Объединяя миры

      В мотеле они долго не задержались. Едва Рэйвен и Октавия вышли из ванной, Лекса стала всех торопить, желая быстрее продолжить путь. Шатенка, как и Гриффин, активно делали вид, что не замечают странное молчание и задумчивость обеих девушек, хотя Кларк было очень сложно удержаться от расспросов.       С момента возвращения Лексы, Кларк не могла заставить себя отпустить ее руку. Она понимала, что это нелогично, что шатенка никуда не денется, и что с ней все в порядке, но ничего не могла с собой поделать. Эти странные чувства внутри нее гораздо сильнее здравого смысла.       Всю жизнь Гриффин считала себя довольно прагматичным человеком. У нее было несколько отношений, как с парнями, так и с девушками, но ни разу она не испытывала ничего больше симпатии и физического влечения. Она никогда не понимала всех этих сопливых страданий из-за неразделенной любви. Честно говоря, Кларк не особо-то и верила в эту пресловутую любовь. Впрочем, в существование других Миров она тоже не верила. Однако, после встречи с Лексой все изменилось, словно ее выдернули из глубокого сна и заставили, наконец, раскрыть глаза и увидеть насколько многогранен мир. Если по началу чувства Гриффин были заперты в ее душе, то после поцелуя, они вырвались наружу, как цунами, накрывая с головой. Если раньше Кларк смотрела на Лексу и видела лишь ее внешнюю красоту, то теперь глядя на девушку она видела ее душу. Душу, которая принадлежала ей, которая была создана для нее. Теперь Гриффин понимала, что же такое любовь и каково это быть счастливой лишь от того, что рядом тот самый человек… ну, не совсем человек.       А еще Гриффин поняла, что такое страх. Настоящий, животный страх, который сочится по венам, отравляя разум. О, да, блондинка боялась. Не Лексу, конечно. Она боялась всего происходящего. Из-за того, что она с шатенкой были связаны линиями Судьбы, которые заставили их души вновь встретиться, чувства проснулись слишком быстро. Только представьте, что в одно мгновение ты воспринимаешь человека как одного из многих, который тебя привлекает, с которым ты не прочь развлечься, а в следующее мгновение, неведомые и неподвластные ни одному закону силы, заставляют тебя понять, что это не просто человек, это твоя истинная любовь, тот без кого ты больше не можешь представить свою жизнь, тот, за кого ты постоянно переживаешь.       Каждое касание, каждый взгляд, каждая улыбка отдают приятным импульсом прямо в сердце. Это безумие. Невозможно вот так быстро и бесповоротно стать от кого-то зависимой. Так же как невозможно жить тысячелетия и отрывать головы голыми руками. Видимо, понятие «невозможно» слишком преувеличено. Впрочем, сам факт того, что она без ума от шатенки, Гриффин не особо пугал. Ее пугало то, что Лекса не была человеком. Это сложно объяснить. Кларк не боялась, что шатенка навредит ей, она боялась, что та пострадает, пытаясь защитить ее. Да, и к тому же, насколько Гриффин поняла, Лекса не старела. Все это почему-то напоминало так популярный в свое время фильм про вампиров. Гриффин ощутила себя Беллой Свон, которая боится выглядеть старухой через пару десятков лет рядом с Эдвардом. Если они вообще проживут эти самые пару десятков лет, учитывая все то безумие, что творится вокруг. Думать о пророчестве и своей роли в нем совсем не хотелось. Кларк так много раз прочла его в пути, обсуждая с Лексой толкование непонятных частей, что успела выучить наизусть.

/Судьба найдет свой путь, когда вновь встретятся души, предназначенные друг для друга с первых времен, но разделенные чужой обидой; любовь, прошедшая века и барьер, сведет их вместе. За вторыми пойдут первые, их пример положит начало тому, о чем всегда мечтала хранящая свет во тьме/

      Даже Лекса не понимала большую часть из написанного. Что еще за любовь прошедшая века и какой-то барьер? И что им делать дальше? Как Миры-то объединять, и стоит ли это вообще делать, каковы последствия? Нужно было найти оракула, который сделал это пророчество, чтобы тот все объяснил. — Ты в порядке? — вопрос Лексы донесся до Кларк словно из далека, заставляя понять, что она надолго ушла в свои мысли. Шатенка бросала на нее обеспокоенные взгляды, продолжая вести машину одной рукой, а второй дотянувшись до ладони Гриффин. Та тут же переплела их пальцы вместе, словно этот жест был отточен долгими годами совместной жизни. — Да, просто немного задумалась. Ну, знаешь, обо всем этом, — блондинка неопределенно махнула свободной рукой. — Поспи, нам еще долго ехать, — Лекса выглядела абсолютно спокойной, но то ли в ее взгляде, то ли в том, как она трепетно сжимала ее Ладонь, Кларк видела что-то еще. Смесь страха и замешательства. — Я вряд ли смогу уснуть, — вздохнула Гриффин, бросая завистливый взгляд на заднее сиденье.       Когда они выезжали, Рэйвен все еще была слаба, и ей требовалось восстановить силы, так что Кларк удалось уговорить ее сесть на заднее сиденье, где она смогла бы лучше расположиться. Рейес сначала стала медитировать или что-то вроде того. Гриффин еще не до конца поняла, как именно они восстанавливают силы. Во всяком случае, со стороны это выглядело как медитация. Спустя какое-то время Рэй кажется и вовсе крепко заснула, на одном из поворотов завалившись на Октавию. Блейк, вместо того, чтобы разбудить девушку, удобнее уложила ее голову себе на колени, мысленно радуясь тому, что теперь-то Рэйвен не сможет отказаться от ее помощи. Именно в таком положении они и провели последние пару часов: обессиленная Рейес крепко спала, а Октавия придерживала ее за плечи, слегка откинув голову назад и позволяя своей энергии окутать их двоих, чтобы восстановление другой девушки прошло быстрее. Если бы кто-то спросил, зачем она это делает, Блейк бы ответила, что просто хочет, чтобы Рэйвен была как можно быстрее в строю, на случай новой атаки. Правда ли это? На этот вопрос нет ответа. — Это выглядит невероятно красиво, — завороженно проговорила Гриффин, тут же встречаясь с непонимающим взглядом Лексы. — То, как ее крылья обнимают Рэйвен, — пояснила Кларк, кивая на заднее сиденье. — Это не крылья, Кларк, — в который раз попыталась возразить Лекса. — Всего лишь энергия, которая принимает довольно причудливую форму, если выходит из тела. — Я и не спорю, что это энергия, но она похожа на крылья, значит я буду называть ее крыльями, — в этот момент Гриффин была похожа на шкодливого ребенка, даже язык в конце слегка высунула, дразня шатенку. Та лишь покачала головой, возвращая внимание на дорогу, она уже поняла, что возражать убеждениям Кларк бесполезно. — Ты точно не хочешь, чтобы я тебя сменила? — Гриффин осторожно придвинулась к Лексе, размещая свою голову на ее плече, стараясь не особо мешать вождению. Ночью дороги были почти пусты, но все же не хотелось, чтобы шатенка врезалась во что-то или пропустила поворот. — Зачем? — Кларк ощутила, как тело Лексы напряглось, а на ее лбу появилась небольшая морщинка из-за того, что она нахмурилась. — Потому что тебе тоже нужно хоть иногда отдыхать. Я более чем уверена, что ты потратила столько же сил, сколько и Рэйвен, если не больше, только вот она спит, а ты уже пять часов за рулем, — блондинка положила ладонь на живот Лексы, хотя по ощущениям было больше похоже на камень. Да, шатенка явно чувствовала себя не совсем комфортно, и Кларк никак не могла понять почему. Слегка отстранившись, она внимательно посмотрела в лицо Лексы, ловя ее слегка настороженный взгляд, который она то и дело снова переводила на дорогу. — Лекс, что не так? — Я… — голос Лексы звучал нерешительно, словно она раздумывала, стоит ли ей сказать правду. — Я отвыкла от подобного, — наконец призналась девушка. — Отвыкла от тепла чужого тела, а главное от тепла души. Забыла каково это, когда кто-то вот так смотрит на тебя, касается, заботится. Мне немного сложно поверить в реальность происходящего, — после того, как она это произнесла, ей даже самой стало легче.       Тысячелетия Лекса упорно превращала себя в сгусток тьмы, отключившийся от всех чувств, чтобы забыть боль, а теперь в какой-то миг, ее душу будто вывернули наизнанку, заставляя крупицы оставшегося там света подняться на поверхность и вновь начать разгораться. Конечно, той тьме, что жила внутри нее, все это очень не нравилось. Она царапалась, давила, кричала изнутри. Иногда зажигалка в кармане Лексы накалялась до такой степени, что казалось, что она прожжет джинсы, но теперь шатенка благодаря Гриффин чувствовала себя сильнее. Ради безопасности Кларк, она больше никогда не позволит тьме взять верх. — Меня постоянно тянет к тебе, как магнитом, но я очень боюсь, что сделаю что-то не так, что причиню тебе вред. Ты человек, Кларк, ты такая хрупкая, — тихо продолжила шатенка. — Лекс, ты идиотка, — радостно отозвалась Гриффин, наконец поняв, в чем дело. — Я полностью доверяю тебе. И я очень рада, что не я одна чувствую это безумное притяжение. Честно, я уже начала ощущать себя какой-то маньячкой, которая только и думает о своей жертве. — Так я твоя жертва? — слегка понизив голос и придав ему более интимное звучание, спросила шатенка. Гриффин чувствовала, что Лекса стала расслабляться, видимо поняв, благодаря ее словам, что бессмысленно накручивать себя, лучше наслаждаться тем, как уютно она себя чувствует, с прижимающейся к ней блондинкой. Она даже слегка прикрыла глаза, как довольный кот, которого гладят по животику, но тут же широко их распахнула, когда ладонь Кларк мягко скользнула ниже, а потом сжала ее бедро. — Надеюсь, что роль жертвы буду исполнять я, а ты будешь меня многократно и страстно… — Гриффин нравилась эта игра. Ей нравилось то, как Лекса быстро реагирует на ее томный шепот на самое ухо, как она заерзала на сиденье, и как блеснули ее глаза.             Кларк не была помешана на сексе, но ее бесило, что шатенка так боится близости, боится причинить ей вред. Почему-то Гриффин была абсолютно уверена, что Лекса никогда не навредит ей. Ведь именно так работала связь, насколько Кларк успела понять. Связанные истиной любовью могли ранить друг друга, но их инстинкты не позволяли заходить дальше, поэтому Лекса даже если бы захотела убить Гриффин с помощью своих сил, вряд ли смогла бы. — Ты ходишь по тонкому льду, — шумно выдыхая, проговорила Лекса, пока ладонь Кларк продолжала поглаживать ее бедро, то поднимаясь на опасную высоту, то спускаясь почти к колену. — Тогда останови меня, — с вызовом ответила Гриффин. Стоило им только чуть отвлечься друг на друга, как они выпадали из реальности. Вот и сейчас, они растворились друг в друге, забыв где находятся.       Кларк, соблазнительно прикусив нижнюю губу и скромно глядя из-под опущенных ресниц, все ближе придвигалась к губам Лексы. Ее ладонь в этот момент опасно дернулась вверх, чуть надавливая на шов джинсов. Даже такого короткого контакта хватило, чтобы Лекса на мгновение совсем забылась, едва не съехав в кювет с дороги. — Черт, — громко выругалась шатенка, умело выкручивая руль, чтобы вернуться на дорогу. Кларк от такого маневра потеряла равновесие и упала к ней на колени, благо расстояние между рулем и шатенкой, позволяло сделать это почти безболезненно. Блондинка тут же залилась громким смехом, понимая насколько абсурдна ситуация.       Лексе пришлось остановить машину посреди дороги, чтобы прийти в себя. Сначала она пыталась буравить смеющуюся Кларк недовольным взглядом, но не выдержав тоже рассмеялась, глубже садясь в кресле, чтобы Гриффин было удобнее лежать у нее на коленях. — Ты ненормальная, — выдохнула Лекса, обреченно покачав головой, склоняясь к широко улыбающейся блондинке. Та тут же обвила ее шею руками, подтягивая свое тело вверх. — Ты же понимаешь, что в случае аварии, ты единственная из всех, кто находится в этой машине, можешь серьезно пострадать или даже погибнуть? Ты… — шатенка не смогла договорить, потому что Кларк не выдержала и накрыла ее губы жадным поцелуем. В прочем, он продлился не так долго, как бы хотелось им обеим, потому что их отвлек шум с заднего сиденья.       Естественно из-за резкого поворота и торможения, Рэйвен и Октавию тоже знатно встряхнуло, благо энергия Блейк удержала их на месте. Но, конечно же, Рейес проснулась. Первое что она увидела — Октавия, которая изучающе и даже с каким-то волнением смотрела на нее сверху вниз. Распущенные волосы, обрамляющие лицо, внимательный взгляд, руки сжимающие плечи — все это пробуждало у Рэй смутное ощущение какого-то дежавю, словно она уже через это проходила, но не помнит когда и с кем.       Этот миг замешательства быстро сменился привычным жжением в груди. Кларк была права, когда заметила, что Рейес инстинктивно отстраняется от Блейк. Последнее время, стоило Октавии прикоснуться к ней, как в груди что-то резко сдавливало, будто саму душу сжимают огненными щипцами. Эта боль отличалась от той, которую мог причинить владелец ее души. Она проходила мгновенной вспышкой, и затем исчезала, словно ее и не было, так что Рэйвен могла контролировать себя и не показывать виду. Но если контакт с Октавией происходил не запланировано, и Рэйвен не успевала себя подготовить, то инстинкты срабатывали быстрее разума. Вот и в этот раз, Рейес отпрыгнула от Блейк в противоположный конец сиденья так стремительно, что не рассчитав сил, болезненно ударилась головой о стык между дверцей и крышей авто, отчего он заметно вмялся, а по стеклу на дверце разошлась мелкая паутинка трещин. — Блядь, какого хуя? Что еще за американские горки? И хрен ли ты меня трогаешь? — потирая голову и пытаясь восстановить сбившееся дыхание, начала возмущаться Рэй. — Могла бы вообще-то и спасибо сказать, для разнообразия, — хмыкнула в ответ Октавия, уже привыкшая к манерам девушки. Рэйвен какое-то время смотрела на нее непонимающе, а затем перевела взгляд на свой живот, задирая кофту. От раны не осталось и следа, да и по ощущениям, силы были практически полностью восстановлены. — Я тебя об этом не просила, — недовольно проворчала девушка. Она перевела взгляд на переднее сиденье, увидев там лишь вытянутые ноги Кларк, которая все еще сидела на коленях Лексы, обнимая ее и с усмешкой наблюдая за очередной потасовкой этой странной парочки. — А я смотрю, Гриффстер время зря не теряет, — сменив тон на более озорной, присвистнула Рейес. — Давайте, можете почпокаться прямо здесь, мы никому не скажем. — Осторожнее со словами, Рэй, я ведь могу и разозлиться, — предупредила Лекса. Хоть ее голос и звучал беззлобно, было ясно что она не шутит, так что Рэйвен тут же примирительно вскинула руки.       Гриффин хотела сесть на место, но Лекса не позволила ей этого сделать, одним взглядом прося остаться в таком комфортном положении. Дождавшись, когда Кларк займет более удобную позу, чуть передвинувшись на свое сиденье и уложив голову к ней на плечо, Лекса снова выровняла машину на дороге, продолжая их путь. Пожалуй впервые шатенка была благодарна инженерным выдумкам людей, которые изобрели автомобили с автоматической коробкой передач. Ей не требовалось то и дело переключать скорости, поэтому она могла спокойно вести машину одной рукой, а второй прижимать к себе свою истинную любовь. — Если бы пару месяцев назад, мне кто-нибудь сказал, что Лекса, которая одним своим видом может заставить наложить в штаны, начнет вести себя как ручной котенок, я бы смеялась до икоты, — не удержавшись, все же поддела подругу Рэйвен. — Зависть — плохое качество, — спокойным голосом парировала шатенка, но не преминула воспользоваться преимуществами владения чужой душой. Рэй болезненной ойкнула, почувствовав легкое сжатие в груди, бросая на ухмыляющуюся шатенку обидчивый взгляд в зеркало заднего вида. — Как они нас нашли? — спустя какое-то время озвучила так волнующий ее вопрос Кларк. — Что ты имеешь в виду? — слегка озадаченно переспросила Лекса. — Наемники. Как им удалось нас выследить? Ты ведь специально ехала окольными путями, не светилась на дорожных камерах центральных магистралей. Да, и закусочную эту мы выбрали совершенно рандомно, — объяснила Гриффин. — Рандомно, — повторила Рэй, пробуя как звучит это слово. — Как вам, людишкам, удается все время придумывать новые словечки? Вы такие забавные. — Кажется кто-то забыл, что и сам когда-то был «людишкой», — с вызовом вскинув брови, парировала Октавия, тут же получая прожигающий взгляд от Рэйвен и смешки от Кларк. — Есть много способов найти того, кто тебе нужен, — возвращаясь к первоначальной теме, дабы снова не выслушивать перепалку от парочки сзади, заговорила Лекса. — Можно нанять ищеек — это души, которые специализируются на поиске, у них такой дар. Еще есть оракулы, способные вызывать нужные видения… — Да, крутые ребята… в отличие от того пророческого дерьма, что досталось мне, — поддакнула Рейес. — За всем происходящим стоит кто-то могущественный, так что он мог задействовать любые ресурсы, — подытожила шатенка. — И что же нам делать? Где гарантия, что нас не найдут снова? — с опаской спросила Кларк. Лекса почувствовала в этом вопросе страх девушки, замечая, что их связь помогает ей гораздо лучше чувствовать эмоции Кларк. — Главное добраться до побережья. Там есть зона, в которой найти нас будет куда сложнее, что-то вроде пограничной территории между мирами. Как тот клуб, который ты видела, когда я ходила за Уфиром, только гораздо больше. Нечто вроде маленького городка, свободного от контроля, — шатенка успокаивающе поглаживала Кларк по спине, стараясь передать ей свою уверенность и показать, что рядом с ней она в безопасности. — Так это целый город, в котором живут одни демоны? — привычное любопытство тут же вспыхнуло в глазах блондинки. — Это обычный город, там живут обычные люди, — такой ответ Гриффин явно разочаровал. — Но и душ из других Миров там тоже полно, — добавила Рэйвен. Кларк тут же слегка развернулась, обращая заинтересованный взгляд на нее. — Демоны, ангелы, наемники, прочая нечисть, скитальцы, которых не принимают ни в Первом, ни в Третьем Мирах те, кто сам решил оставаться в стороне — там всех хватает, просто они умело сливаются с обычными людьми, чтобы не палиться. — А у вас там свой дом или что? Вы там живете? — Октавия, кажется тоже заинтересовалась этой беседой. Она никогда не слышала об этом месте. — У меня там есть дом, в котором мы периодически бываем, — ответила Лекса. — Вернее там в основном бывает Рэй, она любитель шумных вечеринок в местных барах. — Бля, кажется я забыла выбросить труп из ванной после последнего визита, — задумчиво проговорила Рейес, тут же ловя на себе три настороженных взгляда. — Да, шучу я, шучу, — поспешила оправдаться девушка. — Вроде выбросила, — едва слышно добавила она.       Еще пару часов они ехали, стараясь разговаривать на отвлеченные темы, хотя все понимали степень угрозы, нависшей над ними, но страх и паника не лучшие помощники.       В какой-то момент, под веселые истории о самых безумных поступках, которые совершали Лекса и Рэйвен вместе, Кларк почти забыла куда и зачем они едут. Это было похоже на одну из тех поездок, в которую отправляются старые друзья вместе со своими любимыми, чтобы повеселиться и получить новые впечатления. Если бы в историях Рейес постоянно не фигурировали «та зубастая тварь, которая сожрала туриста», «бешеный демон, который пытался забить меня кочергой», «чувак под чарами» и прочие невероятные существа, то Гриффин бы точно считала это типичными байками старой знакомой.       Солнце уже начало подниматься над горизонтом. Судя по словам Лексы, им оставалось ехать еще пару часов до пункта назначения. — Вау, — завороженно проговорила Кларк, поднимаясь с плеча шатенки, чтобы лучше рассмотреть открывшийся вид. Дорога поднялась в гору, так что теперь можно было рассмотреть морское побережье, видневшееся чуть правее. Кларк видела море лишь однажды в раннем детстве, но детские воспоминания меркли по сравнению с тем, что предстало пред ней. Спокойная морская гладь манила к себе издалека, обещая скрыть от всех проблем. — Хэй, Рэй, скучала по этому виду? Теперь твои сны обрели видимые очертания? — чуть обернувшись к подруге спросила Лекса. — Это не тот берег, что мне снится, — отозвалась девушка, задумчиво глядя вдаль. — Не тот? — Лекса непонимающе нахмурилась. — Здесь лишь ровный песчаный берег, — вместо Рейес вдруг заговорила Октавия, которая с таким же задумчивым видом смотрела на побережье. — А там вместо песка мелкие камни и повсюду высокие скалы. Это место не вызывает никаких эмоций, а там… там надежда, страх, боль. С тем местом связано слишком много… — Если ты однажды побывала в моей голове — это не значит, что ты все знаешь и можешь трепаться об этом, — вспылила Рэйвен, прожигая девушку раздраженным взглядом. — Ты просто невыносима, — тут же подхватила враждебное настроение Октавия. — Корона голову не жмет? Я вообще не о тебе сейчас говорила. — Вмазать бы тебе хорошенько, — огрызнулась Рэй. — Ну, давай, попробуй, — Блейк с явным вызовом смотрела прямо в глаза Рейес, словно сама хотела очередной потасовки. — Так, уймитесь, иначе пойдете пешком, — попыталась остудить девушек Лекса. — Вы как дети, — покачала головой Кларк.       Даже несмотря на перепалку сзади, Лекса внимательно следила за дорогой. Трасса была необычайно пустынна даже для столь раннего часа. За последний час пути, они не встретили ни одной машины. Это слегка настораживало, но шатенка старалась отгонять ненужные мысли и лишь сильнее вжимала педаль газа в пол. На прямой дороге сложно не заметить засаду или приближающегося врага. Во всяком случае она так думала. Она не придала значения легким бликам впереди, не заметила, что воздух движется, слегка искажая картинку окружающей природы. Лишь когда машину слегка тряхнуло, словно она проехала сквозь что-то невидимое, Лекса поняла, что облажалась. Это была засада. Их поджидало несколько десятков наемников, и среди них были явно неслабые представители своих видов, раз они смогли так умело скрыть свое присутствие.       После того, как они проехали скрывающий барьер, впереди их ждал еще один, целью которого было остановить машину. Если бы не молниеносная реакция шатенки, то они бы на огромной скорости влетели в него, что было бы равносильно встрече с каменной стеной. Лекса резко выжала тормоз и крутнула руль, чтобы впечататься в барьер правым боком, что должно было минимизировать ущерб машине, чтобы на ней потом можно было продолжить путь. Чтобы Кларк смогла уехать, пока она займется этими ребятками, если быть точнее.       Все происходило так быстро, что Гриффин не успела ничего понять. Вот она смеется, глядя на то, как Рэйвен клянется выбить из Октавии всю дурь, а вот машину резко разворачивает, и она оказывается еще плотнее прижата Лексой, чувствуя вокруг себя необычайное тепло от энергии шатенки, которой она их окутала, чтобы защитить от удара.       Блейк и Рейес, увлеченные перепалкой, тоже не успели заметить опасность, но на их стороне было преимущество обладания силами. В момент, когда машину начало резко разворачивать, их инстинкты сработали автоматически, поэтому для них все происходило словно в замедленной съемке, что позволяло успеть среагировать. Так как Октавия сидела как раз с той стороны, на которую должен был прийти удар, у нее было гораздо меньше времени. Она успела лишь прикрыть глаза, готовясь почувствовать боль от столкновения головы со стеклом, понимая, что не умрет от этого и сможет потом исцелиться, мгновенно используя силы. Но боли так и не последовало. Она слышала, как разбиваются стекла, но даже не почувствовала, что на нее сыплются осколки. Вместо жесткого столкновения с дверцей авто, она ощутила бережную хватку чужой руки на своем затылке, а затем тяжесть чужого тела сверху. Открыв глаза Октавия, с удивлением обнаружила, что Рэйвен не просто успела воспользоваться силой, она успела ловко подставить свою руку, чтобы Блейк не ударилась, и прикрыла ее собой сверху от летящих осколков. В такие моменты Октавия вспоминала, что несмотря на равный возраст, Рэй превосходила ее по силам. Рейес нависала над ней так близко, что их лбы соприкасались. Это длилось всего пару секунд, но даже за них Блейк успела заглянуть в глаза другой девушке, которые стремительно темнели, по мере того, как Рейес увеличивала напор силы. Была в этих глазах не только тьма, было что-то еще, что-то смутно знакомое… — Лекса! — испуганный возглас Кларк заполнил пространство автомобиля. Услышав его, Октавия резко вдохнула, понимая, что на мгновение выпала из реальности, утонув в глазах напротив. Время вновь побежало с привычной скоростью, вокруг слышался звон разбитого стекла, часть осколков которого разлетелась по салону. Рейес уже возвращалась обратно в сидячее положение, стряхивая с руки, вонзившееся стекло, на ее лице так же было несколько глубоких царапин, которые мгновенно затянулись. — Рэй, за руль. Увези их отсюда, а я возьму на себя этих ублюдков, — шатенка уже мягко усадила Гриффин на пассажирское сиденье и теперь доставала из кармана зажигалку, понимая, что она ей пригодится. — Нет! Прошу, Лекса, их слишком много, не выходи, — умоляюще причитала Гриффин, с нескрываемым ужасом глядя через потрескавшееся лобовое стекло на улицу.       Гриффин не особо разбиралась в классификации выходцев из других Миров, но даже она понимала, что сейчас здесь собралась куча самых разных упырей. Кто-то из них по виду ничем не отличался от обычных людей, другие больше походили на полу животных: шерсть, клыки с капающей слюной, звериные глаза, когти. Были и те, кого Кларк не могла соотнести даже с животными, нечто доселе ей невиданное. Существа, сошедшие со страниц древних мифов, с неестественными формами тел или слишком большим количеством конечностей. Некоторые были покрыты чем-то вроде слизи, у других же тело состояло из странных щитов, образующих подобие панциря. Все они обступили автомобиль, в котором были девушки, но держались на расстоянии, словно опасались нападать первыми и выжидали ответных действий. Впереди стояло несколько машин, на которых, видимо, кто-то из этих тварей сюда добирался.       Лекса сильна… невероятно сильна, Кларк это прекрасно понимала, но эта толпа вселяла в ее душу леденящий ужас. Их слишком много, но, похоже, шатенке было плевать. Она успокаивающе сжала ладонь Гриффин, заставляя посмотреть на нее. — Все будет хорошо. Слышишь? — девушка положила ладонь блондинке на щеку и соприкоснулась с ней лбами, заглядывая прямо в глаза. — Твоя безопасность превыше всего. Я никому не позволю снова забрать тебя у меня. — Это пиздец! Откуда они все взялись-то? Никогда не видела такого скопления наемников, вот же мудаки, — нервно причитала Рэйвен на заднем сиденье. — Лекс, они ж могут толпой окружить и запинать. Я не уеду… — Рэйвен! Увези их отсюда, — отстраняясь от Гриффин и переводя на подругу устрашающий взгляд, приказным тоном проговорила Лекса.       Сейчас последнее, о чем думала Лекса, — собственная безопасность. Однажды она уже лишилась своей истиной любви, второй раз она не перенесет. Конечно, можно было отправить Гриффин на машине одну или с Октавией, а Рэйвен попросить остаться и помочь, но шатенка хотела быть уверенной, что даже если она не сможет отвлечь всех, и за машиной будет погоня, Рейес и Блейк вдвоем смогут защитить Кларк. Гриффин вцепилась в руку Лексы мертвой хваткой, так что той пришлось почти силой выдернуть ее, чтобы покинуть машину под нескончаемые мольбы блондинки. Рэйвен тоже вышла из машины, девушки с опаской смотрели на все еще держащихся чуть поодаль наемников. В воздухе ощутимо витала аура приближающегося кровопролития. Наемники нетерпеливо рычали, переминались на месте, готовые в любой момент броситься вперед. — Лекса, это безумие, — снова начала Рэйвен. — Рэй, — тут же остановила девушку шатенка. — Когда начнется бой, я постараюсь раскинуть барьер, который удержит их всех, а вы должны успеть уехать как можно дальше. Потом кто-то попытается догнать вас, тогда тебе придется самой защищать их. — Такой мощный барьер высосет из тебя слишком много сил, — продолжала упираться Рейес. Лекса уже силой усаживала ее за руль. — Не забывай кто я, — уверено ответила шатенка. — К тому же, я буду не одна, — она подбросила в руке зажигалку, переводя взгляд на толпу, которая все плотнее обступала авто. Шатенка не была излишне самоуверенной, она знала, что этот бой будет невероятно сложным, но сдаваться она не собиралась. Только не теперь, когда она наконец обрела смысл своего существования.       Этого стоило ожидать. Наемники и так слишком долго сдерживались, так что в конце концов один из них не выдержал и с громким рыком рванул вперед. Огромный мужчина, почти в двое больше Лексы, лицо которого было искажено слишком выпирающей челюстью, из которой то и дело показывался раздвоенный длинный язык, стремительно приближался к автомобилю.       Шатенка понимала, что воспользоваться зажигалкой не успеет, но и ее собственных сил было предостаточно, чтобы отразить атаку. Так и не успев усадить упирающуюся Рэйвен за руль, Лекса шагнула вперед, готовясь принять бой, тем более, что в след за первым, уже начинали двигаться и другие наемники. Весь мир сжался до размеров небольшого участка трассы, на котором они находились. Были только она и те, кого любой ценой требовалось остановить. Сердце бешено стучало, разгоняя адреналин по венам, направляя импульсы зашкаливающей энергии наружу. Она была похожа на натянутую тетиву лука, готовую пустить стрелу в чужую голову, от любого дуновения ветерка.       Десять метров… девять… восемь. Лекса перестала дышать, концентрируясь лишь на приближающемся сопернике. Семь. Кажется, сзади до нее доносятся истеричные выкрики Кларк, но ей нельзя пытаться в них вслушиваться, иначе она отвлечется. Шесть. Она должна ее защитить, должна превратиться в монстра, в зверя, терзающего врагов, в кого угодно, лишь бы Кларк не пострадала. Пять метров. Гром. Это точно был раскат грома. До четырех метров расстояние так и не сократилось. Даже Лекса с ее силами, не смогла успеть увидеть, как наемника, словно гвоздь, буквально вбило в асфальт чем-то, упавшим с неба. Кем-то… Табрис, гордо расправив плечи, поднялся с колена, пренебрежительно глядя на пятна крови на своей белой одежде. К нему уже приближались еще несколько наемников, но и они оказались прибиты к земле, еще шестью спустившимися с небес. Остальные наемники замерли в нерешительности, явно неготовые к такому эффектному появлению.       Кларк узнала их. Даже сквозь потрескавшееся лобовое стекло, она могла отчетливо разглядеть Небесный Легион. Все так же прекрасны, все так же одетые во все светлое и босые. Их глаза отливали янтарем, не так насыщено, как у Аньи, но не менее завораживающе. — Что вы здесь делаете? — Лекса пребывала в легком ступоре, она никак не ожидала появление Легиона, который сама когда-то создала. — Мы не смогли остаться в стороне, когда тебе нужна помощь, — спокойно ответил Табрис. — Кем бы ты себя теперь не называла, к какому бы Миру не причислялась, ты не перестала быть нашей Командующей. Мы все еще семья, — добавила одна из прибывших с ним девушек. Ее звали Сив. Она и ее сестра Ран были дочерьми тринадцатой семьи Основателей, и присоединились к Легиону едва Лекса заговорила о его создании. Шатенка никогда не считала членов Легиона своими друзьями. Нет. Они были гораздо большим, они были семьей. Такими же братьями и сестрами как Мара и Танатос. После того что сделал Танатос и перехода в Третий Мир, Лекса считала, что навсегда лишилась и этой связи, что теперь Легион, так же как и остальные презирают ее, тем более что новым Командующим был назначен ее брат. Но, видимо, она ошибалась. Наемники не могли ровняться с Легионом силами, поэтому решили брать количеством. Оправившись от первого потрясения, они начали нападать с большим остервенением, рыча, скрипя зубами, издавая мерзкие шипящие звуки. Помимо того, что члены Легиона были детьми Основателей и обладали могущественной силой по праву рождения, им еще даровались дополнительные возможности. Гриффин особо восхищала их способность использовать свою энергию для полетов. Они с легкостью подхватывали наемников, поднимаясь с ними в воздух и сокрушая затем с невероятной скоростью о землю, так что в асфальте оставались глубокие вмятины и трещины.       Глядя на то, как слажено и умело они расправляются с наемниками, становилось ясно, что за тысячелетия существования Легиона, они отточили свои боевые навыки до совершенства. — Уезжайте, мы прикроем, — мило улыбнувшись и подмигнув Рэйвен, сказала Сив, с легкостью отшвырнув от себя громадное существо, напоминающее помесь медведя и человека.       Вокруг царил хаос боя, были слышны крики, рычание, скрежет челюстей, звуки ломающихся костей и проминающегося металла, когда кого-то отбрасывали в машины, стоящие неподалеку. — Спасибо, — коротко кивнула Лекса, искренне благодаря Легион. Она знала, что их не должно здесь быть, они не в праве вмешиваться во что бы то ни было, что не касается и не несет прямой опасности для Первого Мира. Не думала она, что чья-то верность станет такой приятной, а главное нужной неожиданностью.       Шатенка едва успела приблизиться к открытой дверце, а Кларк уже тащила ее внутрь, боясь, что та опять уйдет. Рэйвен тоже успела подойти к задней дверце, встречаясь с взволнованным взглядом Блейк, которая еле сдерживала себя, чтобы не выскочить наружу.       Не судьба. Так часто говорят люди, когда что-то не получается. Раньше Гриффин считала это простым оборотом речи, но теперь, зная о том, что Судьба — это не нечто абстрактное, а вполне реальное явление, ей хотелось рассмеяться от осознания всей иронии происходящего. Лекса едва успела тронуться с места, объезжая барьер, как впереди на асфальт спустился еще один силуэт. По тому как он появился, Гриффин безошибочно могла сказать, что он тоже один из Небесного Легиона. Однако одет он был иначе. Вместо светлого, преобладал черный цвет: черная рубашка, обтягивающая накаченный торс, черные почти классические брюки. Правда обуви на нем не было, как и на остальных. Он поднялся с земли, расправляя плечи и обвел величественным взглядом происходящее вокруг. В его глазах читалось явное неодобрение, даже презрение.       Кларк показалось, что она его уже видела. Шатен с острыми скулами и насыщено зелеными глазами. Его лицо определенно ей знакомо. Мужчина продолжал стоять в нескольких десятках метров впереди, преграждая дорогу автомобилю и пристально смотрел на Лексу. Шатенка так же замерла, остановив машину и не сводила с мужчины взгляд. Даже пролетающие то и дело перед машиной сражающиеся существа, не могли отвлечь ее внимание. — Кто он? — осторожно спросила Гриффин, так и не сумев вспомнить, где же видела этого мужчину. Ее голос заметно дрожал из-за ужаса, который она испытывала от всего происходящего. — Полагаю, что это тот, кто и организовал весь хаос, творящийся в наших жизнях, — сквозь крепко сжатую челюсть прорычала Лекса. В каждом ее слове сочилась неприкрытая злоба. — Это Танатос. Когда-то я звала его своим братом, а теперь могу смело назвать главным врагом. — Думаешь он все это устроил? — напряженно спросила Рейес. — Он ненавидит меня больше всего, что существует в трех Мирах. Не позволить мне обрести счастье для него цель всей жизни, — нисколько не сомневаясь в своих словах, отозвалась шатенка, решительно открывая дверцу. — Что ты задумала? — Кларк снова вцепилась в ее руку. Как же она ненавидела то, что ничего не могла сделать. Она всего лишь человек: слабая, уязвимая. Ей казалось, что она обуза, все постоянно пытаются ее защитить, только вот стоило ли оно того? Что в ней такого необычного? Может давно стоило позволить убить себя, чтобы закончить все это, чтобы Лекса, Рэйвен и Октавия больше не рисковали собой из-за нее. Плевать на пророчество, ей вообще нет дела до объединения Миров. — Не смей, — вдруг резко произнесла Лекса. — Я чувствую твои эмоции, по глазам вижу, о чем ты думаешь. Даже не смей. Клянусь, я покончу со всем этим раз и навсегда. Он хочет причинить мне боль? Пусть попробует сделать это лично. Я вырву его черствое сердце, и больше не будет никаких наемников и никакой угрозы, — быстро подавшись вперед Лекса глубоко поцеловала блондинку, чувствуя на губах солоноватый вкус ее слез. Этот поцелуй был полон отчаяния Гриффин. Она вспомнила, как Танатос не моргнув глазом вонзил в грудь Лексы кусок дерева, когда та возвращалась из Первого Мира во время поисков Уфира. Он был старше Лексы, а еще после смерти родителей он был главным в семье, значит он сильнее. Значит все плохо. — Лекс, прошу, не надо. Давай развернемся и уедем в другую сторону, — предложение глупое, но Кларк не в том состоянии, чтобы здраво мыслить. — Все будет хорошо, клянусь, — мягко улыбнулась шатенка. — Я люблю тебя гораздо больше жизни, — оставив последний быстрый поцелуй на лбу Кларк, Лекса стремительно отстранилась, чтобы блондинка не успела снова ухватиться за нее. — Рэйвен, разворачивайтесь и уезжайте, — уже выходя из машины, бросила девушка. — Рэй, мы же не можем уехать! Мы же не оставим ее одну, — обращая умоляющий взгляд на девушку, быстро заговорила Гриффин срывающимся голосом. — Мы должны что-то сделать. Я люблю ее… Я даже ниразу не сказала этого в слух! Господи, я же жить без нее не смогу, она должна это узнать. — Она и так это знает, — пытаясь успокоить подругу, мягко отозвалась Октавия, склоняясь чуть вперед и кладя руку блондинке на плечо. — Кларк, мы ничем не сможем помочь, это совсем другой уровень. Посмотри на них, — брюнетка кивнула в сторону, где несколько наемников окружили светловолосого парня, белая рубашка которого вся пропиталась кровью врагов. Он был порядком измотан, так что не смог отразить пару ударов и упал на землю, но в ту же секунду к нему на помощь бросилась Сив, в полете снося наемников. — Ты представляешь насколько они сильны? Даже если бы они не обладали огромной силой с рождения, представь сколько ее накопилось за тысячелетия их жизней. Они разорвут нас в клочья. Танатос их Командующий, и, насколько я вижу, в его планы не входило то, что Легион появится здесь и будет помогать Лексе. Он может приказать им уйти или прикажет убить нас, и они не смогут ослушаться, потому что таковы правила. Никто не нарушит прямой приказ. Мы должны уехать, тогда Лексе не нужно будет беспокоиться о нашей безопасности, и у нее будет больше шансов, — Октавия не была трусихой и уж тем более той, кто любой ценой будет беречь свою шкуру. Она смотрела на вещи трезво, в отличие от Гриффин, которой мешали чувства. Не было ни одной причины, по которой они должны были остаться. Тем более, как хранитель, Блейк в первую очередь должна была обеспечить безопасность Кларк. — Садись за руль, — серьезно и четко проговорила Рэйвен, выходя из машины и утягивая за собой Блейк. Ее взгляд был устремлен на Лексу, которая уверенной походкой шла вперед, иногда уворачиваясь от наемников. Танатос по-прежнему продолжал стоять на месте, сверля приближающуюся шатенку взглядом. — Рэйвен? Ты же не собираешься… — Октавия схватила девушку за руку, не позволяя той идти вперед. — Это безумие, ты не сможешь ей помочь, — Рейес крепче сжала ладонь девушки, ощущая, как ее мелко трясет. — Сядь за руль, разверни машину и увози Кларк. В бардачке есть карта, на которой отмечен город, в котором вас не найдут. Лекса найдет вас там, — Рэй говорила непривычно мягко и спокойно, без ироничного тона и кривых усмешек. — Ты не можешь ее оставить потому что она твой хозяин? Твоя душа принадлежит ей? — предположила Октавия, хватая Рейес еще и за ворот кофты, словно та могла сбежать. — Нет, я не могу ее оставить, потому что она моя семья, — Лекса никогда не держала душу Рэй в заточении, после покупки, тут же вернув ее ей, так что тот факт, что шатенка была ее формальной хозяйкой, никак не сказывался на решениях, которые принимала Рейес. Здесь дело в преданности, в привязанности. Шатенка единственная, бескорыстно помогла ей, при чем не раз. Лекса постоянно вытаскивала Рэй из передряг, научила пользоваться силами, помогала увеличить их. Да, в начале они были лишь партнерами, но теперь, по прошествии стольких лет, они практически семья. — Рэйвен… — Все будет хорошо, — глядя брюнетке в глаза, произнесла Рэй, радуясь тому, что ее голос звучал гораздо увереннее, чем она себя ощущала. Ей удалось с трудом оторвать руки Октавии от своей кофты, на последок чуть сильнее сжав, перед тем как совсем отпустить, словно прощаясь. — Почему мне кажется, что это уже было? Я уже видела, как ты умираешь, — голос Октавии звучал нервно, она боялась не успеть сказать эти слова, когда другая девушка уже начала отходить. — Кто сказал, что я собираюсь умирать, — возвращая в голос привычную усмешку и расплываясь в излишне самоуверенной улыбке, бросила напоследок Рэй и ускорила шаг, почти переходя на бег, чтобы быстрее догнать Лексу, а может, чтобы Октавия больше не пыталась ее остановить.       Какой бы самоуверенной не хотела казаться Рэйвен, она знала, что по силам она может тягаться разве что с наемниками, которых становилось все меньше благодаря Легиону, который не подпускал их к машине, принимая удар на себя. Табрис то и дело бросал виноватые взгляды в сторону Танатоса, он думал, что их вылазка на помощь Лексе останется незамеченной, ведь никто не знал куда они направились, так что появление Командующего стало неожиданностью.       Выматывающая борьба отнимала много сил даже у членов Легиона. Один из наемников, с чем-то вроде клешней, торчащими из живота, прижал Сив к перевернутому на бок джипу, пытаясь проткнуть грудь. Остальные были заняты боем, так что не могли помочь девушке. Она планировала резко дернуться вперед, а затем взлететь вверх, чтобы вырваться из чужой хватки, но голова наемника вдруг резко дернулась в бок, а затем его обмякшее тело упало на асфальт. — Всегда пожалуйста, — подмигнула удивленной девушке Рэйвен, сжимая в руке свой любимый пистолет. Похожий она подарила Гриффин. Этот был мощнее и чуть больше, хотя отлично умещался за поясом, не мешая движениям. Рэйвен, в свое время, долго над ним работала, пытаясь с помощью рун и заклинаний превратить в убойнейшее оружие. Конечно, убить Танатоса так же как этого наемника одним выстрелом не получиться, но все же это лучше, чем ничего.       Тем временем Октавия трясущимися руками пыталась завести машину. Она смотрела на руль, боясь поднять голову и взглянуть на хаос вокруг. Нельзя думать, нужно уезжать. — Окти, — позвала Кларк, сжимая ее руку, чтобы та перестала нервно поворачивать ключ в замке зажигания. Блейк и не заметила, что на какое-то время ушла в себя, погружаясь в воспоминания. — Я виновата в ее смерти, — Блейк перевела изумленный взгляд на Кларк. Она сказала это так, словно наконец вспомнила то, что терзало ее долгое время. — О чем ты? — непонимающе отозвалась Гриффин. Кажется, все вокруг сошли с ума. — Рэйвен. Когда она была человеком… Ее смерть на моей совести, она умерла из-за меня, — осознание этого факта пришло само собой. Совершенно неожиданно, но четко, обрушиваясь словно снежный ком на голову. — Ты вспомнила свою жизнь? — Кларк видела, что Октавия пребывает в смятении из-за таких воспоминаний. — Не жизнь. Я вспомнила страх потери и чувство вины. Она не должна была умирать, это было неправильно… — Мы не можем уехать, верно? Ты не оставишь ее, — Кларк догадалась из-за чего Октавия находится в ступоре. Долг хранителя боролся с ее собственным желанием, разрывая душу на части. — Тебе нужно уехать самой, — наконец решилась Блейк. — Забавно. Ты отреклась от них и от своего имени, но они продолжают чувствовать связь с тобой и бегут на помощь, — холодный голос Танатоса неприятно резанул слух Лексы, как только она сократила расстояние между ними до пары метров. — Они забывают, что их долг защищать Первый Мир от таких как ты, а не помогать им. Неважно кем ты была. Долг превыше всего. — Долг, — презрительно выплюнула Лекса. Ее лицо исказилось почти звериным оскалом, когда грудную клетку сдавило болью воспоминаний о том, как брат произнес эти же слова над телом их сестры. Сестры, которую он сам и убил. — Долг, честь, благородство. Что еще? Какими еще хвалебными эпитетами ты себя осыпаешь? Только знаешь что? Ты лживая, трусливая и лицемерная тварь. В тебе нет ни грамма чести и достоинства. — Даже твои слова стали сочиться тьмой, — фыркнул Танатос. — Если бы только родители видели во что ты превратилась. — Им бы было куда страшнее от того, во что превратился ты, — огрызнулась шатенка. — Давай покончим с этим. Хватит всех этих ударов исподтишка. — Хочешь сразиться со мной? — голос сочился высокомерием. — Я главный в нашей семье, я сильнее и старше. У тебя нет ни единого шанса. — Главный? О какой семье ты вообще говоришь? Ты разрушил нашу семью. Очнись наконец и пойми это. Нет больше у тебя семьи, ты один. Ты убил собственную сестру, и ради чего? Уважение, власть? Что ты получил? Ты лишь пешка в руках Основателей, которые решают через тебя все свои грязные делишки. Кому ты нужен? Никому. Ты пытался свалить смерть Мары на меня, но есть те, кто знает истину. Ты думаешь почему Легион пришел мне на помощь? Потому что они знают, что такое верность, знают, что я всегда была верна своим убеждениям. «Семья превыше всего», — это же твои слова, от которых ты потом отрекся так же легко как от родной сестры. У нее ведь даже выбора не было, она не могла пойти против Судьбы, но тебе было плевать, — копившаяся обида сочилась из Лексы. С каждым словом она все больше и больше распалялась, чувствуя ярость, наполняющую ее вены. — Думаешь то, что ты старше делает тебя сильнее? Ты сильно удивишься, когда узнаешь насколько я изменилась, перейдя в Третий Мир.       Сохраняя зрительный контакт с Танатосом, Лекса достала зажигалку и произнеся несколько фраз на латыни, откинула крышку, позволяя тьме вырваться наружу. Вторая часть темной души, заточенной в ее теле, с удовольствием воссоединилась в ней, дополняя силы девушки. — Можешь не сдерживаться, — проговорила Лекса, обращаясь явно не к брату. — Думал, ты никогда не попросишь, — продолжила она, но уже изменившимся, чуть искаженным голосом. После инцидента, когда тьма вышла из-под контроля и чуть не навредила Кларк, Лекса долго и упорно вела внутренний диалог с темной душой внутри себя, каждый вечер погружаясь в глубокую медитацию. Ей удалось убедить тьму сотрудничать, иначе она клялась вовсе ее уничтожить, даже если ради этого придется умереть самой. Это был блеф, но он сработал. Сейчас объединившись, они работали как союзники, а не соперничали в борьбе за управление телом. — Во что ты превратилась, — болезненно проговорил Танатос, глядя как глаза сестры заволакивает абсолютная тьма. — Я больше не позволю тебе забрать ее у меня, — рыкнула Лекса срываясь с места.       Танатос отреагировал мгновенно. Его глаза вспыхнули янтарным свечением, а он сам легко оторвался от земли, проносясь вперед и сталкиваясь с сестрой в ожесточенной битве. У них обоих было так много ненависти и обид друг к другу, которые давно требовали выхода, и наконец получили его. В каждый удар вкладывалось столько энергии, что сталкиваясь с чужой, она образовывала яркие вспышки. Они быстро перемещались, то сцепливаясь, то отбрасывая друг друга в стороны, а вокруг них полыхали искры.       Рэйвен видела начало боя, но никак не могла прорваться к подруге. Ей постоянно мешали наемники, от которых приходилось отбиваться и отстреливаться. Она была удивлена и зла одновременно, когда поняла, что Октавия, вместо того, чтобы уехать в безопасное место осталась и прикрывает ее спину. Совместными усилиями все наемники были убиты. Теперь Октавия и Рэйвен стояли плотно прижавшись плечами друг к другу, словно стена между Легионом и сражающимися Лексой и Танатосом, намереваясь хотя бы попытаться не давать им вмешиваться в бой. — Если он прикажет, мы будем должны вас убить, — виновато склонил голову Табрис. — Ты помогла мне, — Сив подошла к Рэйвен и протянула руку для рукопожатия, что было чем-то из ряда вон выходящем, ведь Рэй была из Третьего Мира, а Легион должен был бороться как раз с такими как она. Рейес нерешительно, но все же пожала руку, понимая, что девушка удерживает ее излишне долго. — Не все в Первом Мире —высокомерные снобы, так же как не все в Третьем Мире — бездушные твари. Надеюсь мы еще встретимся, — подмигнув напоследок, девушка обернулась к остальным. — Мы измотаны и ранены, так что нам лучше вернуться в Первый Мир. Если нас не будет рядом, то Танатос не сможет приказывать. — Предлагаешь оставить его? — переспросил один из парней, прижимая руку к ране на животе. — Здесь нет угрозы Первому Миру, так что формально нас здесь и быть не должно, — подхватил идею Сив Табрис. — Мы уходим, — он кивнул Октавии и Рэйвен и оторвался от земли, быстро исчезая из вида. За ним последовали остальные, так же дружелюбно кивая на прощание.  — Почему ты не уехала? — раздраженно спросила Рейес, переводя взгляд на Блейк. — Ага, и пропустить то, как перед тобой пало сердце даже дочери Основателей, — хмыкнула Октавия. — Что нам делать? — тут же перевела тему девушка, разворачиваясь и кивая на уворачивающихся от ударов друг друга брата и сестру. — Прикончим гада, и заживем долго и счастливо, — решительно проговорила Рэй, вскидывая пистолет, как бывалый гангстер. — Тебе со мной не справиться, — воспользовавшись небольшой паузой, проговорил Танатос, сплевывая кровь. Они уже порядком вымотались, но так и не смогли нанести друг другу существенный урон. Их силы были практически равны, так что никому не удавалось переломить ход боя. К тому же, несмотря ни на что, они слишком хорошо друг друга знали, воспитываясь вместе, тренируясь вместе. — Если ты не заметил, то Легиона здесь больше нет, а с тобой одним я могу попытаться справиться, — усмехнулась шатенка. — Я же говорила, что ты одинок. Ты никому не нужен. — А кому нужна ты? Ты же монстр, — огрызнулся Танатос. — Монстр в постели, судя по тем отзывам и стонам, что я раньше слышала, — послышался привычный ироничный комментарий Рэйвен. — Я смотрю твоя собачка тебя не бросает, — метнув взгляд на девушку, произнес мужчина. Затем его взгляд упал на Октавию, стоящую чуть позади. — Дважды подумай, прежде чем выбирать сторону. Неужели ты помогаешь ей? — Я хранитель, и, в первую очередь, я помогаю душе, которая под моим надзором. Неважно представитель какого мира ей угрожает, я буду ее защищать… даже от того, кому должна подчиняться, — Блейк пыталась говорить максимально уверено. — И где же эта душа? Кого ты защищаешь? — усмехнулся мужчина. — Прямо здесь, — Кларк решительно приближалась к остальным, так и не сумев заставить себя уехать. Это глупо, но она не могла оставить Лексу, хоть и помочь особо тоже не могла. — Кларк, — испугано выдохнула Лекса. Ее взгляд тут же посветлел, когда она встретилась с небесно-голубыми глазами Гриффин. — Так это она и есть? — Танатос оценивающе взглянул на Гриффин. — Столько хлопот из-за простой девчонки. Что ж, ладно. Четверо против одного. И это ты мне говорила о чести, Кали? Прости, ты же теперь Лекса, — пренебрежительная улыбка тронула губы мужчины. — Как же вы планировали со мной бороться? — усмехаясь обратился мужчина к девушкам, стоящим чуть позади Лексы. — Честно? — без доли страха в голосе, заговорила Рэй. — Пару пуль тебе в башку всадить думаю, а дальше как получится. Может Лекса тебе продырявленный котелок оторвет, а я ей помогу. — Думаешь, что оружие поможет? — откровенно рассмеялся Танатос. Без лишних слов, Рэй вскинула пистолет и выстрелила. Благодаря своей силе, мужчина успел в последний миг увернуться от пули, но она задела по касательной его висок. — Это ты зря, — мужчина перестал смеяться, понимая, что по лицу стекает кровь. Обычная пуля не могла бы его ранить, значит этого оружия ему стоит опасаться.       Октавия шагнула в сторону, на всякий случай прикрывая собой Кларк. Рэйвен сжимала пистолет, планируя следующий выстрел, а Лекса внимательно следила за каждым движением брата, готовясь вновь схлестнуться с ним в бою. В воздухе ощущалось вязкое напряжение, окутывающее всех присутствующих. Небольшой участок дороги был застлан трупами наемников и пропитан их кровью.       Танатос понял, что для него ситуация складывается крайне неудачно. Все стало заходить слишком далеко, он не предполагал, что ему будет угрожать реальная опасность.       Наибольшую угрозу представляли Лекса и пистолет в руках Рэйвен. Если разобраться с сестрой было не так просто, то избавиться от другой девушки не составляло труда.       Лекса поняла, что брат слишком долго бездействует, а значит придумывает стратегию, в которых он всегда был силен. Она рванула вперед, чтобы разрушить весь его план своей атакой, но было поздно. Он высвободил часть своей энергии, блокируя ею шатенку, а сам рванул к Рэйвен, которая не успела отреагировать из-за его слишком большой скорости. Она и глазом моргнуть не успела, как оказалась прижата к асфальту. Ее шею крепкой хваткой сдавливала чужая рука, а в грудную клетку упиралось колено.       Рэйвен слышала пронзительный крик Октавии, чувствовала, как разрывается собственная плоть, как вязкая кровь вырывается из груди, когда чужая рука вонзается в нее. Из-за выброса адреналина, сила Рэйвен заработала по максимуму, вот только заключалась она лишь в том, что происходящее казалось мучительно медленным. Вместо привычного хода вещей, она видела все так, словно кто-то перелистывал перед ней кадры фотопленки, один за другим. Рейес все видела, все осознавала, но ничего не могла сделать, ее тело не успевало реагировать на команды. Она бы хотела заглянуть в глаза смерти, смотреть в лицо тому, кто ее убивает, но ее голова продолжала поворачиваться в сторону. Неподдельный ужас на лице Октавии — не то, что она хотела видеть последним в своей жизни. Но разве нам дано выбирать?