И что теперь делать?
27 августа 2018 г., 16:43
Сехён быстро добралась до границы. Там, осмотревшись и сбавив скорость, пошла по дороге, ведущей в лагерь. Возвращаться в родные места было страшно, особенно зная, что её ждёт в случае провала. Всё вокруг будто вымерло, ни единого шороха.
Лагерь выглядел так же, как и в день ухода Сехён. Сейчас все спали, поэтому он создавалось чувство заброшенность. Прокравшись до домика вожака, Ким осторожно заглянула в приоткрытое окно. Внутри никого не было.
Что здесь происходит?
Внутри помещения было холодно, и Сехён не знала, чем это вызвано: возможно, из-за страха, давящего на нервы, или тяжёлой атмосферой, нависшей над всем лагерем. На столе, заваленном всякой макулатурой, нашлась пара бумаг о заключении временных союзов с другими стаями, но это было не то. Порывшись в нескольких ящиках, Ким нашла общие сведения об оборотнях стаи, в том числе и своё. Интерес быстро подавил страх, и девушка взяла документ в руки. И почти сразу остановилась.
Ким Сехён, двадцать лет. Удочерена Ким Игуком и Ким Дахи.
Сехён ещё раз вчиталась в неё. — Это... это ведь... — дрожащим голосом произнесла оборотень. Она не стала читать дальше, решив, что времени у неё не так много, а нужная информация ещё не была найдена. Подавив слёзы, девушка ещё некоторое время рылась в бумагах, но ничего интересного не обнаружила. Из лагеря уходила, взяв с собой ещё несколько досье: на Намджуна (оно было очень коротким), на вожака (скорее всего, его составлял Намджун) и на одного из военного совета. На сердце было тяжело, хотелось прямо в эту секунду сесть на землю, прижаться спиной к ближайшему дереву и просмотреть всё от корки до корки. Перебежав границу, Сехён остановилась, чтобы перевести дыхание. Осталось добрести до лагеря лунных, а там... — Ким Сехён, потрудись объяснить, какого чёрта ты ушла из лагеря? Или ты забыла о своём положении? — рычит Чонгук. — Я была в лагере в нашей стае, пыталась найти хоть что-то указывающее на поддержание сговора, но там ничего нет, — на одном дыхании сказала Сехён. На секунду Чонгук округлил глаза, но быстро вернулся в состояние гнева. — Ты думаешь, что я тебе поверю? — Я взяла с собой это. — Ким протянула досье. Все, кроме своего. Это она, пожалуй, оставит себе до полного изучения. Чонгук взял бумаги, вчитываясь в текст. — Если завтра утром тебя не будет в нашем лагере, я найду тебя и лично казню, ясно? — Девушка неуверенно кивнула. — Отлично, сегодня за тобой будет следить Чимин-хён. — Сехён~и, почему ты ничего не сказала? — спросил Чимин, стоило девушке выйти из дома вожака. — Так нужно было, — буркнула она, понимая, что прозвучало слишком грубо. Чуть ли не бегом добралась до своих хором, заперла дверь и села в кресло, достав из внутреннего кармана в одежде документ. Количество силы: неизвестно, не может превращаться... ...Ким Игук и Ким Дахи удочерили Сехён почти сразу, после того, как её нашли недалеко от территории с лунными. — Нет, — тряхнула головой Сехён. — Быть этого не может. В голове сложился паззл, образуя не очень приятные выводы. Нужно принять факт удочерения, принять, что она незаконнорожденная. Соответственно, силы у неё могли достаться и от Намджуна, и от Юджин. А если от обоих? Нужен был совет кого-то, кто в этом разбирается. — Сокджин! — крикнула Сехён, заходя в дом целителя. — Да? — Мужчина оторвался от рассматривания бумаг. — Вот. — Ким протянула ему досье. — Возможно, я не могу превращаться из-за этого. По мере чтения лицо Джина вытягивалось, а в глазах стоял диковатый огонёк. — Вы тоже считаете, что я могу быть ребёнком Намджуна и Юджин? — В лоб спросила девушка. — Это... вероятно. Но я не знаю, как в таком случае распределилась твоя сила. — В смысле? — Сейчас шансы пятьдесят на пятьдесят, но скорее всего, когда ты превратишься, силы перевалят или в сторону солнечных, или в сторону лунных, — объяснил Сокджин, взяв руку Сехён в свою. — Сейчас я не чувствую в тебе каких-либо изменений. Ты ещё медитируешь по утрам? — Перестала, — ответила Сехён. — Полагаю, что медитация не поможет, — сказал Ким. — И что делать? — Ждать. Следующим утром Чонгук пришёл к Сехён сам, причём когда девушка ещё спала. Некоторое время он наблюдал за тем, как плавно поднимается и опускается её грудная клетка, как мило Ким морщит носик, когда на её глаза попадают солнечные лучи. — Проснись, — слегка толкнул Сехён в плечо мужчина. Девушка моментально открыла глаза и села на кровати, расфокусировано осматриваясь. Зрачки расширились, останавливаясь на лице хмыкающего Чона. — Я могла бы и сама прийти к вам, — сказала Сехён. — Уж извини, но ждать, когда ты дойдёшь до меня, было слишком долго. Девица фыркнула. — Не фыркай. Я посмотрел всё, что ты мне принесла. Что ж, особо интересного я не нашёл. — Вообще ничего? — Вообще, — кивнул Чонгук. — А это значит, что ты зря поставила под сомнение моё доверие. — Зато я теперь знаю, кто я, — почему-то шёпотом сказала Сехён. Она достала из-под подушки последнее досье — своё. — Эта информация о моих настоящих родителях. Полагаю, что и вы быстро сопоставите факты. Сехён успела умыться и переодеться, когда Чонгук сказал: — Это было неожиданно, — и замолчал. — И это всё? — спросила Сехён, недоверчиво смотря на Чона. — Ну да, а ты рассчитывала на охи-ахи и бурные аплодисменты в конце? — насмешливо изогнул бровь мужчина. — Что теперь со мной будет? — А что с тобой? Наказание за своеволие, конечно, получишь. — Чонгук задумчиво закусил губу (Сехён на секунду зависла, пронаблюдав за его жестом). — Поможешь мне составлять патрули. Посмотрим, как ты справишься с этой ролью. — Когда начинать? — Да прямо сейчас. Просидев уже около часа в раздумьях о наиболее подходящих для засады местах, Сехён поняла, что начинает сочувствовать Чонгуку, которому приходится делать это каждый день. — Что, уже сдулась? — И снова насмешка. — Нет, просто размышляю, — быстро отозвалась Ким, вновь бросив взгляд на карту. Казалось, что если она сейчас закроет глаза — чертёж во всех подробностях всплывёт перед ней сам. — Сделаем перерыв, — облегчённый вздох, — через полчаса, — обречённый взгляд. Чонгук был неумолим. Создавалось ощущение, что мужчина может работать без остановки. Когда же наконец наступила минута отдыха, Сехён откинулась на спинку стула, проведя ладонью по лбу. — Ты не настолько устала, — сказал Чон. — Откуда ты знаешь? Может я устала ещё сильнее, просто вида не подаю? — Просто я хорошо знаю, как выглядят сильно уставшие люди. — По себе знаешь? — Можно и так сказать, — хмыкнул вожак. И всё бы было хорошо... Если бы через час не доложили о том, что один из патрулей не вернулся.
