Осколки прошлого

Айзен сидел за ноутбуком и читал информацию в интернете о Гине. Статей о нем оказалось невероятно много – он был более чем популярен. Больше половины информации – домыслы и слухи. О личной жизни Гин не рассказывал журналистам ничего, предпочитая обходиться полунамеками и околичностями. Именно это всегда бесило Айзена – он никогда не мог предугадать, что же выкинет его соратник в следующий момент. Подробностей он не помнил – только ощущение, навеки въевшееся в душу. Ичимару как был, так и остался хитрой бестией, опасной и непредсказуемой. В этой жизни он оказался одним из ведущих журналистов самого крупного канала на телевидении, достаточно скандальным и весьма востребованным. Под прицел его ехидно-язвительного слова попадали и политики, и актеры, и певцы, и бизнесмены. Словом, Гин мог вытащить на публику такое, что чаще всего скрывалось от всех. Прочитав много нелицеприятного о бывшем соратнике, Айзен задумался – знакомиться ли с ним снова. Скорее всего Ичимару не помнит ничего из жизни в Обществе Душ и Хуэко Мундо. А если помнит? Сможет ли он пролить хоть немного света на эту запутанную историю? Или по обыкновению начнет ехидничать и язвить? Говорить загадками, чем запутает еще больше? Поразмышляв несколько минут, Айзен все же решил познакомиться с Гином на каком-нибудь светском рауте, куда он давным-давно не ходил, а этому лису бывать там поневоле приходилось. Откинувшись на спинку кресла, мужчина сунул в рот сигарету, но зажечь ее так и не решился. Что делать теперь, как поступить? Из чистого упрямства Айзен хотел найти ответы на свои вопросы, докопаться до самых глубин того, что им двигало тогда. Цель была. Какая? Что-то грандиозное, иначе бы он даже не взялся за это. Он и бизнесом-то занялся из-за того, что хотел доказать себе, что сможет. Смог. Поднялся на самый верх в максимально короткие сроки, завел нужные знакомства. И потом снова стало скучно. Может быть поэтому он отправлялся в клуб, слушать музыкантов, играющих самое разное: от классики до самого угарного трэша. Вот так он и наткнулся на Улькиорру. Айзен выкинул сигарету корзину для мусора и встал. Нужно проверить, как там его подопечный. Мужчина тихо подошел к спальне, и заметил, что юноша пытается удобно устроиться на кровати, но никак не может. А на столе лежит блокнот, уже наполовину исписанный дрожащим почерком. Понятно, что музыканту было сложно писать дрожащими руками – он за завтраком и палочки-то держал с трудом. - Болит? – поинтересовался Айзен, входя. Улькиорра даже не дрогнул – вот выдержка у парня! Но сразу же поднялся и сел. - Не очень, Айзен-сама. - Говори как есть, - мужчина кивнул на блокнот. – Я посмотрю? Можно? - Да, - ответил Улькиорра. - Ты можешь лечь, если тебе хочется, - произнес Айзен, взяв блокнот. – Сейчас я принесу отвар, и ты его выпьешь. Через час придет массажист, так что постарайся не заснуть. - Спасибо, Айзен-сама. - И перестань за все благодарить. Ты помнишь Гина? - Да. Он был опасен, все время отпускал какие-то шутки, и никто не знал, какого цвета у него глаза. - Голубого, - машинально ответил Айзен. – То, что он опасен, я помню. Он и сейчас такой. - Вы нашли его? И кто он? - Журналист, впрочем, следовало от него ожидать. Странно только, что я не знал его раньше. Возможно, что мы даже сталкивались, но я просто не придал этому значения. Теперь все иначе. Я хочу разыскать его и узнать, помнит ли он хоть что-нибудь. - А если помнит? Вы думаете, он станет делиться информацией? - Тут без торга не обойдется, все-таки он тот еще проныра, - нахмурился Айзен, понимая, что просто с Гином не будет. – Информация за информацию. Думаю, если он что-то вспомнил, то долго ломаться не будет. Поиздевается, конечно, но оно того стоит. Если не помнит, то все упрощается. Мужчина захватил блокнот со стола и вышел за отваром. Интересно, случайны ли столько совпадений сразу? Сны, Улькиорра, видения, Гин. Теперь, когда столько выяснилось, отпускать от себя юношу Айзен не собирался. Кажется, Улькиорра не был против. Да и куда ему теперь, когда он начал все вспоминать? Сложно будет жить с этакими знаниями, кто еще поймет его так, как он? Заняться записями Айзен смог только после полудня, когда юноша смог уснуть, расслабленный массажем. Как мужчина и думал, музыкант вспомнил чуть больше. В основном из собственного прошлого, но это была информация, недостающими кусочками ложившаяся в общую картину сложнейшего паззла. Правда, главной цели Улькиорра тоже не помнил. Он дотошно описывал строительство Лас-Ночес, как шло обустройство дворца, его заселение, новые лица. Он помнил какую-то процедуру, которую проделал с ним Айзен, после чего он обрел почти человеческий облик и невероятную мощь. Интересно, что же это было такое? Но как ни силился, мужчина не смог даже представить себе, как он мог делать подобные вещи. Сначала он злился и курил одну сигарету за другой. Могущество, власть, что он хотел получить тогда? Чем он пользовался, и куда подевалась вся его сила теперь? Улькиорра не знал, проиграл Владыка или выиграл, но Айзен абсолютно четко осознавал: проиграл. Иначе бы не переродился и не лишился всей реацу. А раз так, к чему пустая злость? Время вспять он повернуть не сможет, и вообще ничего не сможет. Все, что у него осталось – всего лишь обрывочные воспоминания. В конце-концов, он снова попадет в Общество Душ, естественным путем, и тогда можно будет многое выяснить. Теперь Айзен сомневался в том, что за ним не велось никаких наблюдений. Скорее всего приглядывали, но ведь у него нет ни капли реацу, он не может видеть никого из синигами. Он их даже не чувствует. А так бы хотелось поговорить хоть с кем-нибудь из них! Какая ирония судьбы! Айзен усмехнулся и потушил очередной окурок в пепельнице. Дым уже плавал по комнате слоистым туманом, хотя кондиционер работал вовсю. В дверь кабинета постучали, и мужчина вздрогнул – он так ушел в свои мысли, что даже забыл о том, что в соседней комнате спит Улькиорра. Который уже проснулся. - Входи, - разрешил он, ручка повернулась, и юноша шагнул в комнату. Он вдохнул для того, чтобы что-то сказать, но мгновенно захлебнулся кашлем. И почти вывалился из кабинета. Айзен выскочил следом, не понимая, что с ним, схватил за плечи, встряхнул: - Что случилось? - Аллергия, - выдавил Улькиорра, прижимая к лицу рукав юката, - на дым… - Ксоооо, что ж ты не сказал! – гаркнул Айзен, отпуская юношу, и захлопывая дверь кабинета. – Раньше ты не был таким неженкой. - Я не был человеком, - сипло отозвался музыкант, обессиленно опираясь спиной о стену, пытаясь подавить безудержный кашель. – Теперь все иначе. - Сейчас, подожди, - Айзен метнулся на кухню, где у него находилась аптечка. Кажется, в ней было какое-то средство от аллергии. Найдя искомое, он вернулся к юноше, который уже переместился в спальню, и теперь сидел на кровати, прижимая к лицу мокрое полотенце. - Простите… - произнес Улькиорра еле слышно, когда Айзен подал ему таблетку. Едва выпив лекарство, он снова уткнулся в полотенце, сотрясаясь от кашля. «Ксо, надо переодеться, - дошло до мужчины, - я же весь пропах дымом». Он щелкнул пультом, чтобы заработал кондиционер и вышел. Придется оставлять свою привычку дымить одну сигарету за другой, и вообще бросать эти генсейские манеры. Приняв душ и переодевшись, Айзен вернулся в комнату. Юноша, кажется, уже чувствовал себя нормально. - Ты хотел мне что-то сказать? – спросил мужчина, бросая мокрое полотенце на спинку стула. - Я вспомнил кое-что еще. Можно мне мой блокнот? – попросил Улькиорра. - После обеда ты получишь ноутбук, - пообещал Айзен. – А то я задолбался разбирать твои каракули. Да и добавлять удобнее. Как ты себя чувствуешь? - Хорошо, - вполне ожидаемый ответ. Впрочем, новые записи Улькиорры ничего не добавили к воспоминаниям Айзена. Он перечитывал новые имена, но никаких отзывов в душе не ощущал. Юноша утверждал, что перечисленные входили в первую десятку. Первую десятку чего? Этого не помнил и сам Улькиорра. Он просто сказал, что название было похоже на клинок. Засада… Айзен сидел в кабинете, перечитывая написанное музыкантом, снова ощущая в душе глухое раздражение и невозможность контролировать всю ситуацию. Еще раз. Старрк, Луизенбарн, Халибелл, Шиффер, Джируга, Джаггерджак, Леру, Гранц, Аалуриери, Риалго. Ничего, кроме самого Шиффера. Айзен устало потер глаза. Еще нужно обдумать свое поведение с якудза, то, что они объявятся, мужчина не сомневался. Управляющий того клуба прекрасно разглядел его, и машина весьма приметная – черный Мурсьелаго был только у него. Айзен усмехнулся. Он и раньше проделывал делишки не хуже, обходя и закон и правила мафии, весьма успешно балансируя на тонкой грани, почему бы не сделать это еще раз? Нужно только наметить все ходы, освежить в памяти слабые места всех возможных фигурантов и рассчитать, куда отступать в случае неудачи. В том, что Улькиорра стоил стольких усилий, Айзен не сомневался.