Рёкан

Саске никогда в жизни не напивался «в дрова», но этой ночью ему ужасно захотелось напиться. Не то, чтобы он страдал от того, что его отвергли сразу две женщины, одна из которых – его девушка, а вторая – его ярая поклонница. Он не страдал. Совершенно ничего не чувствовал. Как ничего не чувствует паралитик. Разница в том, что у Саске паралич был эмоциональным. Но и совсем безразлично тоже не было. В голову лезли вопросы, догадки, но он тут же гнал их прочь. Он не любил копаться в себе. Самокопания для слабаков, для нытиков, для хернёй страдающих. А он не страдал. Учиха Саске не страдает. Никогда. Он идет вперед, оставляя позади все душевное дерьмо. С тех пор как он нашел своих родителей и весь клан зарезанными своим же старшим братом, он не позволял себе раскисать. Никакой жалости, ни к себе, ни к другим. Никаких привязанностей. Только месть. Только цель впереди. Не важно, как много людей встанет у него на пути, как и не важно, кто это будет – враг или друг. Он ни о чем не жалел. Это был его осознанный выбор, его путь. И он отомстил. Стал сильнее, чем кто-либо, не считая Наруто. Он достиг своей цели. И теперь не знал, что с этим делать. Пил самый крепкий виски, что нашелся в баре, и пытался не думать об этом. Потому что раздумья ни к чему не приведут. Все равно, что тыкать палкой коню в яйца – скотина просто въебет копытом так, что придется вправлять челюсть и отращивать новые зубы. Саске обжег горло, залпом выпив содержимое стакана, и заказал еще порцию.

***

Каждый год Тен-Тен отмечала годовщину смерти Неджи в том самом баре, в котором у них все и закрутилось. На самом деле началось все на день раньше, на тренировке, когда Тен-Тен наконец удалось достать Неджи, впервые за много лет их совместного обучения. Тогда же она впервые воспользовалась своими женскими чарами. До этого она даже не представляла, как ими пользоваться, да и не считала их особо нужными. «Очень зря, - брякнула Ино на очередных девчачьих посиделках. – Потому Неджи на тебя и не клюет. Это очень мощное средство». Тен-Тен задело замечание о Неджи, и она уперлась, не согласилась с мнением подруги, хоть и понимала, что та права. Но все-таки внимательно выслушала ее рассказы о миссии с проституткой и мотала на ус дельные подробности. И вот на тренировке Неджи вновь мастерски и элегантно загнал ее в угол. Высокий, стройный, сильный, красивый настолько, что Тен-Тен хотелось рычать от переполняющих ее воображение фантазий. Нереализованных фантазий. «Фантазий неосуществимых», - грустно подумалось Тен-Тен, и в этот момент в ее голове что-то щелкнуло. Она была в прыжке, когда вдруг почувствовала в себе это странное женское начало, когда интуитивно поняла, что ее слабость – ее преимущество. Тен-Тен вытащила шпильки из туго затянутых волос, и они блестящей волной взметнулись на ветру. Она с удовольствием наблюдала, как уверенное выражение лица Неджи сменяет недоумение, как он торопливо вытягивает руки при виде ее внезапно расслабившейся позы. Он думал, что ей сделалось нехорошо, ведь раньше Тен-Тен никогда вот так просто не сдавалась, даже зная, что проиграет. Та пацанка, которую он знал, неожиданно преобразилась. У нее загадочно заблестели глаза, щеки покрылись ровным нежным румянцем, свободно развевающиеся волосы испускали пленительный аромат. Он поймал ее, а она обвила его за шею, крепко прильнула к нему и коснулась его губ своими. Неджи, этот мужественный, хладнокровный ниндзя, просто обомлел от растерянности и смущения. Глупый, глупый гений клана Бьякуган. Он даже не подозревал, что попался в ловушку. Тен-Тен очень хорошо запомнила то чувство превосходства, которое она возымела над ним в то мгновение. И как обалденно было врезать по его красивому лицу и победить. А на следующий день вся деревня справляла Новый год. Еще был относительный мир. В заведении под названием «Веселый лист» собрались чуть ли не все ниндзя Конохи, все были подшофе, включая и бармена, поэтому никто не следил за тем, что наливают подросткам. Неджи держался так, будто вчерашнего поцелуя не было. Будто дулся на ее коварный прием, отправивший его в нокаут. Он отказывался пить, мотивируя тем, что присматривает за ней и Рок Ли. Особенно за Рок Ли, которому достаточно капли алкоголя, чтоб превратиться в пьяного мастера и перевернуть весь квартал кверху задницей. Но вместо Рок Ли напилась она. С досады. Видимо тренировочный спарринг неподходящий момент для женских штучек. Тен-Тен думала, что ей просто не дано быть такой женственной и обворожительной, как Ино или Хината. Что ей не дано быть замеченной Неджи. Тен-Тен выпила всего пару маленьких стопок горьковатого пойла, но этого было достаточно, чтоб алкоголь пробрал ее. Тен так развезло, что она высказала Неджи прямо в лицо все, что она о нем думала. А думала она, что он высокомерный чурбан, не способный к душевным порывам, равнодушный к ее чувствам, не понимающий женское сердце, не видящий ничего дальше своего носа, хоть он и гений глазастого клана Хьюга. После этого она отвесила Неджи увесистую оплеуху, а потом схватила за грудки и страстно поцеловала. Всегда сдержанный и спокойный Неджи раскраснелся прямо как Хината при виде Наруто, схватил ее в охапку, выволок из бара в безлюдный закоулок, впечатал в кирпичную стену и жадно впился в нее. Так и начался их тайный роман. Не то что бы они намеренно скрывали свои отношения. Просто не афишировали, да никто их и не спрашивал. Они не целовались на людях – для обоих это было настолько интимно, что почти священно, и при посторонних скромно держались на расстоянии. Оба придерживались мнения – чем меньше людей знают об отношениях, тем лучше для отношений. Никаких сплетен, зависти и ненужных советов со стороны. Но все закончилось слишком быстро. Началась война, и Неджи погиб. И теперь Тен пила в одиночестве в «их» баре. И она глазам не поверила, когда увидела входящего Саске. Ее охватила злоба. Его присутствие здесь – в месте, с которым связанно столько сокровенных воспоминаний, в месте, где она поминала своего любимого - походило на грубую издевку. Ведь это Учиха Саске - тот, кто действительно заслуживал смерти, не Неджи. Это Саске дезертировал и подался в ученики не к кому-нибудь, а к самому Орочимару – врагу Конохи. Это из-за Саске Неджи получил тогда серьезную рану. Саске предал друзей и деревню, он собирался ее уничтожить, и несправедливо, что его оправдали. Что оправдали его приспешников и даже самого Орочимару! Несправедливо, что выжили те, кто этого был недостоин, даже несмотря на то, что уже находились по ту сторону бытия! Их вернули, а Неджи остался мертвым. И ей очень хотелось обвинить в этом кого-то. И Саске отлично подходил. Просто идеально. - Привет, Учиха! – Тен-Тен громко стукнула бутылкой саке по барной стойке. – Неужто от горя по Сакуре заливаешься? Саске равнодушно отпил из стакана, даже не взглянув на нее. И снова эта желчь и злорадство в голосе. Он уже сбился со счета, сколько раз на него наезжали такие же озлобленные и обиженные войной. Кажется, другим тоном с ним почти и не говорили с тех пор, как его освободили из тюрьмы. В большинстве своем нарывались, будучи сильно под градусом, прямо как Тен-Тен сейчас. Кто же в трезвом уме осмелится бросить вызов самому сильному воину в мире? Саске принялся копаться в памяти в поисках объяснения на враждебную интонацию девушки. И довольно быстро нашел. - Мне жаль, что Неджи умер, – произнес Саске, пытаясь сделать тон более участливым, но не смог. Ему правда было жаль, но выразительное проявление эмоций никогда не было его коньком. Охмелевшая Тен-Тен расценила его слова за ответную колкость. - Слышала, она замуж вышла. Вот так нежданчик, да? Саске не реагировал и продолжал цедить из стакана. Тогда Тен-Тен решила нажать побольнее. - Знаешь, Сакура - девушка очень волевая, но в отношении тебя она была бесхребетной дурой. Не понимаю, как она терпела твое постоянное отсутствие и черствость в постели. И это сработало. Всегда срабатывало. Мужчины всегда выходят из себя, когда задевают их сексуальные способности. Еще один годный урок от Ино и ее путанского опыта. Беспроигрышная эмоциональная граната. Саске дернул бровью, на лице проступили желваки, но он смолчал, притворяясь, что ему нет никакого дела до ее пьяного бреда. Тен-Тен опрокинула в себя стопку саке и довольно ухмыльнулась. - Для меня было шоком узнать, что она ни разу не получила оргазма. – Ее охватило садистское желание причинять боль, и как можно больше. Слова Такахаши Тен-Тен проделали трещину в самообладании Саске. Сакура и правда не проявляла сильного энтузиазма в постели. Она была неопытна, а он не слишком заботился об ее удовлетворении. В конце концов он и так уломал себя обратить на нее внимание. Сакура добилась своего, а оправдывать ее ожидания он не обязан. Его уязвляло то, что Сакура растрепала об их интимной жизни подругам. И хрен знает кому еще. - Вали домой, Тен, ты пьяна, – мрачно отозвался Саске. - Черт, я правда думала, что она до конца своей жизни будет позволять тебе вытирать об нее ноги! А она взяла и вышла за другого, да не за кого-нибудь, а за самого старейшину деревни Скрытых Садов! В ушах Саске зазвенели отголоски сладострастных стонов Сакуры. Как она тягуче выкрикивает имя Сасори на пике удовольствия. Ее эротический портрет, какая она в нем сексуальная… Настоящая. А с ним она была зажатой и никогда не трепетала так, как в объятиях Сасори. А ведь столько лет ждала его - Саске, увивалась за ним, умоляла его. Но и он никогда не целовал ее так, как Сасори целовал Сакуру в дверях ее номера. - Сакура - большая девочка, я не заставлял ее волочиться за мной, как жалкая псина, – не выдержал наконец Саске. – Она знала, какой я, и на что идет. А вот завидовать нехорошо. - Я? Завидую? С чего бы? – непонимающе сощурилась Тен-Тен. - С того, что Сакура отлично устроилась. Даже лучше, чем Ино. А ты до сих пор без мужика. Сидишь в дешевой бодыге и пьянствуешь в одиночестве. Тен-Тен возмущенно разинула рот. - По-твоему главное достижение в жизни женщины — это прилепиться к мужику, нарожать ему детей и закопаться в бытовухе по уходу за ними и мужем?! - Хочешь сказать, что если бы Неджи был жив, ты бы за него не вышла? – Губы Саске дернулись в ехидной ухмылке. Находить слабые места он умел лучше Тен-Тен, лучше, чем кто-либо. - Лучше бы вместо него сдох ты! – окрысилась Тен-Тен. - Ага, как скажешь, – Саске вернул на лицо ледяную маску. Он уже привык к тому, что все обвиняют его и клан Учиха в целом во всех бедах этого мира. - Я вызываю тебя на бой! – рявкнула взбешенная Тен-Тен. Подстёгнутый алкоголем гнев из-за потери Неджи, копившийся в ней месяцами, выплеснулся наружу. Саске издевательски расхохотался: - Женщина, да мне одного взгляда хватит, чтоб заставить тебя саму себя вырубить! Иди домой, протрезвей. Не успел он договорить, как стакан в его руке разлетелся, разбитый молниеносно пущенным кунаем. - Плевала я на твои волшебные зенки! – прошипела Тен-Тен. – Неджи был обладателем бьякугана, а я тренировалась с ним почти всю жизнь! Тащи свой зад наружу, и разберемся как полагается у настоящих ниндзя! Саске обреченно вздохнул. - Ладно. Я честно пытался избежать конфликта, но ты сама напросилась. – Он повернулся к перепуганному бармену. Бедолага еще с начала перепалки так и видел, как эти двое разносят его заведение. – Налей двойной, – попросил его Саске. - Вообще-то я имела ввиду кровавый поединок, а не литрбол! - Я догоняюсь, чтоб уравнять твои шансы, – саркастично пояснил Саске и в два глотка осушил стакан. Он слез со стула и почувствовал, что алкоголь все-таки ударил ему в голову, и нашел это ощущение приятным, несмотря на то, что тело стало немного неуправляемым. Мягкий туман в голове, теплое гудение в венах. Настроение из раздраженного сменилось задиристо-игривым. Выйдя на дорогу перед баром, Саске небрежно засунул единственную руку в карман и, склонив голову на бок, выжидающе посмотрел на Тен-Тен: - Дамы вперед. Девушка презрительно фыркнула. Этот высокомерный хрен даже не соизволил встать в боевую стойку. Что ж, ему же хуже. Он понятия не имеет как сильно ее недооценивает. Она не обманывалась. Саске несомненно ее уделает. Хоть пьяный. Хоть однорукий. Но она обязательно съездит ему по морде, пусть и один раз. - Доставай меч, – произнесла Тен-Тен, готовясь размотать свитки на запястьях. - Обойдусь без него, – небрежно качнул головой Саске. - Сколько самомнения! – скривилась Тен-Тен, сняла свитки и отбросила в сторону. – Не собираюсь применять оружие на калеке. - Давай уже действуй, – закатил глаза Саске. – Мне становиться скучно. – И тут же увернулся от стремительной атаки. Он все увиливал и увиливал, спокойно, равнодушно, не вытаскивая руку из кармана. Это бесило, но Тен-Тен заставляла себя держаться в руках. Нельзя терять над собой контроль, иначе потеряешь контроль и над битвой. Так же было и с Неджи. Он предугадывал каждое ее движение. Ничто не могло скрыться от его внимания. Так же лишился родителей в детстве. Так же тренировался на износ. И Саске, и Неджи были гениями, оба обладали особыми глазами, оба преследовали цель стать сильнейшими, оба горели местью. Вот только в отличии от Саске, Неджи избрал другой путь. Сложилось бы все иначе, если бы у Саске не было Итачи? Пошел бы Неджи дорогой Учихи, если бы весь его клан вырезали? Боевой пыл Тен-Тен вдруг улетучился, как дым от перегоревшей спички. Остались вялость да хмель. Нет никакого смысла драться с Учихой будучи откровенно пьяной. Нет никакого смысла драться вообще. Неджи это не вернет, и легче ей не станет. Она остановилась, разжала кулаки и устало вздохнула. Саске недоумевающе нахмурился, в точности так же, как Неджи в тот день, когда Тен ему врезала. Она не могла не отметить и это их сходство. - Мне надоело, – заявила она. Саске немного насторожился. Что это? Какая-то уловка или она и впрямь настолько наклюкалась? И тем не менее, он подпустил ее, когда она слегка неровной походкой подошла к нему. - Ладно, – сказал он, с любопытством всматриваясь в глаза девушки. - Но пощечину ты все же заслуживаешь. Такой небольшой пустяк, и она угомонится и свалит, а он снова сможет продолжать надираться в одиночестве и покое. Саске усмехнулся: - Ладно. Тен-Тен тут же замахнулась, и звонкий шлепок эхом разнесся в ночной тишине. На щеке Саске отпечатался алый след ее тяжелой пятерни. - Теперь дово… - но не успел он договорить, как Тен-Тен заехала ему по другой щеке. Она вновь подняла руку для удара, но он перехватил ее и дернул девушку на себя. Оказавшись крепко зажатой, Тен-Тен провела ладонью по его паху, и Саске невольно вздрогнул. Тен-Тен довольно ухмыльнулась. Она нашла его слабость. Даже в этом Учиха и Хьюга были похожи. Стоило им хорошенько наподдать, как у них вовсю торчало. Агрессия и непокорность – вот что их заводило в девушках. Вот почему Неджи не замечал ее, пока она была доброй овечкой, вот почему Саске пренебрегал послушной и услужливой Сакурой. Сексуальный мазохизм – вот что нужно было Неджи и Саске. Где-то она слышала (может от той же Ино), что люди, которые ежедневно держат все под контролем и имеют власть над другими, ищут чувства беспомощности и стремятся снять с себя груз ответственности, увлекаясь в своей интимной жизни БДСМ-практиками. Кровь и алкоголь в жилах Саске закипели. Наглая мордашка Тен-Тен, ее рука, уверенно держащаяся за его член, ее отпечатки, пылающие на его щеках, выбивали из него разум. Он сгреб ее и больно смял ее губы своими. Не ожидая такой ярый напор, Тен-Тен поначалу уступила ему, но как только Саске пробрался пальцами под подол ее ципао* и грубо схватил ягодицу, она вцепилась зубами в его нижнюю губу. Саске зашипел, мотнул головой и прощупал языком прокушенное место. - Я женщина, а не дичь, – властным тоном проговорила Тен-Тен. Она смотрела в его глаза, и на какой-то миг ей показалось, что он пошлет ее к чертям собачьим и выпустит, но он не послал и не выпустил, а послушно огладил ее попку, медленно спуская руку вниз, меж бедер. – Вот так-то лучше, – томно выдохнула Тен, ликуя от чувства победы, словно ей удалось приручить самого дикого и страшного зверя на всей планете. Саске вдруг поднырнул, перехватил ее за талию и понес обратно в бар. - Пошли вон! – рявкнул он парочке засидевшихся пьянчуг, и те сразу же сдриснули, завидев его вспыхнувший шаринган. Он сунул несколько крупных купюр дрожащему бармену. – Я арендую твой кабак на ночь. Не говоря ни слова, мужчина взял деньги, положил на стойку ключи от бара и вышел, не забыв повернуть табличку на «закрыто». Саске усадил Тен-Тен на стол и принялся нетерпеливо расстегивать ее платье, но она жестко ударила его по руке. - Нет, не так! – она требовательно надавила ладонью на его макушку, заставляя спуститься ниже. – Туда! – велела она, нескромно раздвигая ноги. И Саске подчинился. Непреклонная, дерзкая, она бесила его и в то же время заводила невероятно. Еще никогда в жизни от так не возбуждался, не переполнялся такой жгучей страстью и похотью. Такахаши бесила его и в то же время хотелось исполнить все, что она ни прикажет, чтоб увидеть, как она содрогается от удовольствия, чтоб услышать ее благодарные стоны. Тен-Тен прерывисто дышала и улыбалась, чувствуя, как горячий язык Саске порхает и щекочет ее лоно. Видимо и правда гении хороши во всем, потому что то, что он с ней проделывал, было настолько умопомрачительно, что у нее ноги сводило сладкой судорогой. Каждая клеточка ее тела изнывала от желания, просила еще и еще. Ей нужно было больше. Плохо понимая, что делает, Тен-Тен уцепилась пальцами за ершистые волосы Саске, оторвала его от себя и стала суетливо стягивать с него одежду, царапая ногтями его кожу, покусывая его поджарое тело, пахнущее силой, тестостероном и горьким миндалем. - Снимай с себя долбанные штаны! – прикрикнула она, не сумев справиться с застежкой на брюках Саске. Тот по-мальчишески озорно захихикал, и Тен была первым живым существом, кто слышал этот смех. Он только распалил ее, раззадорил, и не успел Саске толком расстегнуть пуговицы, как Тен-Тен набросилась на него и опрокинула на диванчик возле столика. После Неджи у нее никого не было. Ни в сердце, ни в постели. Она и не подозревала, насколько она изголодалась по мужчине. Разгоряченная и дикая, она спешно спустила с Саске штаны и тут же села на его пах. Зрачки расширились, ее взгляд затуманился, она прикусила верхнюю губу, нижнюю, облизала их так, словно, испробовала само блаженство. И Саске зарычал от вожделения. Он ненавистно содрал с Тен-Тен ципао и собрался завалить ее обратно на столик, чтоб трахнуть как следует, но она вновь схватила его за волосы, пригвоздила к спинке дивана. - Не мешай мне! – прерывисто выдохнула она ему в лицо и заскакала на нем, как на жеребце. От ее резвого темпа перехватывало дыхание, кровь громко стучала в ушах, а тело пылало. Рвано дыша, он любовался ею, ее крепкой, спортивной фигурой с проступающими венками на руках. Ее груди казались острыми из-за сильно выпирающих сосков – направленные чуть кверху, конусовидные, они смахивали на маленькие алые кунаи. Невозможно было не потянуться к ним, не потеребить, не вобрать в рот. Тен-Тен застонала, задрожала и, чувствуя, как ее лоно туго сжало его член в преддверии оргазма, Саске схватил девушку за подбородок: - Смотри на меня, – хрипло произнес он, готовый вот-вот взорваться вместе с нею, и когда он поймал ее рассеянный взгляд, активировал шаринган, и хлынувшая эйфория растянулась на долгие-долгие минуты. Их трясло от невыносимо сладкой истомы, они стонали друг другу в губы, хватались друг за друга, словно хотели слиться воедино намертво. Это было мучительно и божественно одновременно.

***

- А не мог продлить кайф на пару часов? – мечтательно проворчала Тен-Тен. - Мог бы, но тогда у нас разорвало бы сердце. Тен-Тен валялась на Саске, обессиленная и приятно опустошенная. Очень не хотелось вставать с него, такого упоительно горячего. Но должна была. Чтоб он не возомнил, что она втрескалась в него. Чтоб она действительно в него не втрескалась. Кто бы мог подумать, что они когда-нибудь переспят. Если бы кто-то несколько лет назад сказал ей, что самый незабываемый секс в ее жизни случится с Учихой Саске, она бы плюнула этому человеку между глаз. Слишком уж разными они были. Да они едва обменялись парой слов за все время, что она его знала. Тен-Тен лениво поднялась с Саске, но он тут же ухватил ее. - Мне пора, – заупрямилась Тен-Тен, вырываясь из его рук. - Куда? В твой бездоходный оружейный магазин? - Иди на хер, Учиха, – ввернула она и резко встала с него. Саске глядел, как Тен вытирает его семя со своих бедер, и кровь вновь потекла в его чресла. Тен-Тен Такахаши. Сильная, уверенная, нахальная. Непокорная. - Ты мне нравишься, – произнес он, и девушка на мгновение застыла. Он поймал ее врасплох своей подлинной искренностью. - Извини, но нам не по пути, – немного фальшиво бросила Тен, пытаясь казаться циничной и невозмутимой. – Ты постоянно где-то странствуешь, а я не собираюсь ждать тебя у окошка, как Сакура. - Правильно, ты не Сакура, – его голос зазвучал прямо у ее уха. Такой быстрый, что она даже не поняла, как он оказался рядом с ней. Его напряженный член ткнулся ей в бедро. – Меня к тебе тянет. Так сильно, что я сам удивляюсь. Тен-Тен очень захотелось остаться и отдаться ему еще раз. Много раз. Но она подавила в себе это желание. Вместо этого она оттолкнула его, накинула на себя платье и улыбнулась. - Ну вот и посмотрим, как тебя тянет, – сказала она, застегнулась и вышла из бара. С тех пор Саске видели в деревне ежедневно. Он заходил к Тен-Тен в магазин, покупал у нее всякий ненужный хлам, и каждая их совместная ночь была жарче предыдущей. Карин и Суйгецу по-прежнему ссорились и подначивали друг друга, и все их скандалы всегда перетекали в бурный и страстный секс. Ино забеременела после первой же брачной ночи. Двойней. И Дейдара был самым счастливым и гордым мужчиной на свете. Сасори и Сакура не устраивали пышного празднества. Они просто заключили брак в ту же ночь, после свадьбы Ино и Дея, и после этого не вылезали из спальни целый месяц. ___________________________________________________________________________ Вот и скзочке конец, а кто читал, тот большой пошляк! ХДДД Шучу. Спасибо всем, кто читал. Это были мои развратные фантазии по любимым пэйрингам. Правда Тен-Тен/Саске не мой любимый пэйринг. Просто так получилось. Просто я его пожалела и хотела оставить и его с парой.)