Сказочник

Галину Николаевну Рогозину хоронили с воинскими почестями. Приехало много народу — коллеги из министерства, ветераны, те, кого она когда-то вытащила с того света в Чечне. Круглов стоял у гроба, глядя на её лицо, которое уже не было лицом Снежной Королевы. Оно было её — уставшее, спокойное, родное. Александр стоял рядом. Он не плакал. Только держал руку Круглова, и они молчали. Несмотря на все старания Круглова, Романа Аристова признали недееспособным и отправили на принудительное лечение в закрытую психиатрическую больницу. Адвокат Аристова настаивал на невменяемости, и суд прислушался к его мнению. Психиатры нашли у бывшего оперативника признаки параноидной шизофрении с бредом величия и эротическим компонентом. Аристов на заседаниях сидел молча, иногда улыбался. Он ни разу не посмотрел на Круглова. Александр иногда навещает его — не из жалости, а потому что считает: даже такие, как Аристов, не должны быть совсем одни. Галина просила его об этом перед смертью. «Саша, — сказала она тогда, — если что, не бросай его. Он болен. Он не понимает, что делает». Она не знала, что Аристов был действительно болен. Она думала, он просто человек, которому нужна помощь. Круглов навещать Аристова не приезжал. Никогда. Фэсовцы продолжают и дальше раскрывать самые запутанные преступления уже под руководством Круглова. Он сдержал обещание, данное Рогозиной перед той злосчастной спецоперацией, и отстоял всех ребят. Никто не был уволен, никто не пострадал по службе. Он тогда сказал ей на кухне: «Обещаю». Она кивнула и улыбнулась. А через три дня её не стало. Но он помнил. И делал. Команда стала ещё дружнее, ещё сплочённее. Они редко говорят о той ночи в парке. Но каждый помнит. Иногда Александр заходит в ФЭС. Приносит чай, пирожки, садится в кабинете Круглова, и они пьют чай из фарфоровых чашек с синим ободком. Круглов купил такие же, как у Галины. Шесть штук. На всех. — Как ты, Коля? — спрашивает Александр. — Работаем, — отвечает Круглов. Это значит — держится. Вот только сердце майора навсегда осталось в том вечернем парке, где была убита его жена.