underfeelings

      У Намджуна только всё более чем спокойно. Никто не проверяет ни снаряжение, ни оборудование, ничего. Сам король занимается рутинными делами и отдыхает, а у Тэхёна вообще своя загадка с именем небезысвестного омеги.       Тэ, конечно, не дурак. Он записку оставил Юнги вполне осознанно, но каким бы необычным не был этот мальчишка, альфа уверен, что волноваться ему незачем.       Сокджин, после тату-мастера, когда домой приезжает, то получает довольный взгляд от Джуна и чашечку любимого принцем глясе, который Ким сделал для него.       Всё в поведении Кима как бы кричит о том, что Джин всё сделал правильно. Сам Джин только в правильности своего поступка не уверен, точнее, точно знает, что ошибся, позволил мужчине добиться того, что он хотел.       — Ты ведь этого добивался, да? — зло шипит мальчик на брата, пока попивает кофе. — Чтобы я закрыл имя, чтобы стал никем. Теперь я даже не омега официально.       — Не ной, — жёстко обрывает Намджун, чуть морщась. — Я собирался просто отдать тебя какому-нибудь альфе на воспитание, раз этого не смог добиться я, может, выставить на аукционе. Мать воспитала тебя слишком…       — Мама научила меня чувствовать, любить, чего не скажешь о тебе, — Джин срывается на крик, со злостью глядя в чёрные глаза. — Тебя воспитывал отец. Думаю, он более чем доволен тем, что получил. Он вырастил себе собственного убийцу и наверняка гордится тобой.       Мужчина влепил брату пощечину, глядя на него с абсолютно непроницаемым лицом, никак не реагируя на обвинение.       — Наша мать была его силой, а потом она заболела и умерла, и отец сошёл с ума…       — Так ты это называешь? Он был убит горем, он…       Мальчик за покрасневшуюся щеку держится, но не позволяет себе уступить Джуну.       — Он король. Он должен был заниматься королевством. Да, такое случается. Люди умирают. Но эта связь сделала его слабым, поэтому, да. Я убил его. Я не позволю такой нелепой ерунде, вроде любви, управлять моей волей и мыслями. Думал, ты уже усвоил этот урок.       — Ты чудовище. Когда-нибудь у кого-нибудь появится и твоё имя на шее, и тогда ты узнаешь, что такое связь.       — Не появится, — альфа как-то нехорошо улыбается, что юноша передёргивается. — А ты в своего влюбился что ли? Не зная о нём ничего? Да и о какой связи ты болтаешь, если Хосока явно больше интересует тот мальчишка, чем ты. Не смеши меня, — Намджун хмыкает, встаёт и направляется на выход, бросая на последок. — Ты сам же себе лучше сделал. Теперь можешь жить в королевстве Ким как альфа, учиться и работать кем захочешь.       Мужчина уходит, а Сокджин прекрасно понимает, что он-то может, да кто ему даст.       Джун брата терпеть не может. За его характер, который считает слабым, и никогда этого не скрывал. Он хотел его переделать? Сломать? Не вышло. И не выйдет, король это понимает.       Кажется, Джин уже видит своё будущее наперёд.       Ему не пережить войну с Чонами.       Альфа, действительно, своего брата ненавидит. Зато гордится двоюродным.       Да, королевство Пак ему, и правда, не нужно. Ведь оно, теоретически, и так его.       Что-то всё же отец сделал правильное в своей жизни. Решение отдать брата за короля Пак было одним из самых разумных. Намджун в этом всё больше убеждается, глядя на Чимина.       Чимин — не совсем идеал омеги для Кима. Точнее, вообще не его типаж. Но он замечательный, в этом сам мужчина уверен. Чим красивый, изящный, с хорошим чувством стиля. Он немного эмоциональный, очень нежный, но об этом знает только Джун, потому что для всех он сильный, и даже жёстокий, по меркам омег, правитель.       И да. Ким им гордится.       Он только не знает, что его правая рука в королевстве Пак почти прописалась.       А Тэхён, и правда, туда зачастил. Он ездит туда, якобы по делам, пользуясь договором об свободном проезде между их территориями, а сам с парня не сводит взгляд.       Тэ никогда не встречал такую омегу. Мужчина любуется им, пленяется его красотой и гибкостью, когда тот дерётся, или в тот единственный раз, когда альфа застал его танцующим, на что Чимин потом отнекивался, что это просто хобби.       И одновременно блондин им восхищается, как правителем. Потому что Намджун подтверждает тот факт, что у юноши нет ни стратега, ни внешнего советника, ни правой руки.       А ещё Ким его исследует, проверяет. Чимин его эксперимент, над которым альфе в радость работать.       Самому омеге же вся эта ситуация не нравится. И если бы всё дело было только в вопросе субординации между королём и, буквально, вторым лицом другого королевства.       Пак просто не хочет близости с этим человеком. Не хочет, потому что знает — дай слабину, позволь расслабится, и Тэ этим воспользуется. Тот даже не скрывает в каком именно плане хочет юношу. А вот ему потом зашивать зияющие дыры в душе, что этот мужчина оставит, да скрывать имя на шее, он в этом уверен, ой как не хочется.       Чимин его, на самом деле, даже боится, но этого, конечно, не показывает.       Однако все летит под откос, когда… ну, как обычно.       — Чимин, ваших родителей убили да?       Омега кивает, мысленно кляня Намджуна. Потому что он этого точно не рассказывал.       — Да, пять лет назад, их…       — Застрелили прямо на улице в один из праздников. Убийцу тогда так и не нашли, да? Жалко их. У вас был очень симпатичный папа.       У короля, кажется, сами внутренности леденеют, а сердце на секунду останавливается. Он только и может что на автомате допроводить Тэхёна, а потом разбитым куском упасть на диван в гостиной, уставившись в одну точку.       Потому что сомнений никаких.       Пак прекрасно знал, кем был альфа до того, как его нашёл и пригрел Намджун, сделав своей правой рукой.       Тэхён был наёмником.

И он убил его родителей.