Мой сосед - псих!

– Так, ладно, дыши, – я успокаивала себя, когда оказалась на кухне и принялась наливать себе воды. Из под крана. Если бы мама видела, то мне бы пришлось туго. – Всё в порядке, он поймет, что я просто пошутила. Хотя я не шутила. Я жуть как испугалась его. Эти его черные как смоль глаза пугали нереально. Поставив чайник для рамена и вытащив кимчи, что мама дала в дорогу я принялась заедать свое беспокойство. Он один за стенкой или у него есть семья. Выглядит как ровесник, но может оказаться и старше и младше. Мама всегда говорит, что городские дети крупнее нас, провинциальных. Видите ли, у них физических нагрузок мало. Я слишком много думала о нем, что позабыла о том, что потратила весь свой день насмарку. Пообещав себе, что завтра я куплю все, что так сильно хотела я уснула под включенный телевизор. Так было спокойнее и безопаснее.

***

Утро было таким желанным и нежеланным одновременно, но стоило мне умыть лицо ледяной проточной водой, как во мне проснулось бешеное желание быть очень продуктивной. Позавтракав и набравшись невероятной энергетики, я вышла из квартиры в красивой одежде и с милым макияжем (стрелки я даже не пыталась сделать, всё тщетно).

***

Мысли о соседях не проникали в мою голову, пока я не зашла в ближайший продуктовый магазин за влажными салфетками. У кассы стоял он. Тот самый странный новый сосед. – Да, две капсулы сойдет, – продолжал он что-то уточнять продавцу. Тот прошел куда-то вглубь, видимо, за этими самыми капсулами оставляя меня наедине с моим соседом. Тот всё это время не замечал меня, наверное, потому что я застыла истуканом у двери, как только увидела его, – О, ты тоже здесь? Как ни в чем не бывало, спросил у меня. Наверное, столичные люди реально без комплексов, поэтому так легко заводят разговор с малознакомым человеком вроде меня. Как и вчера, этот парень ни с того ни с сего ворвался в мое личное пространство, будто это было совершенно нормально. Беспокоить меня вот так. Я пыталась найти самый короткий ответ на его лаконичный вопрос, потому что не могла просто так стоять и молчать. Или могла? – Вот, с вас три доллара, – пока я пыталась восстановить дар речи, пришел продавец и спас ситуацию, – Спасибо за покупку! Следующий. Мой сосед молча удалился с сигаретами наперевес, а я проводила его взглядом аж до самого выхода, игнорируя обратившегося ко мне парня-кассира. – Девочка, мы не продаем сигареты несовершеннолетним, – вдруг обратился ко мне продавец, и я только сейчас заметила, что он был очень миленьким на лицо. – Мне есть восемнадцать, – почему-то мне стало обидно, что меня приняли за подростка, – А вообще, мне нужны салфетки. – Влажные? – симпатичный юноша улыбнулся, глядя на меня, и я не сразу сообразила, что это его профессиональная дежурная улыбка, а не то, о чем я подумала, но бабочки в животе уже проснулись. – Что? – когда живность в твоем животе начинает бодрствовать, ты теряешь чуткость, и все органы чувств работают еще хуже. – Салфетки говорю, влажные нужны? – он всё так же был спокоен, но я уже начала понимать, что этот парень из тех, которые даже новости об эпидемии или катастрофе будут сообщать всё тем же совершенно ровным, почти без эмоциональным тоном. – Да, точно, именно они, – я покраснела, чувствуя себя такой глупой. Как только я расплатилась за покупку, мои ноги собирались унести меня подальше от магазина. Красная как помидор, я вышла и ударилась об кого-то. Наверное, совершенно неудивительно, что это был мой сосед. – Я решил дождаться тебя, – сказал мне он, пока я потирала ушибленное плечо, – Ты боишься меня. – Что? – мои уста не смогли удержать в себе порыв спросить это. Потому что мне это уже начало казаться каким-то неправильным. – Бояться нужно плохих людей, а я не плохой. – Будто игнорируя меня, мои эмоции, слова и прочее, странный сосед взял мою свободную руку и вложил в ладонь не что иное как плиточный шоколад. Затем, он просто развернулся и ушел. Я уже так устала от своих эмоциональных качелей, что в этот раз даже не стала впадать в шок. Просто освободила шоколад от обвертки и принялась неистово поглощать высоко-углеводный продукт. Я живу здесь меньше недели, а существование уже сплошной стресс. Нет, я так долго не потяну. Когда шоколадка уже закончилась, я дошла до автобусной остановки и пыталась успокоить себя. Но где-то в груди, где диафрагма, где живет душа (как говорила мама) я что-то почувствовала. Это был – трепет.