Четвёртая буква

Каждый из них знал, что разговора по душам не избежать. Каждый из них пришёл к этому выводу, гуляя в парке. Но ни один из них не был готов начать разговор сию секунду. У сожалению, как ранее отметил Юнги «зачарованный» парк так не думал, поэтому вновь свёл их вместе. Первым из четверых ожил Намджун, он предложил всем пойти в круглосуточное парковое кафе, что бы была возможность наконец расставить все точки над «и», при этом не замёрзнуть от ноябрьского холода. В данный момент ситуация выглядит уже более комично, но всё ещё так же нелепо и неловко. Чонгука с Тэхёном Намджун посадил за отдельный столик, как напроказничавших детей, которых хочешь не хочешь, а покормить всё равно надо. А сам, вместе с Юнги уселся за соседний, не забыв отправить Джину смс о том, что место встречи изменилось и адрес кафе.

***

Когда Сокджин вошёл в кафе, весь на кураже от сегодняшней покупки, перед ним открылась странная картина. Его собственный парень, с каким-то незнакомцем сидят за одним столом и пялятся на ещё двух парней за соседним. Парни за соседним столиком не говорят, они просто смотрят друг на друга. — Всем привет. — Сокджин сделал фирменный приветственный жест — изящно обрисовал круг в воздухе несколько раз. — Т-Ц-Ц-Ц шшшш… — на него зашикали и зацокали. Он сделал выражение лица будто сильно обиделся, но немного переиграл как в малобюджетном фильме. — Мы пытаемся слушать. — Они ничего не говорят. — Джин посмотрел на соседний столик. Ничего не поменялось с тех пор как он вошёл, и предположительно не менялось уже довольно продолжительное время. На столе перед парнями стояло две чашки нетронутого, уже подостывшего чая, а сами они поглядывали друг на друга и нервно жмакали салфетки. — А ты у нас тут типа самый умный, да? — на Сокджина зыркнул всё ещё не знакомый парень, который почему-то сидел рядом с прекрасным Намджунчиком. Не порядок. — А ты у нас тут типа сидишь слишком близко к моему парню, да? На самом деле нет. Между Юнги и Намджуном вполне мог вместиться ещё один человек. Но болтливый, и в данный момент ревнивый, язык Джина не позволил ему остаться в долгу. После чего Джин примостил свою пятую точку на стульчик между парнями (ближе к Намджуну естественно) и обмотался своими любвеобильными «щупальцами» вокруг его руки. — Ким Сокджин, — вытащил одну свою руку из подмышки Намджуна и протянул её незнакомцу. — Мин Юнги, — тот, не отрывая взгляда от соседнего столика, пожал протянутую пятерню. Почти что нахал, ну да ладно. Внимание вновь переключилось на соседний столик. Они вдыхали и выдыхали. Было впечатление, что они хотят что-то сказать, но когда они открывали по очереди свои рты, все слова забывались, поэтому они закрывали их снова и застенчиво отворачивались. К чаю никто так и не притронулся. — Они напоминают мне нашего Лёню, — задумчиво прошептал Сокджин ближе к уху Намджуна, — он почти так же делает. Его услышал Юнги: «Лёню?». — Наша рыбка, — пожал плечами Джин. — Сегодня купил. — Серьёзно? Я думал ты пошутил про рыбку… — округлил глаза Намджун. — Ты что против? — Конечно нет, рыбки ведь безобидные, — улыбнулся. — А ты позаботился об аквариуме или корме? Может заедем завтра перед работой, присмотрим что-нибудь твоему Лёне? — «Нашему», — поправил его Джин. — И не переживай. Лёне аквариум не пригодится. Намджун уже хотел что-то возразить, но его отвлекли копошения за соседним столиком, и после: «Ладно, позже поговорим», — все вновь уставились туда. В этот момент Тэхён и Чонгук открыли рот одновременно, что бы всё же начать разговор. Чонгук даже выдавил из себя какой-то мало похожий на полноценное слово звук, но вовремя заткнулся. Он приглашающим жестом показал Тэхёну, что тот может говорить первым. Чон готов внимательно слушать. — Знаешь, я бы хотел извиниться за ну… тот инцидент. Надо же. Они перешли на «ты»? Чонгук мимо воли прокрутил в голове тот момент в парке, когда Тэхён повис на нём и, выплёвывая стойкий запах перегара прямо ему в лицо, говорил: «запомни Тэ-хён! Я Тэ-хён!». Он улыбнулся своим воспоминаниям, опустив подбородок за ворот своего пальто. — Всё в порядке. Не переживай… (те?) об этом. Это было даже мило в какой-то степени. Теперь заулыбался Тэхён. Он понимал что, то что он творил той ночью было совсем не мило. Это было даже «с натяжкой» не мило. — Думаю после всего произошедшего, будет разумно перейти на «ты», — изрёк Тэхён. Он успел оценить реакцию Чонгука на своё внезапное «ТЫканье», да и в целом на ситуацию. Реакция его удовлетворила. Чонгук не стал биться в припадке от брезгливости (ведь именно ему пришлось убирать там, где Тэхён наследил), он не кричал, даже не матюкался. Не побежал рассказывать об этом конфузе всем своим знакомым и знакомым знакомых, чем, велика вероятность, занялся бы Хосок на его месте. Хосок же весь из себя такой компанейский. А душа компании никогда не упустит возможности обстебать того, кто облажался. А Чонгук нет. Он просто вошёл в положение и помог чем смог. Так что большое ему, человеческое спасибо. Вот правда. То как повёл себя Чонгук было самым правильным для Тэхёна в его положении. — Хорошо. — Знаешь, как-то неловко. Я имею ввиду это, — большим пальцем правой руки он указал на три любопытные головы. Чонгук повернулся в указанном направлении. Тэхён тоже. Три головы резко засуетились. Стали делать вид, что это не они только что бесстыдно пялились. Завертелись в хаотичном направлении, и нигде не могли остановить взгляд. — Вот безтолковки… — сам себе сказал Тэхён. — Может, эм-м… встретимся завтра? Без сопровождения, так сказать? — Чонгук сказал это очень не уверенно. Он боялся отказа, ведь позвал тренера чуть ли не на свидание. Без сопровождения. Ишь ты, разогнался! «Много хочешь, Чон Чонгук!», — пронеслось в его голове, после того как он озвучил своё предложение: «Бери от жизни что дают», — а именно: «сиди в кафе с друзьми и не выпендривайся». Но тренер не отказал. — Да, было бы здорово. Сделаем так: сейчас я забираю своих, ты своего и идём по домам. Иначе у той троицы случится бешенство на фоне волнения и любопытства. Завтра воскресенье, так что можем встретиться в любое время. Можно пообедать вместе? На том и порешили.

***

Переступив порог собственной квартиры, Джин хотел сразу повести Намджуна смотреть на рыбку. Намджун даже разуться не успел, как Джин резко скинул с себя пальто и шарф, стал снимать с Намджуна его верхнюю одежду. — Ооо… Мне так не терпится тебе его показать! Лёня такой милый! Тебе понравится! Намджун стоял почти не шевелясь посреди коридора, ждал пока резвый Джин его разденет и умилялся тому, как его парень завёлся от наличия простой рыбки. Джин заскочил ему за спину и накрыл своими ладошками глаза Намджуна. — Ну? Вперёд… — То есть. Ты хочешь сказать, что даже если ты мне прожужжал все уши про эту рыбку по пути домой — Лёня всё ещё сюрприз? Зачем закрывать глаза? — Джин почувствовал, как парень улыбается под его ладошками. — А ты не придирайся! Шагай, Намджун-и. Раз, два, раз, два… Вести неповоротливого Намджуна получалось с трудом. Они оба очень старались, но Намджун продолжал «успешно» натыкаться на любую мебель в доме. — Я чувствую, что мы идём в направлении туалета. Ты что, бросил рыбку в туалете? — Ну не совсем… — он оставил одну руку на лице Намджуна, а второй потянулся что бы открыть дверь. — Не подсматривай. Намджун услышал как опустилась дверная ручка и щёлкнул выключатель — Джин зажёг свет. В эту же секунду Джин убрал руку от его глаз. Первое что он увидел — до одури счастливое лицо Джина. — Ты весь светишься. А где рыбка? — Здесь! — он показал на («СТОП» ванную?). — Прелесть, правда? — Да «прелесть» это мягко сказано. — Намджун был ошарашен. Он представлял себе что-то вроде маленькой, милой, золотой рыбки. Но никак не Лёню, который скорее Леонид, потому что это был огромный толстолобик. В этой рыбине килограмм 10 не меньше, и эта махина сейчас лениво шевелит хвостом в их ванной, открывает и закрывает свои жабры. А ещё Намджуну кажется, что эта рыба смотрит на него как на говно. — Ты хочешь сказать, это и есть твоя «рыбка»? — Он прекрасен, правда? — Джин был в восторге от их нового питомца. — Сегодня я увидел его в супермаркете, и понял, что я хочу заботиться о нём. Он так на меня смотрел, Намджун! — он потянулся к своему парню, чтобы обнять его и положить голову ему на плечо. — Думаю, мы воспитаем прекрасную рыбу, мы будем самыми лучшими родителями для него.

***

В это время Чонгук всё ещё возвращался домой. Он не был дома уже пару дней. С ДжинХо даже не созванивался, в принципе, не очень то и хотелось. Вероятность услышать от неё что-то хорошее после их скандала была крайне мала. Интересно, как она отреагирует на его внезапное появление? Чонгук думает, что без: «Где ты шлялся, скотина?», — не обойдётся, и переступает порог квартиры. Подозрительно тихо. Свет нигде не горит. Может она спит? Странно, что он не разбудил её своим приходом. Ким ДжинХо обладательница очень чуткого сна. По-любому бы проснулась. Чонгук снимает обувь и идёт в глубь квартиры. Он зажигает свет во всех помещениях на своём пути. Он не знает на что надеется. Обнаружить там ДжинХо? Или может лучше не попадать под горячую руку? На самом деле, он не то чтобы горит желанием встретится с ней. Совсем недавно, сам для себя он решил, что больше не собирается из года в год ждать появления новой «не правильной буквы» на своём запястье, что бы наконец был смысл прекратить всё это. Он больше не будет жертвой этих бесперспективных взаимоотношений. Всё хорошее, что было в их отношениях обычно перечёркивалось необоснованными скандалами, иногда припадками ревности, или ещё чем похуже. Чонгуку понадобилось целых четыре года, чтобы понять, что они какие-то «не правильные соулмейты». Возможно именно не счастливая история тренера Ким Тэхёна натолкнула его на подобные мысли. Не зря ведь говорят, что люди зачастую в чужом глазу соломину видят, а в своём бревна не замечают. Конечно не обошлось и без участия Юнги, который изначально был против всего этого кипиша. «Чонгук-говнюк. Ничего из этого хорошего не выйдет. Зуб даю», — так звучит хёнова забота. Продолжая потихоньку копошиться в собственных мыслях, наш герой заходит на кухню — последнее помещение, где он ещё не искал ДжинХо. На кухне никого. ДжинХо нет дома. Но Чонгук не переживает. Ему даже не стыдно за то что ему всё равно. На самой же кухне всё осталось так же, как он видел в последний раз. Всё очень цивильно, аккуратно прибрано. Единственным отличием было наличие нескольких листочков розовой, тонированной бумаги формата А4, которые были прикреплены на холодильник с помощью магнитов. Чонгук подошёл ближе, и более внимательно осмотрел листочки. Фиолетовая ручка с блёстками, точки как сердечки — без сомнения это стиль ДжинХо. Эти розовые клочки бумаги даже пропахли её приторно сладкими духами, не иначе как специально стояла пшикала. Чонгук стал всматриваться в текст, и попытался вникнуть в смысл. Хммм… надо же, кажется, это прощальное письмо.