Объединяя миры

      Появление Аньи одновременно успокаивало и напрягало. Конечно, если бы не она, то Лекса бы вряд ли смогла взять под контроль свою внутреннюю тьму, но в то же время ее присутствие странным образом давило. Анья излучала какую-то особую силу, которую чувствовала даже Кларк, что-то совершенно иное, не схожее с тем, что Гриффин уже успела повидать. Это не тьма, но и не свет… власть, чистейшая энергия, которую было сложно игнорировать.       Пока они все возвращались в квартиру Гриффин, Октавия то и дело бросала изучающие взгляды на Анью с ее идеальной осанкой и вскинутым, в слегка высокомерной манере, подбородком. Блейк бывала в Совете, но никогда лично не встречалась с кем-то из Основателей, которые в него входили, всегда лишь с душами, работающими на них. Да, эта женщина выглядела величественно, но Октавия не ожидала, что она вот так просто появится без сопровождения. За все время своего существования Блейк лишь однажды в Первом Мире столкнулась с членом семьи Основателей. Это был всего лишь чей-то младший сын, но даже вокруг него крутилась огромная свита. Еще тогда девушка задумалась над тем, зачем ему вокруг все эти души. Для охраны? Но какой смысл иметь такую охрану, если ты сам являешься одним из сильнейших существ Миров. Скорее всего все они были лишь подхалимами, нализывающими нужный зад, ради улучшения собственного положения. Об этом Октавия думать не хотела, чтобы не портить сложившееся у себя в голове представление об «идеальном» Первом Мире. — Лекса, я надеюсь такого больше не повторится, — слегка приподняв брови и испытующе глядя на шатенку, холодно произнесла Анья. Рэйвен в этот момент нервно сглотнула, обессиленно сидя на диване. Все знают правила Совета. Нельзя раскрываться перед людьми, а главное нельзя намеренно причинять им вред. Естественно многие плюют на эти запреты, но делают это осторожно, а не на глазах у Основателя. — Ты знаешь, что я всегда держала его под контролем. Произошедшее было случайностью, такого больше не повторится, — голос Лексы не дрогнул. Она уверенно смотрела Анье в глаза, прекрасно зная, что все сойдет ей с рук. Всегда сходило. Потому что это Анья, потому что это Лекса, потому что они слишком давно знакомы. — Похоже твой контроль дал сбой, — слегка усмехнулась русоволосая глядя на разбитое окно. Легко взмахнув руками, она вернула разлетевшиеся стекла на место, как и кирпичи в стену рядом, не оставляя и следа от погрома. Даже Рейес и Блейк удивленно вскинули брови, им такие трюки не под силу. Лишь Основатели могут черпать энергию из пространства и преобразовывать ее таким образом. — Нам нужны ответы, Анья, — нетерпеливо произнесла Рэй. — Я знаю, — спокойно отозвалась женщина, переводя хитрый взгляд на девушку. — Но сегодня вы их не получите. Все устали, всем нужен отдых. А ты поможешь мне вытащить пулю, которая прожигает мой живот, наверняка же это оружие твоих рук дело, — по лицу женщины расползлась предвкушающая улыбка, когда она потянула Рэйвен за руку с дивана в сторону коридора. — Может тебе Лекса поможет? Я сегодня забыла свое медицинское оборудование дома, да, и перчаток у меня нет, — страдальчески стонала Рейес, умоляюще глядя на Лексу, словно ища у нее спасение. — Не переживай, родная, перчатки не понадобятся, как и любая одежда в принципе. Тебя тоже, как я посмотрю, изрядно потрепало. Но я позабочусь об этом. Где здесь ванная? Уверена ты тоже скучала по мне, — голоса становились все тише по мере отдаления от гостиной, а затем и вовсе стихли, когда дверь в ванную захлопнулась. Последнее, что донеслось до остальных — глухой удар, будто кого-то приложили к двери, и несдержанный стон, то ли из-за боли, то ли из-за наслаждения. А затем все стихло, видимо Анья провернула какой-то трюк с подавлением шума. Оно и к лучшему. Кларк все еще находилась в шоке, так что бурный секс представителей других Миров последнее что она хотела слышать.       Октавия, которая и без того выглядела бледной и потрепанной после произошедшего, неосознанно до боли сжала кулаки, становясь еще на пару тонов бледнее, если это вообще возможно. Кровь на ее лице слишком сильно контрастировала с кожей, и Кларк не на шутку волновалась за состояние своей подруги, которая взглядом прожигала дыру в стене, ведущей в коридор. — Все нормально? Похоже хотя бы Рэй сегодня развлечется, — игнорируя дрожь в собственном теле, которая упорно не хотела проходить, попыталась отшутиться Кларк, чтобы отвлечь Октавию от того, чем бы не были заняты ее мысли. Гриффин всеми силами старалась не смотреть в сторону Лексы. Казалось, стоит встретиться с ней взглядами и истерика точно накроет ее с головой. — Она не выглядит радостной от этой встречи, — тихо проговорила Блейк, продолжая напряженно стоять на месте. — Вы как две злобные сестры, — покачала головой Кларк. Что ж, ей хотя бы удалось заинтересовать этим высказыванием Октавию, которая теперь непонимающе смотрела на нее. — Я серьезно. Вы постоянно цапаетесь, готовы буквально убить друг друга, но как только происходит какая-нибудь хрень тут же врубаете режим заботливого родственника, готового порвать на части ради другой. И про порвать на части даже не метафора в данном случае, — Гриффин давно это заметила, но не предавала значение до сегодняшнего дня. То как Рэй бездумно закрывала собой Октавию, понимая, что Лекса убьет ее за это, заставляло задуматься. Да, и то, как Блейк реагировала на угрозу Рейес о чем-то говорит. Пока не ясно о чем, но говорит. — Плевать я на нее хотела, — тут же фыркнула Октавия. — Просто вокруг сплошная неразбериха, а вместо того, чтобы пытаться решить это, они трахаются в ванной. Блеск. Просто блеск, — неустойчивой походкой Блейк направилась в сторону выхода из квартиры. — Ты не можешь уйти одна, это небезопасно, — попыталась остановить ее Лекса. — Будто рядом с тобой безопаснее, — зло отмахнулась брюнетка. Это справедливо, она имеет право так говорить, и Лекса это знает. Как знает и то, что потом Октавия будет сожалеть о сказанных в сердцах словах, но сейчас девушка ушла, громко хлопнув дверью, предварительно выкрикнув так, чтобы ее было слышно во всей квартире, что вернется утром, когда квартира перестанет походить на дешевый бордель. Вот это было не совсем справедливо. Рэйвен и Анью даже не было слышно, так что можно было лишь догадываться о том, чем они занимались.       Когда Октавия ушла в квартире стало слишком тихо. Все чего хотела Кларк — последовать за своей подругой. Нет, не для того, чтобы быть рядом с ней, а чтобы просто покинуть это место. Оказаться подальше от Лексы. Оставшись с ней наедине, Гриффин не могла игнорировать холодок, пробежавший по спине. Возможно не Лекса хотела ее убить, кто-то другой завладел ее разумом и телом, но где гарантия что это не произойдет снова. Как Кларк находиться рядом с этой девушкой, если она не знает кто она? Зато Гриффин теперь точно знает, что что-то внутри шатенки желает ей смерти. Вот что пугало. Все это время она находилась рядом с Лексой и чувствовала себя под защитой, теперь же она чувствовала лишь еще одну угрозу. — Кларк, — тихо произнесла Лекса, пытаясь привлечь внимание блондинки, которая отвернулась от нее, продолжая прятать взгляд. От этой умоляющей интонации, Гриффин лишь судорожно выдохнула, закрыв глаза. Теперь они наедине, ей не за кем спрятаться, не на кого отвлечься. — Кларк, прошу… Я бы никогда… Я не хотела, чтобы так вышло, — шатенка с трудом подбирала слова. Она не понимала зачем вообще пытается что-то сказать, ей должно быть наплевать на Кларк, наплевать на ее мнение и чувства… но все не так. Это неправильно, но все не так. Лексе важно, чтобы Кларк ей доверяла. Гриффин первый человек за многие века, который смог заставить ее хоть что-то почувствовать. — А, по-моему, ты как раз этого и хотела, — трясущимся голосом заговорила Кларк, все еще боясь обернуться, боясь увидеть вместо манящей зелени абсолютную тьму. Похоже она знает, как теперь будут выглядеть ее ночные кошмары. — Это моя вина, ты предупреждала, чтобы я держалась подальше. Рэйвен предупреждала, но я не понимала. Ты хотела, чтобы я тебя боялась? У тебя получилось. — Кларк, это не то чего я хотела, — Лекса импульсивно протянула руку, осторожно касаясь предплечья блондинки, но та вздрогнула и отпрянула от нее, начиная судорожнее хватать ртом воздух. — Не надо, прошу, не трогай меня, — сдавленно прохрипела Кларк. Она была на грани истерики, все то нервное напряжение, скопившееся в ней, искало выход наружу. Девушка почти не осознавала свои слова, в голове лишь проносились воспоминания того, как Лекса с абсолютно черными глазами смотрит на нее с полной решимостью убить. — Это была не я, Кларк. Я бы никогда не причинила тебе вреда. Клянусь, он больше не посмеет даже подумать о том, чтобы сделать тебе больно, — Лекса сама находилась словно в агонии. Реакция Кларк на ее прикосновение ударила больнее, чем любой кинжал, вонзенный в ее грудь. — Прошу, посмотри на меня. — Не могу. Я не могу, нет, — Гриффин мотала головой из стороны в сторону, обхватив ее руками. Лекса не была специалистом в поведении людей, но даже она понимала, что Кларк не в себе. Адреналин, страх, бессилие — все смешалось в дикий коктейль, который запоздало ударил по нервам. — Кларк, — игнорируя протесты и истеричные вскрики девушки, Лекса развернула ее лицом к себе, жесткой хваткой удерживая на месте. Она переместила одну руку на ее шею не давая отвернуться и заставляя, наконец, взглянуть на нее. — Ты в безопасности, слышишь? Этого больше никогда не повторится, я клянусь, что никогда не наврежу тебе и никому не позволю этого сделать, — Кларк продолжала отрицательно мотать головой, не желая ничего слушать, и упираться руками в грудь девушке, пытаясь оттолкнуть ее. — Это моя вина, я должна была это предвидеть, должна была раньше решить эту проблему. Прости меня, — едва слышно прошептала шатенка. Как давно она вот так искренне не говорила с кем-то, не хотела защитить, забрать все страхи. Кларк в ее руках была такой светлой, такой беззащитной и такой… такой родной. Вот что Лекса чувствовала все это время находясь рядом, вот что не давало ей покоя.       Такие искренние и теплые слова подействовали на блондинку. Ее попытки отстраниться становились все слабее, а затем она сама подалась вперед, утыкаясь в плечо шатенки и давая волю скопившимся эмоциям. Ей нужно было выпустить этот страх, нужно было дать себе почувствовать, что Лекса действительно не опасна, что ее крепкие руки, прижимающие к себе, не причинят вреда. Это была не Лекса, кто-то другой. Шатенка не позволит плохому случиться, она уже не позволила, переборов себя.       Бездумно прижимаясь к Лексе, цепляясь руками за ее футболку, Кларк не заметила в какой именно момент они оказались на диване. Шатенка продолжала успокаивающе поглаживать ее волосы и спину, пока девушка не заснула. Сама Лекса так и провела всю ночь оберегая сон блондинки и с задумчивым видом изучая ее умиротворенное лицо.       Утро Кларк начинается гораздо раньше обычного. Когда она просыпается на улице едва начинает светать, но она чувствует себя на удивление отдохнувшей. Прежде чем понять, что она лежит на диване, прижимаясь к Лексе, она чувствует необычайный уют и комфорт. Ей тепло и удобно, а затем становится неловко. Неловко из-за такой интимной позы, неловко из-за собственного срыва. Ей нужно было спокойно все обдумать и принять тот факт, что внутри Лексы есть нечто желающее ей зла, если это вообще можно принять, а не биться в истерике. Теперь она это понимает, но прошлым вечером контролировать свои эмоции было сложно.       Шатенка не спит, она задумчиво смотрит в потолок, мило хмуря брови. Голова Кларк покоится на ее плече, да, и вся Гриффин практически полностью лежит на ней, переплетя их ноги. Лекса кажется не против, она наоборот обеими руками обнимает Кларк за талию, словно этим жестом хочет успокоить блондинку и извиниться за то, что так напугала. Шатенке тоже неловко, но не из-за их позы, а из-за того, что проявила слабость, что не смогла сдержать тьму внутри себя и чуть не позволила навредить Кларк. — Ты можешь спросить, если хочешь, — тихо произносит Лекса, давая понять, что знает о пробуждении Гриффин. — Как думаешь, я смогу восстановить ванную или проще купить новую квартиру? — Кларк знает, что шатенка имела ввиду другой вопрос, но она не уверена, что сама готова услышать на него ответ. Сейчас ей комфортно вот так лежать, она даже может представить, что Лекса обычная девушка, с которой она познакомилась в кофейне, у них было замечательное свидание, а затем невинные поцелуи на ее диване. Куда проще заставить себя поверить в это, чем в то, что рядом с тобой находится существо, которое даже не является человеком, которое может в одно мгновение не задумываясь вырвать твое сердце. Что если ответы на интересующие ее вопросы окажутся еще ужаснее? — Тебе это не понравится, но в какой-то момент они переместились в спальню, так что скорее всего лучше искать новое жилье, — принимая правила игры, ответила Лекса. Кларк обреченно простонала, скорее чтобы потянуть время, нежели из-за настоящего раздражения. Целостность ее кровати последняя вещь, которая ее сейчас волнует.       Кларк слегка пошевелилась, и Лекса тут же убрала руки с ее спины, позволяя девушке подняться. Блондинка села на колени, когда шатенка поджала свои ноги, давая ей больше свободного пространства. Теперь они находились практически друг на против друга, сохраняя постоянный зрительный контакт, но так и не произнося не слова. — Хорошо. Итак, кто ты? — спустя какое-то время решительно произнесла Кларк. Гораздо решительнее чем она себя ощущала. В ее воображении Лекса со всеми ее странностями стала ни кем иным, как одним из правителей Ада или что-то вроде того. Она была необычайно сильна, в ней жила могущественная тьма, и ее определенно уважали даже за пределами Третьего Мира. Лекса определенно была кем-то важным в Аду. Кларк была готова услышать все это он шатенки, но ее внутренности все равно сжимались от неконтролируемого страха. — Я Демон, Кларк, — спокойно и уверено ответила Лекса. — Да, это очевидно, — слегка раздраженно проворчала Гриффин. — Ты демон, как и Рэйвен, как и остальные из Третьего Мира… Постой… ты же ненавидишь вас так называть… — Я тебе это уже объясняла, Кларк, — шатенка терпеливо смотрела на Гриффин. — Ты демон, — повторила Гриффин самой себе, пытаясь понять что имеет в виду Лекса. Неожиданно ее глаза расширились, когда она вспомнила ту историю, что шатенка ей рассказывала. — Постой! Ты Демон… тот самый, первый, — Лекса лишь кивнула, а воодушевление от разгадки у Кларк сменилось замешательством. — Демон — величайший предатель, ты сама так говорила. Это ты? Ты предала Первый Мир и перешла на сторону тьмы? — Одна и та же история может звучать по-разному, в зависимости от рассказчика, Кларк, — задумчиво проговорила шатенка. — Для кого-то я предатель, для кого-то герой, кому-то на меня вовсе плевать. У меня были свои причины так поступить, это было очень давно, мало кто помнит хоть что-то об этом. Все что я хочу тебе сказать… Суть в том, что нет абсолютного добра и абсолютного зла. Нет и никогда не было, мы сами все это придумываем, сами рисуем себе картинки идеального Мира — Рая. Вот только свет не всегда означает добро, а тьма зло. Потребовалось время, чтобы это понять, но, когда я это осознала, назад пути уже не было. Меня называют предателем, но единственной кого я предала, была я сама… — Лекса никогда не рассказывала свою историю кому бы то ни было. Были те, кто знал ее, потому что являлись непосредственными свидетелями и участниками, но по прошествии стольких лет, их осталось мало. Анья одна из них. Ее брат Танатос один из них. Еще есть Рэйвен, но она знает лишь небольшую часть, которой шатенка с ней поделилась, когда начала доверять. Кларк стала той, кому Лекса действительно хотела рассказать все, хотела объяснить, доказать, что она не настолько ужасна, что сделала это не ради какой-то обещанной власти и силы. У нее и так все это было. Но шумное и неожиданное появление Рэйвен, конечно же помешало шатенке продолжить свой рассказ. — Ебать, я ног не чувствую, — шумная и неожиданная Рэйвен Рейес. Она выглядела растрепанной, но гораздо лучше, чем прошлым вечером. Не было ссадин, не было открытых кровоточащих ран.       Что бы там ни было, но Анья и правда помогла ей с заживлением ран и восстановлением сил. Сама русоволосая неспешно вошла в гостиную следом за Рэй. На ее лице красовалась блаженная ухмылка, она выглядела как насытившаяся дикая кошка. — Я вижу, не я одна расслаблялась этой ночью, — шире ухмыльнулась Анья, подмигивая Лексе, отчего шатенка тут же нахмурилась и спустила ноги с дивана, садясь ровнее. — А где Блейк? — заглядывая на кухню и не обнаруживая там Октавию, поинтересовалась Рэй. — Взбесилась из-за вас… и из-за меня, так что ушла ночевать в другое место, — ответила Лекса. — Хороший же хранитель тебе достался, — обращаясь к Кларк усмехнулась Анья. — Ой, завались, — неожиданно для всех раздраженно пробурчала Рейес, направляясь на выход. Русоволосая удивленно вскинула брови, как и Лекса, которая знала, что Рэйвен обычно безропотна в общении с этой женщиной. — Все Миры за ней охотятся, а она ушла, идиотка, — бормотала девушка, натягивая обувь и выходя из квартиры. — Очень интересно, — задумчиво протянула Анья. — И с каких это пор Рэйвен Рейес начала думать о ком-то кроме себя? — С тех самых, как ты послала нас выполнить твою маленькую просьбу, — беззлобно огрызнулась Лекса поднимаясь с дивана. — Уфир сказал, что эти двое как-то связаны, — шатенка выжидающе смотрела на женщину, но та лишь непонимающе нахмурилась. — Ох, только не говори, что тебе так не терпелось затащить Рэй в постель, что ты даже не удосужилась воспользоваться своими силами и осмотреться вокруг, — возмутилась Лекса. — Во-первых, это я обычно отчитываю тебя, а не наоборот, так что сядь и успокойся — слегка повысив голос, строго проговорила женщина. — Во-вторых, я не думала, что здесь требуется моя сила. Раз Уфир сказал, значит так и есть, он всегда видел скрытое, даже больше чем я, — теперь Анья выглядела не такой расслабленной как в начале. Она заметно напряглась и нахмурилась, начиная нервно ходить по комнате. Лекса и Кларк переглянулись, но продолжали сохранять молчание, давая женщине подумать. — О связи какого рода идет речь? — наконец как-то болезненно спросила Анья. — Я понятия не имею, потому мы и вызвали тебя. Ты говорила присмотреть за Кларк, но чем больше мы с Рэйвен здесь находимся, тем непонятнее все становится, — Лекса коротко пересказала русоволосой обо всех их приключениях, начиная со встречи с берсерками, заканчивая предупреждением Небесного Легиона. — То есть, вы устроили драку в Земном баре, раскрыли себя человеку, ты снова поцапалась с братом, нарушив границу Первого Мира, да еще и Рэйвен теперь иногда теряет разум из-за яда Цербера. Что это за связь такая, которая заставила ее спасти светлую? — все, кроме последней части Анья говорила скорее с усмешкой, чем с претензией. Будь на ее месте любой другой Основатель или член Совета, у Лексы были бы большие проблемы. А вот часть, касающаяся Рэйвен заставила ее впасть в глубокую задумчивость. — О, великие силы, Анья! Можешь хоть на секунду перестать думать о Рэй, она сейчас наша наименьшая проблема, — несдержанно проговорила шатенка. — Рэйвен — это всегда моя проблема, и ты об этом знаешь, — жестко ответила женщина. Ее глаза блеснули насыщенно-золотистым светом, вроде того, что Кларк видела ранее при встрече с Небесным Легионом, но это свечение было ярче. Из всей этой ситуации Гриффин сделала несколько заключений. Во-первых, она поняла как по свечению глаз отличить Основателей от их детей, а, во-вторых, видимо у Аньи какие-то свои личные непонятки с Рэйвен. — Ладно, успокойся, я понимаю, — примирительно заговорила шатенка. — Но и ты пойми, что мне важнее узнать кому и зачем понадобилась смерть обычного человека или ее хранителя. — На этот счет у меня есть идея, — начала Анья, но ее речь была прервана шумным появлением двух особ. - … ничему не учит! Какой ебнутой надо быть, чтобы блудить одной в ночи? Надо было позволить в прошлый раз тем упырям разорвать тебя, сейчас бы проблем меньше было, — видимо Рэйвен уже продолжительное время отчитывала Октавию, следуя за ней по пятам. На Блейк была свежая одежда, кровь смыта, а раны заметно зажили. Как предполагала Гриффин, ее подруга ночевала у себя дома, так как квартира брюнетки находилась не так далеко. — Отвали от меня, какое тебе дело? — злобно отмахнулась Октавия, скидывая обувь. — Лучше бы меня и правда убили, тогда бы не пришлось постоянно видеть тебя, — в ответ на эти слова Рейес несдержанно рыкнула, за плечи разворачивая девушку к себе лицом и с силой впечатывая в ближайшую стену. — Еще раз скажешь что-то подобное, и я сама сверну тебе шею, — голос Рэйвен звучал не угрожающе и не злобно, скорее спокойно, отчего и леденил кровь. Кларк, пожалуй, впервые видела ее такой: никаких колких шуток и напускной игривости. Рейес сверлила Октавию взглядом, сохраняя непривычно каменное выражение лица. — Эй, у вас опять обострение? Может уже хватит грызться? — Кларк поспешила в прихожую, чтобы разнять девушек, не задумываясь над тем, что они вовсе и не люди, и не стоит ей вот так бездумно вмешиваться в конфликт. Благо Лекса инстинктивно рванула следом за Кларк и успела прикрыть ее собой, когда Рэйвен, не понимая кто к ней подошел попыталась раздраженно отмахнуться. Шатенка жесткой хваткой зафиксировала руку подруги, а вот Гриффин бы могла свободно отлететь в противоположную стену, попади она под этот удар. — И что все это значит? — строго спросила Анья, привлекая к себе внимание Рэй. — Я… Ничего, — девушка разжала хватку, отступая от Блейк. — У кого-то просто нет мозгов, вот и все. Теперь все в сборе, так что давайте покончим с этой хуетой. — Для начала давайте все успокоимся, — попросила Лекса, жестом призывая всех пройти в гостиную, где больше места. — Ты в порядке? — тихо спросила она у Кларк, пока шла рядом. — Да, спасибо, — мягко улыбаясь заверила блондинка. — Извини Гриффстер, немного занесло, — Рэйвен казалась искренней, так что Кларк уверено кивнула ей в ответ. Пока Кларк расспрашивала Блейк все ли с ней хорошо и где та была, Рэйвен направилась на кухню, а в след за ней и Анья. Оказалось, что Октавия действительно ночевала у себя в квартире, чему была несказанно рада, так как смогла нормально выспаться и сменить одежду. Рейес она встретила, когда уже возвращалась обратно к Кларк, так и не поняв почему та вообще ее искала. — Что с тобой происходит? — голос Аньи звучал едва слышно. Рэйвен стояла около открытого холодильника глядя внутрь невидящим взглядом, мыслями витая где-то в другом месте. Вопрос русоволосой вернул ее в реальность, она резко обернулась, встречаясь с болезненным взглядом женщины. — А что происходит? — пожала плечами Рэйвен, начиная еще внимательнее изучать содержимое холодильника, чтобы не смотреть на Анью. — Не играй со мной в эти игры. С каких пор ты стала так беспокоиться о светлых? — русоволосая подошла в плотную к Рэй, когда та встала у стола, нарезая себе ингредиенты для будущего бутерброда. — С тех самых, блядь, как ты отправила нас сюда, — проворчала девушка. — Тебя я никуда не отправляла, это было задание для Лексы, — попыталась исправить девушку Анья, но та перевела на нее скептический взгляд. — Ты же знаешь, что где она, там и я, так что не надо вот этого. — Ладно, ты права. Но это не объясняет твоей заинтересованности в чьей-либо безопасности. Мы не виделись всего несколько лет, не думаю, что за это время ты могла так резко изменить свои взгляды. Рэйвен Рейес при первой встрече убила бы хранителя, а ты защищала ее от срыва Лексы. Так скажи же мне, что все это значит? — женщина буравила профиль Рейвен пристальным взглядом, пока та сосредоточенно готовила свой будущий завтрак. — Что ты хочешь от меня услышать? — не выдержала Рэйвен, с грохотом бросая нож на столешницу и резко оборачиваясь к Анье. — Разве не ты состоишь в Совете? Разве не ты могущественный Основатель? Думаю, это ты должна знать все ответы, а не я, — дерзко проговорила Рэйвен. — Или это еще один способ получить желаемое? — быстро сократив дистанцию, девушка с легкостью усадила русоволосую на стол, впиваясь в ее губы жестким поцелуем, пока выражение лица оставалось таким же безэмоциональным, — русоволосая скорее по привычке ответила на этот поцелуй, но спустя пару мгновений отстранилась, пристально глядя в глаза девушке напротив, словно пытаясь что-то в них прочесть. — С тобой что-то происходит, Рэйвен, и мне это не нравится, — Анья привыкла к покладистой девушке, сейчас в ней бушевали странные противоречия, которые женщина ощущала. Конечно, возможно виной является яд Цербера, но русоволосая не была убеждена в этом наверняка. — Как жаль, что Судьбе плевать на то, что тебе нравится, а что нет, — слова успели слететь с губ Рэйвен прежде чем она успела остановить их. Она тут же пожалела о сказанном, видя как болезненно усмехнулась Анья. — Прости, я не хотела, ты же знаешь… — речь Рэйвен была прервала резким приступом боли. Она даже не заметила, как Анья с ее скоростью успела схватить со стола нож и всадить ей под сердце. Русоволосая спрыгнула со столешницы, крепко обнимая Рэй и прижимая к себе, чтобы та не могла отстраниться и вытащить нож. Из гостиной всем казалось, что они дарят друг другу милые объятья, тогда как на самом деле Рейес скрипела зубами сдерживая болезненный стон. — Может Судьба и сыграла со мной злую шутку, но не забывай, что я все еще Основатель. У меня столько силы и власти, что тебе стоит думать прежде чем открывать рот, — о, да, Рэйвен знала этот тон. Анья шептала ей на самое ухо преувеличенно спокойно, даже нежно, пока сама медленно прокручивала лезвие ножа так, что оно едва касалось сердца. Не стоило Рейес так выводить из себя эту женщину. Рэйвен ведь даже не хотела этого, она бы никогда не стала давить на самое больное место Аньи, учитывая, что ей самой мерзко от всего этого. — У вас здесь все хорошо? — приближающаяся Лекса заставила Анью ослабить хватку и с обворожительной улыбкой вытащить нож из груди Рэй. Когда шатенка подошла, Рейес натянуто улыбалась, а Анья заботливо поправляла ее кожаную куртку, прикрывая кровавое пятно. — Все просто замечательно, — проворковала Анья, направляясь с Рэйвен в гостиную. Если бы русоволосая не придерживала ее своей стальной хваткой, Рейес завалилась на пол сделав первый же шаг, а так она практически с естественным видом добралась до дивана. Если все и удивились тому, что она так неожиданно притихла, то не подали виду, мало ли о чем они беседовали с Аньей. — Теперь, когда все разобрались со своим дерьмом, может обсудим происходящее? — раздраженно проговорила Лекса, отчего Кларк слегка вздрогнула, на мгновение решив, что девушка может снова выйти из себя. Лекса - Демон... тот самый Демон. С одной стороны, это пугало до дрожи, но с другой стороны, Кларк еще больше хотела узнать ее, узнать что могло заставить шатенку перейти на сторону тьмы и что за хрень обитает внутри нее. — Ладно, я расскажу все что мне известно, — уверено кивнула Анья стоя посреди комнаты перед всеми. — Полагаю, что Кларк уже знает, что такое Совет. Мы следим чтобы Миры соблюдали установленные давным-давно правила или хотя бы делали вид, что соблюдают их, потому что никому не нужна новая Великая война. Ни светлые, ни темные не должны слишком активно вмешиваться в дела людей, не должны раскрываться им и бездумно вредить. В начале существования люди слишком много о нас знали, мы воспитали их, помогли окрепнуть, а они решили взбунтоваться, возомнив себя равными нам. Тогда жизнь на Земле практически была уничтожена, если бы часть Основателей не решила встать на сторону людей, то их бы сейчас вовсе не было. Люди раскололи Первый Мир, сделали из друзей заклятых врагов, но так же они преподали нам урок. Теперь, мы стараемся держать людей в неведении, чтобы они не задавали ненужных вопросов и не решили снова пытаться занять наше место. В Совет стекается куча информации, до которой часто нет никому дела. А я, знаешь ли, Кларк, люблю иногда отвлечься. Пару месяцев назад я совершенно случайно наткнулась на след из воспоминаний одного убитого наемника, из которого я поняла, что кто-то заплатил ему за твою смерть. Случайная драка помешала ему выполнить заказ, тебе повезло. Я же заинтересовалась этим, не часто кто-то из Миров нанимает кого-то для убийства человека, ведь всегда проще сделать это самому. Проблема в том, что я не могла привлечь к делу Совет, так как ничего по сути еще не произошло. Я попросила одного из своих помощников… — Подхалимов, — хмыкнула Лекса. — Жополизов, скорее, — тихо поддержала Рэй. — Благодарю за бесценные комментарии, — грозно взглянув на обеих девушек, Анья продолжила. — Так вот, мой помощник пытался разузнать хоть что-то о Кларк, но пока он за ней наблюдал его самого убили. Вот тут я совсем насторожилась, так что пришлось привлечь Лексу. Она не в Совете, любит нарушать правила, не принадлежит ни одному из Миров, так что идеально подходила. — Это то, что я и так знала. Ты рассказала мне это, когда просила присмотреть за Кларк, — подала голос Лекса. — Верно, но есть то, чего ты не знаешь. От Легиона вы уже слышали о том, что на храм Судьбы было совершено нападение, после которого и началась вся эта суматоха. Такого не было никогда прежде, никому и никогда не было дела до чужих предсказаний. Я лично восстанавливала и изучала их. В основном это что-то безобидное и простое, но было одно отличающееся, слишком радикальное… — Блядь, можешь уже сказать? Хватит интриговать, — не выдержала Рейес. Она вроде отошла от ножевого удара и теперь стала активнее. — Всегда такая нетерпеливая, — поддразнила Анья, состроив улыбочку, но в глазах все еще читалась обида. — Судьба найдет свой путь, когда вновь встретятся души, предназначенные друг для друга с первых времен, но разделенные чужой обидой; любовь, прошедшая века и барьер, сведет их вместе. За вторыми пойдут первые, их пример положит начало тому, о чем всегда мечтала хранящая свет во тьме, — четким голосом процитировала предсказание Анья. — Ты сама хоть поняла что сказала? Кто-то включил генератор случайных фраз, а потом выписал оттуда все и выдал за предсказание, — Рэйвен явно скептически отнеслась к услышанному. — Если ты хоть на секунду перестанешь быть мудаком и попытаешься унять тьму в себе, возможно у тебя получиться понять эти метафоры, — прожигая Рейес взглядом холодно отчеканила Анья. Рэй примирительно вскинула руки, не желая нарываться еще больше. — Лекса? Надеюсь хотя бы ты поняла, о чем речь, — русоволосая выжидающе смотрела на ошарашенную девушку. Лекса переводила непонимающий взгляд с Аньи на Кларк, мысленно раскладывая все по полочкам. — Обо мне, — едва слышно выдохнула шатенка. — Хранящая свет во тьме — это ведь я, верно? — Я полагаю, — кивнула Анья. — И то о чем ты всегда мечтала… — Объединить Миры, — вместо русоволосой закончила Лекса, на что та снова кивнула. — Это безумие, Анья, — девушка поднялась со своего места, взволнованно оглядывая остальных. — Никто и никогда не позволит вновь объединить Миры, все слишком привыкли к сложившимся порядкам. Я сама уже давно не думаю об этом, эти мысли лишь давно забытый юношеский максимализм. — Это не имеет значения, Судьба все уже решила, — пожала плечами Анья переводя взгляд на Кларк. Лекса тоже уставилась на Гриффин, глядя так, словно видит впервые, каким-то другим осознанным взглядом. — Это бессмысленно, Кларк не может быть частью этого пророчества, — то ли убеждая саму себя, то ли стараясь заставить Судьбу передумать, сказала Лекса. — Перестань, ты же наверняка сама это чувствуешь. Я вижу линии Судьбы, связывающие вас. Они буквально повсюду в этой комнате, а это значит, что вы связаны очень крепко, — глаза Аньи светились насыщенным золотом. С какой-то опаской она перевела взгляд с Гриффин на Рэйвен и Октавию, чтобы понять, о чем говорил Уфир. Рейес заметно напряглась под этим пристальным взглядом. — Ребята, может и мне кто-нибудь объяснит, что, мать вашу, происходит? Какие еще линии? — и снова Кларк ощущала себя глупым ребенком, который не понимает о чем говорят взрослые. Хотя, судя по сдвинутым бровям и непонимающему виду, Октавия тоже не особо вникла в суть дела. — Ох, Гриффстер, неожиданно это все, но кажется неспроста ты слюни на Лексу пускала, — задумчиво протянула Рэйвен вгоняя блондинку в краску. — Да, ладно тебе, все свои, чего смущаться. Вам Судьбой предназначено быть вместе, так что расслабь ягодички и забирай свой приз. — Чего? Я не… Лекса? — Рэйвен обладала талантом в процессе объяснения еще больше запутывать, так что теперь Кларк в еще большем смятении поднялась с кресла глядя на шатенку, но та лишь смотрела на нее в ответ, продолжая пребывать в шоке. — Видимо эту часть они тебе не успели объяснить, — успокаивающе улыбнулась Анья. — Часть про Судьбу? Так это правда, что вся наша жизнь заранее предначертана? — блондинка снова опустилась в кресло, чтобы не упасть от новой информации. — Не совсем так, — покачала головой Анья. — Судьба это не что-то абстрактное, это реальная… у вас людей это называют профессией или должностью. Есть некоторое количество душ, как светлых, так и темных, которые контролируют чтобы то что должно случиться случилось. — Да, но кто тогда решает, что должно случиться, а что нет? — не понимала Кларк. — Хм, — Анья заметно призадумалась. Эта блондинка своими вопросами могла напрячь любого. — Ладно, тогда так. Есть несколько проявлений Судьбы. Первое — то что неподвластно никому, то что рождается из пространства по неизвестным причинам, второе проявление — это души, следящие за исполнением первого. Это все очень сложно, Кларк, мы сами не знаем, как и почему это происходит, просто живем. — Окей, я поняла, что для вас Судьба так же непонятна, как и для людей, — кивнула Гриффин. — Но вы утверждаете, что она связала меня и Лексу? Типа мы должны были встретиться? — Ваши души изначально были созданы друг для друга. Вас связала любовь, а Судьба лишь искала путь, чтобы вновь соединить вас. Забавно, если вся эта заварушка, даже то, что я привлекла Лексу, изначально было частью линии вашей судьбы. Боже, это же невероятно, — восторженно воскликнула Анья. — Невероятно, как спустя столько тысячелетий ваши души нашли друг друга. Теперь ясно почему несмотря на весь свой свет, Кларк до сих пор обычный человек. Ее душа перерождалась снова и снова, чтобы исполнить пророчество и найти тебя. — Анья, успокойся, ты не можешь быть так уверена, — взмолилась Лекса. — Может это совпадение… — Постойте. С Судьбой я немного поняла. А что насчет любви? Любовь существует? Она тоже осязаема или как? — у Гриффин появлялось все больше вопросов. — Любовь — одна из немногих вещей, в которых никогда не стоит сомневаться, Кларк, — серьезно проговорила русоволосая. — Вы люди привыкли ее романтизировать, сводить лишь к возвышенным чувствам, на деле любовь — чистейшая энергия, то откуда все взяло свое начало. Любовь и Судьба чаще всего находятся во взаимосвязи, если души, созданы энергией друг для друга, то Судьба сделает все, чтобы они встретились, а когда они встречаются, то притягиваются словно магнитами. Когда находишь того самого человека, то ощущаешь это с первой секунды, где-то в самой глубине души. Сначала ты можешь этого не понимать, но постепенно чувства будут кричать все громче. — Стоп, стоп, стоп. Ты не можешь говорить все это серьезно. Если верить твоим словам, то мы с Лексой… мы что? Любим друг друга? Это типа так просто? Я не знаю во что вы там привыкли верить, но такого не бывает, я не могу полюбить кого-то только потому что мне сказали, что это моя судьба, — для Кларк все услышанное казалось бредом. Да, она не отрицает, что между ней и Лексой есть это странное напряжение, но вот так просто кричать о любви. Гриффин никогда в жизни никому не признавалась в любви, никогда не ощущала ничего сильнее симпатии, даже находясь в длительных отношениях. А теперь что? Оказывается, она создана для кого-то конкретного? Для кого-то кто даже не человек и вообще непонятно кто? — Идиотка, тебе не надо никого начинать любить, это и так внутри тебя, — усмехнулась Рейес, наблюдая за паникой блондинки. Кларк металась взглядом по присутствующим, пока не остановилась на Лексе. Шатенка казалась сбитой с толку не меньше нее. — Должно быть мы что-то неправильно поняли, неверно истолковали пророчество, — рассеянно проговорила Лекса не отводя взгляд от Гриффин. — Тут и без пророчества все яснее ясного, — Анья устало покачала головой. Она подвела девушек друг к другу, и соединила их руки. — Позвольте себе почувствовать, — мягко проговорила русоволосая отступая на шаг назад. — Отбросьте все мысли, страхи и сомнения, просто чувствуйте. Прикосновение не было для них первым, они и раньше чувствовали все это, но старались не думать. Тепло и свет, много света, который окутывает сердце словно облако. Кларк помнит, как впервые ощутила это странное чувство у себя в груди, но всегда боялась задумываться о нем. Сейчас, глядя в глаза напротив ей еще страшнее. Что если Лекса и правда ее судьба? Она определенно к ней что-то чувствует, что-то сильное и необъяснимое, но шатенка слишком опасна. Они из разных Миров в прямом смысле слова.       Трепетно сжимая чужие ладони, Лекса тоже боялась, боялась, что все это сон. В отличие от Кларк, она уже испытывала эти чувства тысячелетия назад, и не надеялась, что испытает снова. Она заставляла себя отключать чувства, отключать любые эмоции, заставляла не думать о любви, но, видимо, у Судьбы другие планы. — Это все невероятно захватывающе, но с каких это пор демоны начали уметь любить? — голос Октавии вывел девушек из их странного состояния, прерывая минутное смотрение друг другу в глаза. Блейк была настроена гораздо скептичнее своей подруги. — Что ты имеешь в виду? — нахмурившись спросила Кларк, отступая от Лексы, потому что это уже казалось слишком странным так долго держать ее за руки. — Это не относится к делу, — как-то раздраженно проговорила Анья, неосознанно бросая взгляд на посерьезневшую от вопроса Блейк Рейвен. — Ты так думаешь? Все знают, что души, получившие силу от тьмы, платят за это большую цену. Любовь — это самое светлое, что есть во всех Мирах, так что демоны попросту не могут впустить ее в свою душу. Ты, конечно, Основатель, но столь простые вещи понятны даже мне. Или это тоже ложь, придуманная, чтобы очернить Третий Мир? — Октавия была более чем уверена в своих словах. Ее вопрос звучал скорее с издевкой. — Это не ложь, к сожалению, тьма действительно берет огромную цену за ту силу, что она дает. Иногда любовь играет злую шутку, связывая тебя с кем-то кто уже предназначен другому, а хуже всего, когда она связывает с тем, кто не способен почувствовать ничего в ответ, — Октавия ожидала, что Анья произнесет это со свойственной ей надменностью и усмешкой, но вместо этого женщина выглядела скорее задумчиво, словно ей приходилось затрагивать слишком болезненную тему, в конце бросая почти обвиняющий взгляд в сторону Рейес. — Мне хватает чувствовать как ты кончаешь подо мной, — оскалившись фыркнула Рэйвен, тут же понимая, что снова облажалась. Анья на мгновенье прикрыла глаза, делая глубокий вдох. — Думаю мы можем сделать небольшой перерыв, — сдавлено произнесла русоволосая, после чего ушла на кухню, чтобы успокоиться. — Отлично, Рэй, так держать, — недовольно пробормотала Лекса. — Это была всего лишь ебаная шутка, — ее не нужно было отчитывать, Рейес и сама знала, что не права. Часто ее речью управлял не разум и не чувства, а тьма, способная превратить любые слова в яд. Рэй сама иногда бесилась из-за этого, жалея о сказанном, но чем больше ты во тьме, тем легче в ней погрязнуть. — Значит я права, и вы не можете любить, — констатировала Октавия, стараясь не показывать виду, что странности между Аньей и Рейвен ее сильно заинтересовали. — Нихуя ты не права, сыщик гребаный, — раздражение на саму себя видоизменилось в привычную ненависть к Блейк. Так легче. — Я не могу чувствовать ваш сраный свет, потому что я изначально была призвана в Третий Мир, а Лекса может. Хочешь испытать свои нервы на прочность, ангелок? — Рейес поднялась с дивана, чтобы пойти за Аньей на кухню, но уже не могла остановить свою речь. Замерев напротив Блейк и слегка склонившись к ней, девушка прошептала: «Знаешь кто такая Кали? О, да, по глазам вижу, что знаешь. Это имя всех вас пугает до усрачки, вот только ты не знаешь, что она взяла другое имя, когда покинула Первый Мир. Дам тебе подсказку, она в этой комнате,» — для Рэй было забавой наблюдать за тем, как в страхе на мгновение расширились зрачки Октавии, а затем она попыталась подскочить с дивана врезаясь в Рейес, усадившую ее обратно, надавив на плечи. — Ты должна была понять, что не вся информация, которую тебе дали в Первом Мире правдива. Она не монстр, каким ты ее считаешь, — уже серьезнее произнесла Рэйвен, после чего все же продолжила путь на кухню, оставляя остальных в давящей тишине. — Кали? Ты дочь третьей семьи Основателей, ты вместе с сестрой и братом была главной опорой и защитой Первого Мира, ты создала Небесный Легион, а затем предала всех, соблазнившись тьмой. Ты убила свою сестру и сбежала… — спустя какое-то время начала судорожно бормотать Блейк. — Ты понятия не имеешь о чем говоришь, — перебила ее Лекса. — Не надо повторять сказки, придуманные кем-то, чтобы запугивать неокрепшие светлые души. Никто кроме меня не расскажет тебе истину. — Тогда расскажи, — подала голос Кларк. — Я хочу понять кто ты есть. С кем Судьба связала меня и почему? — Хорошо. Это будет долгий рассказ…