Рёкан

Последняя война была настолько изнурительной, опустошительной и страшной, что после нее все страны и скрытые деревни, даже самые непримиримые, объединились. Конечно все было не так гладко, еще возникали некоторые споры и подозрения, но тем не менее, все старались сохранять мир. Мир был нужен и выгоден всем. И результатом этого мира был беспрецедентный в истории скачок в развитии наук. Особенно выделялся прогресс в области технологий. Теперь вместо того, чтоб наматывать километры до нужного места на своих двоих, обливаясь потом и натирая мозоли на пятках, можно было прокатиться с ветерком и комфортом на поезде, сидя на мягких и удобных креслах, попивая чай со льдом в вагоне ресторане. И это было замечательно. Потому как для Ино это означало, что в деревню Лечебных Садов она и ее свита прибудут не пыльными, вонючими и изнуренными, а свежими, бодрыми и с идеальной прической и макияжем. Ее настолько занимали мысли о предстоящей свадьбе с Дейдарой и о нем самом, что пасмурное настроение лучшей подруги она заметила лишь через час их совместной поездки, когда односложные и вялые ответы Сакуры уже порядком опостылели. Однако спрашивать прямо было не в их с Сакурой традициях. У них так давно было заведено – не лезть друг другу в душу. Когда придет время, подруга сама все расскажет. Но уныние Сакуры действовало на Ино как заразительный зевок. Еще немного, и она сама увянет, а она не могла допустить этого в такой-то знаменательный для нее день. Поэтому блондинка решила брать быка за рога. - Сакура, ну ты чего? - Что "чего"? – флегматично отозвалась Сакура. - Сидишь тут такая с дождевой тучей над головой, вот что! Давай выкладывай, в чем дело, и прекращай быть такой унылой. - Прости, - тяжело вздохнула Сакура, – тебе, наверное, тяжело выходить за нелюбимого мужчину, да и жить придется вдали от родных, а тут еще я со своими проблемами. На самом деле, все три недели, что оставались до свадьбы, Ино просто летала и светилась от счастья ярче, чем ее нашумевшее алмазное колечко. Вся деревня это отметила. А значит, либо Сакура просто так тонко язвит (может от зависти?), либо что-то и вправду ее сильно огорчило (может разлука с лучшей подругой?). - Кажется, я порвала с Саске, – вымолвила Сакура. Ино еле сдержалась, чтоб не закатить глаза и пренебрежительно фыркнуть. Опять она о своем хреновом Саске. - Я полагала, ты это сделала еще три недели назад, когда переспала с Сасори Акасуна, – не очень тактично выдала Ино. Она-то думала, у Сакуры настоящая дилемма, что-то действительно серьезное, она даже не исключала беременность от Сасори! (Это, конечно, было практически невозможно. Сакура - первоклассный ниндзя-медик, и в совершенстве умела управлять процессами своего организма так, как ей нужно. Но почему бы и не представить на секундочку такую интересную ситуацию?) Любила же Сакура раздуть из мухи слона, почти мазохистски ковыряться в себе чуть ли не до дыр и переживать на ровном месте. - Да, но это же было всего раз, – почему-то стала оправдываться Сакура. – Это же не серьезно. Он - бывший член Акацуки. Нукенин и все такое. У нас не может быть… - Это почему же? – перебила подругу Ино. – А Саске разве не нукенин? Не такой же бывший преступник? Сакура растерянно вскинула брови, не зная, что ответить на меткое замечание. А Ино слегка улыбнулась, вспомнив Дейдару и то, как он привел ее в тупик точно таким же аргументом. - Да вы с Саске и парой-то никогда не были, – продолжила Ино. – Этот мудак только пользуется тобой. Он когда-нибудь приглашал тебя на свидания? Дарил цветы? Делал комплименты? Уверена, он даже спасибо тебе ни разу не сказал, за то, что ты раны ему латала. А после вашего первого раза взял и свалил в закат и даже весточки ни одной не послал. Я бы на твоем месте давно гнала бы его поганой метлой! Сакура грустно потупила глаза. Ино была абсолютно права. Она почувствовала себя невероятной дурой. Сама позволила так с собой обращаться. Боялась, что Саске уйдет, если она возразит ему. Старалась угодить и потому совсем забыла о себе, о своих потребностях и желаниях. И о своей гордости. А потом появился Сасори, живой, сексуальный, чуткий… Он целовал ее запястье и просил ее остаться. А Саске никогда не просил. Зато его просила она. Но он всегда уходил, а возвращался, когда заблагорассудится. Но вернувшись в этот раз, он не увидел привычного счастливого блеска в глазах Сакуры. В этот раз она всячески избегала встретиться с ним взглядом, не старалась растянуть время, обрабатывая раны, чтоб удержать его рядом подольше, а когда он положил руку ей на бедро, она как-то слишком спешно отодвинулась от него. Сакура не смотрела в его сторону тогда, но знала, чувствовала, что это его задело. Никогда прежде она ему не отказывала. Даже в их первый раз, она как всегда уступила ему. Она была жутко уставшей, не готовой, но все же уступила. Она бы сделала для него все. Так Саске думал. Но сейчас она его оттолкнула. - В чем дело? –произнес он, и Сакуре показалось, что слышит опасные нотки в его голосе. - Я не могу, – Сакура хотела звучать уверенно, но получилось наоборот. - Почему? – вперившись в нее, словно хищник, Саске встал и шагнул к ней. Сакура безотчетно попятилась назад, но уперлась в стену. - Саске, я.… – и она осеклась, не зная, как сказать, как объяснить ему, что она больше так не может. Что она была с другим. Она почему-то боялась его реакции. Так и не найдя нужных слов, Сакура виновато опустила голову и уставилась на свои ноги. Воцарилась тишина гнетущая и мучительная. Затем зашуршал его плащ, а через секунду громко хлопнула входная дверь. - А между прочим Сасори посадил целый сад из сакур – так он на тебя запал. Сакура вынырнула из безрадостных воспоминаний и изумленно воззрилась на Ино. - Что? Откуда ты знаешь? - Дейдара рассказал, –непринужденно ответила Ино. – Говорит, в том саду все сорта сакур есть. Ино с удовольствием смотрела, как снова зажегся огонь в глазах подруги, как на щеках появился застенчивый румянец, как она пытается сдержать счастливую улыбку. И в этот момент Ино могла поклясться, что между выдающейся ученицей великой Цунаде и гениальнейшим марионеточником всех времен, этими двумя заклятыми врагами совершенно определенно любовь.

***

На перроне их уже ждали. Трое человек из штата старейшины деревни и сам жених. Все одеты в традиционные одежды. Дейдара сначала был против таких чопорных церемоний, но Сасори настоял на своем, аргументируя какими-то нудными правилами приличия, дипломатии, гостеприимства и чего-то там еще, чего Дейдара не стал слушать. Когда Сасори пускался в длинные объяснения, лучше было сразу с ним согласиться, иначе объяснения грозили превратиться в настоящие лекции и наставительные проповеди. А Сасори, в свою очередь, ловко пользовался неусидчивостью Дейдары и его нетерпеливостью к долгому выслушиванию чего бы то ни было. Сердце Ино радостно подпрыгнуло, когда она увидела Дейдару, галантно протягивающего ей руку, чтобы помочь сойти с вагона. Спускаясь, она старалась двигаться как можно изящнее, кокетливо опустила глаза и улыбнулась, чувствуя на себе его игриво-восхищенный взгляд. Несомненно, он, как и она, вспоминал сейчас их бурную ночь в рёкане. Вслед за Ино вышли ее мать, дядя Санта – младший брат ее отца и Сакура, которую послали в деревню Лечебных Садов не столько в качестве подружки невесты, сколько в качестве дипломата. Она должна была поделиться своими знаниями в области медицины, а в обмен собрать полезную информацию и технологии по выращиванию редких видов лечебных растений. Узнав в женихе Дейдару, Сакура тут же непонимающе посмотрела на подругу, а та лишь хитро подмигнула ей. Фраза, оброненная им тогда в рёкане, теперь обрела смысл. И тут, на краткий миг, расцвела надежда: может и Сасори где-то здесь поблизости? Атмосфера резко накалилась, когда Дейдара подошел поприветствовать дядю Ино. Санта вонзился суровым взглядом в лицо бывшему члену Акацуки. Все застыли, наблюдая, как новый глава Яманака испытующе пялится на будущего зятя, но Дейдара держался спокойно, уверенно и прямо, и лишь капельки пота, выступившие на висках, говорили о том, как на самом деле он нервничает. Сакура склонилась к Ино и шепнула: - Не зря говорят: девушки выбирают мужей, похожих на своих отцов. И правда, Дейдара, вместо небрежно распущенных по плечам волос, тщательно зачесал их в высокий хвост, почти такой же как у Иноичи. И ростом был с ее отца. И голубоглазый. - Он бы обосрался, будь тут мой отец, – усмехнулась Ино слегка печальной улыбкой. – Но, думаю, они бы отлично поладили. - Да он вообще идеально вписывается в клан Яманака, –подытожила Сакура, – он и твой дядя выглядят точно как братья. Странно, но до того, как Сакура указала на эту особенность, Ино даже не обращала внимания. Она склонила голову на бок и пригляделась. - А ведь и впрямь похожи. Наконец, взгляд Яманака Санты немного смягчился, и он одобрительно кивнул. Дейдара почтительно поклонился, как того требовал этикет и традиции, но Ино заметила, как при этом сжались его челюсти. Санта был лет на семь-восемь старше Дейдары, но выглядел его ровесником и, если бы не гребаная свадьба, условия и самое главное - Ино, которая в буквальном смысле вскружила ему голову, он бы ни за что тут не расшаркивался. После приветствия мамы Ино один из чиновников извинился за отсутствие на встрече старейшины, сославшись на то, что ему пришлось задержаться из-за сбора редчайшего сорта лотоса, который он сам и вывел. Но заверил, что на свадебной церемонии и празднестве старейшина обязательно будет. Затем всех повели на выход и рассадили в электро-рикшы*. В Конохе такие только-только стали появляться, но они и рядом не стояли с этими стильными и удобными кабинками с большими расписными веерами в качестве дверок. - Рано рот раскрыли, – весело произнес Дейдара, помогая девушкам сесть. – Вы еще деревню не видели. Деревня Лечебных Садов оказалась настоящим феноменом. Во-первых, до окончания войны она была обычной жалкой и грязной деревушкой. А сразу после вдруг стремительно начала расти, развиваться технически и экономически, и из неприметной дыры превратилась в полный кипучей жизни городок. Во-вторых, она располагалась в засушливой пустыне и при этом была полна зелени. Все благодаря теплицам. Они были везде, самых разных размеров и форм: от совсем крошечных у крылец домов и на подоконниках до громадин, похожих на стеклянные дворцы. Кое-где оранжереи были из цветного стекла, в некоторых порхали бабочки и мелкие пташки. Вся деревня словно была одной огромной сверкающей на солнце оранжереей, в которой были собраны все, вплоть до самых редчайших, лекарственные растения на планете. И все это стало возможным благодаря единственному человеку – старейшине. Никто не знал его происхождения, сам он был не местный, но с его приходом этот уголок пустыни наполнился жизнью, расцвел и обрел новое имя. Сакуре не терпелось увидеть этого незаурядного человека и побеседовать с ним. Она была уверенна – у них найдутся много общих тем, и она обязательно почерпнет у него столько знаний, сколько сможет вместить ее мозг. Их поселили в большой пятиэтажный рёкан. Традиционный стиль здесь очень грамотно сочетался с современным. Сакуру восхитила теплица - ресторан, находящаяся прямо на крыше отеля. Ей эта идея показалась очень оригинальной. Каждому выделили номер со всем необходимым, где они могли привести себя в порядок и отдохнуть перед церемонией, которая должна была состоятся вечером. По издревле устоявшемуся обычаю невесту должна была подготовить мать, поэтому Сакура, дабы не маяться от скуки, решила принять душ и вздремнуть. Она неспешно баловала себя гелями и шампунями, предоставленными отелем. Они были настолько восхитительными, что Сакура решила непременно приобрести и себе парочку. Она уже смывала с себя пену, как вдруг створки душевой бесшумно раздвинулись, впуская внутрь прохладный воздух. Еще прежде чем она успела испугаться, прежде чем обернуться, Сакура узнала его запах. Запах душистого летнего луга, слегка пересушенный ярким августовским солнцем. Сасори. Внутри все возликовало, радостно вспорхнуло и, не раздумывая, она повернулась к нему и тут же очутилась в его крепких объятиях. Их губы встретились в долгом страстном поцелуе. Их тела плотно прильнули друг к другу. Торопливые, исступленные прикосновения. Они так сильно изголодались друг по другу. Так мучительно долго не виделись, не ощущали друг друга. Во время их разлуки Сакура думала о нем каждый день, и куда бы она ни пошла, чем бы ни занималась, Сасори всегда незримо сопровождал ее в мыслях и сердце. И все же, до этого момента Сакура даже не подозревала, насколько сильно, оказывается, она истосковалась по нему. Она тянулась к нему всем своим существом и задыхалась от невероятного счастья. Никогда прежде она еще не испытывала такой глубокой связи с кем бы то ни было. Сасори подхватил Сакуру за бедра, приподнял и прижал к стене. Сакура даже не пыталась сдержать сладкий стон, когда он вошел в нее. Она отдавалась ему вся без остатка. Так искренне, так пламенно, что у него голова шла кругом. Как же она его будоражила! Как же в нем все бурлило от ее томных вздохов и чувственных стонов. Такая жаркая, такая упоительная! Он полностью утратил самоконтроль и отдался во власть всепоглощающей страсти. Меньше всего на свете он хотел причинить Сакуре боль, но просто не мог двигаться медленнее или нежнее. Ему было так мало и так необходимо врываться в нее, резко, необузданно. Но Сакуре и самой было это нужно. Нужно, чтоб он брал ее так дико, так жадно, так, чтоб кости хрустели, чтоб до синяков. Она сама выгибалась ему навстречу, сильнее обхватывала ногами его поясницу. Возбуждение нарастало, Сакура безотчетно впилась пальцами в плечи Сасори, хватая ртом воздух, а потом вспыхнула метка на ее лбу, и перед тем, как их захлестнула эйфория, Сакура блаженно выкрикнула его имя. Не выпуская Сакуру из рук, Сасори устало сполз вниз, и так они и просидели некоторое время. Мелко дрожащие от безумного наслаждения, омываемые теплыми струями воды. Послышался стук в дверь. Сакура подобралась от неожиданности и любопытства, а Сасори раздраженно закатил глаза: - Обед принесли, – пояснил он, неохотно отстраняясь от Сакуры. – Надо было мне повесить «Не беспокоить», – стянув с вешалки полотенце, Сасори вновь повернулся к Сакуре, поцеловал ее и вышел открывать дверь. Впервые за обе свои жизни он возненавидел пунктуальность. Просто невероятно, какое влияние возымела над ним эта девушка! Разомлевшая Сакура завернулась в пушистый банный халат и собралась было выйти из ванной, как вдруг ее взгляд зацепился за одежду Сасори, висящей на крючке. На хаори* была эмблема старейшины. - Так это ты старейшина? –потрясенно спросила Сакура, выйдя из ванной. Официант уже ушел, и Сасори как раз наливал вино в фужеры. Остановился и вопрошающе посмотрел на Сакуру. - Я думал, ты в курсе. - Нет! Я ни разу не в курсе! – почему-то вспылила Сакура, но тут же взяла себя в руки и плюхнулась на стул. – Даже Ино смолчала! Меня послали с дипломатической миссией, но ни черта не рассказали о тебе с Дейдарой! - Должно быть, уважают нашу просьбу не разглашать наши настоящие личности, – Сасори протянул девушке фужер. - Но зачем, если вы теперь не наши враги, а союзники? - Мы с Дейдарой много всякого дерьма причинили людям. И многие еще помнят. И никогда не забудут. Если я не буду скрывать свое имя - сюда сбежится толпа мстителей, а мне больше не хочется устраивать резню. Сакура хмыкнула. - Ты бы не дошел до резни, тебе было бы проще перетравить всех. - А ты меня хорошо изучила, –в тон ей хмыкнул Сасори и сел рядом. Сакура отпила глоток вина и после некоторых раздумий спросила: - Ты жалел о том, что сделал? – Прозвучало глупо, сверх глупо, но уже поздно сдавать назад. – Я имею ввиду до того, как ты получил новую жизнь. - Не знаю, – честно признался Сасори. – Я никогда над этим не задумывался, – он сделал короткую паузу, посмотрел на вино в бокале и продолжил. – У меня тогда были другие принципы, другие устремления и другой путь, которому я следовал. Так что я не могу сказать, что жалею. Я делал то, что считал должным сделать. И я умер за это, – Сасори поднял глаза и пристально посмотрел на Сакуру. – Единственное, о чем я пожалел перед смертью, это то, что стал бездушной куклой. Ты заставила меня пожалеть об этом. Таким образом ты сделала бессмысленными все мои убеждения, всю мою тогдашнюю жизнь. От этих слов Сакура вся затрепетала и, чтобы не выдать свое волнение, схватила с тарелки кусочек сыра и принялась его жевать. - Я считал чувства слабостью. Поэтому я и сделался марионеткой, чтобы избавится от слабостей. И я ничего не чувствовал. До тех пор, пока не встретил тебя. Сердце Сакуры гулко стучало в груди. Что он говорит? К чему это он ведет? - Я - бесчувственная марионетка - влюбился в тебя. В горле у Сакуры резко пересохло. Джирайская бородавка! Да он же ей в любви признается! Дрожащей рукой она глотнула вина. Только бы не свалять дурака. Она это отлично умела, когда впадала в смятение, подобное этому. - И все, что я делал, все, кем я стал… - Поэтому ты подставился под удар – выдохнула Сакура, опуская глаза. - Да, – кивнул Сасори. Повисла неудобная пауза. Сакура не знала, что сказать. Все происходило слишком быстро. Она не могла отрицать, что тоже влюбилась в него. Влюбилась с того самого момента, как впервые увидела его настоящий облик. Но тогда она не придала этому значения. Тогда было не подходящее время об этом думать. Тогда они были смертельными врагами. А потом он умер. И ожил в новом теле. Но… Почему всегда должны быть какие-то «но»?! Сакура сделала еще один глоток, как раз в тот момент, когда Сасори заговорил: - Выходи за меня. Это было так неожиданно, что Сакура забыла, как дышать, как глотать. Вино свернуло не туда и брызнуло через нос. Сакура зашлась в истерическом кашле. Сасори подскочил было к ней, но Сакура вытянула руку. - Не надо, все в порядке, – прохрипела она, вытирая нос салфеткой и постепенно восстанавливая дыхание. Чувствовала она себя ужасной дурой. - Да? – участливо нагнулся к ней Сасори. - Да. - Значит ты согласна? – лукаво блеснули его глаза. Сакура озадаченно захлопала глазами, не сразу поняв, о чем это он. А когда поняла, не смогла не ухмыльнуться. Она невольно залюбовалась им. Его ожившими чертами. Тем, как отражаются эмоции на его лице. - Да, –неожиданно для себя произнесла Сакура. Сасори широко улыбнулся, и у Сакуры на мгновение замерло сердце. Она впервые видела его настолько счастливым. Настолько умопомрачительно красивым. А потом он подался вперед и приник к ее губам.