ну и прикол

среда, 24 февраля

парень вставляет в автомат деньги, чтобы тот протяжно прожужжал и выдал их обратно. - да блять, - вздыхает. у куна все идёт по пизде ещё с того воскресенья, когда он для себя решил отдалиться от сычена, хотя бы на время. тот, кажется, этот факт уже принял. сообщения от младшего не пестрят доброжелательностью или приветливостью. холодное ‘ответь’ или ‘приходи’. видимо, ему на куна теперь плевать. он жалеет о той ночи, жалеет вообще о том, что старшего знает. японец же ему лучше помогает, чем те, кто рядом. парень с размаху по машине, что кофе ему отказалась делать, бьет. даже с места скрыться не пытается, поэтому дяди-охранники в своих тяжелых костюмах провожают его на улицу. наверное, из универа скоро придёт письмо об отчислении. в последнее время голова совсем не программированием была занята. а зря, думает кун. лучше бы был учеником - примером для всех остальных. никаких посторонних раздражителей, из проблем лишь учеба. а у парня на уме только мысли о потери друга, который ему чертовски нравится. у него сердце разрывается от каждого нового сообщения сычена, он ответить безумно хочет. но знает наизусть, винвину это не надо. он всего-то для приличия эти извечные ‘перезвони’ пишет. создаёт видимость хорошего товарища. кун тоже пытался, но чувства спалили его с потрохами. не друг он сычену. он и не хочет. февральское солнце, серым пятном на небе висящее, не греет совсем. по телу мурашки. но от холода ли? сегодня китаец домой вернётся к ночи. как и вчера, как и позавчера, как и завтра, впрочем, тоже. он бредёт непонятно куда и непонятно зачем. смотрит по сторонам, а вместо домов многоэтажных да людей в зимних одеждах свои ошибки видит. взгляд у него пустой, пугает тем самым жутко деток, которых мамы за ручки через дорогу переводят. куна тоже так когда-то держали. в детский садик к таким же в будущем скомканным недолюдям водили. на ночь пели колыбельную, потом мягко в щеку целуя. сейчас его никто утром тёплым ‘пора вставать’ не разбудит. никто на завтрак ему противную кашу с комочками не сварит. и уж тем более ‘я люблю тебя’ никто не скажет. сейчас он один. сам себе мама, сам себе верный друг, сам себе самая огромная оплошность. шагами своими сеул измеряет, никого вокруг не замечая, глазами за ноги держится, будто только так он способен с места сдвинуться. сам себя подставляет, когда к дому сычена приходит. в окнах того свет горит, вечер же, темно. он наверняка, одеялом укрывшись, на кресло забрался с ногами. уткнулся в телефон, боясь сообщения от этого чертового юты пропустить. кун не ревнует. кун всем, кто с его сычёном взаимодействует, шею хочет свернуть. но у него в рукаве есть козырь, который не даст ему проиграть. или, по крайней мере, японцу выиграть. кун остаётся на детской площадке возле дома винвина, на качели садится. отсюда лучше всего можно за квартирой младшего наблюдать. кун даже может разглядеть его силуэт, который тенью то тут, то там мелькает. он сидит так больше часа, на родные окна в упор смотрит. руки от холода застывают, не слушаются больше. парень их в карман прячет, телефон нащупывая. ему сейчас пиздец как хочется сычену написать, во всем признаться, но вздрагивает из-за неожиданного звука. оповещение о новом сообщении. winwin: заходи. и он заходит. через два часа к себе в квартиру. несмотря на невысокую температуру на улице, он потом истекает. голова горит. руки красные непослушные, ноги путаются. грудь вздымается от тяжелого дыхания. кун не может прийти в себя. он до сих пор с злосчастной площадки в панике почти убегает. сычена в очередной раз без ответа оставляет, расстраивает его до слез в уголках глаз да сжатых кулаков, что по коленкам в истерике стучат. кун себя ненавидит. тянется за телефоном хотя бы ‘прости’ написать, но обнаруживает себя в чёрном списке.

так и заканчивается многолетняя дружба.

это, наверное, и становится переломными моментом в уже не его истории. ему взломать чужую страницу проще простого. а взломать страницу парня, который у него сычена отнял выходит на раз два. на всякий случай, думает кун. на всякий случай.

среда, 24 февраля

сегодня сычен решает наконец на уроке не только поприсутвовать, но и поучаствовать в нем. юта с утра ему оставил уйму сообщений о том, что знания это важно. мол, пиздуй учиться. а сычен ослушаться своего сэмпая не может. тем более, тот ему просто не отвечает во время школьных занятий. сегодня уроки легкие, они китайцу не в тягость. проходят быстро, в голове у парня ничего, конечно, не оставляя. все мысли сейчас сосредоточены не на чем и на всём сразу одновременно. настроение у винвина почему-то хорошее. он сам удивлён, но своим недоумением портить его не хочет. потом разберётся. он уверен, будет ещё время. после уроков сычен даже немного времени проводит на улице, воздухом города дышит, будто бы он свежее, чем тот, что дома. в магазин за свежими продуктами заходит. хоть и набирает всякой гадости, все же успехом свою вылазку считает. домой ему не терпится прийти. желание написать японцу особо сильное. провести с ним день, обсуждая все, что вздумается, для сычена отличная перспектива. только вот юта не отвечает младшему на его ‘привет сэмпай’. ни через минуту, ни через полчаса. сычен не грузит себя дурацкими мыслями. время свободное на уборку комнаты выделяет. разбирает ящики, не нарушая традиции, за всякую всячину цепляясь. это тот самый значок, который во дворе нашёл лет в 9. а это та книжка, что на день рождения пятнадцатый подарили. выпускной альбом с начальной школы. он на себя здесь совсем не похож. если бы не кун рядом, сычен бы себя и не узнал. парень на фотографии внимание заостряет, все остальное на второй план убирает. придаётся воспоминаниям, от чего на лице легкая улыбка появляется. в сердце неприятно колет, но винвин это ощущение упрямо игнорирует. он, вспоминая все хорошие моменты с лучшим другом, хочет быть счастливым, а не подавленным. через час уборки телефон проверяет. сообщение от японца там не обнаружив, нос вешает.

такой хороший день испорчен

, думает сычен. привести комнату в порядок у него только к вечеру получается, когда во всех окнах уже огни горят. он от соседей тоже не отстаёт, включает лампу, а за ней и компьютер. садится аниме смотреть, за едой переодически на кухню бегая или в туалет. проходит час, и парню совсем грустно становится. это не тот тип грусти, когда у тебя есть причина. когда ты накручиваешь себя, сам на дно утягивая. эту грусть со скукой спутать легко. тебе, кажется, нечем себя занять, а на деле тебе и не хочется. в груди будто дыра зияет. ты себя самодельной куколкой ощущаешь, которую забыли набить пухом. лишь пустая оболочка без мыслей и желаний. развалишься себе на полу звездой, в потолок смотришь, медленно моргая. ни сделать чего-то, ни уснуть, в мир снов провалившись. просто себе пустуешь, вздыхая временами. а иногда и об этом забываешь, сознание из-за недостатка воздуха теряешь. а люди за дверьми напротив твоей через месяц вонь чувствуют из твоей квартиры, - труп разлагается. сычен подходит к окну, на подоконник руками облокачивается и на улицу своим никаким взглядом смотрит. он тут же становится каким, когда винвин на площадке знакомую фигуру видит. пока у того голова отвернута, он в глубь комнаты ныряет, боясь оказаться замеченным. кун к нему наконец пришёл. младший так по нему скучает. ногти от волнения жуёт, ждёт, когда же тот к нему поднимется. а кун все сидит на качелях, прожигает своими глазами дыру в стенах дома. сычен берет ситуацию в свои руки, диалог с другом открывая. сейчас он выглядит до безумия уныло, своим холодом обжигает. но винвин уверен, все скоро изменится. не просто же так он целый день в хорошем расположении духа. долго не раздумывая, отправляет короткое ‘заходи.’, ожидая, что тем самым уверенности куну придаст. наблюдает за ним издалека. тот руки в карман убирает, телефон достаёт. с качели встаёт и зачем-то в противоположную сторону от дома сычена уходит. парень не знает, что думать. у него слезы в глазах, уши закладывает, а тело не слушается. у сычена самая настоящая истерика начинается. он вещи, первые под руку попадающиеся, в разные стороны швыряет, от злости крича. ногами по мебели бьет, боли физической не ощущая. он дрожит, в лёгких судорогах на пол оседает. руками голову охватывает, колени прижимает. со временем из чувств остаётся только обида. кун ничего ему объяснить не пытается, так просто из жизни младшего уходит. надумал себе всякого, даже не разобравшись, сычена всячески избегает. горькие слезы винвину единственный выход подсказывают. он телефон находит, у которого экран от падения треснул, в тот же самый диалог, что и сорока минутами ранее, заходит. поступай с людьми так, как хочешь, чтобы они поступали с тобой. кун своего добился. не хочет понять младшего - тот заберёт на это возможность. так и заканчивается многолетняя дружба. сычен долго на иконку родную смотрит, та ещё тёплые чувства в нем вызывает, молит о пощаде. но он это все подавляет чрезмерной грубостью. друга в чс кидает на всякий случай, а хочется в окно.

на всякий случай.