Наследник восьми героев

      Я совсем забыл и отчуждался от мысли, что там, в нескольких метрах от меня, сражаются люди, проливая кровь. Приятная фактура и тепло от остывающих тел… Или это что-то иное? Такая тёплая и приятно пахнущая кровать… Я разве спал на кровати? Едва мои мысли сбились с привычной колеи, как в уши ударил гул фанфар, от которого я невольно открыл глаза. Да какого чёрта?!       Белоснежный тряпичный потолок палатки колыхался на ветру. Чувство дискомфорта окутало меня в несколько слоёв. Это не было последствием тех ран, усталости или последствием убийств… Что-то другое... и это пугало и удручало куда больше.       На расстоянии вытянутой руки важно восседал на неказистом табурете иссохший старец с длинной, но редкой бородой. Его морщинистые глаза плотно сжались, спрятав радужку, он дремал сидя, рискуя в любой момент упасть с неустойчивого сиденья. — О! — вскрикнул старик басистым и хриплым голосом. Его тело качнулось и глаза широко распахнулись, — Наконец то, слава Защитнику! — прохрипел старик и навис надо мной, внимательно вглядываясь в затуманенные дремотой глаза. — Вы что-то хотели? — я с недоверием приподнялся с койки, отодвинувшись подальше. Запах едких трав я пытался игнорировать, но несколько раз всё же чихнул, сдув песок с края койки. — Для начала представлюсь. Я Карло Бэнэ Гучо, — мужчина выверено выговаривал каждую букву своего длинного имени.       Над его головой красовалось зеленое имя:

«Архимаг Бернард 165 ур»

      Сам не осознавая того, я поморщился от несоответствия. Старик среагировал мгновенно. — Неужели я соврал? — он обратился ко мне с нескрываемой усмешкой, будто и не себя обличал во лжи, — Действительно… Значит, я не прогадал, что принял тебя за Героя. — А как это связано? — Герои — это не только храбрецы, спасающие мир от скверны, но и люди чужие этому миру. Это весьма грубая классификация… Ведь приходится как-то выделять Истинных Героев. Тебе это, наверное, не интересно. Кто не знает, что каждый Истинный перенимает силы предыдущих и создаёт нечто своё? — мужчина расчесал жиденькую бородку, будто читал лекцию и продолжил, прокашлявшись, — Каждый из героев, проходя сквозь врата Богини Увеселений, приобретал силы, которых он был лишён дома… — Стоп, стоп… — я оторопел, а щёки побледнели. — Понимаю ваше замешательство… — Не понимаете, — отрезал я и продолжил, — Сперва… Что это за врата и Богиня? — В древности, когда силы тьмы ещё не появились на нашей земле, процветала Богиня Увеселений, но в порыве скуки она создала нечто могущественное — целую сеть вечных путей и дверей, соединявших воедино миры и эпохи. Это и есть Врата. — Значит, я могу вернуться домой через них? — надежда теплилась в моей хватке. — С небольшой оговоркой: врата действуют только в одном направлении. Проще говоря, Вам нужно найти нужные для выхода. — А если ошибусь, то придётся потратить время на поиски Врат входа уже в том месте… — всё тепло безжалостно растоптали. — Поэтому никто не знает наверняка, какие врата куда ведут, более того, нами открыто не более сотни таких, а это как капля в море.       Я промолчал и обхватил руками свой затылок. Отчаяние нахлынуло на меня. Брови напряглись, а губы плотно сжались. Но Архимаг всё равно продолжил. — Не известно, как много Героев попали к нам, вполне возможно, что даже в моих жилах течёт кровь предка Героя, — старик повернулся спиной ко мне и косолапо направился к выходу, — У Героев ужасные преимущества, так что насладитесь своей жизнью, чтобы подсластить пилюлю воспоминаний и оставленного навсегда прошлого. — Вооружение «повседневная одежда»… — моё тело лишилось груза в виде панциря и снаряжения ученика. Дышать стало легче, хотя помогла лишь надпись на футболке: старая не оригинальная шутка на родном языке. В горле застрял ком, как только проскочила мысль, что я когда-то его могу забыть.       Вернув самообладание я заглянул в стянутое в угол оповещение об удачном штурме и повышении уровня:

Килакс 45ур, 2673114 ехр до 46ур   Сила — 936 Ловкость — 1276 Броня — 771 Удача — 894 Интеллект — 617 Здоровье — 7833/7833 Мана — 1989/1989 Деньги: 30м 85с 30з 0п 0а «Звук вашей поступи не поспевает за могучими ногами, а танец клинков чудовищно завораживает. Улучшен навык «Размытие» (Уменьшает вероятность попадания по вам на 15%)»

      Несколько минут я просто смотрел пустым взглядом на раскачивающийся подол входа в палатку, как белоснежные края неловко изгибались, обнажая серую стену, стоящую в тридцати метрах от меня.       Я чувствовал, что физически полностью здоров и готов двигаться, но что-то внутри меня буквально сжигало все силы, превращая в тряпичную куклу. Мне стоило невероятных усилий встать с удобной койки. Так необычно, я впервые за всё своё пребывание в этом мире чувствую такой контраст превосходного отдыха и чудовищной усталости.       Болезненными уколами в памяти всплыли арбалетные болты, пробившие моё тело. Я погладил плечо, ощущая под рубашкой шероховатость. Лишь она осталась на месте серьёзной раны.       Однозначно, моё тело изменилось, перестав поддаваться большей части законов моего мира, но вот разум остался прежним… Ведь так? Лишь сомнения разгорелись внутри, наполняя меня вопросами о поведении, словах и мыслях, я смог лишь ужаснуться. Чувствую монстра внутри…       Ноги ныли, но я всё равно сделал несколько пробных шажков. Шаг за шагом походка становилась всё уверенней, а сила в конечностях разливалась по всем клеточкам тела. Недавняя паника и беспокойство улетучились, их место заняло спокойствие. Даже не знаю, хорошо ли это…       Белоснежные лоскуты материи, заменявшие двери, широко распахнулись, представляя уже знакомую мне группу людей. — Уже проснулся, герой? — в чересчур приподнятом настроении пропел мужчина, но его быстро остудила Катрэ. — Отец! Килакс едва не погиб, а ты со своими шутками… — недовольная Катрэ перевела свой взгляд на меня, тут же показавшись заботливой спасительницей, но удивление всплыло на её лице, не намереваясь уходить. — Кажется, я уже оклемался, — я лишь почесал затылок, почему-то ощутив себя виноватым. — Мы сами удивились, насколько хороша его регенерация… — за спинами двух рыцарей показался целитель и его ученик. — Раны затянулись почти сразу, как мы вынули болты, — не скрывая любопытства добавил ученик целителя.       Налетевший на меня шум толпы лишь успокоил и дал ту недостававшую внутри теплоту. Улыбка… Я не так уж и часто улыбался в этом мире. — А что со штурмом? — я знал об успехе, но мне нужны были подробности. — Успешно, благодаря тебе враг ослабил защиту стен и мы смогли эффективно напасть, так что потери свелись к минимуму, — по прежнему довольный Священный рыцарь оповестил меня о нужных подробностях, — В долгу мы не остались… — он указал на неказистую тумбочку, где уже ничего не было, — О, ты уже взял деньги… — кажется, он огорчился. — Господин, Священный рыцарь, каковы наши дальнейшие действия? — Катрэ чётко цокнула металлическими сапогами, встав в стойку. — Вы можете быть свободны, возвращайтесь в столицу с докладом, как только бойцы вернутся в строй.       Как только бойцы придут в строй — сложно придумать более туманное определение времени. Из нашей группы выжили все. Но сразу четверо оруженосцев получили серьезные травмы конечностей. Их ноги и руки плотно забинтовали, превращая в неподвижный брусок, в некоторых местах которого просачивалась редкая кровь. Вот они истинные последствия попадания арбалетного болта или раны от клинка. Мне стало совестно.       По самым оптимистичным прогнозам ждать нам придется ещё неделю. Одному лишь Дьяволу и многочисленным божествам этого мира известно, что бы со мной случилось от невыносимой скуки, если бы не добродушный совет того самого мудреца: — В крепости на третьем этаже есть библиотека. Думаю, она вам понравится.       Я не был особым любителем литературы в своём мире. Не спорю, во время учёбы я исправно читал всю школьную программу. Горделивой страничкой у меня выделялось своеобразное достижение: прочёл «Войну и Мир» полностью, а если поднапрячь извилины, то, может быть, припомню пару четверостиший классиков. Но более того, я прочёл крайне мало: не больше десятка книг всех мастей и эпох, труды по моей профессии не в счёт.       Я поднялся по винтовой лестнице, идущей по часовой стрелке, их обычно так предусматривали, чтобы у защитника было преимущество при стычке. Почти у самого входа на третий этаж выделялась массивная и слегка трухлявая дверь кремового цвета с железными ручками. Никакой стражи рядом не стояло, табличек не предусмотрено, значит, заходи кто хочет.       Массивные двери распахнулись подозрительно легко, не издав даже скрипа. Внутри библиотека представляла из себя сравнительно небольшую комнатку, для библиотеки, большая часть которой была заставлена книжными полками. На подоконнике у витражного стекла сидел один из рыцарей, прикорнув с крошечной книжкой на груди: «Молитва Защитнику».       Мне стыдно сравнивать книги из моего мира с этими. Даже беглым взглядом можно было различить каждую вторую из них. Разные переплеты, материалы и цвета, а главное — колоссальное число шрифтов и иллюстраций рассказывали столько о книге, что можно было понять: брать её или другую лишь по переплету. Прелесть.       Почти все книги были чистыми и прекрасно сохранившимися, ни на одной из них, за исключением пары невзрачных, не было даже намёка на пыль или паутину. Ярко красный переплёт с золотыми языками пламени и чёрными, как глубина ночи надписями: «Дети Врат». Название меня заинтересовало, поэтому я решил выбрать для пробного прочтения её.       Устроившись на небольшом облупившемся креслице, скорее пуфике, и разглядел в лучах зеленоватого от витража света красочную обложку: это был мужчина в вычурной броне и чрезвычайным перебором оружия. Блистающий золотом доспех. Он будто был опоясан тончайшей паутиной. На мгновение мне показалось, что его панцирь мне встречался… Нет, я будто почувствовал связь своего панциря с этим. В руках он держал длинный и блистающий запёкшейся кровью меч, пока второй, покороче, горевший голубоватым огнём, оставался за поясом. На спине дополнительным грузом висел длинный лук покрытый узором, повторяющим текстуру древесной коры. Изображение было очень прорисованным, так что можно было без сомнений сказать,что его лицо источало безумие и азарт, граничащий с экстазом: явно не то, что обычно рисуют пафосным героям-пустышкам, будто смотришь одновременно и на монстра, точно такого же, чью голову безжалостно давит его сапог, и на настоящего спасителя. Он улыбался безумно, отчего и завораживающе, адресовывая всё как людям, так и смерти, которая осталась позади. Мужчина стоял на небольшом холме, вернее, груде тел монстров.Там четко просматривались брызги слизи, обрубленные рога и щупальца, вперемешку с обезображенными мордами чудищ куда более свирепых, чем я убивал. Фон был размыт, но казалось, что за этой пеленой скрывались горящие руины, залитые кровью и изрешеченные мечами, оставленными навсегда уже погибшими бойцами.       У книги не было ни оглавления, ни предисловия. Со следующей же страницы начался основной текст. Каждая буква аккуратно выведена. По канонам каждый абзац начинался с вычурной буквицы, а через каждые страниц двадцать появлялась новая иллюстрация.       Читать я научился, не зря тренировался, но скорость чтения немногим превосходила выпускника начальной школы. Чтобы не позорить своё имя ещё сильнее, я читал молча.       »… Богиня Увеселений с упоением наблюдала за миллионами миров, в каждом из которых творилась своя история, отличающая его от других. Ею двигало детское любопытство, когда она закончила Врата и запустила ключ. Но как бы она ни старалась, не смогла попасть ни в один из миров, как и любой житель этого мира. Что-то её держало…»       »…Великое добро и Архизло соединились сетью бесчисленных врат, но связующим был лишь один мир. Зло грянуло неожиданно, искореняя всё на своем пути. В первый контакт погибли десятки разумных рас, оставив после себя лишь две: людей и фей…»       »…Богиня чувствовала гложущую скорбь за собственную ошибку, поэтому она приложила все свои силы, чтобы ослабить силу собственных неуничтожимых творений…»       »…С тех пор Врата пропускали лишь в определённый момент и определённое число существ…»       »…На зов Богини продолжали приходить люди, они были несчастны: сироты, инвалиды и последние неудачники — те, кого прожевала и выплюнула жизнь. Здесь они получали недостающее…»       »…Прибыл мужчина. Статный и благородный — истинный герой, который был счастлив в своём мире и получил от богини снаряжение, кое скоро станет легендарным…»       »...Герой победил засевшего в этом мире Архизлодея, изничтожив зло под корню и прожил остатки своих дней в окружении новой семьи…»       »…Зло невозможно искоренить!!! (Это предложение выделилось ярко красным и жирным шрифтом) Новый Архизлодей продолжил дело своего предка после смерти героя, став ещё страшнее и сильнее…»       »…Место героя заняло двое новых… В конце, когда победа настигла их, в приступе греха они убили друг друга, породив своей кровью нового Архизлодея…»       »… Четыре героя… Пришли слишком поздно… Лишь насмехались над пепелищем… Едва не проиграли, стоя на рубеже собственной гибели и отчаяния…»       »… Слабейшие люди стали восьмёркой героев… Они нарушили главное правило: новый герой не слабее предыдущего… Исполнили свой долг, хотя и многие погибли… Но и они поддались Пороку…»       Иллюстрации подробно расписывали каждого из героев, доходя до мельчайших деталей, которые меня уже перестали интересовать. Никто не мог меня поразить сильнее первого.       »…Впервые были призваны в разных местах и в разное время… До сих пор разобщены, а в сердцах каждого кроется нечто порочащее…»       Я сглотнул, когда увидел новую иллюстрацию: на меня смотрела два наполненных злобой глаза, а руки, закованные в кандалы, тянулись с жаждой задушить, прикрывая мерзкие лохмотья…       Это мое лицо… Это я…

Подпись: «Герой-раб Килакс»

      Полным контрастом на соседней странице красовался молодой юноша лет двадцати с длинными и пышными белоснежными волосами. Его блестящие от тяжести украшений одеяния были подобны королевским робам, а задний фон представлял из себя не черноту, как у меня, а вереницу прекрасных дам.

Подпись: «Герой-граф Лайт»

      У меня зародилось неописуемое желание плюнуть в эту холёную рожу привередливого ребенка, избалованного до невозможного.       Перелистнув страницу, я наткнулся на ещё одну иллюстрацию, источающую противоречие: вокруг ауры матёрого ветерана и классического фэнтезийного гуляния, вернее попойки, стоял хлипковатый на вид школяр лет пятнадцати, не больше.

«Герой-авантюрист Жан»

      На последней иллюстрацией была девушка: молодая и красивая. В ней не было ничего сверхчеловечески притягивающего. Просто приятные черты и тёплый взгляд. С упорством игрушечного солдатика она прижимала к своей слегка выпиравшей из-под мантии груди белоснежный лук с головами драконов у соединения с тетивой.

«Герой-деревенщина Христина»

      Получив избыток информации я шумно захлопнул книгу, разбудив уже долго дремавшего рыцаря. Он с едва заметным смущением спрятал под доспех книжечку и ушел. Вечерело, в библиотеке становилось некомфортно читать.

«Дополнительное задание: «Истоки» выполнен. Награда: 54900 ехр; ИНТ+5»

      Помимо этого я заметил в углу своего обзора всплывшую иконку «Top».       Открыв её я увидел четыре места, но содержимое выбило из меня лишь сдержанный шёпотом мат:

1) Герой-граф 155ур (Характеристики +10% за лидерство) 2)Герой-авантюрист 83ур (Характеристики +5% за второе место) 3)Герой-деревенщина 61ур (Характеристики +1% за третье место) 4)Герой-раб 45ур

      С того дня я раз за разом приходил в эту библиотеку в поисках дополнительной информации, но так ничего не нашёл и лишь смог улучшить малость свою технику чтения.