и молча смотрит на неё. Он не станет что-либо говорить, не будет бросаться банальными фразочками о том, что всё будет хорошо и тому подобное. И она благодарна ему за это. Ей не нужно всё это. Ей хватает его взглядов и бархатных рук. Его присутствие в её жизни уже поддержка.       Нанами опускает руки и кладёт голову на плечо парня. Прикрывает глаза и устало вздыхает. Томоэ обнимает её за плечо.       — Как думаешь, они уже знают? — осторожно спрашивает Нанами, открывая глаза.       — Вряд ли. — отрицательно качает головой.       Постепенно в классе стали появляться ученики. Один за другим они заходили в класс и проходили к своим местам, готовились к уроку. И никто ни разу не посмотрел в сторону Момодзоно, не шептался. Все вели себя как обычно. Точнее так, словно ничего не произошло. Или же ещё не успело произойти. И от подобной мысли Нанами стало очень страшно. Потому что неизвестно, что произойдет и как это обернется для неё. Момодзоно схватила Томоэ за свободную руку и сжала.       — Мне ..страшно. — тихо, чтобы только он слышал, призналась Нанами.       Томоэ опустил голову и крепче прижал девушку. Да, ему тоже страшно. Страшно за неё. И особенно страшно тогда, когда его нет рядом и он ничем не может ей помочь.       Нанами оглядела весь класс и заметила, что ещё не пришли Рин, Юки и Наоми. В голове промелькнула такая мысль, что с кем-то из них сейчас может разговаривать Наоки. Но тут в класс зашли Акио и Хитоши, и Момодзоно смогла спокойно выдохнуть. Самое главное, что они здесь. Но успокаиваться ещё рано, ведь день только начался.       — Нанами, Томоэ! — улыбается "Ведьмочка", подбегая к парочке. Обняв подругу, она не выпускает рук Нанами. — Как вы? Всё хорошо?       Нанами улыбается в ответ и кивает в знак согласия. Этого достаточно, чтобы альбиноска отпустила её руки. К ребятам подошёл Юкино и поздоровался. Вспомнив их последнюю встречу, Момодзоно поинтересовалась у друзей, как они провели выходные. В ответ последовал очень короткий рассказ о том, как Рин с Хитоши сходили в парк аттракционов.       — Впервые нам удалось хоть куда-то выбраться. — тепло улыбнулась Акио. — А ведь последний раз в том парке я была только когда была маленькой! Представляешь, Нанами?       Момодзоно только тихо засмеялась, кажется, совсем забыв о недавнем страхе. А Томоэ всё так же стоял рядом и продолжал молча наблюдать за девушкой. И пусть сейчас она улыбалась, его всё равно не покидала тревога. А не знание того, что произойдет только злило.       В этот момент в класс вошла Судзуки и громко закрыла дверь, привлекая к себе внимание. Отыскав взглядом Момодзоно, она двинулась вперёд. Шла она медленно, наблюдая за тем, как быстро меняется выражение лица "сестрицы". Как минутное удивление заменяет плохо скрываемый ужас. Остановившись возле бледной, как мел, Нанами, Наоми протягивает ей конверт.       — Что же на этот раз, Момодзоно? — усмехается брюнетка, после чего ловит осуждающие взгляды друзей Момодзоно. И чуть ли не испепеляющий взгляд лиловых глаз. Наоми пожимает плечами, мол, она не при чем, и подходит к своему месту.       И пока Судзуки хладнокровно достает учебники, все остальные с интересом смотрят на Момодзоно. Действительно, что на этот раз? Все, затаив дыхание, ждут, когда Нанами откроет конверт и посмотрит его содержимое. И пусть сами ученики ничего не увидят, от этого их интерес нисколечко не угасает.       Но девушка не торопится открывать конверт. Не может сделать это. И не важно, что никто не увидит его содержимое. Кроме неё и Томоэ. Рин и Юки переглянулись и вернулись к своим местам. Лезть в жизнь подруги они не имеют право.       "Томоэ ведь не знает, да?" – написано на конверте.       «Ты издеваешься?» – Момодзоно напрягается, догадываясь о том, что находится в конверте. Она неуверенно открыла конверт и достала фотографию. На задней стороне фотографии красуется следующее: "Ты же знаешь, что в этих убийствах виновата ты?"       Нанами, кажется, перестает дышать. Дрожащими руками она переворачивает фотографию. И когда она видит то, как маньяк прижимает её к стене в старой школе, понимает, что её догадки, к сожалению, оправдались. Воспоминания вчерашнего вечера накатывают, и девушка сжимает в кулачке конверт. А она так надеялась забыть об этом... Злость и страх вытесняют остатки спокойствия. Вслед за конвертом Момодзоно комкает фото, закрывает глаза, шумно дышит. Пытается успокоиться, но она не может. После всего случившегося не может.       — Нанами, — но вот на её плечо ложится рука Томоэ и она открывает глаза. Резко вскидывает голову и встречается с фиалковыми глазами. Он хочет, чтобы она успокоилась, но она уже не сможет сделать это. Не сейчас.       Вдруг в классе раздались короткие звонки, оповещающие ребят о пришедших сообщениях. И в этот момент сердце Нанами отчего-то сжалось, после чего ухнуло вниз. Слышатся перешептывания.       — Эй, смотри.. — чей-то пораженный женский голос.       — Вот так раз! — разачарованный мужской.       Момодзоно тут же поднимает глаза, в панике переводит взгляд с одного ученика на другого. Ловит злые, осуждающие, полные неверия и страха взгляды. Замечает внимательно изучающий её взгляд Курамы. Но за живое задевают взгляды Юкино и Рин. Непонимающие, не верящие.       Никто и понять ничего не успел, как Нанами уже сорвалась с места. Она бросилась бежать по школьным коридорам, к выходу, оставляя шокированных одноклассников и других учеников позади.       — Нанами! — не сразу среагировав, Томоэ бежит за Момодзоно. Не может же он оставить её одну!       В классе вновь послышались недовольные голоса. Ученики говорили о Момодзоно не самыми приятными словами, слышать которые Акио не хотела. Закрыв уши и низко опустив голову, она покинула кабинет. За ней следом направился Хитоши. Проводив их взглядом, Судзуки поднялась с места и взяла скомканную фотографию. Ей единственной не пришло сообщение, и она не знала, откуда столько направленного на Момодзоно гнева.       — Что за.. — одними губами шепчет Наоми, глядя на фото.       «А ведь Нанами он не трогал..» – вспоминает Судзуки, переворачивая фотографию и читая короткое предложение.       — Эй, Судзуки, что там? — интересуется у девушки один из парней. Наоми сжимает фотографию.       — Не твоего ума дело! — Наоми и садится на свое место. Окинув класс недовольным взглядом, добавляет: — Вы своё уже получили, стервятники.       Момодзоно выбегает в школьный дверь и находит Наоки, спокойно стоящего в тени дерева. Кажется он смотрит на неё. Неужели ждал?       Момодзоно стремительно направляется к парню. И чем ближе она к нему подходила, тем сильнее разгоралась в ней злость.       — Я и не думал, что ты так быстро.. — с наглой усмешкой начал Наоки, но его заставили заткнуться звонкой пощечиной. Причем очень сильной, отчего его голова резко мотнулась в сторону.       На хлесткий удар обернулись, наверное, все ребята, что находились во дворе. Любопытные взгляды устремлены на Наоки и Момодзоно. А Нанами стоит на месте, с лютой ненавистью глядя на парня. Её грудь вздымается и опадает, руки сжимаются в кулачки. Она даже не обратила внимания на то, что стало как-то тихо.       — Заслужено, — кивает Наоки, оставаясь на удивление другим ученикам спокойным. — Но, Нанами, — голубые глаза устремляются на девушку, — ты сама сделала этот выбор.       Момодзоно только зубы стискивает, не смея хоть что-то сказать. Наоки ведь прав. Но в последнее время на неё навалилось слишком много проблем, и она не смогла продолжить так же молча терпеть их. Ей нужно хоть как-то выпустить эмоции. Но даже так эта пощёчина была заслуженной.       — Ты влез в мою жизнь.. — рычит она так, чтобы слышал только он. Но уже в следующую секунду срывается на крик. — Ненавижу!       И она уже хочет накинуться на парня, но её останавливают мужские руки. Томоэ заключает девушку в кольцо своих рук и прижимает к себе, но Момодзоно пытается вырваться. Хочет отцепить от себя его руки, бьёт по ним, в надежде, что хватка ослабнет, но ничего не происходит. Он так же держит её, не позволяет накинуться на Наоки. И тогда Нанами сдается, прекращает свои ничтожные попытки освободиться. Голову клонит, бессильно опускает руки.       Наоки делает несколько шагов вперёд, не сводя взгляда с Момодзоно. Останавливается рядом.       — Знаешь, я девушек не бью... — как-то задумчиво говорит Наоки, анализируя девушку взглядом. — Но ты могла стать исключением. — смотрит на Томоэ, который, кажется, сам сейчас накинется на него, но ничего не происходит. — Скажи Томоэ спасибо.

***

      Момодзоно на ватных ногах выходит из кабинки и подходит к раковине. Умывает лицо холодной водой. Смотрит на своё отражение, линия рта кривится. Ей хочется разбить зеркало, но она только сжимает края раковины и поворачивает голову. В этот момент в уборную заходят три ученицы и, заметив Нанами, подходят к ней. Нанами отступила, смотря на них уже спокойным взглядом. Две девушки с коротко стриженными волосами схватили её за плечи и прижали к стене. Так, уже интереснее.       Нанами продолжает спокойно стоять, даже не пытается отцепить от себя женские руки. Смотрит пристально на стоящую перед ней брюнетку, да пытается понять, чего той надо. Хотя, Нанами догадывается, зачем её прижали к стене. Брюнетка вплотную приближается к Момодзоно, убивая ту своим взглядом. Ох, сколько ненависти в этих тёмных глазах! Кажется, так просто её отсюда не выпустят. Брюнетка хватает Нанами за грудки и наклоняется к лицу, на котором красовалось спокойствие. И это бесило брюнетку больше всего.       — Из-за тебя убили мою Микки, стерва... — скалится девушка.       — Разве я виновата в смерти твоей девушки?       — Тот негодяй убил её из-за тебя! — кричит брюнетка, резко дёргая Момодзоно на себя. Она наклоняется к уху и ядовито шепчет: — Ты тоже должна сдохнуть.       Нанами отталкивают к стене, после чего следует сильный удар в живот и она мгновенно складывается пополам. Болезненно шипит, держится за живот. Да, этот удар шел от всей души.       — И пока это не произошло, мы превратим твою жизнь в ад. — усмехается брюнетка и её спутницы тихо смеются.       Нанами падает на колени, когда девушки покидают уборную. Но в следующее же мгновение в уборную заходит Рин.       — Нанами?! — в ужасе вскрикивает альбиноска, подбегая к подруге и приседая на корточки рядом. — Нанами, что они тебе сделали?! Ты слышишь меня?! Нанами!       На плечо "Ведьмочки" ложится рука и она тут же замирает. Испуганно смотрит на Момодзоно, с трудом выдерживая повисшее в воздухе напряжение. Нанами тяжело дышала, её голова низко опущена и Рин не могла видеть гримасу боли на её лице.       — Не кричи так.. — хрипло произносит Нанами, сжимая плечо подруги сильнее. — Всё нормально.       — Нормально?! — истерично вопрошает Рин, не зная, что делать. — Это ты называешь нормально?!       — Могло быть и хуже. — отвечает Нанами, поднимая голову. Она морщится, к глазам подступают слёзы, но Нанами только машет головой, не желая сейчас реветь. Тише говорит: — Они же не избили меня.       — Этого ещё не хватало! — дрожащим голосом восклицает Акио, с болью глядя на подругу. Она понимала, что Нанами из последних сил держится, чтобы не завыть от боли и не разрыдаться прямо тут, но в панике ничего не могла сделать. Она не знала, как можно помочь девушке, и это бессилие злило. Все мысли в голове перемешались, и Акио хотелось кричать.       — Ого! — послышался возле двери знакомый голос. — А ты действительно умеешь находить неприятности.       — Заткнись, Наоми! — огрызнулась Рин, кладя руку Нанами себе на плечи и приобнимая свободной рукой её за спину. — Лучше помоги!       Судзуки посмотрела на перепуганную альбиноску, а потом и на Момодзоно, на месте которой оказаться бы точно не хотела. Ничего не сказав, она подошла к девушкам, встала рядом с Момодзоно и, присев, также положила её руку себе на плечи.       — Ну что, сестричка, можешь встать? — поинтересовалась Наоми, приобнимая её свободной рукой за спину. Не дождавшись ответа, она обратилась к "Ведьмочке": — Давай на счёт три.       На счёт три девушки помогли Момодзоно подняться и покинуть уборную. Вместе они доковыляли до класса, где их ждали удивлённые взгляды одноклассников...