La Ignorancia

Слово дано человеку, чтобы скрывать свои мысли.

Э.Юнг.

      — Что происходит между мной и Снейпом? — Гермиона притворно рассмеялась, но тихо, чтобы их третья соседка по комнате не проснулась. — Ты сама хоть слышишь, как смешно это звучит? — девушка уселась на кровать и начала переодеваться. Джинни не сводила с неё глаз.       — Может, ты и права, и это действительно странно звучит, — Джинни устроилась на кровати рядом с Гермионой. — Но почему ты не доверяешь мне? Ты даже не сразу рассказала, что рассталась с Роном. Это из-за него?       — Из-за кого? — спросила Гермиона, натягивая ночную рубашку и залезая под одеяло.       — Из-за Снейпа, конечно.       — Ты на что намекаешь?       Джинни хитро улыбнулась, глядя на подругу. Эдакий непрозрачный намёк на то, что без подробностей она не уйдёт.       — Снейп тут не причем! Как он может мне нравиться? Он старше меня, он мой профессор, неприятный…       — Дай угадаю, сколько раз ты репетировала эту речь в своей голове, Герми? — Грейнджер резко замолчала, перебитая на полуслове. — Но ты не можешь отрицать, что он тебе нравится. То есть… — Джинни вздохнула, глядя в пол, — я же вижу, в каком состоянии ты возвращаешься каждый вечер из подземелий. Сначала я старалась не обращать на это внимание, но потом, все эти ваши прогулки в лесу…       — Мы просто собирали ингредиенты и больше ничего, — нервно начала Гермиона, но Джинни прервала её:       — Взгляды, которыми вы обмениваетесь на уроках, за обедом, в коридорах…       — Что? Обычные взгляды… — сердце Гермионы забилось быстрее.       — Нет, совершенно не обычные, — Гермиона откинулась назад, закрыв лицо подушкой. Джинни широко улыбаясь и почти залезла на подругу, пытаясь стащить подушку с её лица. — Я знала это, знала! — воскликнула младшая Уизли. И тут же прикрыла рот ладошкой. Показавшееся из-за откинутой подушки лицо Гермионы было красным, но с улыбкой на губах и блеском в глазах. Раньше Джинни за ней такого не замечала.       — Ты думаешь, я сошла с ума, правда? — Джинни постаралась принять самый невинный вид, хотя в душе она была далеко не таким ангелочком. Гермиона снова уткнулась в подушку, продолжая приглушенным голосом:       — Клянусь, я ничего не могу с этим поделать.       — Мерлин! — несмотря на подозрения, Джинни всё же думала, что ошибается. И вот теперь не знала, что делать с признанием подруги. Та самая Джинни, сестра неугомонных близнецов Уизли — была взволнована и ошеломлена. — Великий Мерлин! Снейп!!!       — Ш-ш-ш, замолчи!       — Прости, прости, — Джинни упала рядом с подругой, устроившись поверх одеяла. Когда Гермиона, наконец, вылезла из-под подушки, они некоторое время молча смотрели на полог кровати, скрывающий от их взглядов потолок. — И как давно?       — Не знаю… Это проявилось так неожиданно…       — Когда он тебя спас, он тебе уже нравился? — Гермиона снова покраснела, но из-за темноты Джинни этого не увидела.       — Да и достаточно сильно…       — Вот черт!       — Что по-твоему мне делать?       — Думаешь, ты нравишься ему? — Джинни повернулась, внимательно глядя на подругу. — Он начислил тебе баллы на уроке… Да, думаю, ты ему нравишься, — обе засмеялись, зажимая рты, стараясь не разбудить остальных.       — Ради Мерлина, Джинни, ты должна была быть голосом разума…       — Ты права, права, — Джинни не могла перестать смеяться. Открытие было слишком неожиданным для неё. — Ради Мерлина… Ты ему что-нибудь сказала?       — Я недостаточно глупа, чтобы сделать это. Джинни, если бы ты знала! Он такой… Не знаю, как объяснить…       — А он?       — Конечно, нет! Ты же знаешь, что он не такой! — словарный запас будто испарился.       Некоторое время они молча смотрели вверх, на полог.       — Ради Мерлина…       — Я знаю…       — Это же Снейп!       — Я знаю! — Гермиона потерла глаза, повернувшись на постели, бросила взгляд в окно, затем снова посмотрела вверх и завозилась под одеялом. — Клянусь, я не знаю, что со мной не так…       — Ты влюблена, Герми, — сказала Джинни, серьёзно посмотрев на подругу. — Ты влюблена, это очевидно.       — Да, — выдохнула Гермиона. Теперь она могла излить душу Джинни. — А ты правда думаешь, что он смотрит на меня?       — Ну, иногда вы так странно замираете, — Гермиона улыбнулась, кусая губы. — Думаешь, он заметил?       — Теперь, когда ты это сказала…        — Ты — заметила. А он старше, и у него больше опыта… — Гермиона неожиданно запаниковала и резко села на кровати. — Он может догадаться?       — А что, если он уже знает? Знает и поэтому возится с тобой на этих дополнительных занятиях? Ведь он не кажется очень недовольным вашими занятиями, ведь так? — этих слов оказалось достаточно, чтобы Гермиона снова плюхнулась на кровать и закрыла лицо подушкой. Слишком много надежд разбудили в ней эти слова. — Хотя, может, он ничего не знает, и воспринимает тебя просто как ученицу, которая слишком много просит.       — Да… Это более вероятно, — Гермиона снова выглянула из-под подушки.       — Но… ты его любишь? — девушки переглянулись. — Настолько, чтобы начать действовать?

***

      Декан Слизерина скучающе зевал за столом во время завтрака. Мисс Грейнджер и младшая Уизли вошли в зал с опозданием. И если Гермиона прошла не замечая его, то Джинни посмотрела прямо ему в глаза и хитро улыбнулась. Снейп почувствовал раздражение и перевел взгляд на соседей по столу, где Хагрид учинил настоящий разгром, пытаясь намазать хлеб маслом.       — Вам не нужно ничего из леса, профессор Снейп? — Северус отрицательно покачал головой, на что лесничий, продолжая жевать, сказал:       — Я видел, как вы с Гермионой снова собирали ингредиенты.       Трелони поперхнулась молоком. Северус бросил на неё презрительный взгляд, в то время как Хагрид заботливо предложил свою салфетку. Минерва продолжала сидеть спокойно, как будто ничего не слышала и ничего странного не произошло. Свою заинтересованность она ничем не выказала.       — Это для её проекта? — Минерва поправила шляпу, строго глядя на него. На это Северус скривил губы, стараясь изобразить улыбку.       — Да, и для моего тоже. За дополнительные занятия нужно платить.       — Платить… — Слагхорн только что сел за стол, но верно уловил тему разговора, — мисс Грейнджер? Работа с ней — это награда для любого школьного учителя.       — Свое свободное время я предпочитаю посвящать собственным исследованиям, — холодно сказал Снейп, которого явно раздражало присутствие коллеги. — Хотя, полагаю, что для того, кто может только преподавать, работа с мисс Грейнджер может быть наградой, как вы и сказали, — черные глаза декана Слизерина с холодностью скользнули по Слагхорну, который кивнул, смущенный ледяным тоном слов коллеги.       — Награда за многое, награда за многое… — пробормотала Трелони, привлекая к себе внимание соседей за столом, продолжая завтракать. Снейп фыркнул. Его раздражали непонятные фразы прорицательницы. Если в них и был смысл, то Сибилла его очень глубоко прятала.

***

      — Хорошо, Гермиона, давай всё проясним, — Джинни предложила подруге сесть чуть подальше от остальных и шепотом продолжила: — Какие у нас есть зацепки?       — Зацепки? Это же не детективное расследование, Джинни! Кроме того, Снейп — мой профессор, и не сделал ничего, что не делают другие учителя.       — Да, но Снейп не «другой» учитель. Ты думаешь, что если бы я попросила его о дополнительных занятиях, он бы согласился? — слова Джинни вновь заставили Гермиону поверить в невозможное. Но, как умная девушка, она боялась выглядеть глупой в глазах других.       — Ты полагаешь, что он думает обо мне? То есть ты думаешь, что он не стал бы дополнительно заниматься с любым другим учеником, например с тобой? Знаешь, не все ученицы будут просить у него дополнительные занятия.       — Возможно… Он начинает подозревать? — Джинни и Гермиона задумчиво переглянулись.       — Мы не можем объективно поставить себя на место учителя в этой ситуации, Джинни, — даже сдать экзамен по Прорицанию казалось Гермионе проще, чем посмотреть на всё глазами Снейпа. Обе устало вздохнули и задумались о том, что же делать дальше, как их неожиданно осенило…       — Хагрид!

***

      Уроки прошли без приключений. А сразу после них подруги поспешили к кромке леса. Хагрид не ожидал их увидеть. Полувеликан кормил Клыка, которого Гермиона старательно игнорировала.       — Гермиона, Джинни! Какой сюрприз! Готовитесь к экзаменам?       — До них ещё несколько недель. Единственная, кто их уже ждет, это Гермиона, — пошутила Джинни, открывая дверь в хижину. — Мама прислала укропный чай, хочешь попробовать?       Обрадованный полувеликан пригласил на чай и их, и через несколько минут, в хижине, втроём, они болтали и пили этот чай (который оказался довольно горьким и требовал много меда). К счастью, Хагрид был настолько увлечен предметом, который преподавал, что не прошло и трёх минут, а он уже говорил о своих занятиях.       — Хагрид, скажи, что бы ты сделал, если бы какой-нибудь ученик попросил у тебя дополнительные занятия по уходу, например, за драконом? — Гермиона бросила на Джинни предупреждающий взгляд и толкнула локтем. Зачем задавать такой прямой вопрос? Однако Хагрид не удивился.       — Обязательно бы дал их. Это честь для меня!       — А если бы это была ученица?       — То же самое, — сказал Хагрид, почесывая бороду, не замечая нового тычка, которым Гермиона наградила Джинни.       — Не думаю, что это то же самое. Если ученица умна и симпатична, совершеннолетняя, возможно ты был бы озадачен, — Джинни и Хагрид засмеялись над описанием, Гермиона же пыталась их поддержать, тоже смеясь. Правда её смех отдавал фальшью. Она должна была расслабиться, должна была сделать это. — Неужели ты бы не подумал, что нравишься ей?       Хагрид удивленно посмотрел на Джинни.       — Вряд ли бы мне вообще пришло такое в голову. Красивая и умная девушка? Она никогда не посмотрела бы на такого старика, как я. Кроме того, я некрасивый, — это был хороший пример, ведь Снейп тоже не отличался привлекательностью, по крайней мере по мнению Джинни. А что думала Гермиона? Находила ли его милым?       — Джинни, ты и твои предположения… — Гермиона встала, чтобы взять свою куртку и вернуться в замок, но Хагрид ещё не закончил.       — Как раз сегодня мы говорили о дополнительных занятиях, которые дает профессор Снейп, — Гермиона покраснела и повернулась к обоим спиной, надевая куртку. Джинни хмыкнула. — Как твои успехи, Гермиона?       — Нормально, — она превращалась в лгунью. Ужасную лгунью. Кто может поверить этому детскому тону и пронзительному голосу? Только Хагрид.

***

      Расследование практически не дало результатов, и Джинни была этим разочарована. Она следила за Снейпом, но его отношение к Гермионе на уроках было обычным. Единственная странность произошла в обед: Северус и Гермиона время от времени смотрели друг на друга, отводя глаза, как только объект наблюдения это замечал. Много раз подобным образом Снейп следил за Гарри, а Гарри за ним. Все казалось одновременно и запутанным, и простым… Но вечером, когда и Снейп, и Гермиона направились к выходу разными путями, то встретились на выходе из Большого Зала. Оба могли выйти, проем был огромным, но замерли, ожидая когда пройдет другой. Это было странно, но осталось никем незамеченным. Но Джинни ведь знала ситуацию, наверно поэтому каждый жест вызывал в ней подозрения. Она улыбнулась, глядя, как Гермиона торопливо прошла мимо профессора Зельеварения, не поднимая глаз. Джинни ждала реакции Снейпа, но на лице профессора ничего не отразилось, когда он вышел за ученицей и пошел в другом направлении.       Для Гермионы это не имело значения, ведь подсказок не стало больше, чем было в начале. Но поделившись секретом с Джинни, она почувствовала облегчение: по крайней мере, у нее был кто-то, с кем можно было поговорить о Снейпе… Она явно сошла с ума, и Джинни не убедила ее в обратном. Но младшая Уизли с вниманием и энтузиазмом слушала её рассказы о героическом Северусе Тобиасе Снейпе. И ещё Джинни частенько уверяла, что Снейп тоже неравнодушен к Гермионе, и ей стоит рискнуть и признаться… Но это был не голос разума, а голос подруги.

***

      — Я проверил ваше зелье. Оно слишком жидкое, нужно положить больше аристолохии, — сухо сказал Снейп, встретив мисс Грейнджер в библиотеке. Гермиона подняла на него глаза от учебника арифмантики. Появление Снейпа застало её врасплох.       — И как?..       — Если оторветесь от чтения, на которое тратите всё свободное время, то сможете найти это растение в лесу.       — Ах, — Гермиона продолжала сидеть, пытаясь сформулировать ответ, но Снейп не дал ей ответить.       — Разумеется, что вы не можете пойти одна, — надежда вспыхнула в груди Гермионы, и она благодарно посмотрела на профессора, который внезапно заинтересовался пейзажем за окном. — Я проинформировал Хагрида. Он согласился сопровождать вас.       Разочарование не дало Гермионе удержаться от вопроса.       — А вы? — Снейп уже собирался уйти, но остановился, приподняв бровь и приковав взгляд к ученице. Казалось, он удивился её вопросу.       — У меня есть более важные дела, чем быть вашей нянькой, мисс Грейнджер, — его развевающаяся мантия скрылась за стеллажами, а Гермиона раздраженно захлопнула книгу так сильно, что мадам Пинс неодобрительно посмотрела на неё.       — Я не ребенок, — прошептала Гермиона расстроенно.

***

      Вечером, Снейп снова стоял сзади и через плечо Гермионы смотрел на её зелье, под которым она только что погасила огонь.       — Теперь вашему зелью надо настояться неделю, — заявление профессора как всегда не отличалось эмоциональностью. Гермиона кивнула, глядя на ещё пузырящееся зелье. Она не ожидала закончить так быстро.       Это был конец, последнее занятие со Снейпом…       — Да, к этому времени полностью осядет порошок чешуи, — Гермиона машинально вытерла руки о собственные изношенные брюки, но Снейп протянул ей маленькое полотенце. Девушка еще смотрела на него с благодарностью, когда профессор сообщил:       — Перелейте содержимое в одну из этих стеклянных банок. Затем можете идти.       Гермиона поняла, что полотенце было не для того, чтобы вытереть руки, как она решила сначала. Оно требовалось, чтобы не обжечься об горячие ручки котла. Но этот джентльменский жест… Хотя более по-джентльменски было бы, если бы Снейп помог ей с тяжелым котлом, перелив зелье. Но Гермиона ни словом не пожаловалась. Это было её последнее вечернее занятие с ним.       Оба продолжали молча работать. Снейп не отходил от собственного котла и явно считал присутствие Грейнджер таким же незначительным, как любое другое украшение в классе, если бы таковое было в этом аскетичном, холодном помещении.       Закончив, Гермиона очистила котел и инструменты. Снейп не просил её об этом, но не сказал ни слова против, когда Гермиона подошла к раковине и начала уборку. Стояла тишина, прерывающаяся лишь шумом воды. Гермионе хотелось подумать об этом последнем дне рядом с профессором. Но она была слишком сосредоточена на том, чтобы создавать как можно меньше шума, чтобы не мешать его занятию. Ведь Снейп так любит свою работу…       — Можете взять его, — Гермиона замерла услышав голос Снейпа. Она держала в руках котел, раздумывая куда его поставить, когда профессор заговорил, даже не глядя на неё. — Уверен, что этот котел пригодится вам больше, чем ваши учебные копии.       — В этом нет необходимости, профессор, — немного резко ответила Гермиона скорее от застенчивости, чем от заносчивости.       — Возьмите его, Грейнджер, — черные глаза Снейпа обратились к ней. — Мне он не нужен.       Гермиона улыбнулась ему и поставила котел обратно на стол рядом со своими записями и некоторыми личными инструментами.       — Тогда…       — Приходите через неделю, чтобы проверить результаты вашего… зелья, — насмешка промелькнула в его голосе, но Гермиона этого не заметила. Кивнув Снейпу, поблагодарив и пожелав ему доброй ночи, девушка скрылась за дверью. Как всегда, он ей не ответил.

***

      — И? — Джинни ждала её, одетая в пижаму и напряженная как пружина. Она с удивлением посмотрела на Гермиону, вошедшую с тяжелым котлом в руках, но счастливо улыбающуюся. — Только не говори мне, что Снейп приказал тебе закончить зелье здесь…       — Нет, мы его уже закончили, — Гермиона быстро подошла к своей кровати, поставила котел на ночной столик, рядом с толстыми книгами и села на кровать, продолжая улыбаться. Джинни выжидающе посмотрела на неё. — Он подарил мне его.       — Что?       — Он подарил мне котел, — никогда еще они так не радовались, даже когда Рон признался Гермионе в любви. Подруги, схватившись за руки, радостно завизжали.       — Великий Мерлин! — Джинни последнее время часто вспоминала великого волшебника. — Вот видишь?       — Да, но… — Гермиона пыталась отдышаться, чтобы привести мысли в порядок. Её рациональность требовала найти опровержение. — Снейп сказал, что этот котел ему больше не понадобится или что-то в этом роде. Это нормально, что он мне его отдал. На самом деле я для него — склад ненужных вещей.       — Пожалуйста, замолчи! Снейп сделал тебе подарок! — воскликнула Джинни, и Гермиона хотела ей поверить.       — Есть еще кое-что: мы закончили зелье, — обе переглянулись, вмиг став серьезными. Джинни знала, что это было зелье «развеивающее влюбленность», которое Гермиона варила в компании Снейпа, что еще больше усиливало её чувства. — Больше я его не увижу.       — Мерлин… — обе замолчали на мгновение, и Джинни наконец спросила:       — Ты выпьешь его?       Гермиона уже надела пижаму и улеглась под одеяло.       — Я не знаю… Посмотрю через семь дней, когда зелье будет готово. Я не знаю, что делать…       — Гермиона, — Джинни села рядом с ней на кровать, глядя на подругу с крайне серьезным выражением лица. Такого взгляда Гермиона не видела у неё со времён войны, — ты должна ему сказать.       — Ты сошла с ума?! — Гермиона даже не хотела думать о подобных глупостях. Она повернулась к Джинни спиной. — Это будет моим унижением, он никогда…       — Он никогда что? Он мужчина. Да, он Снейп, но он — мужчина. И ты его любишь.       — Я не люблю его! Это просто… просто подростковая влюбленность, которая пройдет…       — Гермиона, — тон Джинни был серьезным, — у тебя уже были мимолетные влюбленности, и ты знаешь, что в этот раз всё по-другому. Ты действительно любишь его. И должна ему сказать.       — Нет! Он только посмеется надо мной…       — Или нет…       — Или да! Он посмеется надо мной, и я не смогу ходить на его занятия.       — Гермиона! Скоро больше не будет никаких занятий, — Гермиона в нерешительности посмотрела на Джинни, а та продолжала:       — Ты должна узнать, чувствует ли он к тебе что-нибудь. Он никогда не признается тебе первым… Ты же слышала Хагрида! Подумай об этом… Думаешь, Снейп подарил бы Гарри хотя бы грязную тряпку? Пошел бы с Невиллом собирать ингредиенты? Драко просил у него дополнительные занятия по ЗОТИ с третьего курса, и ничего! Очнись!       — Это другое. Когда Драко просил его, Снейп ещё был шпионом, ему было некогда, — Джинни раздраженно заворчала.       — Ты любишь его, но не хочешь узнать, отвечает ли он…       — Джинни, очнись сама! Ты не видишь, что он вдвое старше меня и я явно не вызываю у него никакого интереса? — Джинни покачала головой и направилась к своей постели.       — Если ты не рискнешь, то никогда не узнаешь правды. Спокойной ночи.       Гермиона неохотно ответила и повернулась к ней спиной. Котел Снейпа стоял на ночном столике и, казалось, дразнил её.

***

      Сегодня был матч по квиддичу между Слизерином и Рейвенкло. Гермиона пришла на матч с Луной, это был официальный повод. Почему Снейп выглядел так хорошо, когда ветер ударял ему в лицо? Или когда капитан команды Рейвенкло лишил Слизерин возможности забить, и Снейп презрительно скривил губы? Северус не казался ярым спортивным болельщиком, но всегда гордился принадлежностью к Слизерину.       «Он посмотрел на меня!» — заметив взгляд Снейпа, Гермиона быстро повернулась к Луне, спросив, нравится ли той игра. Но Лавгуд промолчала в ответ, так что Гермиона говорила сама с собой, как сумасшедшая, что казалось лучшим вариантом, чем быть раскрытой профессором. Неожиданно она поняла, насколько сильно будет скучать по нему, если не увидит его больше.       На следующий день Гермиона читала книгу, расположившись под большим дубом. На самом деле это был лишь повод, чтобы побыть одной. Она прочитала не больше трех страниц и даже не понимала, о чем идет речь. Откровенно говоря, эту книгу в библиотеке она выбрала за размер — за ней было удобно прятать лицо, чтобы никто её не видел. Гермиона не могла перестать думать о Снейпе так же как и все предыдущие месяцы, но теперь это стало невыносимым. Неуверенность грызла её, а слова Джинни смешивались с воспоминаниями о Снейпе: вот они гуляют в лесу, вот он несёт её на руках после спасения от Пушка, а вот они идут рядом по замку… Это было слишком! Гермиона потрясла головой, продолжая неконтролируемо улыбаться. Прижавшись лбом к старым желтым листам книги, она вздохнула. Абсурдно думать, что он может подойти и…?       «Кто бы мне помог?» — Гермиона смотрела на вечернее летнее небо. Кто-то словно бросил заклинание Алохомора в её мысли, выпустив на свет все фантазии… Она представила, как признается в любви профессору, а он страстно отвечает ей. Смущенный, он, конечно, сначала всё отрицает, но вот она касается его, он поднимает на неё глаза и в конечном итоге признает, что давно в неё влюблен. Она хотела слишком многого? Пропустив часть объяснений, Гермиона перешла в мыслях к сцене поцелуя. Интересно, Снейп хорошо целуется?       Той ночью Гермиона спала всего два часа.       — Что будешь делать? — шепот Джинни вырвал её из мира грез. Гермиона посмотрела на темный потолок комнаты.       — Пока не знаю…

***

      Джинни, посвященная в тайну Гермионы, предложила подруге заняться своей внешностью, ведь всем известно, что мужчины любят глазами. Вместе они пересмотрели несколько журналов мод и решили, что делать дальше. Возможно, именно это откроет для Гермионы путь к сердцу Снейпа. Они решили провести проверку на одном из уроков по зельям посреди недели. В этот раз Гермиона пришла на занятия с собранными в прическу волосами и с небольшим количеством макияжа. Снейп заметил эти перемены. Увидев накрашенную Грейнджер, он недовольно нахмурился, и после урока Гермиона поспешила в ванную комнату, чтобы смыть всё и вернуться к обычному виду. Это был явно не лучший способ понравиться Снейпу.       «По крайней мере, он заметил изменения в тебе», — утешала её Джинни.       Сегодня уроки прошли как обычно, а после занятий Гермиона тщательно помыла голову. Её волосы всё еще быстро грязнились, но сегодня она не планировала стоять над котлом, а только забрать готовое зелье. Гермиона не смогла поужинать, тревога угнетала её. Осталось всего четыре недели занятий, последняя из которых — экзамены. Сможет ли она это вынести?       Глубоко вздохнув, стоя перед зеркалом в своей комнате, она решительно сжала губы.       Путь до подземелий показался ей очень коротким, и Гермиона не могла сдержать легкую дрожь в руках, остановившись перед дверью в класс зельеварения. Может, не стоит идти? Может, оставить всё, как есть?       — Войдите, — чертов Снейп как всегда спокоен.       Гермиона толкнула дверь. Профессор был поглощен собственными экспериментами и какое-то время не обращал внимания на вошедшую и нерешительно замершую Гермиону. Взгляд девушки пустился скользить по классу, но неизменно снова и снова возвращался к темной фигуре Снейпа.       — Добрый вечер… — слабым голосом произнесла Гермиона. Это прозвучало так трогательно, что она захотела вернуться во времени и поздороваться еще раз. Снейп насмешливо посмотрел на неё. Впрочем, выбирая между презрительным взглядом и саркастичной насмешкой, второе определенно было лучше.       — Я думал, вы не придете, — сказал Снейп, смутив девушку. Распрямившись, он отошёл от своего котла и кивнул в сторону полки, — ведь вас не было на ужине, — закончил он фразу, заставив мурашки пробежаться по её телу. Гермиона судорожно кивнула.       — Я не хотела есть.       — Так даже лучше, эффект наступит быстрее, — добавил Снейп, вновь указывая на шкаф, в этот раз рукой. Гермиона, наконец, отреагировала и взяла бутыль со своим зельем, сосредоточившись на том, чтобы не уронить её. Такой слабой и неуклюжей она не чувствовала себя давно. Наконец эта тяжёлая бутыль была поставлена на стол. Снейп наблюдал за Гермионой, оперевшись руками на стол и ждал. Но она ничего не делала, только поставила бутыль и понюхала содержимое. Северус поставил перед ней пустой стакан. — Согласно вашей формуле, половины стакана должно быть достаточно.       Гермиона словно ожила, взяла тяжелую бутыль двумя руками, наклоняя над стаканом. Снейп продолжал стоять рядом. Почему он не вернулся к своему зелью и не оставил ее в покое? Девушка едва могла двигаться: скованные жесты, сосредоточенное выражение лица.       — Удалить симптомы влюбленности… — хмыкнул Снейп, наблюдая, как густая жидкость наполняет стакан. — Влюбленность — это серия химических реакций, подавив симптомы, можно ликвидировать состояние, — Гермиона подумала, что не нуждается в лекции о собственном зелье. В конце концов, именно она его изобрела.       Стакан был наполовину наполнен, Гермиона протерла тряпкой капли, попавшие на стол, и посмотрела на Снейпа. Профессор смотрел на бутыль с зельем, удовлетворенная улыбка играла на его губах. Он, казалось, очень хотел увидеть результат их совместной работы в действии и не понимал, почему Грейнджер медлит.       — Не волнуйтесь, я проверил ваше зелье на этой неделе… Оно совершенно безопасно, вы не отравитесь. Максимум, что вы можете почувствовать, это тошноту.       «Максимум», — гениально! Мысль, что её будет тошнить перед Снейпом должна была её страшно воодушевить?! Гермиона мысленно посмеялась над собственной удачливостью.       — Вы уже пробовали моё зелье?       Снейп опустил руки в карманы сюртука, рукава которого были засучены. Он был без мантии, что позволяло взгляду Гермионы беспрепятственно изучать его фигуру.       — Я? — спросил Снейп, с иронией поднимая бровь. — Мисс Грейнджер, это вы тот человек, который грезил этим зельем с начала зимы. Пробуйте, если оно подействует, то вы будете номинированы на «Ведьму года», — он шутил, ожидая её действий, но вскоре улыбка пропала с его лица. Глаза Гермионы наполнились слезами, она упрямо сжала губы. — Мисс Грейнджер?

***

      Гермиона обратила внимание на розовый цвет своего зелья, оно выглядело как клубничный коктейль и пахло чем-то кислым.       Время словно замедлило для неё свой бег. «Подавление симптомов поможет ликвидировать состояние», — когда она выпьет это, всё прекратится: она перестанет попадать в нелепые ситуации и мучиться в тишине. Все вернется в норму. Она уйдет из Хогвартса с высоко поднятой головой и высочайшими оценками. И никогда не увидит Снейпа… Гермиона подняла глаза, Снейп стоял с серьезным выражением лица, но в его позе чувствовалась тревога. И он хотел, чтобы она выпила свое зелье, хотя не знал, от чувств к кому Грейнджер так хотела избавиться. Даже не догадывался. Вот ответ на её вопрос. Сейчас Гермиона могла бы с уверенностью сказать Джинни, что Снейп даже не подозревает о её любви. Он не знал, что если она выпьет это зелье, то перестанет мечтать, перестанет дрожать в его присутствии, перестанет бороться с собой, стараясь не смотреть на него, перестанет фантазировать о их возможном будущем, в её животе перестанут порхать бабочки, когда она случайно пройдет рядом с ним, его голос не заставит её больше нервничать, она не будет старательно отводить глаза, боясь быть раскрытой. Снейп не знал, что если она выпьет зелье, то перестанет называть его по имени в мыслях, глупо улыбаться в коридорах и вздыхать после каждой встречи с ним. Исчезнут её навязчивые мысли о нем, она перестанет следить за каждым его действием, исподтишка, шпионя…       Гермиона вспомнила тот раз, когда Снейп вошел в хижину Хагрида, как загустел воздух между ними, все движения словно замедлились. Вспомнила, как вместе они патрулировали коридоры Хогвартса, как он открыл перед ней дверь Выручай-комнаты, пропуская вперед, и она была вынуждена пройти рядом с ним, и как наэлектризовался в тот миг воздух…       Будет ли она помнить это, когда выпьет зелье?       — Мисс Грейнджер? — её сердце забилось сильнее, приняв решение, нервными шагами Гермиона подошла к раковине и вылила сначала зелье из стакана, а потом и из всей бутыли. Снейп проводил её ошеломленным взглядом. — Вы сошли с ума?!       «Да.»       Гермиона дрожала, но не так, как после купания в ледяном озере, она дрожала внутри. Она не могла смотреть на Снейпа и возвратилась к столу, не поднимая глаз от пола.       — Мисс Грейнджер!!!       Гермиона посмотрела на него, ее взгляд был серьезным, полным гнева и ярости. Снейп нахмурился, он тоже казался крайне раздраженным.       — Я не буду пить это.       Снейп подошел к раковине, неодобрительно отметив, что всё зелье отправилось в канализацию.       — Что с вами, мисс Грейнджер?! Я потратил много часов, чтобы помочь вам сварить это зелье. Вы издеваетесь надо мной? Полагаете, что у меня есть лишнее время?       Гермиона пожала плечами и опустила глаза. Она очень хотела уйти, но её ноги словно приросли к полу.       — Молчите? Пятьдесят баллов с Гриффиндора. И вы будете наказаны.       — Уже неважно… — Гермиона словно говорила сама с собой, но смотрела на Снейпа. Выведенный из себя Северус шагнул ближе к ученице.       — Я вижу, что вам всё не важно, — Снейп указал на раковину. Гермиона на это лишь нервно улыбнулась.       — Я хочу сохранить свои чувства, — её слова заставили Северуса нахмуриться, но он ничего не сказал. — Я больше не хочу пить это глупое зелье.       — Что?! — Снейп мрачной тенью навис над Грейнджер. — Я всегда знал, что это зелье дурацкое, но именно вы настаивали на его изготовлении и теперь…       — Если я его выпью…       — Мисс Грейнджер…       — Если я его выпью, — Гермиона никак не могла продолжить, слова словно застревали в горле, — вы не знаете…       — Чего? — раздражение Снейпа росло с каждым её словом.       — Я… — Гермиона храбро подняла глаза. Снейп, казалось, был готов её заавадить. — Если я его выпью, то перестану чувствовать всё это…       Кажется, что это была не авада, а оглушающее заклинание. Снейп нахмурился сильнее.       — То, что я чувствую, находясь рядом с вами…       Нет, все-таки авада.       Снейп затаил дыхание… Его рот приоткрылся, но он продолжал молчать, лишь в глазах отразились смешанные чувства, охватившие его в тот момент. Гермиона, наоборот, наконец-то смогла спокойно дышать. Она глубоко вздохнула, опустив взгляд в пол. Теперь Гермиона тоже выглядела смущенной и снова начала волноваться, но сомнения, к счастью, остались позади.       — О чем вы говорите?.. — Снейп знал, что не должен был спрашивать. Надо было сделать вид, что не слышал её слов и выгнать Грейнджер из класса, сняв тысячу баллов с Гриффиндора. Но вопрос сорвался с его губ помимо воли.       Гермиона снова подняла на него глаза, вздохнула, и Снейп утвердился во мнении, что спрашивать точно не стоило.       — Я полагаю, что… Нет, я знаю, — её колебания не предвещали ничего хорошего, мисс Грейнджер никогда не сомневалась в своих ответах.       — Что знаете? — Снейп продолжал настаивать на ответе. Сейчас он по-другому просто не мог. Его разум словно перестал руководить им, и все вопросы вырывались сами по себе.       — Я знаю, что… мои симптомы… Я… профессор…       — Мисс Грейнджер, — Снейп распрямился, разум наконец-то стал возвращаться к нему, — вернитесь в свою башню.       — Нет, — Гермиона перестала колебаться, слова профессора вернули ей обычную уверенность. — Вы должны это услышать.       — Возвращайтесь в башню.       — Ялюблювас! — именно так, на одном дыхании.       «Петрификус Тоталус». Две статуи: Снейп, бледный, как смерть, и Грейнджер, красная, как помидор.