Под вороным крылом

Вечером Алек бегал от шкафа с одеждой до зеркала и обратно, соображая, в чем лучше пойти на это «почти» свидание с Клэри. Выбор брюнета пал на темно-синюю джинсовую рубашку и черные брюки. Темные цвета всегда шли ему, безукоризненно, да и в подобных оттенках охотник чувствовал себя увереннее. — Как сказал однажды нынешний господин Инквизитор, — усмехнулся Лайтвуд, придирчиво рассматривая себя в зеркале, — с тысяча двести тридцать четвертого года Сумеречные охотники смотрятся в черном лучше, чем вдовы их врагов. Да, так он и ляпнул. Наткнувшись взглядом на расческу, брюнет на секунду задумался, после чего, усмехнувшись, еще больше взъерошил волосы рукой и, подмигнув самому себе в отражении на удачу, вышел из комнаты, захватив с вешалки кожаную куртку. Потоптавшись в нерешительности перед дверью комнаты Клэри, Лайтвуд все же решился и коротко постучался. — Я уже почти, — раздалось в ответ, и Алек, кивнув себе для убедительности, прислонился спиной к стене рядом с дверью и стал ждать. А Фэйрчайлд в это время носилась по комнате со скоростью электровеника, понимая, что ничего не успела. Разговоры со Стефани никогда не заканчивались за десять минут, пора было бы уже осознать это, но нет, охотница понадеялась на то, что сможет вовремя остановиться. В итоге подруги проболтали три часа, поскольку у Долорес появился очередной внеплановый выходной из-под легкого пера Джейса, а Клэри имела в запасе как раз три с половиной часа до выхода на прогулку с Алеком. Макияж был завершен только наполовину, узкие брюки натянуты всего лишь до колен, а о кофточке охотница и вовсе забыла, и теперь, стоя перед шкафом в одном бюстгальтере, пыталась найти подходящую. На глаза ей попалась темно-серая свободная кофточка на одно плечо, и Клэри, прикинув её на себя перед зеркалом, кивнула сама себе и тут же оделась. Докрашивая второй глаз уже в одном ботинке, девушка попутно пыталась расчесать непокорные рыжие локоны, но те упорно не хотели прилично выглядеть, поэтому Фэйрчайлд пришлось сцепить их резинкой в высокий небрежный хвост, который по стандартам современной моды выглядел вполне презентабельно. — Я готова, — торжественно произнесла она, распахивая дверь. Алек, уже сидящий на полу, прислонившись спиной к стене, вскинул голову и поднялся на ноги. Оба соулмейта, чуть приоткрыв рот, изучали взглядами человека напротив, поскольку в подобном внешнем виде они видели друг друга впервые. Для Клэри и вовсе наступил личный конец света, стоило ей увидеть закатанные рукава рубашки Лайтвуда и его же длинные ноги в черных брюках, а Алек не мог отвести взгляда от открытых шеи и плеча Фэйрчайлд. — Пойдем, — мотнул головой охотник, опомнившись, и, пропустив рыжую вперед, пошел за ней к выходу из Института, стараясь не смотреть на обтянутые брюками бедра девушки.

***

По погруженным в сумерки улицам Нью-Йорка прогулочным шагом шли два нефилима. Два охотника, в чьих жилах текла ангельская кровь, сейчас были обычными влюбленными, то и дело бросающими восхищенные взгляды на собеседника. Клэри заливисто хохотала, слушая рассказ Алека об очередном найденном на пятую точку приключении, в которое его втянул Джейс. Сам брюнет тоже иногда не мог выговорить и слова, заново переживая тот вечер, когда их с парабатаем занесло в клуб очередного мага и Эрондейл после увиденного зрелища целующихся друг с другом девушек не мог спать неделю. Блондин орал и матерился, что девушки созданы для него, а не друг для друга. А Фэйрчайлд занимал один вопрос, который волновал её с самого начала рассказанной брюнетом истории. Она как-то забыла о том, что Лайтвуд изначально слыл геем, что он спал с Магнусом и Мэттом Россом, и теперь, после этого рассказа, неожиданно осознала свой прокол. Вдруг его все еще тянет на парней? И как они будут жить дальше, пусть он хоть триста раз любит её, если он будет хотеть представителей мужского пола? Да и если бы он сказал, что его больше не тянет на мужчин, рыжая бы так просто не поверила. Опять же — это только слова, кто знает, вдруг опять появится очередной красавчик типа Мэтта Росса и уведет у неё Алека? Это было худшим страхом рыжей. Нет, не то, что он может её разлюбить (этому теперь точно никогда не бывать), а то, что он просто поддастся физиологическим нуждам собственного тела. Но насколько Фэйрчайлд было известно, с момента той драки с Эйденом возле кабинета Мэтта у Лайтвуда не было парней, но прошло уже несколько месяцев, и это настораживало. Вдруг после такого долгого перерыва он нырнет в голубую лагуну не на месяц, а на год? А ей-то как жить в это время? Понимая, что на первом свидании заводить разговор о сексуальных предпочтениях слишком рано, Клэри решила опустить этот вопрос. В конце концов, у них еще целая вечность на становление полноценной парой, успеется. — Сфотографируй меня, — вдруг попросила Клэри, выуживая из кармана брюк телефон и вручая его немного озадаченному просьбой Алеку. — Вот здесь, — девушка подошла к большому раскидистому дереву, которое цвело большими нежно-розовыми цветами. — Тут красиво. Охотник, чуть приподняв в удивлении левую бровь, послушно навел фокус и терпеливо ждал, пока рыжая примет фотогеничную позу. Клэри встала боком к нему, чуть вытянула левую ногу вперед на носочек, прогнулась в спине и запустила руку в огненные локоны, игриво смотря в камеру. У Лайтвуда пересохло в горле, но он покорно нажал на значок камеры, делая фото. — Еще вот так, — вошла в азарт Фэйрчайлд, прислоняясь к дереву и чуть отклоняясь назад так, что её волосы водопадом струились в воздухе. В общем, Алек чуть не умер от переизбытка очарования и красоты, что ему поручили запечатлеть в памяти телефона. Клэри была очень красивой, и парень только лишний раз убедился в этом, делая кадр за кадром. Брюнет даже начал подумывать о том, как бы добыть эти снимки себе в телефон, чтобы этот вечер остался не только в его памяти, но и в памяти цифрового носителя, чтобы всегда можно было вспомнить эти мгновения. — Иди сюда, — поманила его рукой рыжая, ловко взбираясь на ветку дерева прямо над своей головой. — Давай вместе. Алек, подтянувшись на руках, влез на дерево вслед на Клэри и устроился рядом с ней. — У тебя руки длиннее, ты и фотографируй, — хохотнула охотница, и брюнету ничего не оставалось, кроме как вытянуть правую руку с телефоном в сторону, чтобы сделать снимок. Фэйрчайлд подсела к нему вплотную, положила ладони на плечо Алека и чуть отклонила голову в сторону. Снимок за снимком ребята чуть меняли позы, но одно оставалось неизменным: Клэри за Лайтвудом и её ладони на его плечах, шее, руках. — Я устал, — провозгласил парень, ловко спрыгивая на землю, и тут же вытянул руки, чтобы поймать Фэйрчайлд. — Ну давай ещё одну, — тихо попросила рыжая, прыгая на руки охотнику. — Последнюю. У меня с тобой вообще нет совместных фото. — А с кем-то другим есть? — с иронией приподнял бровь Алек. Фэйрчайлд, фыркнув, открыла галерею телефона и показала парню около двух десятков снимков: с Джейсом, который только на одной фотографии получился нормально, а не кривляющимся, со Стефани, где девушки, дурачась, соблазнительно позировали в зеркало, и с Эйденом, от которых Алеку стало не по себе. Если над снимками с Эрондейлом и его девушкой брюнет искренне смеялся, то здесь только нахмурился и отвернулся. Конечно, эту главу жизни Клэри под названием «Эйден Мартин Росс» он из истории вычеркнуть не сможет, но и спокойно смотреть на то, как Фэйрчайлд улыбается в объятиях не менее счастливого шатена, Алек не мог до сих пор. Он помнил ту ослепляющую ярость, которая застилала его глаза каждый раз, стоило ему увидеть эту пару вместе, помнил он и всю ту боль, от которой загибался в одиночестве в своей спальне, когда впервые увидел поцелуй Клэри и Эйдена. Он не смел требовать от девушки удалить фотографии и забыть бывшего, но и принять наличие снимков в её телефоне не мог. Поэтому Лайтвуд только молча кивнул, давая понять, что вопрос исчерпан. А Клэри поняла, что этими фото с Россом причинила боль не только себе, но и Алеку. Она просто не вспомнила о том, что после фото со Стефани идут снимки с Эйденом, и теперь ей оставалось только наблюдать за вмиг поникшим спутником. — Может, зайдём куда-нибудь? — примирительно предложила рыжая, обходя охотника и заглядывая в его грустные глаза. — Тут бар недалеко, я видела. — В бар? — приподнял смоляные брови Алек, хмуро глядя на Клэри. — Ну, а почему нет? — пожала плечами та. — Нам обоим не помешает немного расслабиться. Лайтвуд, подумав, кивнул. Что ещё, как не алкоголь, может помочь раскрепоститься и отпустить душевную боль и тоску? Да и ему было интересно посмотреть на немного выпившую Клэри. Он вообще не знал, как ведут себя девушки под градусом, поскольку в подобном состоянии видел только Джейса, Изабель же пренебрежительно относилась к алкоголю, поскольку предпочитала что-то, что пойдет на пользу её и без того идеальной фигуре. Но по тому, как чуть блестят зелёные глаза Фэйрчайлд, Алек посмел предположить, что с горячительными напитками она уже знакома. Что же, тогда это будет интересно вдвойне.

***

Сидя на высоком стуле за барной стойкой, Клэри по-детски болтала ногами и улыбалась. Алек отошёл, а она с интересом осматривала приличный бар. Здесь было красиво, играла современная музыка, громко смеялись подвыпившие примитивные. Сами охотники ещё возле Института скрыли свои руны и теперь были похожи на обычных людей. Хотя, Лайтвуд даже без рун выделялся из толпы своей внешностью, к которой уже липли взгляды большинства девушек в баре. От глаз Клэри не укрылось, как Алека хищно провожали взглядами сразу несколько барышень, когда тот шел по проходу между столиками к стойке бара. — Конечно, на такого попробуй не обрати внимание, — пробурчала себе под нос охотница, поворачиваясь спиной к залу и лицом к бармену, который с интересом поглядывал на симпатичную рыжую девушку. — Чего? — переспросил подошедший Алек, усаживаясь на длинноногий стул рядом. — Что-то не так? — Нет, все хорошо, — натянуто улыбнулась Клэри, изо всех сил стараясь не показывать глупых зародышей ревности. Лайтвуд, всегда тонко чувствовавший настроение людей, внимательно пригляделся к своей спутнице. Все же она чем-то не то расстроена, не то обижена. Нет, он ведь специально отошёл, чтобы не успеть накосячить, в этот-то раз что? Но поразмышлять на эту тему ему не дали. — Что будете заказывать? — обворожительно улыбнулся Клэри бармен, и Алек невольно напрягся, стрельнув в парня внимательным взглядом. — С чего начнем? — с усмешкой спросила у него рыжая, скользя взглядом по полкам с бутылками. — Мохито? — пожал плечами Лайтвуд, тоже изучая «арсенал». — А ты пробовал? — сомнительно протянула Фэйрчайлд. — Вдруг не очень. — Я пробовал, поверь, и не раз, — усмехнулся Алек, после чего обратился к бармену. — Два мохито. Парень за стойкой кивнул и принялся ворожить над бутылками. Вскоре перед охотниками стояло два стакана с мохито, причем из напитка Клэри торчала симпатичная розовая трубочка с сердечком, тогда как Алеку её просто не досталось. — Мужчины пьют без трубочек, — тихо ответил на вопросительный взгляд брюнета бармен. А Клэри, осторожно попробовав мохито, поджала губы, смакуя вкус, и повернулась к соулмейту всем телом. — Неплохо. — Я же говорил, — усмехнулся Алек, неторопливо отпивая из своего стакана. Парень не пробовал алкоголь вот уже несколько месяцев. Последний раз он прикладывался к бутылке в тот день, когда решился жить без Клэри, когда думал, что больше никогда не сможет просто быть с ней рядом, не говоря уже о большем. Но вот она здесь, по левую руку от него, она улыбается ему, и Алек просто не мог поверить в то, что все повернулось именно так. Тогда ему казалось, что наступил его личный конец света. Число опустошенных стаканов росло, молодые люди по инициативе Лайтвуда перешли на более головокружительные напитки. Смех охотников становился всё более громким, речь — менее связной, но они понимали друг друга прекрасно, поскольку находились примерно в одном состоянии. Вскоре Клэри, поняв, что большое количество выпитого алкоголя на первом свидании далеко не самый положительный факт о ней, пила все меньше, в то время как её спутник уже вошел во вкус и глушил стакан за стаканом. — Давай по последней и пойдем, — икнула Фэйрчайлд, ставя пустой стакан на стойку. — Может, виски? — подал голос Лайтвуд, ставя свой стакан рядом и движением руки подзывая бармена. — Если пить медленно, то в голову отдает меньше. Это был далеко не первый комментарий парня по отношению к алкоголю. Всё, что бы они ни пили, Алек уже пробовал и характеризовал как профессионал, в то время как Клэри только подозрительно принюхивалась к каждому напитку. Такая осведомленность парня поневоле наталкивала на размышления, и рыжая все-таки решилась спросить: — Откуда ты так много знаешь об алкоголе? Брюнет, принимая наполненный до половины стакан виски из рук бармена, расплылся в улыбке. — Был опыт. — Это я уже поняла, — отозвалась рыжая, вновь принюхиваясь к алкоголю в своем стакане. — И всё-таки? С кем это ты так часто заполнял бак? — С Магнусом, — ответил Лайтвуд, вмиг теряя всю свою веселость и уже более грустным взглядом смотря куда-то за спину бармену. Упоминание имени бывшего подействовало на опьяненный разум охотника просто убийственно. Перед его затуманенным взором вновь пролетели все встречи с магом, все разговоры, улыбки, взгляды, поцелуи и прикосновения. И вроде бы Алек уже давно пережил этот разрыв отношений, переболел Бейном, но разбавленная алкоголем память только подло подкидывала поводы для ностальгии, и Лайтвуд не мог этому противиться. — Мы пили что-нибудь новое каждый вечер, — невольно начал говорить брюнет, рассматривая бликующий от света ламп виски в стакане. — Магнус никогда не скупился на хорошие вечера. Он вообще ни на что не скупился. Помню, в Париже он хотел подарить мне какой-то дорогой перстень, я еле отговорил его, — по мере рассказа Алек всё больше задумчиво улыбался, тогда как лицо Клэри с каждым его словом вытягивалось всё больше. Охотница решительно не понимала, какое отношение маг имеет к их свиданию. Да, хорошо, она спросила об источнике знаний в области алкоголя, но можно было ограничиться одним именем, без подробностей. И чем больше говорил Алек, тем сильнее мрачнела Фэйрчайлд. — Он вообще любит всякие подобные украшения, — продолжал Лайтвуд, словно не замечая, что Клэри смотрит на него отнюдь не дружелюбно. — Эти бесконечные перстни, кольца, браслеты, цепочки, кулончики… У него в квартире, наверное, шкатулок пять со всякой подобной ерундой. Ну это я тогда насчитал пять, — пожал плечами охотник, делая глоток виски и вновь упирая взгляд в стеклянную витрину за спиной бармена. — Теперь уже, наверное, больше. Мысленно Алек гулял по лофту мага, где год назад знал каждый уголок. Он вновь видел постоянно меняющийся интерьер, сияющего во всех смыслах хозяина квартиры, мог по пальцам пересчитать кольца и браслеты на руках Магнуса. Всё это нахлынуло на брюнета так неожиданно, что он просто не мог остановиться. — Украшения вообще его далеко не единственная страсть, — грустно усмехнулся Алек, жестом прося косо смотрящего на него бармена добавить виски в стакан. — Он любит музыку. Мы даже как-то танцевали под новоорлеанский джаз. Дай-ка подумать, — парень подпер голову рукой, вливая в себя очередную дозу алкоголя, — это, кажется, был тот вечер, когда я впервые остался у него на ночь, поскольку перебрал с мартини и было очень стыдно появляться в Институте в нетрезвом состоянии. Да, тогда мне еще было стыдно за это. Клэри казалось, что она сидит на мине, так велико было желание сбежать отсюда. Конечно, она тоже сегодня ненароком вспомнила Эйдена, обнажив не такую давнюю рану, но она, в отличие от Лайтвуда, не предавалась приятным воспоминаниям. Как будто у них с Россом не было особенных и нежных моментов! Но она ведь не рассказывает об этом человеку, которого любит и с которым собирается, вроде как, прожить долго и счастливо. Только вот относительно последнего пункта рыжая теперь засомневалась. Всё же правильные мысли её посетили пару часов назад: Лайтвуд ещё помнит о своих отношениях с мужчинами и забывать не собирается. — А ещё мне было стыдно, когда мы первый раз поцеловались… — не думал прекращать устные мемуары уже едва говорящий Алек, и тут Клэри не выдержала. — Знаешь что? — клокочущим от гнева голосом прорычала рыжая, резко спрыгивая со стула. — Какого чёрта я тут сижу с тобой? Почему не Магнус? Лайтвуд несколько опешил от такой бурной реакции своего соулмейта и вытаращился на неё пьяными глазами. — Мы ведь с ним расстались, — как дважды два объяснил он Фэйрчайлд. — Да ну? — не прекращала злиться та. — А ты уверен? Просто у меня такое ощущение, что я занимаю чье-то место рядом с тобой. Как будто ты всё ещё спишь с Бейном, а я так, случайная слушательница, которой посчастливилось узнать историю вашей вселенской любви и идеальных отношений. — Клэри… — раскрыл было рот Алек, но договорить ему не дали. — Ты совсем идиот, Лайтвуд? — закипала охотница, бурно жестикулируя руками и сверкая зелеными глазами. — И ты ещё смеешь упрекать меня в том, что я не могу забыть Эйдена? Браво! Клэри демонстративно похлопала в ладоши, а когда ничего не понимающий брюнет сделал то же самое, девушка влепила ему звонкую пощечину. — Мало того, что я до конца жизни не смогу забыть твой загул с Мэттом, так еще и когда я переступила через себя и дала тебе шанс заслужить прощение элементарными вещами, букетами, сладостями, прогулками под Луной, да чем угодно, ты напился в свинью и рассказываешь мне про бывшего! — В свинью? — протянул Алек, у которого уже перед глазами всё плыло. — Пошёл ты, — выплюнула Фэйрчайлд и, схватив свою сумку, круто развернулась и направилась к выходу, бросив напоследок красочное: — Сволочь! Хлопок входной двери отозвался в голове пьяного Лайтвуда диким гулом, и парень обернулся на бармена, который сочувствующе смотрел на него. — Ты реально сволочь, — вынес вердикт парень, забирая у охотника еще не пустой стакан виски. — Отвали, — буркнул Алек, роняя голову на сложенные на столе руки, и протяжно застонал. Прошло около часа, прежде чем на плечо уже ничего не соображающего брюнета легла тяжелая ладонь. — Ты облажался дважды за сутки, это просто феерично, — прозвучал над ухом знакомый с детства голос, и Лайтвуд медленно поднял голову. Рядом с ним, не скрывая немого укора в разноцветных глазах, стоял Джейс.