Игра с дьяволом

— Проходи, — Джагхед открыл дверь перед Арчи. Они пожали друг другу руки и зашли в дом. Эндрюс сел на диван, изредка рассматривая дом. Его вовсе не интересовал новый интерьер дома, потому что мысли были совсем о другом. Джагхед принес кружку кофе, чтобы согреться. — Чем обязан столь неожиданным визитом? — Джонс стоял, упершись об стену, точно рассматривал Арчи, на лице которого буквально читалось все. Джагхед усмехнулся про себя, уже понимая о ком зайдет речь. — Я звонил Бетти на днях, она не взяла трубку и сегодня не отвечает, — парень смотрел в содержимое кружки в своих руках, а потом взметнул свой острый взгляд на Джагхеда. — Она еще вчера уехала к своей подруге, я думал, она тебе написала, — хмыкнул Джонс. — Она трубку не берет. — И что? Завтра приедет. Это все о чем ты хотел поговорить? — Убийца до сих пор не объявился. Уже прошло два дня, но ни единой жертвы. Думаешь это кто-то из наших? — Бетти тоже подозревала кого-то из наших. — Случайно не знаешь кто это? — Арчи встал, кладя кружку, к которой так и не прикоснулся, на чайный столик. — С чего бы? Арчи выдохнул. В последнее время ему ужасно не нравилось, когда Джагхед находился рядом. Пускай они и закончили вместе академию, но его не покидало чувство какой-то неприязни и ужасной ревности. Последнее Арчи обозначил для себя еще в участке, когда узнал, что Бетти встречается с ним. Тогда и вся дружба сошла на нет, а вместе с ней и открылись подозрение, недоверие и тревога за близкого человека. Эндрюс развернулся. Достаточно было расспросов, если бы он продолжил только сильнее закопал самого себя. — Арчи, — окликнул его Джонс, тот остановился. — Тебе нравится Бетти? Повисла гробовая тишина. Джагхед уставился в спину парня, словно дыру в нем пытался прожечь. Одной заминки, нелепой ошибки и сжатия ладоней в кулаки заставили Джагхеда немного расслабиться. Как же Арчи был предсказуем. — Молчишь.Тогда спрошу снова. Тебе нравится Бетти? — А если, да? — Эндрюс обернулся. Голос был тверже стали, а взгляд пронзал, клеймя на парне метку потенциального врага. — Тогда что ты сделаешь мне, Джагхед Джонс? — Отбивать девушку у друга — не слишком ли это для тебя, Арчи? — парень зацокал языком, подходя ближе. — Если ты пришел, чтобы сказать это можешь уходить. — Я знаю Бетти больше тебя. — Ха… Правда? — Джонс окинул парня надменным взглядом. — Если тебе от этого легче, то думай так, но не выдавай желаемое за действительное. Арчи ушел, так ничего и не сказав. Джонс усмехнулся хлопнувшей двери и посмотрел вниз, сквозь расщелины в полу. Скоро должен был прийти Райан, чтобы помочь с переездом. Джагхед не планировал долго оставаться в этом доме, поэтому большая часть вещей оставалась запакованной, но одна из коробок была открыта. Джагхед подошел к ней, попутно хватая пару книг, чтобы положить, но остановился. В коробке лежал спутанный со всеми вещами тонкий гребень, украшенный маленькими изумрудами. Джонс аккуратно вытащил его и присел на край подлокотника дивана. Незначительное и старое украшение навивало детские давно забытые воспоминания. Гребень был сделан в таком же стиле, как и цепочка Купер. То же яркое золото, ослепительные изумруды и мелкая крошка алмазов. Если ожерелье Бетти и вызывало какой-то прекрасный момент счастья, то гребень был антиподом. Последнее тоже принадлежало очень близкому ему человеку. Матери. <b>Несколько лет назад… 20** год </b> Мальчик бежал в пижаме по коридору огромного светлого дома с игрушкой в виде красного самолетика, как услышал крик из соседней комнаты. Остановившись перед дверью, где шло все действо, где мать задыхалась в собственной боли, а отец разбил вазу об стену рядом с лежащей женой. — Ты больная сука! Мальчик приоткрыл дверь и первым, что он увидел это ладонь, замахивающаяся на женщину. Маленькие пальчики сжались на ручке двери. Мужчина повернулся, и их взгляды столкнулись. Мальчик отпрянул. Со всех ног побежал прочь, наверх в свою комнату. По щекам лились слезы. Он залез под одеяло и зажмурился, шмыгая носом. То что он увидел, перевернуло все. В первый раз папа ударил мать… Это было в первый раз… Он раскрыл глаза, чувствуя, как сзади открывалась дверь и кто-то не спешно заходил. Зажмурился сильнее. Это был отец? Он побьет его? Внезапно его обняли нежные женские руки. Мальчик успокоился и повернулся. На полу перед кроватью сидела мама. Ее волосы были взлохмачены, а изумрудный гребешок был скошен на бок. Но не потрепанный вид больше внушал ужаса, как искусанные в кровь губы и синяк на щеке. — Мама, тебе больно? — мальчик дотронулся до щеки женщины, но та перехватила его ручку и поцеловала в тыльную сторону ладони, подавляя боль улыбкой. — Мой сыночек так заботиться обо мне, разве маме может быть больно? — она поднялась с пола и легла боком напротив мальчика. — Можно мама сегодня поспит с тобой? Он закивал, и женщина обняла его. Он почувствовал, как стало тепло, а нежная рука матери непрерывно поглаживала его по голове. От нее пахло ромашкой, которую она любила выращивать в небольшом садике у дома и чем-то еще, таким успокаивающим и теплым. — Мама защитит тебя, — женщина поцеловала мальчика в лоб и закрыла глаза, укрывая его одеялом. Джагхед повертел в руке еще пару раз гребень и положил его обратно в коробку, перед этим обмотав в мягкую и плотную ткань. Все в прошлом и давно не важно. По крайней мере в это хотелось верить. Спустившись вниз, парень усадил на пол девушку, которая медленно начала приходить в себя. Это была очень маленькая доза успокоительного, поэтому девушка чувствовала себя лучше, чем в прошлый раз. Медленно моргая и еле шевеля сухими губами, она смотрела сквозь пелену на Джонса, который стоял напротив, наблюдая за ней. — Приходил Арчи, — Джагхед резко зажег свет, и Купер сощурилась, отклоняя голову в бок. Подвал теперь был гораздо больше. По бокам стояли два железных полуоткрытых шкафа и столик. Было пусто и мрачно. Воздух сырой и теплый. Бетти становилось с каждой секундой все хуже. Надо было поскорее уходить, но сил совершенно не было, да и разве Джагхед позволит? Парень сделал несколько шагов в сторону правого шкафа и открыл дверцу, закрывая ей себя. Бетти видела, как он что-то вытаскивал оттуда. — Твой друг не на шутку меня разозлил, — дверца захлопнулась, в руках Джагхеда блеснул острый длинный нож с железной рукояткой. Бетти зашевелилась, но так и не смогла встать. Футболка неприятно липла к телу, а от духоты кружилась голова. — Ч-что ты с ним сделал? — девушка поднялась, упираясь об стену. — Пока ничего, — Джонс провел по лезвию, касаясь острым пиком своей щеки. Купер сглотнула и продолжила медленно идти к двери, придерживаясь рукой за стену. Мерзко. Одно слово. Было только одно чувство, острое и пронзающее до тошноты. Джагхед подошел ближе, но Бетти начала толкаться, до тех пор пока больно не упала на пол и не закричала изо вех сил. — Не прикасайся ко мне! Отойди! — Она вытянула руку и попыталась встать. — Ч-что ты хочешь от меня?! Взрывная истерика ударилась об пустые стены. Бетти так страшно и отвратительно на душе, что голова шла кругом. Что он хочет от нее в конце то, концов? — Не кричи, — Джагхед поднял ее за горло, прижав нож. Бетти задышала часто, сердце отбивало бешеный ритм. Одно резкое движение и он перережет ей горло. Внутри все заныло, словно она уже ощутила боль от пореза. — Не хочу портить твое красивое личико. Джонс отошел, беря с пола сумку. Он начал складывать в нее все содержимое шкафа. Это были какие-то предметы скомканные в тряпку. Записные книжки, ножи и еще что-то там… Бетти все кусала губы и смотрела на дверь, но вдруг взгляд пал на нож, который Джагхед оставил на столе. Безумная мысль крутилась в голове, пока парень стоял к ней спиной. Купер сжала кулачки, подходя ближе. Он истязал ее, обманывал. Она даже спала с ним. С ним… с убийцей… На душе становилось паршивей не куда. Этими мыслями Купер пыталась оправдать свой будущий поступок? Но хватило ли ей смелости. Рывок. Парень обернулся. В трясущихся руках сжималась ледяная рукоятка ножа. Бетти даже себя не чувствовала, просто смотрела на Джагхеда, который застыл на месте, показывая свое удивление. — О-отпусти меня… — Хочешь убить меня? — ухмыльнулся парень. Ситуация набирала свой ход. Чем ближе Джонс, тем сильнее она понимала, что не сможет. Но руки сжимали рукоять сильнее, а в груди была неописуемая агония. Бетти оправдывала себя каждую секунду. Ей не будет жаль. Может быть она даже спасет несколько жизней от этого монстра. Грех становился своего рода геройством. — Давай, — парень подошел ближе и расставил руки. — Убей меня… — Джонс перешел на шепот. — чувство непонятного наслаждения разгоралось внутри него, жгло. — Я убью тебя… — Как и того парнишку? — Джагхед раскрыл глаза и повернул голову в бок. Бетти отшатнулась. Все слова застыли в горле, мысли смешались. Она не помнила… не помнила… « — Бетти! Пожалуйста! Бетти!» — голос отчаянно звавший ее, голос который она уже почти не помнила. — Уже не помнишь? Или просто не хочешь вспоминать? — нож рухнул на пол. Становилось трудно дышать, а слезы начали течь с открытых глаз. Невыносимо мерзко. Не от всей ситуации, даже не от Джагхеда, а от самой себя. — Глупая, глупая Бетти, — парень склонился над ней, гладя по щеке. — Еще с самого начала ты не поняла? Я все… абсолютно все знаю о тебе. Это я позволил тебе узнать, кто настоящий убийца. Не скажи, ты так бы и продолжала верить каждому моему слову. Попытайся сопротивляться мне еще, и я тебя уничтожу, — Джагхед остановился на трех последних словах. Теперь ей не сбежать, как в тот раз. Она попалась, как птица на наживку, которую схватили рукой. И если попытается улететь, то ее сожмут, и она умрет. Как жалко. Бетти была в не себя от страха переполнившего ее. Джагхед знал даже то, чего она не помнила или сама не знала. Он втерся в доверие, надел маску, но до сих пор ее не снял. Кто же он на самом деле?  — Вставай. Мы уезжаем, — Джагхед направился прочь из комнаты. — Коул… — промелькнувшее в голове имя выскользнуло из уст. Она сама не знала, как вспомнила это забытое имя мальчика из старшей школы. Все казалось несуществующим сном, иллюзией, но Джонс, услышав имя остановился. — Это… ты… его… убил?.. — губы еле шевелились, словно в полу бреду. Все чувства мигом рухнули и разбились об грязный пол. Бетти не помнила точных событий, лиц или обычных повседневных будней. Ничего, кроме ощущений собственной жестокости, мерзости, малодушия. «Ты ведь ни чем не лучше меня.» — слова Джагхеда пронзили сознание. С самого начала… Бетти подняла на Джагхеда стеклянные глаза. Он знал все. Он и правда может ее уничтожить. Больше морально, чем физически. Он убьет ее душу, оставив пустое тело. Жестокая правда, это настоящий шантаж. И Элизабет никогда бы не нашла выхода из всего этого. Можно бежать. Но смысл, когда не куда? Она полностью в его власти. Парень обернулся и поднял за руку Бетти. Он с усмешкой и с животным удовлетворением наблюдал за тем, как она перестала сопротивляться и принятием того, насколько все стало бесполезным перед ним. — Постепенно вспоминаешь, хорошо. Теперь ты знаешь, кому принадлежишь, — мужская рука сжалась на затылке, приближая девушку к себе. Расстояние между ними неумолимо таяло, а в конце поцелуй, где язык смешивал горечь в чужом рту. Бетти почувствовала, как постепенно внутри все гасло и омерзительная слизь обволакивала легкие. В груди разгоралось жгучее и дикое блаженство. Она утонула в своих пороках, лишь бы не дать правде просочиться на поверхность, выйти наружу. Не могла допустить, чтобы все узнали. Глаза открыты, а перед ними две бездны в темных цветах, а на губах ухмылка. Он дотрагивается до ее губ, которые до такой степени опухли и потрескались, что кровь окрашивала их в еще алый цвет. Джонс нежно прикоснулся к ее губам своими, просто прикоснулся, не заходя дальше. Тонкое прикосновение, трогательное, наполненное нежностью. Тепло, приятный запах и мягкие прикосновения исходили от него. Бетти прочувствовала те же самые ощущения, когда еще не знала, кто на самом деле Джонс. Когда он обнимал ее по ночам, гладил по голове и просто обнимал меж разговорами ни о чем. Почему из всех людей это был должен быть он? Но дьявол обманчив от начала и до конца…