Журавлики и Вороны

Журавлики и Вороны всегда были хранителями равновесия. С тех пор, как в разрушенном храме бога Эмма нашли черное перо ворона, а на священном холме белое перышко журавлика, в народе прослыли скащания о птицах-хранителях и искусителях. Журавлики являлись хранителями солнца, света и добра. Эти птицы были почетаемы, а легенда о них гласила, что, если помолиться священному перышку в храме и загадать желание, то оно обязательно сбудется. Священных птиц рисовали в храмах рядом с богиней солнца Аматэрасу, и это означало, что журавли являются ее верными слугами и ангелами-хранителями. Было даже поверье о том, что журавли способны превращаться в человека и являться верующим в храме, преминив облик монаха. В честь журавлей всегда устраивались фестивали; там люди дарили друг другу бумажных птиц, говоря «Это вам от всего сердца и души», как когда-то говорил молодой парень, что и создал обличие бумажных журавлей. Вороны тоже были священными птицами, и поклонялись люди и им, дабы не навлечь на себя беду. Вороны хранили луну, тьму и ненависть, являясь самыми настоящими искусителями. Этих птиц изображали вместе сразу с несколькими богами — с Эмма, Райдзином*, Фудзином*, Суссаноо*, а в большем множестве — с Цукиеми*. Многие скульптуры с воронами дополняли демоны Они, демоны-лисы Кицуне и ужасные быкоподобные химеры Гюки. Люди верили, что вороны, как и журавли, могут принимать обличье человека в черном кимоно с маской дьвола, искушаяя и ставя на кровавый путь самураев и обычный народ. Чтобы не разгневать богов тьмы, люди приносили священному вороньему перу кровь своих детей, животных и рисовые зерна. Люди боялись думать в храме о чём-либо плохом, ибо верили, что это сбудется. Люди так же верили, что журавли и вороны не могут дотронуться друг до друга, ибо сами они разрушат равновесие. Но один ворон любил журавля, а один журавль любил ворона. Каждый раз на рассвете они видели друг друга, и обещали, что обязательно встретятся в реальной жизни и будут счастливы. И вот однажды случилось то, чего все так боялись — богиня Аматэрасу объявила войну богу Цукиеми. Боги света и тьмы сражались друг против друга, а вели их вперед священные птицы. Журавли и вороны схлестнулись в смертельной схватке, борясь за свою сторону. Но единственные, кто не дрался, это Журавль и Ворон, что любили друг друга. Решив, что уже все равно, священные птицы нарушили равновесие, дотронувшись друг до друга крылами. Война остановилась. Боги замерли на своем месте. Журавли и вороны исчезли, превратившись в черные и белые перья. Священные птицы, что любили друг друга, тоже стали исчезать, растворяясь в воздухе. Встретились два мира. Разрушилось равновесие. Воссоединились любящие души. Жизнь и Смерть, Ангел и Демон, Солнце и Луна...» — Хей, Кен, а эти двое мне кого-то напоминают... только не могу понять, кого, — Хиде почесал свой затылок. — Ай, да вообще, чё это за бред! Канеки лишь улыбнулся и притянул Хиде ближе к себе. — Это не бред, Хиде, — прошептал беловолосый гуль парню на ухо. — Это мы, мой милый белоснежный журавлик. Рыжеволосый парень в миг залился краской и кинул в друга историческую книгу, вырвавшись из цепких объятий. — Да я же пошутил, — смеясь проговорил гуль. — Успокойся ты. — Ну ты и ворон! — А ты за то журавлик. — Кен! — Что, мой милый? — Достал! — Ммм, и чем же? — Тем, что ты идиот! Перестань, иначе ты больше не мой лучший друг. — Правда? А кто же тогда? Ответ на этот вопрос был написан в недочитанной странице. «... Встретились они спустя много лет в новом обличье и сновой душою, но ворон и журавль продолжают жить в их сердцах, подталкивая на истинный путь и открывая правду, что была мертва много сотен лет...»