Осколки прошлого

Почему раз за разом Айзен приходил в этот клуб – он и сам себе не смог бы сейчас объяснить. Он приходил позже остальных завсегдатаев, садился у окна и смотрел на сцену, где за белым роялем сидел пианист. Со своего места Айзену были отлично видны его хрупкие белые запястья и изящные кисти с длинными пальцами, гладившими, ласкающими клавиши дорогого инструмента. Юноша был, безусловно, талантлив – из-под его пальцев лились совершенно волшебные звуки, иной раз Айзен думал, что никогда не слышал ничего подобного – скорее всего это были собственные сочинения музыканта. А еще пианист привлекал к себе взгляд тем, что был неуловимо на кого-то похож. Словно из прошлой жизни, дежа-вю, преследовавшее Айзена по ночам, в каких-то адских снах, которые он забывал утром. И еще ему думалось, что юноша не так безобиден, как кажется с первого взгляда. Чувствуется в нем скрытая сила… Как в машине, купленной недавно. Черный хищный Ламборджини «Мурсьелаго» был лучшим приобретением за все годы, что он занимался автомобильным бизнесом. Увидев эту машину на одной из выставок автосалона, Айзен не мог отказать себе в удовольствии стать ее хозяином. И теперь вот этот музыкант… Иногда Айзен ловил на себе зеленый, колдовской взгляд юноши, холодный, оценивающий, и в животе скручивалась тугая пружина, до судорог в ногах. Странное ощущение. Четкий профиль юноши выделялся на темном фоне бархатного заднего занавеса сцены, Айзен видел, что музыкант почти не смотрит в ноты. Ему это было без надобности – он жил своей музыкой. Мужчина сломал в пальцах зубочистку, и острый кончик проткнул кожу – боль ненадолго отвлекла его от сцены. Айзен смотрел на алый шарик крови и думал, что пора бы познакомиться с музыкантом. Реальность могла оказаться гораздо более приземлённой, чем он себе тут навоображал. Его одухотворенность могла оказаться всего лишь дозой наркотика, а музыка – чьими-то, вне всякого сомнения, гениальными трудами. Но не его. Нужно было все узнать и развеять, наконец, странные грезы. Чтобы, наконец-то в своих снах перестать предавать этого юношу… И сразу забыть. Зарыться в дела, начать новые скандальные романы, и больше не вспоминать эти длинные нежные пальцы и плотно сжатые губы, никогда не складывающиеся в улыбку. Музыка закончилась, и Айзен с удивлением посмотрел на сцену, с которой под аплодисменты уходил музыкант. Юноша равнодушно окинул толпу и скрылся за кулисами. Айзен сломал еще одну зубочистку и решительно поднялся с места. Нужно сделать это сразу, пока есть решимость. Он прошел в дверь, ведущую в служебные помещения. Его никто не остановил, хотя народу тут ходило изрядно. Айзен всматривался в двери без табличек, пытаясь угадать, за какой из них скрывается пианист, но так и не смог. Пришлось останавливать какую-то девицу и спрашивать у нее. - А, Шиффер? – она усмехнулась. – Еще один поклонник? Ну это вы зря, разочаруетесь... В конце коридора направо. И усвистала по своим делам. Айзен поморщился от бесцеремонности девицы, но пошел в указанном направлении. Дверь в комнату пианиста была приоткрыта. - … не сможешь отказаться, - услышал Айзен проникновенный низкий мужской голос. – Или мало тебе? - Я уже озвучил свое решение, - ровный холодный голос пианиста пронизывал насквозь. Айзен поежился – интересно, с кем это он разговаривает и что именно ему предлагают? - Дурак ты, - обидчиво произнес первый. – Как сыр в масле будешь кататься. - У меня нет намерения вымазываться, - все так же ровно ответил музыкант. – Второй раз повторять не стану. - У меня есть и другие пути, - мужчина в комнате понизил голос так, что Айзен его еле расслышал. – Тебя посадят на иглу и заставят делать то, что я скажу. - Спасибо за предупреждение, - ответил юноша. – Я буду готов к такому повороту событий. И не сжимайте так ваш шокер в кармане, я успею обезвредить вас быстрее. - Погааанец, - протянул мужчина. – Сладкий сволочной поганец. Если бы ты знал, какие деньги за тебя сулили… - Я предполагал, что все дело в вашей финансовой заинтересованности, - также холодно ответил юноша. – Поэтому покидаю клуб. - На что ты будешь жить, идиот? - Это не ваше дело. И лучше бы вам стоять на месте… Айзен услышал короткий удар, вяк, и потом звук упавшего тела. - Мусор, - с презрением выплюнул музыкант. - Тебе не выйти отсюда, - прохрипел мужчина. Айзен шагнул в гримерку, решив вмешаться. Мужчина – кажется управляющий, полусидел скорчившись в углу, неподалеку от него валялись шокер и пистолет. - Идем, - Айзен подхватил юношу под локоть и вывел из комнаты. - Эй, а ты еще кто? – услышал он вдогонку, но останавливаться уже не стал. Пальцы мужчины ощущали напряженные твердые мускулы руки пианиста, и Айзен порадовался своей догадке насчет скрытой силы. Юноша позволил вывести себя на улицу без разговоров, они уже подходили к стоянке, когда со стороны служебного входа выскочили несколько охранников. Айзен криво усмехнулся, крутанув ключи на пальце – до «Мурсьелаго» оставалась пара шагов. Музыкант без слов скользнул в машину, и Айзен с удовольствием заметил, как юноша с большим интересом оглядел салон автомобиля. «Мурсьелаго» слушался безупречно, и уже вскоре за окнами проносились улицы города. Выруливая на автостраду, Айзен нарушил тишину: - Тебе куда? - Вы живете в Гиндза? – взгляд зеленых глаз был бесстрастен и холоден, юноша был совершенно спокоен. – Я, наверное, должен поблагодарить вас, хотя надеялся справиться и сам. - Я живу в Синдзюку, - почему-то мужчине стало досадно оттого, что музыкант воспринял его как помеху. - Почти на окраине. А ты, вероятно в районе Сибуя? - Нет, Уэно, возле парка, - музыкант еще раз пронзил Айзена зеленым колдовским взглядом. – Почему вы помогли мне? Только не говорите, что проходили мимо, услышали разговор и прониклись. Я видел вас в зале почти каждый вечер. Предупреждаю сразу – я не жалую поклонников. - Я похож на поклонника? – криво усмехнулся Айзен. - Если честно – то не очень, - музыкант смотрел прямо и почти без всяких эмоций. – Вы не пытались выяснить мое имя, не прорывались в гримерку. Просто сидели и слушали, как я играю. Но мне интересно, что вами двигало. - Если я скажу, что твоя игра, ты поверишь? – Айзен усмехнулся уголками губ, и усмешка вышла снова кривой. - Я не настолько талантлив, - взгляд юноши снова заледенел. – Так вы скажете, что вам нужно от меня? - Я не знаю, - Айзен запустил пальцы в свою густую каштановую шевелюру, уверенно держа руль другой рукой. – Чертовы сны… - Сны? – мгновенно подобрался юноша. – И что в них? - Не помню. Остается только ощущение, что я предаю тебя, - выдавил мужчина, крепче сжимая руль. – Я не знаю, что это, как это объяснить. Я точно никогда раньше тебя не видел до того, как пришел в ваш проклятый клуб. А сны уже были. И этого я не понимаю. И я давно хотел узнать, какой ты на самом деле. - Вы разочарованы? - Напротив. Ты именно такой, каким я себе и представлял. Или знал тебя раньше. Я знаю, что ты силен, что твоя внешняя хрупкость очень обманчива, что ты очень умный… - Я закончил два университета и консерваторию, - ровно произнес Шиффер. – Меня зовут Улькиорра. - Улькиорра… - повторил Айзен, прокатывая имя на языке, как хорошее вино. – Улькиорра Шиффер, как знакомо... Снова дежа вю, чтоб его… - А у вас должно быть короткое имя из двух слогов, - произнес юноша. – Жесткое и острое, как катана. - Айзен Соуске, - усмехнулся мужчина. Шиффер коротко кивнул. - Примерно это я и предполагал, - произнес он, и взглядом показал на дорогу. – Но мы почти приехали. Сверните за поворот и через квартал. Раз уж вы в некотором роде поспособствовали моей свободе, я смогу угостить вас хорошим кофе. - Спасибо, не откажусь, - на самом деле Айзен преследовал более приземленную цель – посмотреть, как живет его вышедший из снов знакомец. Хотя примерно представлял – как. Скорее всего, в его квартире была аскетичная обстановка, минимум вещей, почему-то в черно-белой гамме. Действительность, впрочем, не слишком отличалась от его воображения: вещей у Улькиорры в просторной квартире оказалось мало. Одну из комнат занимал небольшой рояль, ослепительно-белый, возле которого стоял почему-то черный табурет. Спальни не было вообще, вместо нее Айзен обнаружил кабинет с разложенным белым кожаным диваном, где, по всей видимости, Улькиорра и спал. Стеллажами с книгами было забито все свободное пространство кабинета, в углу, на столе, светился экран невыключенного ноутбука. Остальная мебель оказалась сделанной из светлого ореха, на полу лежал небольшой бежевый овальный ковер с длинным ворсом. - Вы этого ожидали? – Улькиорра возник в дверном проеме совершенно бесшумно, держа в руках две чашки, над которыми курился парок. Айзен уловил божественный запах свежесваренного кофе. - Примерно да, - признался он, взяв предложенную чашку. – Именно так и представлял. Но, я вижу, что ты не нуждаешься в деньгах. Что заставляло тебя играть в том клубе? - Сложный вопрос, - Улькиорра прошел к ноутбуку и сел на стул. – Есть некая потребность в том, чтобы меня слушали, и я это делаю. Просто в каждом клубе повторяется примерно одно и то же. Это неприятно. - Сколько же клубов ты сменил? – удивился Айзен. - Это – третий, - поморщился юноша. – Я не люблю, когда меня пытаются сделать вещью. Даже не давая никакого повода к посягательствам, я не понимаю подобного отношения к себе. - Просто ты кажешься хрупким, - произнес Айзен, допивая кофе. – Но я сразу понял, что твоя внешность обманчива. В тебе скрыта большая сила. Ты занимался боевыми искусствами? - Одновременно посещая музыкальную школу, - кивнул Улькиорра. - Я всегда испытывал потребность в изучении боевых искусств, поэтому с детства старался ходить в додзе. А вы?.. - Конечно, - Айзен допил кофе и оглядел комнату в поисках места, куда бы можно было поставить пустую чашку. – Хоть бизнес и сжирает основную часть суток, приходится выкраивать время на тренировки. Улькиорра молча забрал опустевшую чашку из рук мужчины. - Вы занимаетесь бизнесом? – похоже, эта информация Шиффера не удивила совершенно – хорошая одежда выдавала в Айзене преуспевающего человека. - Не то, чтобы это занятие удовлетворяло меня… - Айзен поморщился. – Не хватает масштабности. - Попробуйте себя в политике, - пожал плечами Улькиорра. - Да уж, есть где разгуляться, - усмехнулся Айзен. – Боюсь, что меня не примут на политической арене. Я слишком по-другому мыслю. - Вы не можете знать этого наверняка, пока не попробуете, - юноша допил и свой кофе, снова скрылся в темноте коридора. «А он прав», - внезапно подумалось Айзену. Мужчина понял, что разговор пора заканчивать – он почувствовал, что Улькиорре хочется остаться одному. Что ни говори, а сегодня он испытал стресс, хоть и отлично маскирует свои чувства равнодушием. - Мне пора, - произнес он фразу, которую заготовил заранее. Уходить мучительно не хотелось, но сейчас ему нельзя быть навязчивым, чтобы не спугнуть едва проклюнувшееся доверие музыканта. – Я с удовольствием встретился бы с тобой еще раз. - Зачем? – ледяное равнодушие скользнуло в голосе юноши, взгляд снова стал непроницаем. - Не доверяешь? – усмехнулся Айзен. – Я хотел бы не терять тебя из вида и иногда слушать, как ты играешь. Можно потренироваться в додзе. Ну так как? Улькиорра колебался одну секунду. - Хорошо, - кивнул он, и лед постепенно стал таять в его взгляде.