Под вороным крылом

Игнорировать советы Джейса означало подписать себе смертный приговор. Впрочем, как и следовать им. Алек уже который час вился в цветочном магазине, не в силах выбрать подходящий букет. Парень был на взводе, он переживал, что может сделать что-то не так, поэтому выбирал цветы с особой тщательностью. Алек помнил, что лекция о цветах заняла у Стефани больше сорока минут, и он наизусть выучил те виды, которые дарить не нужно. Но в голове охотника от такого стресса перепутались все мысли, и Лайтвуд, наконец-то приобретя букет, выдохнул так, как будто до этого марафон бежал. Подарок состоял из трёх видов красивых цветов, сочетая в себе некую терпкость запаха и одновременно причудливо сладкий аромат. Алек остался доволен своей покупкой и, попросив упаковать букет как можно плотнее, пошел обратно в Институт. Сердце брюнета замирало, когда он тихо постучал в комнату к Клэри. Ему никто не ответил, как он и хотел, поэтому Лайтвуд, быстро прошмыгнув внутрь, оставил цветущий букет на прикроватной тумбочке Фэйрчайлд. Из ванной комнаты доносился звук льющейся воды, и поняв, что Клэри там, Алек, полюбовавшись делом рук и кошелька своих, так же тихо вышел из комнаты. Он обосновался в зале наблюдений и сгорал от нетерпения. Лайтвуду было интересно, понравился ли Клэри букет, как она на него отреагирует, что скажет ему. Чтобы чем-то занять себя, охотник принялся копаться в базе данных, фильтруя личные дела охотников, удаляя информацию о погибших и переведенных в другие Институты. А предмет его обожания в это время в превосходном настроении вышла из душа. Для Клэри сейчас не существовало ничего, что могло бы омрачить её утро. Почувствовав в комнате какой-то посторонний запах, девушка озадаченно окинула взглядом помещение и замерла, увидев на прикроватной тумбочке большой букет цветов. Красивая упаковка, не менее красивые цветы, в том числе и большие нежно-розовые орхидеи, которые она так любит. Глупая улыбка расползлась по лицу Фэйрчайлд, когда она осознала, откуда здесь эта красота. Внутри поселилось какое-то невозможное тепло при мысли о том, что Алек начал действовать. И у него хорошо получается. Цветы и правда были чудесными. Клэри, переодевшись, села на кровать и взяла букет в руки. С её лица не сходила улыбка, ей было чертовски приятно. А еще говорят, что цветы ничего не значат… Почувствовав странное жжение в носу, Фэйрчайлд поморщилась, а после оглушительно чихнула. — Нет-нет-нет, — бормотала девушка в надежде не найти того, что могло бы вызвать такую реакцию. — Алек не мог так облажаться. Только не сейчас… Вот чёрт! В самой глубине букета притаились маленькие цветки олеандра, аллергию на который у Клэри обнаружили еще в детстве, когда Валентин на день рождения своей маленькой принцессы подарил ей небольшой букет этих самых цветов. Тогда и обнаружилось, что рыжая их не переносит. И надо же было Лайтвуду именно их купить! Чихая так, что в ушах звенело, Клэри схватила букет и выбежала из комнаты.

***

— Алек! Лайтвуд так и подскочил на месте, услышав не самый доброжелательный голос своего соулмейта. Обернувшись, брюнет увидел растрепанную Клэри, которая надвигалась на него, тряся перед собой подаренным им букетом. Лицо девушки болезненно покраснело, глаза чуть припухли. Парень недоуменно приподнял бровь. Это она так впечатлилась его презентом, что аж расплакалась? — Ну вот какого чёрта? — топнула ногой охотница, поравнявшись с Алеком и с долей грусти и злости смотря ему в глаза. — Мог бы узнать для начала, что… Тут она оглушительно чихнула, отчего у несостоявшегося Ромео глаза на лоб поползли. Продолжая угрожающе трясти букетом, Фэйрчайлд проморгалась, ведь глаза уже застилали привычные в такой ситуации слезы, и вновь требовательно воззрилась на брюнета. — Да я вроде и так всё узнал, что мог, — осторожно произнес Лайтвуд, не сводя глаз с постепенно опухающего лица Клэри. — И решил тихо меня угробить? — не унималась рыжая, то и дело вытирая слезящиеся глаза. — Нет, — робко ответил Лайтвуд. — Алек! — взвыла девушка, ощущая резь в глазах и непреодолимое желание огреть соулмейта несчастным веником по голове. — Запомни на всю жизнь, которую тебе так или иначе придется прожить со мной: у меня аллергия на чёртов олеандр! Брюнет только рассеянно хлопал длинными ресницами, осознавая свой прокол. Как всегда, в памяти тут же всплыли слова Стефани о том, что у рыжей жестокая аллергия именно на этот цветок, название которого просто затерялось в мегабайтах информации, которую вывалили на него обитатели особняка Эрондейлов. Вот где действительно и смех, и грех. Всучив ухажеру треклятый букет, рыжая, ещё раз чихнув для убедительности, быстрым шагом пошла к себе. Ошеломлённый Алек так и остался стоять с неудавшимся подарком в руках, и только спустя время догадался отправить его в урну и побежать за Клэри.

***

Стефани, закинув ногу на ногу, задумчиво в сотый раз выводила на листе бумаги одни и те же буквы. Девушка выучивала новую подпись со ставшей почти родной фамилией. Стефани Адриана Эрондейл. Накануне ночью Джейс, уже засыпая, поцеловал её в висок, после чего вдруг что-то неясно пробормотал и усмехнулся. — Звучит, — выдохнул он в затылок шатенке. — Ты о чём? — зевнула Стефани, чуть обернувшись к парню. — Твоё имя и моя фамилия, — лениво пробормотал охотник, проваливаясь в сон. С тех пор Долорес вот уже несколько часов не знала покоя. Только глухая не поняла бы, на что намекает Джейс, но сама мысль о браке почему-то внушала Стефани неуверенность. Нет, она ни на секунду не сомневалась в своих чувствах к Эрондейлу и его ответных чувствах. Она знала, что Джейс пойдет на все, чтобы быть с ней рядом, он уже доказал это. Но заключение брака казалось девушке слишком поспешным решением. Их отношениям ещё нет года, и будь охотники хоть трижды уверены в искренности своей любви, в таких делах торопиться нельзя. Эрондейл только-только обосновался в кресле Инквизитора, она сама метила на повышение, и брак сейчас, когда она ещё не состоялась на профессиональном поприще, был неуместен. Джейс уже стоял на последней ступени карьерной лестницы, ему торопиться было некуда. Из-за всех этих не самых весёлых мыслей Стефани вздрогнула, когда дверь её кабинета открылась, впуская чуть взъерошенного Джейса. Парень, устало улыбнувшись охотнице, опустился на маленький кожаный диванчик в углу её кабинета и прикрыл рукой глаза. — Я больше не могу, — выдохнул он. — Я устал. Долорес, поднявшись из-за стола, тихо подошла к Джейсу и села рядом с ним. Блондин устроился удобнее, расположившись на диване горизонтально и положив голову на бедра девушке. Стефани, мягко улыбаясь, начала перебирать пальцами светлые пряди волос охотника. — Эта работа не для меня, Стеф, — тихо признался он. — Я уже с ума схожу от этих бумажек бесконечных. Я умру за этим столом скоро. — Давай я буду помогать тебе, — так же тихо и задумчиво ответила Стефани. — Ни в коем случае, — выдохнул Джейс. — У тебя своя работа, которую ты любишь. Я не позволю тебе лишиться дела всей твоей жизни. — А я не позволю тебе скоропостижно скончаться от ненавистной работы, — парировала Долорес, продолжая гладить парня по голове. — Работа должна приносить удовольствие, но никак не вопли о спасении. — Я хочу на охоту, — прошептал Джейс. — Хочу убивать, догонять, чувствовать адреналин. А единственный адреналин, который я здесь чувствую, это когда у меня ручка вытекает на документ особой важности. Стефани не удержалась от короткого смешка, чем вызвала улыбку на губах своего молодого человека. Она правда хотела ему помочь, даже была готова взять часть бумажной работы на себя. Долорес знала, что из каких бы благородных побуждений Джейс ни пришел на эту должность, долго он здесь не продержится. Он просто не выдержит. Поэтому девушка уже давно придумывала различные пути выхода из сложившейся ситуации, но ничего конкретного пока сказать не могла. — Мы что-нибудь придумаем, — ласково поворачивая голову Эрондейла на себя, улыбнулась девушка. — Нет безвыходных ситуаций. — Как я счастлив, что ты у меня есть, — кожей чувствуя, как его утягивает в кофейный омут любимых глаз, прошептал Джейс. — Спасибо тебе за все. Без тебя я бы давно загнулся здесь. — Начнем с того, что без меня ты бы и не оказался тут, — покачала головой Стефани. — И я бы вступил в эту должность снова, если бы понадобилось, и ты прекрасно знаешь, почему, — на полном серьезе парировал Эрондейл. — В том-то и дело, — грустно улыбнулась Долорес, задумчиво расчесывая пальцами вихры Джейса. — Так, — парень приподнялся на локтях, их лица были на расстоянии нескольких сантиметров друг от друга. — Стеф, ну столько раз уже говорили об этом, и ты по-новой. Это моё решение, и только мне нести за него ответ. Перестань винить себя во всех смертных грехах. — Единственный мой смертный грех — это любовь к тебе, — отозвалась шатенка, отвечая на нежный поцелуй Джейса. — Нет такого греха, — усмехнулся ей в губы тот. — А это мой личный грех, — последовал ответ, и Эрондейл с усмешкой вновь прильнул к родным губам.

***

— Так налажать мог только ты, — с улыбкой шмыгнула носом Клэри, наблюдая за тем, как Алек открывает баночку с мазью. — Ну я же не хотел, — виновато поднял на неё взгляд парень. — Да ладно, — отмахнулась рыжая. — Со всеми бывает. Ближе к вечеру аллергия приняла совсем нешуточный оборот, выступив сыпью на руках, шее и лице охотницы. Лайтвуд, узрев последствия деяний своих, почувствовал себя полнейшим идиотом. Взяв в лазарете нужную мазь, Алек после ужина постучался в комнату Фэйрчайлд, извинившись и предложив свою помощь. — Прости, — поджав губы, в который раз извинился охотник. — В цветах я полнейший профан, а у этого ещё название такое… — Зато теперь точно не забудешь, — хохотнула Клэри. — Это да, — улыбнулся в ответ Лайтвуд. Взяв на кончики пальцев немного мази, парень осторожными движениями принялся наносить её на пострадавшие от сыпи и волдырей участки кожи Клэри. С лицом девушка справилась сама, поскольку была вполне в состоянии, а вот с плечами ситуация вышла затруднительная, и охотница попросила Алека о помощи. — Но мне было безумно приятно, — вдруг тихо призналась рыжая, стараясь сосредоточиться на теме разговора, а не на нежных прикосновениях Лайтвуда. — Ну, первые минут семь точно. Охотник усмехнулся, не отвлекаясь от своего занятия. Ему было очень стыдно. Хотел ведь сделать все правильно, даже попросил помощи у друзей, но даже при такой поддержке умудрился накосячить. Видимо, это его судьба. Но слова Клэри о том, что ей было приятно, всё-таки заставили брюнета улыбнуться и не потерять веру в себя. Впредь нужно просто быть осторожнее, а название проклятого цветка Лайтвуд готов был на лбу себе написать, чтобы больше такого не повторилось. — Какие у тебя планы на ближайшие часа два-три? — тихо поинтересовался парень, размышляя, как бы ему искупить свою вину. — Ну с таким лицом меня ни один фейсконтроль не пропустит, да даже на улицу выйти стыдно, — усмехнулась Клэри. — Так что посижу тут, почитаю, может. — Не против, если я присоединюсь? — чуть наклоняясь вперёд, чтобы заглянуть в лицо рыжей, спросил Алек. — Я вчера начал читать твою книгу, но заснул. Интересно, что будет дальше. Фэйрчайлд посмотрела на брюнета, чуть прищурившись. Хитрый жук. Но мысль о том, чтобы отказать Алеку, так и не посетила голову рыжей. Как бы там ни было, ей нравилось проводить с ним время. Даже сейчас, когда он просто сидит рядом и устраняет последствия своей оплошности, девушке было немыслимо хорошо и спокойно. — Я не против, — пожала плечами она. — Тем более, я давно её не перечитывала. Брюнет лишь улыбнулся в ответ и, закончив с врачебными процедурами, отложил мазь. Клэри, заделав волосы в высокий пучок, выключила свет в комнате, оставив над кроватью зажжённый ночник. Взяв с полки любимую книгу, охотница устроилась на кровати и, лёжа на животе, призывно похлопала по пледу рядом с собой, приглашая Алека лечь. Парень, соблюдая дистанцию, примостился рядом, заняв немалую часть кровати своим телом. Книга лежала между ними, и две пары глаз увлеченно погрузились в события фантастического романа. Лёжа рядом, ощущая тепло друг друга, соулмейты чувствовали себя невероятно уютно. Каждый из них был на своем месте, с нужным человеком. Руны на телах охотников впервые за долгое время успокоились и просто наслаждались близостью своих носителей. До самой глубокой ночи в комнате Клэри стояла тишина, изредка прерываемая шорохом перелистывания страниц и нетерпеливым шепотом Алека: — Ну подожди, я не дочитал. Уснули они под утро, вместе. Книга так и осталась открытой на последней странице, и Алек, во сне притянув Клэри к себе ближе, неосторожным движением столкнул роман на пол. Девушка вздрогнула от звука падения книги и, осознав, что находится в объятиях Лайтвуда, только слабо улыбнулась и зарылась носом глубже в ткань его футболки.