"Шапка правосудия."

19 октября 2018. 8:00 Зазвенел будильник, и его мелодичные трели сразу же наполнили маленькую комнату Кэролайн Эндрюс. Сегодня снова на учёбу… Ад, повторяющийся двести с лишним дней в году, считая каникулы… Только теперь всё новое: новый город, новый дом, а вместе с этим и очередная новая школа… «Да уж.- подумала Кэролайн, переворачиваясь со спины на бок, чтобы отключить будильник, — Мам, можешь не говорить, что в этой школе всё будет по-другому…» Кэролайн лениво потянулась, встала с кровати, едва нащупав ногами тапки, и взглянула на себя в зеркало… Перед ней предстала черноволосая, хрупкая девушка. На ней были одета чёрная спортивная майка и короткие шорты. На её бледном, заспанном лице угольками костра горели веснушки и большими бирюзовыми озёрами разливались глаза… Но чего-то не хватало на её лице. Улыбки. Школа навсегда стёрла её черты с лица Кэролайн… По мотивам школьной жизни этой юной девушки можно написать целую книгу, которая бы называлась «Математика, литература и претензии насчёт капюшона» Вы спросите: «А при чём здесь капюшон?» Всё дело в том, что у Кэролайн от рождения было огромное родимое пятно на голове и немного на лбу. Поначалу Кэролайн не стеснялась этого: мол, это же изюминка, пусть даже такая своеобразная. Но школа всё изменила: обзывательства уродиной и прочее… К многочисленным переездам Кэролайн уже привыкла, так же как и к новым школам. Сейчас, она могла с уверенностью сказать, что в любой школе новеньких, а особенно с дефектами, например, в речи или во внешности, люди принимают с одинаковой реакцией: они смотрят тебе прямо в глаза, иногда с сочувствием, но чаще с не прикрытым презрением, а когда посмотришь в ответ взглядом полным доброты, тут же отворачиваются и прячут глаза, но потом снова смотрят, шепчутся и боятся подойти… В младшей школе Кэролайн бесили такие люди. Порой, ей просто хотелось закричать, что она такая же как и все, просто немного отличается… Но, всё-таки, сдерживалась. В старшей школе Кэролайн уже было плевать на то, как её примут. Ведь она всё равно чувствовала на себе косые взгляды… Именно поэтому Кэролайн стала носить тёмно-синие джинсы и старую чёрную толстовку, натягивая её капюшон до глаз. Ей было комфортней, когда её не видят и не замечают. Ведь вместе с этим не видно и того уродского пятна… С первого же переезда и переходом в новую школу, все дни стали одинаково серы, не наполненные красками разнообразия… Всё время одно и то же… Иногда дело доходит до того, что даже кабинеты в абсолютно разных школах обставлены одинокого. А о преподавателях я и говорить не буду. Кэролайн покосилась на родимое пятно и закрыла его чёлкой волос. Ведь оно испортило ей всю жизнь. Боже, как же она себя ненавидела из-за этого пятна… — Ну что, привет, уродина… С добрым утром тебя…- сказала шёпотом Кэролайн, глядя на своё отражение в зеркале. -Кэра, ты скоро? — раздался голос мамы с кухни, — Иди кушать скорее, а то опоздаешь в первый день школы! Боже, сколько раз уже звучала эта фраза из этих уст… Первый раз в Фениксе, откуда Кэролайн и была родом, затем в Нью-Йорке, Далласе, Йонкерсе и наконец в Индианаполисе. Переезжала семья Эндрюсов в основном из-за проблем отца Кэры с законом. Он продавал наркотики и тем самым приносил в семью, во время «сезонов наркоты»-например, летом и весной-неплохие бабки, а в основном, он просто бухал и целыми днями просиживал свой огромный зад на диване перед телевизором. Пробурчав что-то по типу «Отстаньте от меня. Хоть раз оставьте в покое…» под нос, Кэролайн оглядела комнату в поисках чёрной толстовки и джинсов. Комната, честно говоря, уютом особо не отличалась: серые обои на стенах, белый тюль на окне, перед которым стоял деревянный стол, покрашенный самой Кэрой в белый цвет, перед которым стоял крутящийся стул на колёсиках. На столе царил полный бедлам: разные листочки, зарисовки, книги, под которыми был, так сказать, погребён ноутбук. Рядом со столом родители как-то впихнули небольшой шкаф, опять же выкрашенный в белый, в который худо-бедно помещалась одежда Кэры. Около стены стояла кровать с обычным белым постельным бельём с скучным чёрным покрывалом. Рядом с кроватью стояла белая тумбочка с одним ящичком, куда помещались все личные вещи типа заколок, резинок и расчёсок. Перед кроватью лежал белый пушистый коврик — единственная милая вещица в комнате. На противоположной к кровати стене висело зеркало. Ещё раз заглянув в него, Кэра увидела, что заветная толстовка и джинсы висят, аккуратно сложенными, на спинке кровати. Кэра быстро сняла с себя пижаму, надела нижнее белье и натянула на себя вещи. -Кэролайн! — раздался с кухни голос отца- наркомана.- Сюда живо! Сколько можно копаться-то? Кэра сжала губы в тонкую полоску, а рука в кармане самопроизвольно сжалась в кулак. -«Ммм, неужели он не лежит где-нибудь в отключке? Удивительно…» — подумала Кэра, расчёсывая волосы. Кэра винила отца за все беды, что приключались с ней в жизни. Начиная пресловутым родимым пятном, заканчивая бесконечными переездами… Парой, ей казалось, что она ненавидит каждый миллиметр этого человека. Начиная с его идиотского имени- Фред Эндрюс- заканчивая его внешностью: огромная залысина на затылке, жирная рожа с постоянной идиотской улыбкой… Нет, не берите в голову, что Кэра смотрит только на внешность. Просто именно из-за него ей пришлось переехать. Из-за него пришлось оставить школу в Фениксе и друзей, которые принимали её такой, какая она есть. Из-за него пришлось просто всё бросить. Кэра всегда удивлялась, как мама живёт с таким тираном… Ведь, это же просто невозможно… Отец оскорблял и Кэру и маму, поднимал на них руку, распускал язык, называя жену шлюхой и потаскухой… Но мама всё ему прощала, и Кэра не понимала почему… -Мам, а папа нас любит? — как-то раз спросила маленькая Кэра перед сном. -Конечно любит, солнышко, -ответила Ванесса, ласково трепля дочь по чёрным волосам. -А почему он так тебя называет? Это же плохое слово. Ты сама говорила…- Кэра посмотрела на мать непонимающим взглядом. -Он просто…- Ванесса сделала маленькую паузу. Конечно, она не хотела, чтобы дочка узнала, что отец конченый наркоман.- Устал. У него тяжёлая работа… Боже… А ведь Кэра в это верила… Своим детским, не сформировавшимся умом верила, что папа хороший… А потом? Потом она конечно всё узнала. -Кэра, кончай носить этот капюшон.- сказала мама, едва завидев Кэру в дверном проёме кухни.- Твоя улыбка должна непременно всех очаровать в первый день! Мама Кэры, или же Ванесса Эндрюс, была сегодня явно в хорошем расположении духа: карие глаза сверкали, чёрные волосы тщательно расчёсаны и заплетены в тугой хвост. Всё её существо, каждая клеточка, будто бы верили, что сегодня будет удачный день. «Да-да, она сейчас в очередной раз скажет, что мы никуда больше не переедем»-подумала Кэра и мысленно просчитала от одного до трёх. -Мы совершенно не собираемся никуда больше переезжать.-как по команде «на счёт три», сказала Ванесса, переворачивая блины на сковородке. Мама у Кэры была совершенно другая как отец. Добрая, красивая, понимающая. С отцом они были абсолютно разные, но как говорится? Противоположности притягиваются… -Ванесса, отстань ты уже от неё.- обратился Фред к жене, с презрением глядя на Кэру.-Она просто обиделась из-за того, что мы снова переехали. Кэра прислонилась к холодной стене, скрестила руки на груди и спросила сдавленным голосом. -А для тебя это не повод? -Ты как с отцом разговариваешь?! — мужчина мгновенно встал со стула и замахнулся на Кэру рукой. Та только сильнее прижалась к стене и закрыла лицо ладонями.-Грубиянка! Я тебе покажу… -Фред! — Ванесса схватила мужа за руку.- Прекрати! Кэра выпрямилась и быстро вышла с кухни в прихожую. -Спасибо, завтракать не буду. Обойдусь.-сказала Кэра, наспех обувая поношенные кроссовки. -«Скорее бы свалить от сюда… В Феникс…» — подумала Кэра, закидывая рюкзак на плечо и попутно открывая входную дверь.