Я останусь

— Где ты живешь? — спросил Чонгук. Честно говоря, за руль должен был сесть Чимин, но Чон его не пустил: хотел таким образом выпустить пар. Ему нравилось ездить по ночным мокрым дорогам с высокой скоростью. — Не нужно меня подвозить. Высадите на ближайшей автобусной остановке и езжайте домой, — ответил Пак Чимин, недотрогу строит. — Могу поспорить, что ты ни разу в своей жизни не ездил на автобусе. Не пудри мне мозги, иначе тебе достанется за всех, кто испортил мне настроение. Из-за Ким Тэхёна "идеальная" схема Чимина пошла не в том направлении. Пак не планировал сразу после мероприятия ехать домой, он не планировал вообще возвращаться. Но нужно уметь выкарабкиваться из такого рода ситуаций, верно? — Дядя сказал, что вы передадите мне документы… — Чёрт! Совсем забыл про это. Они у меня дома. Сейчас заедем и заберем их. POV Ким Тэхён — Ох, уж извини, что не обучил его член сосать! Хотя он это и без меня умеет, — чуть ли не кричал я. Как я оказался здесь в такой час — довольно запутанная история, а про причину и говорить не стоит. Да и то, как я достал адрес его новоприобретенной квартиры тоже опустим, пожалуй. И когда это Чонгук успел купить себе квартиру? Он всегда откладывал покупку, говоря, что не привык жить один. К тому же, у него было несколько мест, чтобы переночевать. Но тут он резко изменил мнение. Наверняка, из-за своего нового секретаря. — Ты прав, и делает это не хуже тебя, — произнес Чонгук. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Правой рукой он держал полотенце на своих бедрах. Видимо, только из душа. Больно… Очень больно… А теперь когда я вижу Пак Чимина в одном махровом полотенце на бедрах выходящего из ванной комнаты, больно в двойне. Как представлю, что было до того, как Пак отправился в душ в чонгуковой квартире, такое чувство словно чем-то тупым ковыряют рану, покрывшуюся корочкой. Нет ни смысла, ни желания, ни сил оставаться здесь и лицезреть полуголых Чонгука и Чимина. Меня хватило только на раздраженную ухмылку. Никаких «до встречи», никаких сопливых прощаний двух друзей детства, которые запутались в себе. Или же только я запутался? Это уже не так важно как-то, что надо поторапливаться. Я развернулся, махнул рукой и, на удивление, не хлопая дверью, покинул квартиру Чона. Рано или поздно такое должно было произойти. Я думал, что это к лучшему, хотел почувствовать свободу. Но всё, что я чувствовал в данных момент, как мои песочные замки смывает холодным океаном. Я направился на место своего назначения. В голове было пусто, а за окном — крыло белоснежной железной птицы, окутанное облаками… POV Чон Чонгук — Ты немного соврал ему, хён. Я же могу назвать тебя теперь так? Предлагаю воплотить это в реальность, чтобы это не было ложью. — Это останется ложью. А ты одевайся, забирай документы и уходи. И я тебе не… — Я не хочу уходить, хён. Разве я могу оставить тебя одного? Позволь помочь тебе, — Чимин подошел вплотную ко мне. Он обхватил мои бедра свои ручонками. Его губы осыпали шею и плечи горячими поцелуями. Пак ниже меня, поэтому, чтобы дотянуться до мочки моего уха, ему необходимо встать на носочки. Я хотел бы получить удовольствие, расслабиться, но вместо Чимина я представил его, нет, я хотел, чтобы меня целовал и ублажал Тэ… Только Тэ. Пак хотел уже снять с меня полотенце, но я его оттолкнул. — Это всё неправильно, всё ошибка. Тебе лучше уйти, — проговорил я, пытаясь выбросить из головы Кима. — Я знаю, что был ошибкой, но, может, тебе понравилось ее допускать? — спросил Чимин щенячьим взглядом. — Не понравилось, Чимин. Сейчас же выметайся. И ты уволен. POV Автор Местом назначения Тэхёна была его же квартира, которую «подарил» ему Чонгук. А облака и крыло железной птицы он рассматривал на фотографии, которую сделал ещё в юности, когда впервые летал на самолете. Ким думал, что, возможно, если он уедет отсюда подальше, подальше от Чона, то это и будет для них обоих хэппи эндом. Но даже находясь в одном городе, но не рядом с Гуком, Тэхён не чувствовал себя на все сто счастливым. Чего-то не хватало. Утром Киму позвонил брат Чонгука с довольно неприятными новостями: у казино проблемы. Видимо, тот не знал о его увольнении или же решил это игнорировать. «С этим можешь справиться только ты. Ты нужен ему, Тэхён» Следует ли верить этим словам? Звук уведомления на телефоне. Что ещё? «Между нами с Чон Чонгуком ничего не было. Он по тебе убивается, придурок (и он, и ты). Поэтому ты просто обязан сделать его счастливым, иначе я попытаюсь сделать это вместо тебя снова!

Пак Чимин»

С чего это Пак такой добренький? Аж не верится… Но Тэхён поверил. Надел костюм и рванул в казино Чонгука, раз небеса и люди благоприятствуют этому. — Что ты… Чонгука как будто холодной водой облили. Он своим глазам не верил. Ночью пил до беспамятства, чтобы образ Тэхёна изгнать из головы. А сейчас он стоит прямо здесь, перед ним. Не верит, пока Тэ не открывает рот. — Приехал разгребать твои проблемы. Вижу, ты без меня ничего не можешь. — Что это значит? — Я останусь. Может когда-нибудь и вправду уйду, но точно не сейчас. Чонгук улыбнулся, ведь он больше не даст Тэхёну повода думать об уходе. Сложно сказать, кто из этих двоих был рад такому исходу событий. После сегодняшней суматохи в казино, проблем стало гораздо меньше, но большую часть ещё предстоит решить. Ким и Чон отправились в JW Marriott Seoul, на нейтральную территория так сказать. Чон заказал бутылку дорогого вина, чему Тэ очень удивился. — С чего вдруг вино? — Надоел виски, — проговорил Чонгук, наполовину наполняя бокалы и вспоминая вчерашнюю ночь, когда выпил несколько бутылок виски со льдом (а потом и без) из-за ухода Тэхёна. Кто ж знал, что тот вернется. — Знаешь, Чонгук, — начал Ким, сделав глоток. — Чем-то пахнет здесь. — Пахнет? И чем же? — Романтикой. — То есть ты находишь романтичным, что двое коллег выпивают вместе после работы? — Двое коллег вместе выпивают в номере люкс, и один из этих коллег признался в своей нетрадиционной ориентации. Чонгук молчал. Не учили его ни в школе, ни в университете, как в своих чувствах признаваться. Можно просто сказать, но это слишком просто для Чона. Ему бы закатить целое мероприятие посвященное Тэхёну, только ему одному, с шариками, подарками и прочим. Решив, что заморачиваться уже поздно, Чонгук вспомнил просмотренные мелодрамы, которые можно по пальцам одной руки пересчитать. Он подошел к Тэхёну и подарил старшему лёгкий поцелуй с привкусом «Шато Лафит»*. Не было никакой страстной борьбы языками, они просто сплелись под потоком нежности, передаваемым друг другу. — Хорошее вино, — разорвал поцелуй Ким, чем заставил Гука нервно усмехнуться. Раздался лёгкий стук хрусталя о дубовую поверхность. — Растерял ты навыки в обольщении, Чонгуки~. И тут у младшего крышу снесло: не привык он к тому, что одним голосом его уши ласкают. Но Тэхёну чувства Чонгука подвластны, только старший об этом не знает (пока что). Чон снова прильнул к губам Тэ, но уже с обычной настойчивостью. Вроде всё как прежде: отель, они вдвоем в постели, учащенное дыхание, путанье в шёлковых простынях. Но кое-что изменилось. Теперь оба партнера получали удовольствие и эта близость была взаимной и желанной. Разум замутнен, никто и не будет думать о морали, ориентации. Они не думали, они чувствовали одно двумя сердцами и дарили друг другу эти чувства толчкамипорциями. — Всё-таки лучше тебя никто не сосёт, — грязно прошептал Чон. — А много было? — Чимина не было. Главное, что был и есть ты. «И буду» осталось не озвученным, но подразумеваемым протяжными стонами как Тэ, так и Чона. Впервые после страстного секса они некоторое время лежали в обнимку на кровати полностью обнаженные, так как шелка уже валялись скомканные на полу. Чонгук мягко гладил Ким по волосам и вдыхал аромат его шоколадного шампуня, а старший лежал на его груди и, слушая сердцебиение, водил кончиками пальцев по шраму на животе Чона. Романтично, не правда ли? Неромантичным был только шрам, который остался у Гука после операции по удалению аппендицита (ну почти боевой, что тут еще сказать). Когда полностью стемнело, парочка, как обычно, вышла на балкон и Тэхён по привычке протянул Чонгуку серый Winston. — Я бросил, — проговорил он, окинув взглядом пачку сигарет. — Ой, не пизди. И с каких пор Тэхён стал таким дерзким, уверенным в себе и расслабленным (?). Но Чону это очень нравилось. — Тогда эта будет последней, — заявил Гук и ловко вынул одну сигарету. — Ну, посмотрим. — Ты во мне сомневаешься что ли? А ну сюда иди!

—The end—