ну и прикол

хотелось бы сказать, что сеул зимой безумно красивый. что деревья, покрытые белым свежим снегом, выглядят как декорации к какой-то сказке. что на улицу спешат люди дабы насладиться этой атмосферой. нихрена. может быть, перед рождеством ещё и ничего так. город не выглядит таким угнетающим, спрятав свою враждебность за всякими украшениями. но вот к февралю, когда из декораций на улице лишь пьяные дяди в костюмах диковинных санта клаусов валяются, сеул и сам становится похожим на какого-нибудь бомжа. пугающие своей серьезностью офисные здания вдавливают прохожих в землю, а симпатичные айдолы, смотрящие с рекламных щитов, напоминают об ущербности обычных людей. - зато можно представить, что мы выжившие после апокалипсиса, - делится своими мыслями кун, - подумай только, остались бы мы одни, пускай и не на земле, но хотя бы во всем городе, - сам своей идеей загорается, радуется ей, как ребёнок мороженому, - чтобы ты хотел сделать, будь сеул в твоём распоряжении?

и я тоже

- сложно, - только и говорит сычен, оглядываясь по сторонам, - сейчас здесь делать то нечего, - пейзаж парню не по вкусу, он лучше бы дома сидел, переписывался бы со своим японцем. но кун в наказание за проступок младшего даже телефон запретил ему с собой взять. справедливо, конечно, но обидно. - мы могли бы с тобой любую машину угнать, ловить бы нас все равно было бы некому, уехали б куда-нибудь, - сердце щемит от своих же слов. кун ёжится даже в эти жалкие -2. у него, кажись, проблемы. - ты в порядке? - сычен озабоченно осматривает друга, предлагает присесть, - ты бледный. - не строй из себя врача, дурак. кун бы все что угодно отдал, чтобы вот так всю оставшуюся жизнь с младшим просидеть, чтобы тот за него волновался, щупал его лоб, будто бы так сможет определить температуру парня, чтобы вот так заливисто смеялся над его тупыми шутками. увы, на горизонте образовался какой-то японец, он тянет сычена балластом, кун уверен, на дно. ни к чему хорошему их общение не может привести. и в скором времени сычен это поймёт. а кун может ему в этом помочь. - когда мы в последний раз вот так вот проводили время? - интересуется старший, поворачиваясь лицом к другу.

сычен такой красивый

, думает кун. - вместе, ты имеешь в виду? дышать становится трудно, когда друг так бессовестно в глаза смотрит своими такими большими и выразительными. кун, видимо, в прошлой жизни был заядлым грешником, раз в этой ему достался такой

сычен

- не хочешь ко мне в гости? с ночевкой? - старший заметно даже для слепого сычена нервничает, теребит шнурок от толстовки да взгляд отводит. - если ты разрешишь мне взять телефон, то да, - парень и не знает какую ошибку совершает, ставя такие условия куну. - как скажешь, винвин, - от одного слова сычена бросает в дрожь. теперь его очередь нервно сглатывать и теряться. воспоминания крутят его узлами, вытряхивая все мысли, лишь это дурацкое ‘в и н в и н’ оставляя. кун этого и добивался. довольный смущенным сыченом, он по-хозяйски закидывает свою руку на плечо другу, прижимаясь ещё ближе. поднимает того с места, разворачивается на 360 градусов, начиная идти, тянет младшего за собой. - бери только самое необходимое, - шепчет старший сычену на ухо, от чего тот тут же отстраняется, улыбаясь, потирает обданную горячим дыханием друга кожу. парень собирается быстро, успевает даже обмыться горячей водой (по пути его несколько раз роняли в грязный снег). заходит в комнату перед выходом за телефоном и зарядкой, но задумывается. а надо ли оно ему? то есть, понятное дело, общение с незнакомцем ему нравится. каждое новое сообщение мурашки по телу пускает, а неизвестность только масло в огонь подливает, усиливает заинтересованность. но с куном сычену хорошо. так спокойно и понятно. молчать им не в тяжесть, да и то что они видят друг друга уже огромный плюс. - я не буду брать телефон, - кричит сычен из комнаты, пряча гаджет в ящик в столе. - как не будешь? - вырисовывается кун прямо за дверью, - ну на всякий случай возьми. не тупи, а. вдруг что. сычен тушуется. друг прав, а он как всегда себя болваном полным выставляет. только вот настоящую причину взволнованности старшего парень не знает, поэтому доверяется, телефон все же в сумку кладёт.

вдруг что.

кун решает, что пешком пойти до его дома, который находится в часе поездки на метро от дома сычена, замечательная идея. - к вечеру доберёмся, - уверяет старший друга. они много смеются в пути, кидают в друг друга грязным подтаявшим снегом, из-за чего становятся похожи на монстров из канализационных люков. к вечеру они добираются только до макдоналдса, что считают подарком судьбы. на этот раз вместе решают, что обратный путь они проделают на автобусе, поэтому сейчас могут себе позволить вкусно перекусить и, наконец, смыть с себя грязь. - так пусто, - тихо говорит сычен, будто бы боится быть замеченным. в помещении и правда людей немного. помимо работников в конце зала сидит какая-то парочка, которой явно не до двух придурковатых парней. - нам два бигмака, большую картошку фри с сырным соусом и двадцать наггетсов с соусом тысячи островов, - кун делает заказ, пока младший выбирает столик, - ещё карамельный макфлури и два стандартных стакана колы, пожалуйста, - он находит друга взглядом и, улыбаясь, подмигивает тому. все идёт как нельзя лучше. заказ готовят быстро, поэтому не приходится убивать своё хорошее настроение в очереди, садятся они вглубь зала, где их никто не увидит, и можно спокойно баловаться. - я такой голодный, - кун приносит поднос, садится рядом с сыченом, - эй, двинься! - здесь ещё куча места, че ты ко мне лезешь, болван, - в шутку злится парень, все же отодвигаясь. кун лишь сокращает дистанцию между ними, обнимая младшего. - чего ты творишь? - смеётся тот, - я есть хочу, - пытается убрать от себя своего чересчур любвеобильного друга, - ну перестааань, - тянет сычен, но все же сдаётся. видимо, поесть они смогут лишь ближе к ночи. - ну, - бурчит старший куда-то в капюшон, - я же люблю тебя. никогда ещё не было ему так сложно говорить эти слова вслух. никогда он ещё не чувствовал себя так, будто рассказывает свой самый ужасный секрет. обнажает себя.

смотри, вот он я такой. бери, или выкидывай. перестань мучать только.

но для сычена все терзания куна не заметны, он лишь в ответ мягко улыбается, обнимая его за шею. - ладно, - парень отодвигается, направляя все своё внимание на еду, - приступим. он открывает все коробочки, все соусы, пробует все, что у них на подносе стоит. даже колу из разных стаканов пьёт. - ты как пёс что ли, - приподнимает в удивлении брови сычен, - свою территорию помечаешь? кун молчит, все также разглядывая фастфуд, но друга за руку берет, нежно кусает. лишь потом взгляд на ошарашенного младшего поднимает и чеканит твёрдое ‘да’. все вкусности быстро в желудках у голодных парней исчезают, только 20 куриных наггетсов ещё держатся. - зачем ты вообще столько взял? - нарушает повисшую между парнями тишину сычен, - в меня вообще ничего больше не лезет. лопну скоро. - ну, это сейчас. а потом придём мы ко мне, ты сразу холодильник проверишь, а у меня там тишь да гладь, божья благодать. старший гордится, что может вот так своего друга заставить смеяться буквально ни над чем. может ли так его японец? кун верит, что нет. - я возьму это с собой, а у дома ещё зайдём в магаз, купим чего попить, если хочешь. до дома ребята добираются быстро. поймать автобус не было никаких проблем, что даже странно. в ближайшем ларьке старший берет им две бутылки пива, хотя сычен отпирается. - я же дурак полный, когда пьяный, - ищет он аргументы в свою пользу. - а мне нравится, - кун мечтательно улыбается, - ты сам меня обнимаешь. дом старшего со стороны выглядит очень неприветливо, своим видом отталкивает. окна с решетками будто предупреждают чужих близко не подходить, а своих - бояться. квартира у него такая же как и дом. мрачная, пугающая. но сычену здесь нравится. как будто в фильме ужасов оказался. он всегда это место больше любил, родителей уговаривал купить ему жильё здесь. никто не тронет, и кун, если что, под боком. но как-то не срослось. а теперь нет смысла переезжать, все пообвыкли. - ты знаешь где у меня что, так что да, - говорит кун, стоя посреди своего чёрного коридора, - чувствуй себя.. - как ты у меня дома, - заканчивает за него младший, вещи свои закидывая в спальню, а сам отправляется в ванную комнату, попутно разуваясь. - ну да, - шепчет себе под нос оставленный парень, не решаясь никуда двинуться пока. но в голову приходит идея, игнорирование которой кажется ему ещё хуже ее самой. кун ждёт, когда из ванной будет слышно, как течёт вода, чтобы зайти и - давай вместе примем душ, - почти кричит старший, раскрывая резко дверь, тем самым застав сычена врасплох, - сэкономим воду! говорить, на самом деле сложно. сердце стучит уже где-то в глотке, вот-вот изо рта выпрыгнет прямо в руки младшему. - помнишь, в детстве вместе купались, а что сейчас изменилось? сычен наконец приходит в себя. задается вопросом, когда же это кун успел с ума сойти. ответа, конечно, не находит. но зато слова друга придают ему уверенности. он скидывает с себя последние предметы одежды и встаёт под струи воды. - раздевайся, чего ждёшь? - пока ты пригласишь. у куна горло пересыхает, а ладони потеют. трясется, как младшеклассник какой-то. но все равно снимает с себя постепенно толстовку, футболку, джинсы. остаётся в одних боксерах, руки нервно в кулаки сжимает и сглатывает громко. он так и не понял с чем, но, кажется, сейчас он точно спалится. - ты вроде воду экономить решил, не? - сычен поворачивается к другу лицом, открывая вид на своё красивое тело.

кукла

, думает кун и наконец заходит в душ. кабинка оказывается невероятно маленькой и тесной для двоих немаленьких парней. они садятся на пол, думают, так лучше, места будет больше. но в итоге лишь коленками сталкиваются, не зная, куда деть руки. - у меня в ванной надо было предлагать, идиот, - шипит сычен, в очередной раз головой об прозрачную стенку ударяясь. - так мы ближе, - выдыхает кун, следит за движениями младшего, все свои действия тщательно анализируя. - дурак, - тот наконец находит удобное для себя положение, ноги прижимает к груди, тем самым ещё больше прячась. он и не знает от чего, но чувствует себя супер неловко. с детства очень многое изменилось, думает он, боясь посмотреть куда-то не туда и засмущаться, густо краснея. - хей, - старший тянет к сычену руки, треплет того за милые ещё детские щечки, - я могу выйти, если тебе неудобно. как его только хватило на то чтобы сказать все эти слова, ни разу не запнувшись. он, кажется, гораздо крепче, чем думает. хорошо, что под струями воды не видно, как его слезы вниз к шее скатываются, неприятно кожу своей горечью обжигая. - да все ок, - сычен пытается расслабиться, подставляет лицо под струи воды, - мне так кайфово, - нечленораздельно заявляет он и встаёт. кун пошевелиться боится. - но мне уже хватит, - младший выключает воду, открывает дверцу, собираясь уже низкий порог кабинки перешагнуть, как его кун за руку ловит. он долго решается что-то скать. что-то только ему самому известное, но в итоге лишь просит друга найти какой-нибудь фильм им на ночь посмотреть. - я ещё немного здесь посижу, - говорит он напоследок сычёну. тот выходит, забрав свои вещи, старшего наедине со своими мыслями оставляет. все это началось ещё год назад, может полтора. к такому выводу приходит кун. или с той вечеринки, где они играли в бутылочку. младшему было 16, он не целовался ни разу, но свой первый поцелуй куну отдать не побоялся. пусть это и было просто легкое прикосновение губами. тогда и этого хватало чтобы крышу сносило. или ещё раньше. когда сычен хотел научиться кататься на велосипеде, а старшему пришлось нести его домой на руках из-за разбитых колен. велик, к слову, угнали. или когда они вместе прогуливали уроки в туалете. старший пытался курить, но их чуть не спалили. сигарету пришлось в унитаз кинуть. паленым пахло все следующую неделю.

не важно когда, главное, что это началось.

- ты где? - кричит кун в, казалось бы, пустую квартиру, и сердце пропускает удар. он обходит все комнаты, попутно волосы вытирая полотенцем, оставляет мокрые следы. но сычена так и не находит. зато на столе в спальне видит записку, которая гласит ‘ушёл за всякой всячиной, а то у тебя и правда жрать нечего, скоро буду. телефон не брал. не волнуйся, хен.’ и три сердечка. старший решает, что такой шанс упускать нельзя. он хочет лишь убедится в том, что сычен про этого японца уже и забыл. однако, сильно разочаровывается, когда видит - последние сообщение отправлено 15 минут назад. wild’n’free: малыш wild’n’free: куда ты пропал? wild’n’free: я скучаю :( wild’n’free: ты же не обиделся на меня за то, что я тебя до самого утра отпускать не хотел? wild’n’free: так это все ты со своими китайскими чарами wild’n’free: ты так скоро джеки чана переплюнешь winwin: ну ты и еблан winwin: конечно я не обижен winwin: мне самому понравилось с тобой беспрерывно до рассвета общаться winwin: я и не думал, что наблюдать за восходом солнца, переписываясь с таким ебланом как ты, может мне понравится winwin: но прикол не в этом winwin: помнишь куна? wild’n’free: который старпер? winwin: он самый winwin: я из-за тебя winwin: встречу с ним winwin: пропустил winwin: он ко мне домой приперся, а я сплю wild’n’free: малыш, может дело не во мне а в куне в твоём wild’n’free: я ни на тебя ни на него не наговариваю wild’n’free: просто wild’n’free: если ты встречу с лучшим другом из-за почти незнакомого парня пропустил wild’n’free: может он и не лучший вовсе wild’n’free: я бы задумался кун от злости хочет телефон кинуть, но так безрассудно показывать свои эмоции ему нельзя. младший не должен увидеть куна расстроенным, чтобы не задаваться лишними вопросами. а старший должен взять себя в руки. он вытирает слезы, что мутной пленкой глаза обволокли. и делает то, о чем, скорее всего, потом сильно пожалеет. не зря же кун все-таки на программиста учится. он лишь себе известными способами устанавливает слежку за какаотолк сычена. так, все, что ему отправляет этот еблан из японии, будет доступно и куну. не придётся каждый раз в телефон к младшему лезть за ответами на свои многочисленные вопросы и догадки. все следы за собой заметает, как настоящий хакер. умывается на всякий случай и идёт ждать друга на кухню. тот перешагивает порог квартиры почти в тот же момент.

вечер продолжается.