wasn't built in a day

Чем ближе был день рождения Питера, тем больше коробок и упаковок загадочно появлялись на лестничных пролётах Башни и так же быстро исчезали. Вся команда лишь ухмылялась на это, а однажды Баки даже потрепал его, как Питер надеялся, в дружеской манере. Тони вовсю готовился к приёму гостей, порхая и раздавая приказы декораторам направо и налево. Теперь он нормально одевался по утрам, и Питеру даже показалось, что Тони побрился. Теперь паучок мог рассчитывать на хоть какое-то взаимодействие, и добивался этого так часто, как мог. Новой любимой игрой Паркера стали бесчисленные попытки пробраться мимо мистера Старка в зал конференций, где хранились все подарки. Тони ловил его и каждый раз очень наигранно вздыхал, притворяясь, будто не знает, что Питер делает это ради внимания. — Выметайся отсюда, пацан! На этот раз серьёзно! Нет… Нет, Питер, не трогай этот поднос! — Да ладно вам, мистер Старк! Это же мой день рождения! — Конечно, это твой день рождения, и у тебя будет всё, что захочешь, но не пока взрослые работают. Оу, у меня тут черлидерши на связи и они требуют моего внимания! Мистер Старк вручил Питеру канапе и, посмеиваясь, выпроводил из кабинета. — Вечеринка была в полном разгаре, но всё, о чём мог думать Питер — это то, что Тони явно преуспел. Тут были и танцовщицы, и члены Нью-Йорк Метс, и даже конфеты всех существующих форм и размеров. Обычное помещение Старк превратил в супер-навороченное-помещение, запихнул туда бар (к которому Питеру запрещалось подходить слишком часто) и танцпол, развесил на колоннах растяжки и бахрому, и даже подцепил наверху паутину с кучей красных и синих шариков, вывалившихся Питеру на голову, когда он задувал свечи на торте. Конечно же, было три пауко-торта, четыре шоколадных фонтана и где-то три сотни пауко-кексиков. Питеру вручили ключи от новенького джипа, Наташа подарила ему кожаную куртку, а Клинт протянул бумагу, гласящую «Абонемент на три урока по стрельбе из лука. Воспользоваться только тогда, когда Лихой Профессиональный Лучник сочтёт нужным, или же вокруг не будет происходить ничего более интересного». Мистер Старк исчез прямо в середине вечеринки, когда Мстители медленно, но верно из состояния подвыпивших переходили в пьяных. Клинт пил шампанское прямо из бутылки и пытался побороть на руках клекочущего Баки. Тор, явившийся без приглашения и чуть не раздавивший Питера своими объятиями, зажигал на танцполе под песни восьмидесятых на пару с захмелевшим Беннером. Питер улизнул от них к бару, где была Наташа. — Эээй, именинник! Уже полночь! Каково это — чувствовать себя восемнадцатилетним? — Пойдёт, — ответил Питер, шаркая ногами, — наверное. Нат вопросительно вскинула брови. — Я думала, что ты — ну, знаешь, — посчастливее будешь? Тони даже не соизволил остаться до конца вечеринки. Питер ненавидел чувство того, что Старк стал в его небе затмением, а он для него даже проблеском не был. Наташа задумчиво хмыкнула. — Выпьем за это? — Чего? Романова обогнула бар и подхватила бутылку водки. — Тебе восемнадцать, — сказала она так, будто это само собой разумеющееся. — Меру себе знаешь? И она вручила Питеру в руки бутылку. — Ага? — он слегка смутился. — Тогда лучше начни проверять прямо сейчас, — сказала Наташа с ухмылкой, напоминающей скалящуюся акулу. И Питер начал пить. Сначала по чуть-чуть, но как только алкоголь выжег его вкусовые рецепторы, глотать водку стало намного проще. В глазах Питера комната стала расплываться, и незнакомцы перестали быть такими неуместными. Музыка била в голову, окутывая разум приятной дымкой. Казалось, что вместо алкоголя Питер глотает фейерверк. Он чувствовал тепло по всему телу — в желудке, в кончиках пальцев, в… кхм. Паркер решил (точнее, эта идея возникала у него и раньше, но он успешно об этом забыл) найти мистера Старка. — В момент, когда Тор бросил Мьёльнир на пол и под бурные аплодисменты заявил, что провозглашает Питера Паркера Богом пауков, сам Питер, осматриваясь, пробирался сквозь толпу людей, где почти каждый умудрился похлопать его по спине и поздравить (с тем, что ему исполнилось восемнадцать?). Наташа урвала пауко-торт в виде чёрной вдовы и умостила его к себе на колени. Клинт поедал паучьи ножки, и они оба помахали Питеру, когда тот проходил мимо. — А кто-то, — Паркеру приходилось перекрикивать мощные басы музыки, — кто-то видел мистера Старка? — Что? — крикнул ему в ответ Сэм, у рта которого осталось немного чёрной глазури с торта. — Т-о-н-и С-т-а-р-к, — выделяя каждую букву так, что даже слюна попала на лицо Сэма, завопил Питер. Вытирая рукавом лицо, Сэм кивнул в сторону коридора, ведущего к комнатам гостей. Питер, ссутулившись, отправился туда и ему приходилось опираться на стену, чтобы не свалиться. Впереди не было видно абсолютно ничего (в этот раз как-то слишком темно), так что Паркер не видел дальше своего носа. Всполохи белого и оранжевого цвета появлялись прямо перед ним — так, стоп, а глаза у Питера открыты или закрыты? Вечеринку слышно было даже через стены. Питер услышал какие-то неразборчивые причмокивающие звуки, но тут же врезался в стену, которая почему-то заворчала. В глаза ударил яркий слепящий свет, и Питер закрыл лицо руками. — Аа-ау! — закричал он. — И как Паркер всегда нас находит? — зашипел суровый голос. — Он как будто голубь, летящий только на звуки поцелуев. — Тише! Питер, ты в порядке? Временная слепота Питера отходила на задний план. Перед ним стоял Кэп с айфоном, подсвечивающим пространство вокруг них. На заставке у Кэпа была фотография Баки, размахивающего куклой Капитана Америки и скромно улыбающегося, так, словно это выражение лица ему незнакомо и непривычно. Настоящий же Баки стоял в метре от Питера, скрестив руки, и его волосы были в абсолютном беспорядке после поцелуев. — Простите, ребят, — выдал Питер. — Извините, не обращайте на меня внимания, я тут просто мимо про-проходил, ну, зна-аете, это ж моя вечеринка, надо там разобраться с дела-ами… — Питер, ты пьян? — Кэп сделал шаг к нему, в то время, как Баки просто закипал. — Да нет, это же его день рождения! Ты его слышал, он просто мимо проходит, — Баки схватил Стива за руку, возвращая ближе к себе, и пальцами зацепил за петли ремня. — А вот ты точно пьян, — очень тихо сказал Кэп, посмотрев на губы Баки, и громко сглотнул. Баки шикнул, и Питер ускользнул от них. — Ты меня любишь, — Паркер услышал слова Барнса, после которых Стив засмеялся, а затем притих. Питер пробрался в ближайшую комнату и запер за собой дверь. Он был в одной из комнат, предназначенных для героев, дипломатов и всех остальных, приглашенных Тони «потусить». Как только глаза Питера привыкли к темноте, он заметил, что дверца шкафа слегка приоткрыта. Изнутри проникал тусклый свет, падающий на паркетный пол. Паркер уже почти забыл об этом, как вдруг внутри что-то двинулось и раздался всплескивающий звук. Питер кинулся к шкафу и обнаружил там мистера Старка с наполовину опустошённой бутылкой бурбона. Его галстук сбился на бок, и он не особо удивился появлению Питера. — Поздравляю с восемнадцатилетием! — Тони поднял бутылку, салютуя. — Ещё шестьдесят лет до того, как загнешься. — Верно подмечено, — Питер прикрыл за собой дверь, ощущая влажные ладони, почти что прилипшие к щеколде, и Тони, всё еще держащий в руках бутылку, усмехнулся. — Прости, что не смог остаться на вечеринке, парень. Просто, знаешь, там все такие счастливые, и ты в том числе, а я… Старк замолчал и откинулся назад, упираясь головой в стену. Он передёрнул плечами, а Питер упёрся взглядом туда, где находились ноги Тони. — Ну, — это был Питер, — я бы так не сказал. Повисло молчание. — Господи, какой же я идиот. Вот, мне не стоит этого делать, но держи. Все забыли о дяде Бене. Питер сделал вид, что всё в порядке (ведь нет ничего хуже, чем неуклюжая жалость кучки старшеклассников), и люди забыли, что половина вселенной Паркера истекла кровью у него на руках. Они забыли, что Питер никогда не был «золотым» ребёнком. Мистер Старк протянул бутылку, которую Питер выхватил и сделал небольшой глоток, прикладываясь губами к тому месту, которого только что касался Старк. Сначала бурбон показался ему лучше, чем водка, но Паркер тут же закашлялся, и Тони засмеялся. — Чтобы прояснить: такого больше не повторится. Нам в Башне не нужны два алкоголика. Питер кивнул. Какое-то время они просто делили между собой бутылку в приятной, дружеской тишине. Лицо Тони в тусклом свете выглядело очень умиротворённым, и Питер никогда не видел Старка таким молодым. Рубашка Тони была расстёгнута на несколько пуговиц у горла, и оттого казалось, что он будто весь нараспашку. Уязвимый. Питер хотел его больше всего на свете, без какого-либо повода. Теперь он точно вхлам пьяный. — Вы в шкафу, — проговорил Питер неразборчиво, — и я тоже. Тони искоса посмотрел на него. — Ага. Погоди-ка… Это что, каминг-аут? Потому что, если да, я, по-моему, не совсем готов. Питер так усиленно замотал головой, что та снова закружилась. — Не-не-не. Нет. Хотя, может быть? Мне нравятся парни, — голос Паркера сломался, и в итоге последнюю фразу было сложно разобрать. Мда, не о таком драматичном признании он мечтал последние полтора года. Ну какой идиот, Господи. — Оу, — Тони был слегка потрясен, — только парни? — Нет, — Питер почесал переносицу и осмотрелся. — Девушки тоже, наверное. Мне так кажется. Мистер Старк вдумчиво кивнул, решив для себя просто смириться. — Мне тоже. Ну, в том плане, что я не прочь выручить парня, если ты понимаешь, о чём речь. Тони насупил брови, переводя взгляд на бутылку бурбона, будто обвиняя Jim Beam в том, что ляпнул это. — Мм, круто, — Питер сделал вид, что только что сказанные слова никак не отразились на его возбуждении. Паркер плохо соображал и вряд ли осознал, что в какой-то момент и его тело, и мозг одновременно решили пошло оно всё нахуй. И тогда Питер сделал шаг ближе к Старку и одной рукой подтянул его ближе. — Мистер Старк, — его голос сорвался, — может, вы и мне кое с чем поможете? Их близость явно творила что-то с Питером. Ему жарко, чертовски жарко. От алкоголя и от того, насколько Тони сейчас к нему близок. Питер сходил с ума, и он был так пьян, что это действительно казалось хорошей идеей. Он выхватил бутылку из рук Тони, соприкоснувшись с его пальцами, и кинул её на ковер. — Помочь тебе?.. Мистер Старк будто задохнулся собственным воздухом, когда Питер подался ещё вперед и укусил его за мочку уха. — Господи, что ты… ммм… Питер руками сжал Тони сильнее и толкнулся бёдрами, чтобы Старк почувствовал, как же он возбуждён. Питер даже не понял, когда возбудился так сильно. — Блять, — кажется, Тони не знал, куда деть руки, — да ты пьян. Он попытался оттолкнуть Питера, но тот не сдвинулся с места. Его разум был затуманен, ему просто хотелось этого здесь и сейчас. Питер притянул мистера Старка за волосы ближе и губами спустился к пульсирующей венке на его шее. Он медленно прошёлся по ней зубами, а потом присосался к месту под подбородком Тони. Паркер услышал отчётливый щелчок, когда мистер Старк сжал челюсти. Щетина на его шее колола Питеру подбородок, и он протиснул ногу между бёдер Тони, вжимаясь сильнее и слегка покачиваясь на носочках. Питер чувствовал, как возбуждается мистер Старк. — Пожалуйста, мистер Старк, — он шептал. — Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, вы мне нужны… Тони зарычал, но Питера это не остановило. — Пожалуйста, я хочу, чтобы вы мне помогли. Помогите мне, пожалуйста. Он снова спустился языком к горлу мистера Старка, а затем протянул руки Тони к ремню своих шорт. — Нет, — выдохнул мистер Старк, — не нужно. Он пытался отклониться, но Питер был сильнее. — Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, — Питер умолял, — вы же сказали, сказали, что это мой день рождения, и у меня будет всё, что только захочу. Я хочу этого. — Я совсем не это имел в виду, — сказал Тони, но Питер приник ближе и Старку пришлось отвернуться. Он вздохнул и прикрыл глаза. — Пожалуйста, мистер Старк. И Тони позволил Питеру запустить его руку себе в шорты, к нижнему белью. Питер прижал его разжатую ладонь к своему члену и застонал от того, какой горячей та была. — Блядь, — Тони задохнулся во второй раз. Старк обернул руку вокруг члена Питера и нежно провёл по нему. Питер издал громкий гортанный стон и Тони выдохнул сквозь сжатые зубы. — Сильнее, вот… Вот так, — Питер повернулся и теперь прижимался спиной к груди мистера Старка. Тони поменял позу и еле слышно простонал, когда Паркер прижался задницей к его ширинке. Старк ласкал член Питера, слегка сжимая и проводя ладонью по всей длине, от основания до головки. Конечно же, его движения были идеально выверены. Питер всхлипнул и Старк прикрыл ему рот рукой. — Тише, именинник, — прозвучало у уха Питера. Старк будто тоже сошёл с ума. Питеру захотелось провести языком по ладони Старка — это он и сделал, и тогда Тони протолкнул свой средний палец ему в рот, и Паркер вобрал его полностью. — Блять, — Тони снова зашипел. Старк так сильно прижимался к Питеру, что с каждым движением ладони по его члену, парень сильнее и сильнее вжимался задницей в член мужчины и пытался стонать, всё ещё облизывая пальцы Тони. — Господи, ты такой… это так… — Старк спрятал лицо где-то в изгибе шеи Питера, и Пит почувствовал его колючую бороду на своём подбородке. Это всё было слишком — запах Тони, его солёный привкус на языке у Питера, и то, как он касался Паркера. Будто хотел выжать всё до последней капли. — Мм-мм, мистер Старк, пожалуйста, пожалуйста, — полузадушено хныкал Питер. Он ёрзал, пытаясь получить больше; больше касаний, больше тепла, просто больше… пожалуйста. — Чёрт, давай, малыш. Давай, я знаю, что ты близок… Рукой Тони поддерживал Питера так, чтобы он откинул голову ему на плечо; Старк усилил хватку, слегка наклоняя шею парня, и оставил горячий укус прямо у бьющейся вены. Питер почувствовал член Тони, и тот вжался в него ещё больше, ещё сильнее. — Давай, детка, кончай. Кончай, Питер… И Питер кончил. Он кончал, и это казалось бесконечностью, будто его внутренности и мозг выжгли, и лишь в голове набатом стучало мистер Старк-мистер Старк-мистер Старк. Они оба часто и тяжело дышали, набирая воздуха в лёгкие. Питер чувствовал спиной, как вздымается и опадает грудь Старка. Он развернулся, когда Тони вытащил руку из штанов и откинулся к стене, всё еще сомневаясь, стоит ли вновь его касаться. Рука, только что побывавшая у Паркера во рту, безвольно болталась у его бедра. Взгляд мистера Старка был таким затуманенным и потрясённым, что казалось, что он вот-вот действительно сойдёт с ума. Питер, не разрывая зрительного контакта, поднёс чужое запястье ко рту и слизал собственное семя с горячей ладони. Тони протяжно застонал и тут же притянул Питера за волосы, вовлекая в поцелуй. Они целовались по-настоящему, и Питер чувствовал зубы Тони на своих губах, и… Господи. Господи. Мистер Старк сжимал его так крепко, что Питер чувствовал чужой член, упирающийся в бедро. Старк целовал и целовал его, не останавливаясь. Он то ласкал его языком, то всасывал губу так, что Питер даже приподнялся на носочки, пытаясь оттолкнуть мужчину. Ему нужен был воздух; Паркер дышал тяжело и отрывисто, словно его ранили. Тони подтянул ненужную футболку Питера и опустился, чтобы поцеловать его живот, на что Питер по-детски рассмеялся и принялся гладить его волосы. Как только Старк поднял футболку выше и обвёл языком чужой сосок, Паркеру стало совсем не до смеха. Питер стонал и притягивал Тони за его белый воротник ещё ближе. Паучок никогда бы не подумал, что у него такие чувствительные соски. — Ммм, тебе так нравится? — голос мистера Старка ломался. — Да, — простонал Питер, — нравится. Тогда Тони поднялся, чтобы снова поцеловать Питера, и Питер почувствовал собственный стояк (он даже не заметил, как это произошло). Тони целовал его, а рукой спускался всё ниже, касаясь парня сквозь штаны, и — ох — это даже, блять, лучше, чем Питер себе представлял в пошлых мечтах. Они оторвались друг от друга, чтобы набраться воздуха, и Старк коснулся члена Питера так, что тот простонал «Ох, мистер Старк» на манер обморочных героинь из бульварных романов. И вдруг Тони в мгновение убрал руки от Питера. — Боже, что я… Что я делаю?! Он оттолкнул Питера от себя, не прикладывая особых усилий. — Но мистер Старк! Всё нормально, всё хорошо, — бормотал Питер. — Господи. Тони покосило. С растрёпанными в разные стороны волосами и красными глазами он выглядел потрясённо, будто из него разом выжали всю энергию. Старк тяжело дышал, прикусывая опухшие и покрасневшие после поцелуев губы. — Даже, даже не смей, — отрезал Тони. — Ты вообще понимаешь, как это неправильно? Чёрт… Он провёл рукой по лицу. — Я же… я тебя на тридцать лет старше! Это никаким… — Я уже взрослый! — перечил Питер, пытаясь не выдать обиду и разочарование в голосе. Мистер Старк нервно рассмеялся. — Едва! Едва! Да и с каких пор восемнадцатилетки считаются взрослыми? — Это законно… — О да! Теперь ты меня точно переубедил, давай-ка продолжим то, чем мы тут занимались! Боже мой, пацан, я же тебя с пятнадцати лет знаю! — Ну, я… — Питер начал краснеть, — я хотел вас с тех самых пор. Это не совсем правда, но раз уж Питер так сказал, то он в этом уверен. Паркер так сильно хотел мистера Старка, что даже не знал точно, когда это началось. Тони выглядел так, будто ему только что зарядили пощёчину. — И чт-что? Меня это должно было успокоить? Потому что ты только всё усугубил, Питер, спасибо. И тут Старк, наверное, вспомнил при каких обстоятельствах он в последний раз называл Питера по имени, потому что тут же осёкся и покраснел. Тони спрятал лицо в ладонях. — Просто… просто выметайся, ладно? Питер коснулся бедра Старка, и того будто передёрнуло. — Нет, Питер. Я же сказал. Но Питер убрал руки только, чтобы повиснуть на Тони. Он закинул руки ему за плечи и прижался ближе, чувствуя, как соприкасаются их бёдра и всё ещё возбуждённые половые органы. И Питер словно получил электрический разряд (Боже храни спортивки). Паркер провёл носом по шее мистера Старка, касаясь его губами везде, кожа к коже, останавливаясь на щеке. Он взял лицо Тони в свои ладони. — Нет, не нужно. Питер рассматривал длинные чёрные ресницы Старка, обрамляющие залёгшие под глазами круги. Его губы призывно блестели. Питер поцеловал Тони, но тот промычал так, словно ему только что разбили сердце. Они снова целовались. Питер слегка прикусил губу Старка, и Тони провёл языком по его нижней губе, и… — Прекрати. Старк оттолкнул его. — Ладно? Перестань. Тони пытался отдышаться. Руками он оттянул ткань своих спортивок, натягивающихся у ширинки, чтобы уменьшить давление, не осознавая, что делает это. Старк выглядел растерянным, уставшим и… возбуждённым. — Давай, Питер, уходи. — Ладно, ладно, — парень поднял руки в сдающемся жесте. Он еле сдерживал рвущиеся наружу эмоции. — Вот ещё что. Вы будете прикасаться к себе, когда я уйду? Просто, чтобы прояснить. Тони кинул в него футболкой, и Питер услышал приглушённый стон, как только выбрался из шкафа. В итоге, Питер выблевал половину своих внутренностей, но это был не самый худший его день рождения. На следующий день Тони выловил его и затолкал в кладовку для инструментов, чтобы сказать, что такого никогда не повторится, что отношений между ними быть не может, что это безумие и противоречит здравому смыслу, что… Они целовались целый час, пока Тони не сбежал оттуда (предположительно, в холодный душ), а Питер в итоге провалялся на постели, прижимая пальцы к губам и всё ещё ощущая чужой вкус. Он не волновался. У них ещё есть время. В конце концов, Рим тоже не за один день построили.