Микки

Питер проснулся около семи утра, когда на улице зарядил дождь, надоедливо барабаня по оконному стеклу. Сегодня суббота, а значит в школу не надо, вообще никуда не надо. Парень ещё около часа бездумно пялился в потолок, ожидая начала требовательного хныканья из соседней комнаты. Был конец марта. Последние месяцы Паркер не замечал течения времени. Каждый день похож на предыдущий: подъём, завтрак, школа, домашка, ужин, сон. Никаких геройств, город гадает куда исчез Человек-паук, а уровень преступности потихоньку растёт. Но ему плевать, вообще на всё наплевать. И на себя тоже. Он замкнулся, ушёл глубоко в себя, послал мир на три буквы и больше не вспоминал. Жить на автопилоте проще, а потому это его вариант. Тогда, в середине декабря прошлого года, он оставил попытки стать лучше. В тот день, когда Старк предпочёл промолчать, Питер домой не вернулся. Это случилось лишь на следующий день. Он пришёл рано утром и, заметив уснувшую на диване Мэй, отправился спать, даже не позаботившись об остатках сажи на лице, о рассечённой брови, о пропахших дымом волосах. Он проспал до вечера, а открыв глаза обнаружил тётю рядом с ним. Она сидела на краю кровати и гладила его по голове, а заметив, что её племянник проснулся, улыбнулась и обняла его. Тогда ему было хорошо, всего мгновение, но это было. После этого Паркер окончательно оборвал все контакты; ни с кем не общался, никому не позволял приближаться. Поначалу он ловил беспокойные взгляды Неда, замечал вопросительно поднятую бровь Мишель, подколы от Флеша, которые он каждый раз игнорировал, а потом всё это постепенно исчезло. Люди сторонились его, переставали замечать, жизнь стала ещё более блеклой, но парень считал, что так даже лучше. Погода этой весной, по мнению многих, оставляла желать лучшего: дожди всё лили, а солнце выходило раз в неделю и всего на пару часов. Температура воздуха понемногу повышалась, позволяя почкам понемногу набухать. Утро выдалось до ужаса обычным. Питер ещё вчера уныло сделал домашку, а потом полночи заканчивал проект по биологии, который нужно было сдать только через неделю; поэтому выходные у него были действительно свободные. За завтраком Мэй уговорила племянника прогуляться. Ему не очень-то и хотелось, но спорить с тётей не хотелось ещё больше. Поэтому сразу после утренней трапезы он полез в шкаф в поисках одежды, которая не промокнет насквозь, и наткнулся на картридж с паутиной. Нельзя точно сказать, что сподвигло парня отыскать шутеры и взять их с собой, но он всё-таки отправился на прогулку по знакомым улицам, а точнее сказать крышам. Около часа он бесцельно бродил по улицам. Дождь всё шёл, куртка уже вымокла насквозь, а заходить куда-нибудь или идти домой не хотелось. Питер приметил ту самую крышу, где раньше подолгу курил и наблюдал за людьми. Захотелось залезть на неё. Тогда эта идея казалась в крайней степени неплохой. Кирпичная стена была скользкая из-за дождя, поэтому взбираться по ней было несколько затруднительно, но Паркеру всё же удалось залезть, а после и удобно устроиться под навесом, которого тут раньше точно не было. Это было что-то похожее на тканевую беседку, которую устанавливают на заднем дворе своего дома в пригороде семейные пары. Под тентом стояла пара плетёных кресел и круглый стеклянный столик, а на нём пепельница. Конструкция была установлена явно недавно, иначе паук бы помнил её. Что ж парень был благодарен человеку, обустроившему крышу, и надеялся, что тот не появится в ближайшие пару часов. Паркер сел на краю крыши, ту часть навес также защищал от дождя, вытащил из кармана пачку сигарет и закурил. Было холодно и сыро, а тлеющая сигарета в чуть подрагивающих пальцах как-будто согревала. Подросток где-то слышал, что люди обычно курят либо от нервов, либо от скуки. Он не помнил откуда он это взял, но подумав решил, что утверждение очень даже верное. В его случае точно. — Эй! — голос недовольный и кажется обращаются к нему, Питеру. — Какого чёрта?! Это моя крыша! Голос принадлежал худощавому парню, что стоял позади с бумажным стаканом в одной руке и телефоном и зонтиком в другой. Короткие розовые волосы были с одной стороны убраны заколкой и обрамляли красивое лицо. На носу сидели узкие очки с розовыми стёклами. Он был одет в розовую шубку, под ней виднелась водолазка цвета топлёного молока, и узкие голубые джинсы. На ногах были белые кожаные кеды. — А… Да, извините, — пробормотал Паркер, собираясь уйти, но его вновь окликнули. — С тобой всё хорошо? Ты какой-то депрессивный? — участливо спросил владелец крыши, подошёл к паучку и заглянул тому в глаза. — Если это из-за девушки, то шли всё в задницу, потому что эти личности не понимают, что в жизни упускают. Присаживайся, я попрошу Сью сделать нам чаю. Ты же пьёшь чай? — он дождался кивка. — Сьюзи! Из мансарды фактически выбежала девушка, невысокая брюнетка одетая в аккуратное чёрное платье чуть выше колена с отложным воротником. — Сьюзи, милая, сделай нам чаю и всё к нему прилагающееся, пожалуйста. Та лишь кивнула и упорхнула в помещение. — Я Эллис, кстати. И этот дом весь мой, — буднично сообщил Эллис. — А ты у нас кто? — Питер. В каком смысле весь? — Ну, полностью, — тот развёл руками пытаясь обозначить целостность. — Я купил его. А ещё это крыша для Паука. Я надеялся встретиться с ним, познакомиться, поэтому и приобрёл это здание. Однако, так уж случилось, что он куда-то подевался, и мой план не сработал. Ты не подумай, я хоть и фанат, но не псих. — Ты, типа, богатый фанат? — Да, — парень в шубе активно закивал. — Именно так. Слава богу, хотя бы кто-то это понял. Не знаю кто ты, но мы определённо подружимся. А вот и наш чай! Спасибо, дорогая! Ох, это что клубничный чизкейк? Золотце, ты всегда знаешь как меня порадовать! Пока розововолосый пил чай, глядя куда-то вдаль, и жевал свой клубничный чизкейк, Питер пытался понять мотивы своего нового знакомого. Даже попытался уточнить, но тот просто проигнорировал вопрос. — Далеко отсюда живёшь? — спросил Эллис, когда дождь начал усиливаться. — Нет, — тихо ответил паук, — не очень. — Тогда пошли внутри переждём, — сказал он, поднимаясь с кресла. — Я, конечно, люблю дождь и Паучка особенно, но моя шубка воду не переносит. К тому же Ронни наверняка соскучилась! — прикуривая тонкую сигарету, продолжал вещать тот. — Ронни?.. — вопросительный взгляд. — О, ты обязан с ней познакомиться! Пойдём! Через несколько минут они оказались внутри и спускались на этаж ниже. По словам Эллиса, там располагались его личная студия. Питер не очень хотел знать, чем занимался его новый знакомый, только потому что это было явно что-то нелегальное. Заработать такое количество денег, даже с продажи оружия, было просто невозможно. — Проходи и располагайся. Пойду найду Ронни, — парень снял шубку и положил её на спинку кожаного кресла. Паркер осмотрелся: студия занимала всё пространство. Стен, ранее разделяющих этаж на квартиры, почти не было: остались только несущие. Несмотря на это, окна оставались на своих местах, проёмы явно не расширяли. Питер предположил, что это было сделано в целях конспирации. Тут из-за стены появился Эллис. Держа в руках маленького сфинкса, он аккуратно сел в то самое кожаное кресло на котором висела его шуба. — Знакомься, это Ронни, — сказал тот, усаживая кошку на колени. — Это была кошка моего приятеля, но, к сожалению, он умер около года назад. Красивая, правда? Действительно, Ронни была красивого серого оттенка, а при таком освещении, казалось, что она отливает голубым. Питер до этого никогда не видел представителей этой породы, только на картинках в интернете. И, признаться, он был впечатлён. — Иди сюда, погладь её. У нас давно не бывает гостей, кроме меня и Сьюзи Ронни давно ни с кем не общалась. Думаю, она будет рада с тобой познакомиться, — улыбнулся парень. Паркер подошёл ближе и, присев на корточки перед креслом, аккуратно погладил сфинкса: она была очень теплой и бархатной на ощупь. Когда до кошки дотронулись незнакомые руки, та открыла глаза: один был яркого голубого цвета, а второй жёлтый с зеленоватым отливом — и чуть двинула головой навстречу, улавливая новый запах. Как ни странно, животное абсолютно спокойно обнюхала руку подростка, лизнула и, не почувствовав угрозы, приняла изначальное положение на коленях хозяина, тихо урча. — Ты ей нравишься, — всё ещё улыбаясь сообщил тот. — Как ты относишься к алкоголю? Потому что я бы выпил за знакомство, дорогой! — Ну, я пью, но это редкость, — откликнулся Питер, продолжая гладить кошку. — Тогда, садись на диван, а принесу нам выпить. Побудь с Ронни, хорошо? Паркер, следуя указаниям, сел на диван и, осторожно взяв кошку на руки, стал следить за перемещениями нового знакомого от дивана к барной стойке и холодильнику, а затем за ловкими движениями рук, которые, выудив бутылку из шкафа, разливали напиток по широким прозрачным бокалам с короткой ножкой. — Дорогой, ты когда-нибудь пробовал бренди? Или только коктейлями баловался? — Не знаю, возможно и пил, но я этого не помню. — Что ж, — Эллис подошёл к дивану и сел рядом с паучком, — тогда попробуй и запомни этот чудесный вкус бренди. За знакомство! — отсалютировал он и пригубил из бокала, его собеседник последовал примеру хозяина дома. Они просто сидели молча, пили бренди и смотрели друг на друга, иногда друг другу улыбаясь. Питер рассматривал пирсинг и татуировку парня, сидевшего рядом: она выглядывала из-под воротника футболки на шее — разглядывал худые руки, держащие бокал в одной и электронную одноразку в другой, смотрел на аккуратные ногти выкрашенные в чёрный, на кольца на них, на розовую челку и на серо-русый ежик начинающийся на висках — очевидно его натуральный цвет. Эллис был красивый, весёлым, чуть манерным и очевидно эстетом. Таких людей паучок ещё не встречал. Было странно приятно и спокойно в обществе этого человека. Паучье чутьё молчит, а значит угрозы этот парень не представляет, поэтому можно расслабиться. Молодые люди просидели так довольно долго, настолько, что не заметили, как начало темнеть, а дождевые капли больше не стучали по стеклам многочисленных окон. Тишину в помещении прервала Сьюзи: — Мистер Уокер, вы останетесь на ужин сегодня? — спросила она. — А? — встрепенулся тот и взглянул на наручные часы. — Уже так поздно?! Нет, Сьюзи, спасибо, на сегодня ты свободна, только накорми Ронни, пожалуйста. Питер, дорогой, кажется мы засиделись. Давай я отвезу тебя? Мне всё равно по делам нужно ехать. — Спасибо, не нужно. Тут не далеко, — смутился Паркер. — Пое-ехали, а то опять дождь пойдёт. Не хочу, чтобы ты промок. Эллис встал и, взяв шубку, ключи и телефон, а так же кинув в карманы какие-то вещи, поманил подростка за собой. Тот понял, что упираться бесполезно, поэтому взял свою куртку и, попрощавшись с Ронни и Сьюзи, поспешил за парнем. Когда они оказались в лифте, хозяин дома подмигнул паучку и нажал на кнопку с «0», рядом значилась пометка «ГАРАЖ». Спускались они так же молча, а когда лифт остановился на нулевом этаже, и его двери открылись, представляя взору Питера помещение, где аккуратными рядами вдоль стены стояли автомобили накрытые белыми и розовыми чехлами. — Извини, сейчас коллекцию показывать нет времени, но я обещаю, мы прокатимся на каждой! — весело сообщил Уокер. — А теперь за мной! С этими словами он подошел к одному из автомобилей, на котором был розовый чехол и стянул его. Глазам парня предстала Ламборджини Хуракан глубокого пурпурного цвета. Эллис взял Паркера за руку и, подведя его к машине, усадил изумлённого парня в пассажирское сидение, а затем сам залез в спорткар и завёл двигатель. Тот издал возбуждающее рычание. Автомобиль плавно двинулся к выезду из гаража, а затем изящно вырулил на дорогу. — Какой адрес, дорогой? — поинтересовался парень. — Э… Сандерс-стрит 63-85, — замялся паучок. — Действительно не далеко. Хочешь, поедем в объезд? Прокатимся? — Было бы здорово, но разве тебе не нужно по делам? — У меня ещё полно времени! Я включу музыку, хорошо, сладкий? — Хорошо. Остановившись на светофоре, розововолосый потянулся к телефону и, подключившись к аудиосистеме, включил музыку. Сначала подростку она показалась немного агрессивной и чересчур громкой, но уже на середине песни он втянулся и теперь вместе с владельцем ламборджини отдался битам и, расслабившись, плавно двигался, пока они неслись по подозрительно свободной улице, изредка тормозя на светофорах. Эллис периодически затягивался одноразовой электронкой выпуская клубы сладкого пахнущего дыма. В конец расслабившись, Питер попросил тоже затянуться. Выдыхая дым, он начал осознавать, что вот тут ему спокойней, вот сейчас с этим странным розововолосым парнем, которого он совершенно не знает, здесь в дорогой машине в облаке сладкого дыма — ему комфортно. Ему определённо лучше. В этих размышлениях он и не заметил, как автомобиль остановился возле его дома, а Уокер, сделав музыку тише, повернулся к нему. — Дорогой, не хочу прерывать твой кайф, но мы уже на месте. Дайка, мне свой телефон, — ухмыльнулся парень, смотря как его спутник встрепенулся, а затем, взяв телефон в руки, вбил свой номер и, перезвонив себе, протянул обратно подростку. — Завтра я буду занят, но в понедельник я буду рад, если позвонишь или… Я могу сам позвонить, — сказал он подмигнув. — Я тоже буду рад созвониться, только… — Знаю, школа. Позвони тогда после уроков, дорогой. — Хорошо, — улыбался уже Питер, выбираясь из салона автомобиля. — Ну, я пойду. — Спокойной ночи, Питер! — крикнули ему в след. — Рановато, тебе не кажется? — Я думал, хорошие мальчики ложатся спать пораньше! — Я и хороший — не совсем совместимы, — смеётся подросток и закрывает дверь. — Спокойной ночи, Эллис! — А я уверен, что совместимы! Паучок обернулся и посмотрел вслед пурпурному Ламборджини. Он улыбался. Ему стало лучше.