Другая сторона реальности

Кит с недоверием смотрел на своё имя в списке с результатами, выведенных на большой экран в конференц-зале. Несмотря на то, что по учебной успеваемости он едва ли не последний, по результатам проходных экзаменов в симуляторе полётов он числился на первой строчке. Поступил. В зале стоял гомон: абитуриенты радовались или огорчались, все обсуждали результаты. Кто-то из преподавателей, курировавших внутренний экзамен на профпригодность, участливо похлопал Кита по плечу и поздравил с поступлением. Так странно получать похвалу после пары лет детдомовской жизни. Кит не ожидал, что ему с его "послужным списком", полным драк, побегов и даже одного погрома, кто-то будет рад в рядах кадетов. Краем уха он слышал, как сопровождающая из детдома завёла разговор о его проблемах с дисциплиной в школе, кто-то упомянул, что он занял одно из льготных мест. Возможно ли, что результаты пересмотрят с учётом его дисциплинарных проступков и откажут в поступлении? С другой стороны комиссия первым делом смотрела биографию каждого абитуриента, разве может быть его имя в окончательном списке поступивших, если бы детдомовская жизнь стала преградой к заветному месту в Гарнизоне? Эти переживания так неважны. Кит плевал на мнение людей, рады они ему или наоборот. Он поступил в Гарнизон. Поступил, не чтобы отправиться на войну и погибнуть в братской могиле, но чтобы внести свой вклад в победу. Широганэ стал для него примером для подражания, стал точкой отсчёта, которую Кит выбрал для последующего направления в жизни. Мысль о том, что они могли бы летать вместе и исследовать космос, эта маленькая глупая мечта вспенила в Ките эйфорию. Не будь войны, не будь инопланетных захватчиков, они бы могли жить спокойной и насыщенной жизнью, бороздить на космолётах по иным галактикам подобно пилотам больших кораблей из старых-старых фильмов и сериалов про путешествия за пределы Солнечной системы. Эйфория смешалась с удивлением, наконец достигнувшим Кита. Оно ударило внезапно, едва зародилась идея найти Широганэ и сообщить ему новость о поступлении. Неужели он действительно сдал экзамены? Столько раз Кит выслушивал о своей агрессивности и ненужности, о своей грядущей гибели в грязной подворотне от голода, потому что он мальчишка, который никогда не приживётся в обществе нормальных людей, который не способен радовать взрослых прилежностью и успехами в учёбе. Кит уже мечтал найти в толпе Джеймса, послушного золотого мальчика, которому директрисса приюта написала рекомендацию, этому двуличному ублюдку, и плюнуть ему в лицо. Кит может и не "лучший мальчик" приюта, но лучший по результатам внутреннего экзамена. Сопровождающая повернулась к нему с выражением отвращения, недовольная тем, что один из худших оказался лучшим вместо всеобщего любимчика. Она даже побрезговала заговорить с ним, настолько её переполняла злость, просто махнула рукой, приказывая идти за ней. Уплывший в свои мысли Кит, сияющий от гордости за себя Джеймс и ещё трое приунывших - не поступивших - детдомовцев гуськом поплелись к их автобусу, обычно старому и пыльному, однако вымытому снаружи до блеска в честь такого события. Всю дорогу Кит выслушивал поздравления ребят, адресованные Джеймсу, и язвительное перешёптывание, намеренно такое, чтобы Кит точно слышал, как детдомовские гнилостно обсуждают его и считают, что он жульничал. В какой-то момент даже сопровождающая присоединилась к разговору, и к их раздражению Кит слишком отвлёкся своей радостью, чтобы злиться на них и тем более реагировать. Какое теперь ему дело до этих людей? Совсем скоро он больше никогда их не увидит. Они так глупы, живут лишь тем, что дал им детский дом, не зная другой жизни. Воспитанники думают только о личной выгоде, подлизываются, лгут, воруют и бьют слабых, чтобы держать свой статус в иерархии и ни в коем случае не потерять теплое местечко. Для них не существует тех норм и ценностей, что присущи тому самому обществу нормальных людей. Они мечтают о богатой семье и не более. Их сопровождающая желает как можно скорее прийти домой и открыть банку пива, чтобы забыться в алкоголе и не страдать от того, что из-за своих ошибок она потеряла семью, друзей и даже доброе отношение коллег. Она не делала ничего, даже не пыталась измениться или изменить что-то вокруг себя, считая при этом судьбу последней сукой. Кит другой. Он знает вкус лучшей жизни - счастливые годы с отцом подарили ему внутренний стержень. Он живёт перспективами и планами, в нетерпении ожидая дня, когда можно начать действовать. Он готов меняться и исправлять ошибки, если это даст ему шанс на новую, лучшую жизнь. Нет смысла жалеть себя, как и нет смысла вешать все грехи на себя. Да, есть много виновных в том, где он оказался и сколько пережил, и всё же это не повод опускать руки. Да, это тяжело, невыносимо тяжело. Но отец всегда говорил, что Кит боец. Страх не выпускал его из своей хватки: учебная программа в Гарнизоне трудная, надо ужиться в коллективе, будут очередные конфликты с преподавателями. Однако блестящая звезда уже находилась в его руках, и будущее зависило только от его решений. Кит собрал свои вещи и пару книг, подаренных спонсорами приюта на праздниках, в выданную ему сумку и сел на продавленную кровать, не зная куда деть оставшееся время, мысленно пытаясь прожевать огромный кусок сегодняшних событий. Ночь прошла в мгновение, он очнулся от оцепенения рано утром, когда мотор машины злобно фыркнул и взревел. Сопровождающая с серым от похмелья лицом повёзла их на своём автомобиле, потому что приют решил не тратить деньги на автобус, раз поступивших только двое. По пути он привычно поцапался с Джеймсом по пустякам. Кит в какой-то момент даже решил исполнить вчерашнее желание и смачно плюнуть придурку в глаз, но, к счастью для того, они прибыли на место. Впервые за долгие годы Кит встретил действительно живых людей, если не учитывать встречу с Широганэ. По территории кампуса и общежития сновали кадеты, беззаботно болтающие, занятые решением домашки, обсуждающие всё на свете, но не занимающиеся травлей друг друга. Сопровождающая попрощалась только с Джеймсом и оставила их. Провести экскурсию и показать им комнаты поручили старшекласснице по имени Вероника, красивой голубоглазой девушке с изящными чертами лица и матовой смуглой кожей, выдающие её латиноамериканские корни. Она энергичным темпом походки вынуждала подростков ускорять шаг сверх привычной нормы, чтобы угнаться за ней. Попутно Вероника объяснила систему: средняя школа при Гарнизоне делится на пять классов, также здесь можно получить высшее образование, там уже деление на четыре курса. Буквально за десять минут они обошли правое крыло учебного корпуса, под конец завернув в просторное помещение, откуда шёл манящий запах еды. - Вот тут у нас столовая! - она обвела ладонью пространство, на котором кучки людей, разбившихся по интресам, классу, возрасту и дружбе, осадили почти все свободные столы. - Еда очень вкусная и сытная, особенно советую вам попробовать пятничные морковные пирожки, только надо успеть вовремя занять очередь, потому что их сметают мгновенно. Она вдруг наклонилась к ним, прежде посмотрев по сторонам. Кит и Джеймс сразу настрожились. - Ни в коем случае не берите здесь гороховый суп, никто не знает, из чего его делают, но он просто омерзительный на вкус, - заговорщеским шёпотом поведала Вероника. Она подмигнула мальчишкам. - Так сказать, ввожу в курс нынешней ситуации, чтобы вы не попали впросак. Следующей станцией оказался спортивный зал. Вероника рассказала кратко, где находятся раздевалка и душевые, и охотно продолжала делиться опытом. Следом они по точно такому же сценарию обошли левое крыло с библиотекой и заглянули в зал с симуляторами, попутно здороваясь с преподавателями, после встречи с которыми Вероника выдавала на них краткую характеристику и индивидуальный подход. Киту больше всего понравились симуляторы и зимний сад, напоминающий маленький клочок райского леса, а Джеймс простодушно восхищался всему подряд - от голографического столовского табло с меню до бабочек в саду. - А это общежитие, - Вероника указала на четырёхэтажное здание чуть в стороне от учебного корпуса. - Обычно ежегодный набор заселяется в комнаты выпускников, поэтому этажи можно разделить на классы. Сейчас первый этаж занимает в основном четвертый класс, большая часть первоклассников на втором этаже, а второй и третий класс соответсвенно на третьем и четвертом этажах. Кит недоуменно повернулся к ней, неуверенно глядя на погоны на её плечах, желая спросить про класс выпускников. - А пятый класс? - опередил его Джеймс. - Эти? - Вероника подняла брови, будто только что вспомнила, что в этом году ей выпускаться. - А, ну, так получилось, что пятый класс во время заселения раскидало по первому и второму этажу, так что иногда мы будем видеться. И она одарила их мягкой улыбкой, точно добрая рука пригладила по макушке. Вероника так часто улыбалась во время экскурсии, что Кита не покидало приятное ощущение внутри из-за её искренней доброты и отзывчивости. Ему нравился Гарнизон всё больше и больше. Комнаты в общежитии оказались уютные: небольшие, на двух кадетов, светлые и чистые, со встроенным в стену общим шкафом и двумя столами. На радость обоим детдомовцам, их определили в разные комнаты. Первым делом Кит выделил одну из полок в своей части шкафа под книги: они за эти годы стали ему друзьями. В тяжёлые дни он мечтал о способности, которая позволила бы ему перемещаться в мир внутри книг. Возможно, он остался бы в них навсегда. До учёбы оставалось четыре дня, а другие поступившие должны заселиться в общежитие не раньше, чем через два дня, поэтому на этаже царила тишина. Кит с удовольствием выбрался на прогулку по территории Гарнизона, чтобы провести день хоть с какой-то пользой. В основном его привлекал парк между общежитием и корпусом, в котором росли высокие дубы и молодые клёны. Манили к себе и тенистые места под кронами, и сочно-зелёный - благодаря системе полива - газон, прямо созданный для пикниковых посиделок. В отличии от первоклассников, у старших классов учебный год начался раньше, так что найти безлюдное место в парке оказалось немного муторной задачей - парк казался чудесным оазисом посреди пустынной местности, где расположился Гарнизон, поэтому у многих развилась привычка проводить время здесь. Как только Кит нашёл тихое место под тенистым молодым дубом, он достал свой зашорканный телефон и открыл чат. "Привет, чем занят?" Сообщение отправилось прямиком Широганэ. Кит быстро пристрастился переписываться с ним после их судьбоносной встречи, да и общение неплохо помогало справиться с ежедневным стрессом как ему, так и Широганэ, как тот однажды сознался после того, как они всю ночь жаловались друг другу и обсуждали свои проблемы. Ответ пришёл через пару минут: "Не поверишь, я уже вторую неделю не спасаю мир. Иногда думаю, что лучше уж полёты под шквальным огнём, чем когда начальство выносит мне мозг несколько дней подряд". Кит фыркнул на это. "Хах, а я, ты не поверишь, в Гарнизоне прямо сейчас". Конечно, не совсем так хотелось рассказать о поступлении. Киту хотелось сказать ему лично. "Что ты имеешь в виду?" Кит инстиктивно поднял взгляд и вздрогнул от неожиданности. Широганэ замер на дорожке в метрах десяти от него, в одной руке он держал телефон, другой сжал лямку сумки, прижимая локтём к телу планшет. - Окей, - протянул Широганэ, в недоумении хмуря брови, - предположим. Кит неуклюже встал и неловко отряхнул штаны, тем самым стараясь спрятать своё смущение. Вот и свершилось желание сказать лично, чёрт. И чего он ждал? Радости на его лице? Как глупо вышло. Конечно же Широганэ никогда бы не хотел видеть его в списках погибших. Никто бы в здравом уме не хотел. - Я набрал 267 баллов, - выдал Кит, когда подошёл ближе. - Круто, - выдавил из себя Широганэ, безуспешно имитируя радость. Обидная горечь искажала его мимику. - Здорово, неплохой балл для экзаменов. - Нет, это... Это баллы за симулятор. - О... - Широгане запнулся и, наконец, искренне проявил изумление. - Ай, чёрт, ты побил установленный мной рекорд, я на симуляторе набрал 259 баллов. Глаза Кита ошарашенно округлились. Широганэ на такую комичную реакцию слегка улыбнулся и этим почти рассеял накалённую атмосферу. Кит тут же картинно надулся: - Я надеюсь, ты хоть немного рад за меня, потому что мне пришлось терпеть три часа в душном древнем автобусе с кучкой придурков, которые спят и видят, как я дохну в канаве. - Я... Широганэ вздохнул, прежде чем солгать. - Я рад, дружище, - он слабо улыбнулся, но фальш треснула, раскрывая истинное. - И также я боюсь за тебя сам знаешь почему. Надеюсь, ты осознаёшь в полной мере, на какую судьбу подписался. Кит наморщил нос: - Мне тут нравится. Я здесь уже пару часов, а меня до сих пор никто не попытался побить. Широганэ сжал пальцами переносицу и вздохнул. Он перекинул сумку на другое плечо и на секунду задумался. - Прости. - Кит пустил взгляд. - Я должен был тебя предупредить. - Я категорически против того, чтобы тут учился. - Ты мне не мамка. - Я не изменю своё мнение. На щеке Широганэ неаккуратно выбритая утренняя щетина, на подбородке уже проросли колючие волоски. Воротник мятый и неглаженный, в целом весь его вид кричал о том, что всё не в порядке. - Ты… Эм, ты ну… У тебя всё хорошо? - неуверенно пробормотал Кит, пытаясь поймать бегающий взгляд Широганэ. - Что-то случилось? - Нет, нет… Я имею в виду да, у меня всё хорошо, - Широганэ неуклюже подхватил выпадающий из руки планшет. - Пустяки, просто очень устал. - Мы можем вместе перекусить, - предложил Кит, всё ещё надеясь, что ему удастся нормально поговорить с ним. - Я уже обедал, извини. - Тогда как насчёт встретиться за ужином? - Я буду занят вечером к сожалению… - Хорошо, - Кит потупил взгляд, не особо пряча огорчение. - Тогда хорошего тебе дня, ну и, эм, надеюсь мы ещё свидимся. Прежде чем Кит успел уйти, робкая рука потянула его за рукав. Он обернулся и увидел, как Широганэ смотрит на него виновато и в то же время изнеможденно. - Погоди, Кит, я хотел… Ай, чёрт, У меня в последнее время так много дел, так что давай спишемся сегодня вечером и поговорим? - Широганэ пытается слабо улыбнуться, что выглядит жалко с тёмными кругами под глазами. Разочарование от неудавшегося начала понемногу развеивалось. Надежда на хороший разговор загорелась в Ките. - Отлично! Можешь написать мне когда угодно, я ближайшие дня четыре свободен. Кит поднял большой палец в вверх, Широганэ ответил ему тем же, после чего они разошлись каждый в свою сторону. Проведя большую часть дня за прогулками по территории Гарнизона и глазея на достопримечательности, Кит наконец дождался ужина. Ему ничего не написали. После ужина Кит развалился на кровати и читал сайт школы при Гарнизоне, высматривая что-нибудь интересное, чтобы просто себя занять. Широганэ ему так и не написал. После того, как на часах уже стукнуло за полночь, Кит решил, что пора сходить в душ и лечь спать. Вряд ли они сегодня уже спишутся. В ту же секунду он получил сообщение: “Поднимайся на четвертый этаж, левый коридор до самого конца.” Звучало невероятно странно, но через несколько минут Кит дошёл до двери, ведущей на служебную лестницу. Железные ступени гулко отдавали эхом, как бы тихо он ни ступал, ещё одна дверь, а за ней, наконец, крыша. Широганэ ждал его там, прямо на покрывающих крышу солнечных батареях, ещё теплых, несмотря на давно зашедшее солнце. - Снова привет, - Широганэ улыбнулся ему. - Сегодня ночь нарушений? - в ответ ухмыльнулся Кит и сел рядом с ним. На его плечи опустился огромный, необъятный для его жилистого, тонкого тела китель. Тёплый-тёплый, с лёгким запахом сигарет и мыла. - И ночь откровений, думаю, - Широганэ немного вздохнул. Кит поднял бровь. Вот уж не ожидал, что друг поведает ему правду о своём состоянии. - Не смотри на меня так, - фальшиво-обиженно протянул Широганэ, - я бы рассказал ещё тогда, но если честно не был готов. Думаю, мы квиты? - Ладно, мы квиты, - Кит пихнул его плечом. - Я и Адам развелись, - сразу заявил Широганэ. Кит удивлённо на него уставился. Ему казалось, что их брак если не идеальный, то хотя бы в гармонии и покое. - Мы давно ссорились по многим причинам, но в последняя ссора… Стала последней. Вот. Ночной ветер мягко обдувал их холодом, но под ними - остывающие солнечные панели, на его плечах тёплый китель, а Широганэ не выглядел мёрзнувшим. Кит посмотрел на его руки, загоревшие, мускулистые, костяшки обветренные, а на подушечках пальцев твёрдые мозоли от упорной работы, а над большим пальцем правой руки родинка, и сразу представил, как Адам держал эти руки перед свадебным алтарём и произносил обоюдную клятву в вечной любви, понимании и заботе. Хотя не такая давняя дружба с Широганэ не идёт в сравнение с несколькими годами брака с Адамом, Киту сложно представить причину для развода. В принципе причину для ссоры. О чём вообще можно спорить с таким человеком, как Широганэ? - Мне очень жаль, - тихо произнёс Кит. - Это были явно счастливые несколько лет. - Мы были в браке всего год, - отвечает ему грустной улыбкой. - Но прежде встречались три года, так что да, это были неплохие времена. Может быть, если бы… Не изнуряющие обстоятельства, мы смогли бы найти компромисс. Кит сразу понял о каких обстоятельствах идёт речь. - Если задуматься, то неудивительно, что брак так быстро распался. Мы поспешили со свадьбой в таком юном возрасте, - Широганэ сардонически фыркнул. - Ладно, тогда это был поучающий опыт, - точно так же фыркнул Кит. - Что насчёт тебя? - Широганэ, снявший с плеч тяжесть исповедью, наконец взглянул на него как прежде. - Почему ты поступил сюда? В груди вдруг стало так узко и тесно, волнение захлестнуло Кита. Какая глупая у него мечта, может вообще не стоит о ней заикаться. Собрав все силы в кулак, он запрокинул голову, посмотрел на чистое звездное небо и сказал: - Я хочу однажды отправиться с тобой в путешествие к звёздам. Широганэ несколько секунд молчал. На планете вовсю идёт война с инопланетными захватчиками, так что разумеется ни о каких путешествиях в космос и речи быть не может. Если и повезёт добраться до звёзд, то только их потомкам. Когда Кит с тяжело бьющимся сердцем обернулся, Широганэ смотрел в ответ с нежной улыбкой, перекрывающей его полные грусти глаза, потому что мечта Кита ему близка, ближе чьё-либо мечты на этой планете, и одновременно так невозможна и далека, что верить в её исполнение глупо. Широганэ, несмотря на печаль, смотрел на него сияющими глазами: - Звучит замечательно.