Клан четырех стихий. Начало.

      Раненых было множество. Мракоборцы, люди Ордена Феникса, целители и другие сновали между рядами кроватей и дверьми тяжелораненые. Всех легкораненых, исцеляемых заклинаниями и силой, отпускали по гостиным и в Чёрную башню. Саруман и Рея работали всю ночь вместе с бригадой целителей из Сент-Мунго. Ещё приволокли тех школьников, что умели исцелять, и они работали наравне со взрослыми.       Я исполнял свои обязанности И.О.Директора и сейчас исцелял тяжело и критически раненых. Я был очень измотан: сначала заклинаниями, потом дракой… И всю ночь на ногах с бодрящим зельем…       Я вошёл в Зал четырех Стихий, рядом со мной шагали Рея и Алекс. Я должен выступить… Обязан… Меня, с кругами и мешками под глазами, мертвенно-бледного и дрожащего, заметили все. Но я ровно шёл мимо столов, сейчас полупустых, (с первого по шестого курс вернули в школу) и выпрямился у высокой кафедры. Рея села за свой стол, рядом с Лео. Алекс на свое место, а Дамблдор, Макгонагалл и Снейп сели за стол Огня. Я ждал тишины.       — Здравствуйте, учащиеся четырех Кланов. Вас эвакуировали. Вчера произошло омерзительное нападение пожирателей на Школу. Серьёзно ранен Директор школы, сейчас я исполняю обязанности Директора, — шёпот и испуганные вскрики, некоторые вздрогнули. Я едва сдержал эмоции и холодную маску на лице. — Серьёзно пострадали дома Кланов и Наставники, — опять дружный испуганный стоны и вскрики. — Сейчас я попрошу всех встать, и почтить память следующих магов и волшебниц… — все встали. Я развернул пергамент, список, и начал зачитывать имена. При каждом имени делал небольшой перерыв, для того, чтобы скрыть свои слёзы. Со всех сторон слышались испуганные вскрики, некоторые плакали, услышав знакомое имя или фамилию. Мои руки с пергаментным списком ходили ходуном, я безжалостно мял его. Дрожь в голосе скрыть было уже невозможно, но я спиной чувствовал ободряющий взгляд отца. — …она была храброй женщиной… Марк Осло — Глава Клана Огня и Пламени, — я услышал крик:       — Нееет… — и жуткий единый стон Красного стола. Это вскрикнула его невеста, которая участвовала в драке. Рея бегом подбежала к ней от стола Земли и стала утешать. Девушку трясло, она рыдала. Так же подошла её бледная Наставница и села рядом с ней, обняв её. По лицам Глав Кланов текли слёзы. Побледнели столами абсолютно все. Я почувствовал, что и мои глаза наполняются слезами. Я скатал измятый пергамент. Мы все в молчании подняли свои кубки.       Я, не смотря на всех, молча сел за стол преподавателей на место, где обычно сидел директор. Но есть и пить я не мог. Я был бледен, и меня едва видно трясло. Отец, разумеется, всё это заметил (даже сидя на другом краю стола).       После того как все что-либо проглотили или выпили, я встал и сказал:       — Теперь всех вас отведут в свои гостиные. Старосты и помощники старост, пожалуйста, — названные сразу же встали, — расписание занятий и дежурства висят на стендах. Все, кто участвовал в драке, прошу остаться и сесть за стол Огня, пожалуйста… — так же я отпустил учителей. Они будут следить за порядком.       Мы (Алекс, я, Наставница Реи, Рея и ещё две главы Клана и двое студентов-однокурсников) сели за стол магов Огня. За столом сидели Дамблдор, Макгонагал, Снейп, Кингсли и Гермиона (как свободный член Ордена Феникса). Сейчас я пил превосходный, но очень крепкий кофе, сидя в кресле вместе с Реей; напротив, за большим столом, сидел отец и главы Кланов. Состояние мое, как понимал я сам, было сильно «заторможенное».       Кингсли начал первым:       — Итак, мы узнали как это произошло. А что у вас?       Алекс откинулся на спинку стула.       — Мы задержали нескольких тёмных, нашли и предателей…       До меня дошло лишь: »…предателей…».       — Кто они? — резко спросила Рея.       — Два мага воздуха покрыли свой факультет вечным позором, — слабо прошептала Хлоя Грэй и закрыла лицо руками.       — Охх… — вырвалось нечаянно у меня. Я неудачно согнул спину, и боль ударила меня прямо в правый бок, я сразу за него схватился. Все сразу посмотрели на меня, а Алекс внезапно оказался сзади.       — Гарри, что с тобой?       Мне было больно так, что в глазах стояла кровавая муть.       — Ничего, — прохрипел я, а на глазах выступили слёзы. Я сел прямее и опять поморщился. Да что же это такое?.. Тут я почувствовал ток силы Земли и понял, что Рея лечит меня. Помимо этого, я почувствовал волну сканирующей магии — это уже отец. — Спасибо, Рея. Спасибо, пап, — мир обрёл краски, и я слабо улыбнулся им.       — У тебя сломано ребро (Ничего себе! — воскликнула Рея с Рихардом Каледусом), а ты терпишь молча. Да уж, по-моему, обращение «пап» сейчас слишком неуместно, — хихикнул Алекс. — Типичный Дух.       — Так что будет с предателями и захваченными? — тихо спросила Гермиона.       — Будем судить захваченных. А предателей, скорее всего, казним…       — Как? — ахнула Макгонагал. Дамблдор промолчал. Он знал…       — Легко, — слабо сказал я. — У нас суровые законы. Будет суд пяти стихий. Их изгонят из Клана. И…       — Подождите… Саруман, — Снейп, как всегда, сама скромность и непринужденность. — А если воспротивятся родители, родственники, опекуны? Собственных учеников! А если…       — «ЕСЛИ» НЕ БУДЕТ, ПРОФЕССОР СНЕЙП! — я неожиданно почувствовал ярость, — У нас за это полагается казнь! И нам плевать, кто у них родители! Да хоть Министры Магии! Закон суров, но он есть закон! Они будут наказаны по всей строгости НАШИХ законов! Это всё…       Воцарилось недолгое молчание. Все глядели на меня. Но было прервано мной же:       — Хотите знать имена, сэр? — я жёстким взглядом прожёг Снейпа. Ему явно стало очень неуютно. Ведь сейчас у меня «фирменный» магический взгляд, ведь я разъярён. Взгляд Духа. Ярко-белые с золотым звериным зрачком глаза. — Их, скорее всего, лишат магических сил и магии… Это Панси Паркинсон и Теодор Нотт.       Снейп вскочил со своего места:       — Как?! И Вы допустите казни? Так спокойно? Их семьи могущественны… — но его перебил мой отец. Со скучающим взором он взглянул на него и попросил:       — Во-первых, сядьте. Второй раз повторять не буду… — Снейп сел, сжав зубы. Разумеется, змеи ненавидели тех, кто им приказывает. — Во-вторых, всё равно мы добьёмся своего… да, их, скорее всего, как сказал мой сын, лишат магии. Они пойманы в Нашем магическом мире, следовательно, действуют законы нашего Кодекса. В-третьих, их не спасут ни заступничество, ни подкуп, ни жалость. Так называемый, статус крови, который ценят лишь глупцы, у нас не работает. В-четвёртых, их родителей объявили в розыск, поэтому если они, к примеру, пришлют адвоката, юриста парламентеров и прочих, явятся сюда сами, то разделят их же участь, какой бы жестокой она не была. Убийство, пособничество убийству, трёх и более человек приравнивается к высшей мере. Все, кто вступает в наш мир, обязан это знать и понимать. Незнание закона не освобождает от ответственности, — Снейп, весь белый как полотно, уставился на меня, видимо, чтобы я опровергнул слова отца. Но я промолчал. Это была правда.       Альбус Дамблдор и Кингсли смотрели на меня как-то испуганно.       Альбус, вздохнув, сказал:       — Так жёстоко и горько, но они знали, на что шли…       Я вдруг вспомнил, что Панси является невестой Драко Малфою.       — Мне их не жаль, — сказала Рея, — Они убили наших любимых преподавателей и наставников. Наставники нам ведь… как родные мать с отцом. Да и у наставников есть семьи. Они оставили сиротой шестилетнюю девочку, мать ведь убили. А ближайших родственников нет, в том числе и отца. Убили и Главу Клана. Кланы скорбят все вместе. Кстати, когда похороны? — она адресовала последний вопрос мне.       — Через три дня. И будут ритуальные танцы… Мы отпустим их с миром. Пусть покоятся их души, — опять воцарилось молчание.       — И что будет? — кажется, это Кингсли.       Я продолжил:       — У нас допросы будут после похорон. Чтобы убедиться в непричастности и избежать допросов, вас попросят выступить в качестве свидетелей. Мы слушаемся законов. Кстати, мистер Снейп, я бы не рекомендовал вам разгуливать по замку в одиночку.       — Почему? — возмутился Снейп.       — Метка, — устало произнёс Алекс, — мы чувствуем, что вы помечены злом. Вас могут легко убить, а потом списать на несчастный случай. Особенно с нашими способностями, — Снейп судорожно сглотнул, он понял, на что мы способны.       Рея неожиданно воскликнула:       — Он что, Пожиратель Смерти?! Я-то думала, что мне показалось! Как вы могли пустить сюда помеченного злом!!! Как ты мог, Гарри!!! — я редко видел её в ярости.       — Рея, успокойся, — сказал Саруман, — Он под нашей защитой!       — Я не дам ему мою защиту, — Рея просто полыхала от ярости, кулаки сжались. — Мне плевать! Пожиратели убили всю мою семью!       — Рея, пожалуйста, утихни, — я говорил это с закрытыми глазами. Слишком устал за сегодня. — Я дам ему свою… мне-то она не нужна. Я за него поручаюсь. Надо, сниму эту гадость… — язык уже едва ворочался. Зелья, которыми меня поили, давно сошли на нет.       — Вы снимите, — неожиданно услышал я голос, — Вы СНИМИТЕ это? — вау, я, наверное, спятил. У Снейпа ПРОСЯЩИЙ голос? Что-то большее, наверное, в лесу сдохло, не иначе… Я поднял глаза и на него взглянул. Выражение лица у него… ну просто не описать словами.       — Да, Гарри это может, когда отдохнёт, разумеется, — я почувствовал прилив радости — Алекс отстоял мое священное право на отдых. — Тем более Гарольд — исполняющий обязанности директора.       — Чёрт! — выругался я, — Совсем забыл… — и тут до меня дошло, — То есть, я буду всем командовать, — нет, всё-таки, прощай мой покой… — Отдыха у меня не предвидится. Неет… — простонал я.       — Мы тебе поможем, — коротко сказал Алекс, — Разумеется, один в поле не воин…       — Я всегда опровергал эту аксиому, — хмыкнул я, пытаясь встать. — Рея, помоги мне встать; да, мистер Снейп, наденьте это, — я кинул амулет Снейпу, — иначе вас убьют в первом же тёмном углу, — не удержался я от злой мести в голосе. Снейп быстро его одел. — Его у нас лучше не снимать…даже когда вы в душе или спите. Мало ли… — я непроизвольно взглянул на Рею, она плотоядно улыбалась и облизывалась, прямо как вампирша при виде крови. Она мельком улыбнулась мне. Я содрогнулся, представляя, как она пьёт кровь у Снейпа. И у меня заодно. Впрочем… я бы не стал возражать.