Echo of the past

Я ещё не зашёл в бар, но в уши уже заливается громкая музыка. Так сильно давит своим весом, что адреналин в крови мгновенно вскипает. Едва перейдя порог заведения, я уже почувствовал горьковатый аромат травы и запах алкоголя. Можно смело не пичкать себя этой гадостью — воздушно-капельным путём окосеешь. Но я лично настоял на том, чтобы выпить, поэтому потащил Винсента за собой к барной стойке. С выбором алкоголя думал я недолго: заказал несколько радужных шотов, основой чего служили коньяк, а в другом виде — водка. Откровенно говоря, я ненавижу мешать алкогольные напитки, но сейчас мне хотелось все и сразу. И я залпом выпиваю десяток рюмок, а следом — ещё десять. Забыл заказать закуску, но уже не важно. Мне не привыкать. Краем глаза замечаю, как Винсент неотрывно смотрит на меня. Помню, когда ещё жил с матерью, у нас была кошка. Часто она так же пристально и выжидающе смотрела на меня. Плюс в копилку сравнений: парень был похож на кота. Хотя, быть может, я и ограничился бы лисицей: я просто не знаю, как они выслеживают добычу. — Что? — На глубоком выдохе спрашиваю я, и вопрос от этого прозвучал слишком грубо и вызывающе. — Я, конечно, часто видел, как люди напиваются от отчаяния… Но что с тобой? Только не говори, что ты заливаешь своё горе бухлом из-за моих слов? — Не будь таким самодовольным, — рычу я. Хотя я не до конца понимаю, к чему он ведёт. — Я соглашаюсь. Принимаю твоё предложение. Понял?! Винсент довольно ухмыляется и показывает два пальца бармену, заказывая очередную пару стопок шота. *** Сквозь пьяный туман я понимаю, что вовсе не за этим шёл в бар. Я хотел встретиться с Винсентом, а по возможности трахнуть его в кабине туалета, как неделю назад. Или на диване при большой толпе. Либо всем было бы плевать, либо несколько людей составили бы зрительный зал — ни жарко, ни холодно. Но ни того, ни другого не вышло. Мы оба напились до состояния нестояния. И мне было, чёрт возьми, весело. В перерывах между шотами мы с Винсем обсуждали присутствующих. Оказывается, что бар не слишком хорош, как казался на первый взгляд. Явно не помешал бы ремонт и обновка мебели. Да и посетители здесь такие себе. И вообще огромное счастье, что мы наткнулись друг на друга. — Я не сомневался, что слишком хорош, — ухмыляюсь я, вызывающе бросая взгляд на брюнета. — Я даже не спорю, — покорно произносит Винсент, вставая со своего места. Я не успел спросить, куда он пошёл, как почувствовал острую боль в области затылка. Он сжал пальцами мои волосы. Сжал довольно грубо, но, блять, так по-собственнически. Наши взгляды встречаются и я думал, что мы вот-вот… — Но ты, Мартин, не будь таким засранцем, и выдели меня хотя бы сейчас среди этого гнилья, — он неопределённо машет в сторону толпы и рядом находившихся людей. — С чего ты взял, что не выделяю? Теперь приходит в недоумение Винсент, озадаченно кусая губу. И он начинает злиться из-за собственной оплошности. Парень стоит, а я сижу, и из-за этой разницы он нависает надо мной. Крепко в руке держит мои волосы, которые уже давно потеряли яркий красно-малиновый цвет. Подбородком я даже касаюсь ремня на его джинсах и ткани рубашки. Но, наверное, это он слишком сильно и плотно тянет меня к себе. Я хочу на это надеяться. — Если я здесь, — продолжаю говорить. — И если я… — Заткнись, блять, — рычит Винсент, с силой потянув руку назад, от чего моя голова запрокинулась чуть ли не до хруста позвонков. И прежде, чем он наклонился ко мне по собственной воле, я обхватываю руками его шею, заставляя прогнуться. И с кривой ухмылкой он подчиняется, но даю слово, что за эту своевольность я ещё поплачусь. И не важно, что так и должно было быть; что и без моей напористости он бы наклонился ко мне. Плевать. Всем плевать. Я не знаю и вряд ли вспомню, кто из нас двоих первый раскрыл губы другого для более глубокого поцелуя. И не знаю, чей металлический привкус крови почувствовал спустя секунды. *** — У тебя ведь есть деньги, чтобы заплатить? — Спрашивает меня мой партнёр, косясь на ожидающего бармена. Я отрицательно качаю головой, потому что на слова мой язык уже не способен. Винсент прыскает от смеха, что-то говорит бармену, активно жестикулируя, и крепко берёт меня за запястье, быстрым шагом идя по направлению к выходу. Я же кое-как поспеваю за ним рысцой. Говорю что-то нечленораздельно, и чёрт его знает, что было в моей голове. Я не мог вспомнить об этом даже на следующее утро. *** Сейчас я опишу своё утро после алкопати. И я даже не представляю, во сколько ушёл из бара. Убежал, если быть точнее. Рука об руку с Винсентом. Прежде, чем открыть глаза после пробуждения, я яро тру их тыльными сторонами ладони, пытаясь согнать сонную пелену. Знакомый потолок, но не стены и даже не комната. — Охуеть ты поспать, конечно, — недовольно фырчит кто-то из другого угла комнаты. Я поворачиваю голову в сторону говорящего и отмечаю, что это Винсент. Всего лишь Винсент, аристократично сидящий за столом и пьющий кофе, судя по запаху. Хотя, стоп… всего лишь Винсент? — Какого ху… — Прежде, чем ты начнёшь выдавать весь свой отборный запас мата, давай проясню. Мы сбежали из бара и, если верить эсэмэскам на телефоне, приехали сюда на такси. Я и сам не помню. И я изначально не запомнил твой адрес, да и отпускать тебя в таком состоянии было бы верной смертью. Для тебя, конечно же. В итоге посчитал благоразумным отвезти тебя к себе. — Ты… ты не помнил мой адрес?! — И это всё, что тебя волнует? — брызжет от усмешки Винсент. — Да, чёрт тебя подери! Все, кто были у меня, всегда помнили адрес! Да на всю жизнь запомнили! -… Все? — Уточняет брюнет, вопросительно приподнимая бровь. — До одного. — Но я не помню. — Мы там не трахались. — Ха! Аргументировано. Я едва прячу едкую усмешку, прежде чем оглядываю окружение себя. Отмечаю, что спал я на кровати, а судя по её орнаменту и постельному белью — на охуеть-какой-дорогой-кровати. Одна лишь комната размером была с мою студию. Только вот загвоздка в том, что моя студия — одна, и она моя, а за пределами комнаты бог знает сколько поворотов и входов. И всё это принадлежит до последней пылинки Винсенту. — Я сплю? — озадаченно спрашиваю я, косясь на парня. — Ты — студент-программист, пару раз в месяц поднимающий член с учёбы — и живёшь здесь?! — Абсолютно верно. — Я удивлён. Но мне определённо нравится. Наконец я решаюсь выползти из кровати, но голову только сейчас пронзает острая боль. Ну, здравствуй, похмелье. В неподвижном состоянии я ещё мог спокойно функционировать, но не сейчас. И хотя я пытался быть осторожным в своих действиях, и сильно не мотать головой… Жизнь решила помотать меня. — Почему ты сидишь такой здоровый? Ты пил ровно столько же, сколько и я. — Если ты говоришь о моменте, когда вышел из заблёванного толчка, то да, примерно столько же. -… что? — Я ошарашенно пытаюсь вспомнить хоть какие-то отголоски былой ночи, но слишком тщетно. С другой же стороны — не удивительно, ибо я давно стал за собой замечать, что слишком затруднительно переношу алкоголь в последнее время. Даже от небольшого количества пива меня уже мутило. — Но я узнал об этом, когда ты мне сам рассказал, садясь за стойку. После того, конечно же, как изначально ошибся, и мило побеседовал с соседним столиком. Я начинаю смеяться. — Я нихуя не помню! — Тебя проводил парень. До столика, правда, но он думал, что ты из их компании. А она, видимо, пришлась ему не по вкусу. Но он, парень этот, находчивый оказался. Как только ты ко мне подошёл и раскоряво сел, то показал внутреннюю сторону локтя, где ручкой был написан номер телефона. Я не стал его стирать, мало ли, тебе ещё пригодится. Последними словами он почти плюётся. — Почему ты не пошёл со мной? — Ты сказал, что тебе попросту нужно справить нужду. И что ты не хочешь трахаться со мной в таком состоянии. — Я не мог сказать такого! Не пизди, Винсент! Брюнет задерживает взгляд на мне, словно осуждает. И надменно отворачивается. Я что, обидел его? Я? Его?! Быть не может. — В любом случае, сейчас я предоставлю тебя себе самому, — не глядя на меня, ровным тоном произносит он. — Мне нужно быстро сгонять до университета и отвезти документы. Опережая твой вопрос: да, ты можешь здесь остаться до моего приезда. Винсент в охапку берёт стопку бумаг, рюкзак, и пулей вылетает из комнаты. Я еле поспевал за его движениями, ибо головная боль ещё больше усилилась от услышанного стыда. Слышу, как громко хлопает входная дверь. …ушёл.