Demons Are A Girl's Best Friend

      Волны в бессильном натиске разбивались об облицованную гранитом набережную Бульвара. Из раза в раз, они повторяли свои бесплодные попытки. Тейлор видела в этом некую схожесть с ней. Сколько раз она пыталась поговорить с Эммой, сколько раз думала что вот уж в этот раз точно все будет как прежде. И каждый раз ее надежды разбивались о гранит презрения. Она не понимала за что, чем она так провинилась перед своей бывшей лучшей подругой, что та так ее истязала. Девочка беззвучно заплакала. В который раз она оплакивала свое бессилие, свои разбитые мечты, свою ничтожную жизнь. Сначала мама покинула ее, потом Эмма, отец отдалялся все дальше и дальше, изгой в школе, невидимка по жизни. Может ее мучители были правы, может она зря расходовала воздух? Может быть стоит прекратить все это? Но мама... Пусть она была в коме, пусть шансов на то что она очнется почти не было, но она была жива. И Тейлор не могла оставить ее одну, несмотря ни на что.        Мысли о матери помогли ей справиться со слезами, и, чуть успокоившись, она достала флейту и как обычно стала играть свои любимые мелодии. В эти моменты, вся терзавшая ее боль уходила на второй план и оставалась лишь музыка. Раньше Тейлор постоянно говорили что у нее талант к музыке и ей стоит поступить в музыкальный колледж или даже консерваторию. Но сейчас это лишь пустые мечты.       Слезы невольно вернулись, коверкая мелодию. Девочка опять разрыдалась, ведь она не может даже нормально сыграть любимую мамину мелодию. - Девочка, что с тобой? Могу я тебе чем-нибудь помочь? - внезапно раздавшийся из-за спины насыщенный баритон, заставил Тейлор подскочить со скамейки. Она в испуге прижала флейту к груди и отшатнулась подальше от неизвестного. Тот оказался мужчиной в возрасте, армейские ботинки, старая рыбацкая куртка, как в фильмах о Кусто, скрадывала фигуру, надвинутая на самые брови лофотенская шапка и густая борода придавали бомжеватый вид, а шерстяные перчатки с обрезанными пальцами лишь дополняли его. - Я-я-я.. Я в порядке! Не стоит беспокоиться! - Но у тебя слезы. - Какое вам вообще дело! Отстаньте от меня! - Прости! Я не хотел тебя пугать, милочка, - мужчина примирительно поднял руки и отступил на шаг назад. - Просто ты так красиво играла, так вдохновенно, а потом мелодия изменилась, и я просто не мог пройти мимо. Я точно уверен, что слышал эту мелодию ранее, несколько лет назад, и решил посмотреть кто же ее исполняет. - Спасибо, - немного успокоилась Тейлор, да и похвала от неизвестного была приятна, - это любимая мелодия моей мамы. У нее она получалась значительно лучше. - Не стоит быть такой самокритичной. Я бываю на этой набережной каждый день уже двадцать лет как, и, поверь мне, ты замечательно играла. Я даже подумал что неизвестный исполнитель вернулся после пропажи. - Она не вернется. С ней... Она... - убрав флейту в сумку она опустила взгляд. - Прости, девочка. Прости меня старого. Я не хотел тебя расстроить. Не плачь, - мужчина аккуратно сел на краешек лавки, - если она не мертва все будет хорошо. Я знаю. Поверь, люди уходят надолго и потом все равно возвращаются. - Ничего вы не знаете, - Тейлор бессильно плюхнулась на противоположный край скамейки, и наклонившись вперед, обхватила голову руками, - она не придет, она в коме! Я ничего не могу поделать, вы ничего не можете поделать, никто ничего не может поделать! Даже Панацея ничего не может! - Я был в коме, целых двадцать лет. - А... - Когда очнулся, никто меня не ждал. Я не знал своего имени, фамилии, вообще кто я такой. И никто вокруг не знал. Так и живу. А у твоей мамы есть ты. И когда она очнется, пусть первым что она увидит будет твое радостное лицо. Не нужно отчаиваться. Да это серьезно, да это нелегко, это выматывающий продолжительный труд, но твоя мама жива. А значит все еще образуется. - Вы исключение. - В какой-то мере. Но это не повод так отчаиваться. Кстати, меня зовут Сэм. Сэм Таймов. - Очень приятно, - утерла слезы девочка, и ответила на рукопожатие, - мое имя Тейлор. Тейлор Хеберт.       Так слово за слово, завязалась беседа, которая продолжалась до самого вечера. Сэм оказался пусть и простоватым, но достаточно интересным собеседником, за счет своего богатого опыта. Легко ли сказать, он работал почтальоном, пожарным, скорняком, консультантом в Уолмарте, таксистом, грузчиком, рыбаком, капитаном рыболовецкого судна. Количество комических случаев из его жизни казалось неиссякаемым, к концу у Тейлор от смеха и голода даже слегка разболелся живот, а открытость и какая-то душевная теплота направленная на нее, окончательно расположили Тейлор к незваному собеседнику. В конце Сэм проводил ее до автобусной остановки, и они договорились в следующий раз встретиться на том же месте. Дома по привычке Тейлор ничего не рассказала отцу, и впервые за неделю спокойно заснула. Она получила то, чего ей так не хватало - простое человеческое общение.       Проводив уезжающий автобус взглядом, мужчина грустно вздохнул и медленно пошел к дому. Грустные мысли вились в его голове, но он обязательно придумает, как помочь малышке Аннет. Ведь не дело когда такая замечательная дочь оплакивает еще живую мать.