Победить - еще полдела. . .

      Грузовой корабль, что подобрал челнок напарников, оказался достаточно массивным. Посадив летательный аппарат в ангаре, Кошмар вышел, чтобы поприветствовать экипаж, но, к своему удивлению, не увидел никого, кроме целой оравы роботов разной специализации: погрузчики, укладчики, учетчики, уборщики и ремонтники деловито сновали тут и там, не обращая на гостя никакого внимания. Тем не менее, Саванна сказал: «Я их попрошу», значит, кто-то здесь, все же, должен был быть живой. Не роботов же он собирался просить…       На всякий случай задраив шлюз, сын Броска отправился искать, с кем тут можно поговорить и, хотя бы, узнать, как долго предстоит лететь. Саванне он уже отправил сообщение, что прибыл на место, но тот почему-то пока не ответил.       Миновав ангар, самец вышел в широкий коридор, где его едва не сбил с ног какой-то несущийся на всех парах роботизированный механизм. Только тогда Кошмар заметил, что пространство четко разделено на пешеходную и транспортную зоны. Поспешно перейдя на нужную половину, воин еще раз огляделся и пошел вперед.       Корабль был совсем простой, без изысков и непонятных отделочных материалов: обычные серые стены, одинаковые пронумерованные двери, все, как одна, запертые; строгие линии коридоров. И ни души…       Наконец, Кошмар набрел на подобие подъемной платформы и, с минуту потыкавшись, разобрался, как она работает, в результате чего был неторопливо доставлен на второй ярус. Именно там, к его большой радости, обнаружился командный отсек, а в нем — одушевленные объекты в лице троих субтильных яутжиков — на вид совсем мальки, но, при ближайшем рассмотрении, вполне зрелые самцы.       — Кошмар? — уточнил один из них, самый темненький, с рыжими подпалинами, подозрительно взглянув на молодого охотника снизу вверх. Да, именно: он взглянул на него снизу. На Кошмара. Одного из самых мелких вояк клана Гнева…       — Да, почтенный, — тем не менее, учтиво поклонившись карлику, ответил сын Броска. — Саванна предупредил обо мне и моем друге…       — Не знаю, кто предупредил, — хмыкнул недомерок в ответ, — просто с базы пришло распоряжение вас подобрать.       — Благодарю, могу я узнать…       — В конце коридора есть свободная каюта, можешь там располагаться до завтра, — не дал договорить коротышка. — Прибудем после полудня. Пострадавшему что-то требуется?       — Он в гибернации.       — Тогда пусть пока полежит как груз, переставлять не будем, — постановил яутжик.       — Могу я узнать твое имя? — вежливо поинтересовался Кошмар.       — Грызня, — бросил тот.       — А остальные?       — Петля, — представился тип пегого окраса, на мгновение оторвавшись от терминала.       — Шухер, — прострекотал свое имя самый крупный из троих, серый, в полоску — этот задержал взгляд на вновь прибывшем чуть дольше.       — Запомнил, — почесав в затылке, проговорил Кошмар и неловко переступил с ноги на ногу.       После знакомства, присутствующие резко потеряли к нему интерес, уставившись в мониторы и занявшись изучением каких-то таблиц. А вот сын Броска разглядывал их с неподдельным любопытством. Грузоперевозчики (уж неясно, были ли они из ученого сословья, или просто рабочий класс — никаких знаков отличия ни те, ни другие Бескровные не носили) были одеты очень странно, в какие-то мешковатые серые комбинезоны, очевидно, для пущей стерильности… А, может, для тепла — на корабле, к слову, было совсем не жарко, Кошмару даже пришлось прибавить градусов на своей сетке. Они и пахли очень странно… Как-то слишком нейтрально, что ли. И вели себя… Раньше Кошмар думал, что это только старшие воины имеют привычку смотреть на всех, кто ниже рангом, как на пустое место, но, по сравнению с этими малявками, любой из Великих показался бы верхом внимательности и участия к ближнему. Это был полный и бесповоротный игнор.       — Я, пожалуй, все-таки вернусь на свой челнок, — робко проговорил сын Броска, однако в ответ не удостоился даже поворота головы.       Состояние Сумрака оставалось без изменений, но, хотя бы, не ухудшалось — это радовало. Впрочем, если было смотреть с той позиции, что хуже уже в принципе нельзя представить… Да, все равно, он, как минимум, не пытался умереть, и на том, как говорится, спасибо. В очередной раз проверив товарища (из капсулы показатели уже не транслировались), Кошмар удалился в свой отсек, где попытался немного поспать. Но, только он начал задремывать, как пропищало сообщение от Саванны, в котором значилось, что все дела улажены, операционная и диагностическое оборудование готовы, только их с Сумраком и ждут. Сын Броска ответил что-то вежливое, а потом все-таки вырубился, и проспал немного-немало целых десять часов, очнувшись глубокой ночью в полной растерянности.       Первым делом он кинулся к капсуле друга, боясь увидеть там самое страшное… Но опасения опять не подтвердились. Жизнь едва теплилась в погруженном в анабиоз теле, однако теплилась уверенно, не сдавая позиций. Кровотечение полностью остановилось, и даже раны в стабилизирующем составе стали выглядеть получше, хотя, в остальном, конечно, никаких подвижек не наблюдалось.       Послонявшись туда-сюда по челноку, Кошмар вновь лег, но повторно уснуть не смог и проворочался остаток времени, то и дело вскакивая, дабы убедиться, что Черный Воин не прибрал дорогого напарника. Когда же наступило условное «утро», самец ждал сигнала побудки, пока не надоело, после чего рискнул вновь подняться на второй ярус. Как ни странно, мелкая троица уже бодрствовала, причем, явно давно.       — Есть будешь? — вместо приветствия спросил Грызня.       — Охотники брезгуют есть рядом с такими, как мы, — не дожидаясь ответа замешкавшегося Кошмара, фыркнул Петля.       — Неправда! — возмутился Кошмар. — Просто у вас небольшой экипаж, и я не знаю, хватит ли у вас пищи, к тому же… — тут он осекся, так как едва не сказал: «Вы меньше меня, значит, и запасов много не держите».       — Тогда пошли завтракать, — невозмутимо проговорил Шухер, махнув рукой.       — Могу я чем-то ответить на ваше гостеприимство? — тщательно скопировав манеру сына Грозы, проговорил самец. У Сумрака в плане вежливости вообще было чему поучиться, и Кошмар в последнее время стал примечать, как старший товарищ реагирует на то или иное обращение, чтобы вести себя так же и меньше получать по загривку.       — Да что с тебя взять? — впервые за все их знакомство, ухмыльнулся Грызня, распялив короткие максиллы. Похоже, сегодня у него наконец-то появилось желание поговорить. — Откуда вы вообще взялись-то на нашу голову с этим болезным?       — С «Острова»… — покорно следуя за «мини-командиром», ответил сын Броска. Непривычно было с утра сразу есть, вместо того, чтобы тренироваться, но, раз хозяева территории сказали…       — Откуда-откуда? — тут все трое остановились и в недоумении обернулись на молодого воина.       — С «Острова», — повторил Кошмар. — Мы занимались его зачисткой… Вы знаете, что такое «Остров»?       — В том-то и дело, что все это знают, — подозрительно сощурился Петля. — Как же вы спаслись от Жесткачей-то?       — Так… Это… Убили мы их, — всеми силами стараясь не выглядеть надменно, проговорил сын Броска.       — Что? Всех? И живьем ушли??? — а вот теперь на лицах коротышек наконец-то отобразились удивление и заинтересованность.       — Вроде бы, всех… Надо еще проверять будет… — сознался воин. — Вообще, убивал Сумрак — тот, что в капсуле. А я его вел.       — Ты хочешь сказать, что вы зачистили «Остров» ВДВОЕМ??? — теперь уже откровенно обалдели Бескровные самцы.       — Могу записи показать, — хмыкнул Кошмар.       Ближайший час сын Броска только и делал, что ел и рассказывал, а Грызня, Петля и Шухер слушали, раскрыв рты, и периодически подкладывали оголодавшему на нервной почве вояке хорошие такие куски почти что настоящего по вкусу и запаху мяса. Аж зависть брала: что же это, какие-то Бескровные лучше элитных охотников клана питаются?       Когда Кошмар вкратце рассказал о походе на «Остров», и присутствующие задали ему все интересующие их вопросы, сын Броска поблагодарил за угощение и отправился проверять, как там напарник. Но впечатленный экипаж неожиданно потянулся следом, изъявив желание тоже нанести визит пострадавшему удальцу, завалившему почти что тысячу Жесткачей во главе с Маткой. Кошмару, конечно, очень хотелось отказать — чай не музейный экспонат, но в виде благодарности за проезд и кормежку пришлось согласиться. Впрочем, вся троица проследовала за ним очень чинно и спокойно, молча и почтительно поглядела на Сумрака, застывшего, точно опытный образец в банке, и так же тихо вышла.       «Зенит» оказался приличных размеров шестиярусной космической базой, на вид не новой, но основательной по конструкции и опрятной по внутреннему оформлению. По сравнению с клановыми кораблями, здесь, конечно, было не так пафосно — никаких колонн и барельефов, все четко, в стиле минимализма, тем не менее, и той топорности, что присутствовала в чертах грузового судна, не отмечалось. Изнутри стены были отделаны приятным коричневым материалом; мягкий, рассеянный свет не бил по глазам, и полы оказались теплые, прорезиненные.       Саванна встречал лично, прямо в ангаре. Как только выведенный из грузового корабля челнок встал на указанное место, и сын Броска выглянул наружу в поисках знакомого лица, он сам поднялся по трапу и немедленно проследовал на борт, без лишних сантиментов потребовав показать капсулу с пациентом. Кошмар безропотно проводил старшего товарища в гибернационный отсек и скромно встал поодаль, пока медик, морщась, изучал показатели и осматривал саму установку на предмет возможности ее демонтажа. Наконец, сделав для себя какие-то выводы, он соизволил сделать физиономию попроще и ободряюще хлопнуть Кошмара по спине.       — Сейчас ребят кликну, — пояснил Саванна, набирая позывные на своем браслете, — они капсулу открутят, и мы его сразу в операционную…       — Скажи честно, есть хоть какая-то надежда? — тихо спросил Кошмар. Медик на мгновение оторвался от коммуникатора и пристально посмотрел на молодого воина. Сейчас, в своей родной стихии, Саванна, не смотря на невысокий рост и отсутствие знаков почета, выглядел как-то по-особому внушительно. На нем было черное технологичное одеяние, немного напоминающее доспехи, но играющее не защитную роль, а служащее для более удобного размещения приборов и всяких полезных мелочей. Одновременно оно представляло собой основу для пристегивания костюмов химической и биологической защиты, экзоскелета и еще боги знают каких приспособлений.       — Уже одно то, что твой друг попал на «Зенит» — огромная удача для него. Здесь не очень жалуют охотников, скажу тебе сразу, — помолчав, ответил Саванна. — Но мне удалось впечатлить руководство вашей причастностью к «Острову». А специалистов — заметь, лучших специалистов! — соблазнить возможностью испытать некоторые экспериментальные методики в условиях сложной патологии.       — Ты имеешь в виду, его станут лечить непроверенными средствами? — уточнил Кошмар.       — Ну, я бы так не сказал, — уклончиво проговорил старший самец. — Просто… Они еще недостаточно хорошо оттестированы. А ты что думал? Здесь исследовательская станция, а не лазарет. Зато, это дает хоть какой-то шанс. Нам ведь не просто надо сохранить ему жизнь, а поставить на ноги, да так, чтобы не остался инвалидом. Иначе, в чем будет прок? Что у вас там с безнадежными-то происходит? Последняя Охота?       Кошмар лишь молча опустил голову. К тому, что товарищ станет здесь материалом для экспериментов, он, признаться, готов не был. Хотя, в словах Саванны имелась доля истины. И, по крайней мере, медик не лгал — сказал все напрямую, как оно есть.       — А ты почему один, кстати? — нарушил размышления Кошмара специалист по регенерации. — Где Проклятье? Неужто, вы охотитесь порознь?       — Проклятья больше нет, почтенный, — не поднимая взора, ответил сын Броска.       — Как это случилось? — помрачнев, спросил Саванна.       — Пал… В поединке. Ты чем-то удивлен? Охотники все время гибнут…       — Вот это-то и печально, — вздохнул медик.       Дальнейший разговор был прерван появлением двух… Урм! Хвостатые псевдоящерицы, затянутые в рабочие комбинезоны, по-яутжевски поклонившись гостю и вышестоящему лицу, шустро принялись разбираться с капсулой. Переподключив установку к временному источнику питания, они отсоединили ее с места при помощи роботизированного погрузчика и по распоряжению Саванны вывезли с челнока. Медик и воин пошли следом за ними.       — Не знал, что у вас тут урм работают, — шепотом сказал Кошмар.       — Ой, да у нас тут кого только нет в обслуге, — хмыкнул Саванна. — Выходит дешевле, чем кучу роботов содержать — те, в основном, только на складах. А урм — ребята исполнительные и нетребовательные…       Миновав несколько достаточно оживленных уровней, вся процессия подошла к экспериментальному блоку. Надо сказать, встречные яутжи действительно очень странно на Кошмара с его доспехами и плазмометом косились.       — Не мог пушку на челноке-то оставить? — буркнул относительно этого Саванна.       — Так ты не сказал…       — Ладно, просто не отсвечивай особо…       У экспериментального блока их встретили четверо: сероватый молодой самец, старше Кошмара лет на десять, два неприметных типа обычного окраса и чуть полноватый для яутжа пожилой самец с коричневой шкурой.       — Коллеги, пациент прибыл, — возвестил Саванна.       — А этот — что тут делает? — с подозрением спросил один из неприметных, тот, что повыше, кивнув в сторону Кошмара. Сын Броска аж отпрянул от подобной наглости — фактически, это был вызов! Тем не менее, Саванна быстро перехватил его за плечо, не позволив как-то ответить, а ответил сам:       — Это Кошмар, охотник из клана Гнева. Зачистка «Острова» — их совместная заслуга.       — Смотри у меня, — фыркнул агрессор, — он тут под твою ответственность!       — Несомненно, уважаемый Восторг, — подчеркнуто вежливо отозвался Саванна, а затем обратился к сыну Броска: — Не сердись, храбрый воин, здесь немного иные порядки, чем в клане. Но, позволь заметить, перед тобой те, кто согласился поработать с нашим героем. Восторг — лучший реаниматолог, именно он будет фактически «воскрешать» твоего друга…       — Если там будет, что «воскрешать», — бросил тот, заглядывая тем временем в капсулу.       — Я не сомневаюсь, что жизнь Сумрака отныне в надежных руках, — смиренно ответил Кошмар, кланяясь.       — Ладно, попробуем на нем одну методику, может, и сработает, — уже более благосклонно пообещал Восторг, которому данные слова явно польстили.       — Боги, да я ж его знаю! — вдруг взволнованно воскликнул младший из медиков, тоже подходя к капсуле. — Это ведь Сумрак, сын Грозы? Я его по шраму на брюхе узнал! Мы с ним учились вместе… Вот уж не думал…       — Вот тогда и иди, располагай его, как следует, — посоветовал Восторг. Младший склонил голову и приготовился уводить погрузчик в операционную, но в последний момент повернулся к Кошмару и сказал:       — Мое имя Заваруха, и друг Сумрака — мой друг. Обещаю, мы сделаем все, что в наши силах…       После этих слов гибернационная установка скрылась в его сопровождении за обеззараживающей завесой. Сын Броска пошел, было, следом, но Саванна остановил его, объяснив, что в карантинную зону ему нельзя.       — Ты прав, парень, он в надежных руках, не переживай, — усмехнулся до сих пор молчавший тип с коричневой шкурой.       — Прибой — очень талантливый хирург, — поспешно представил коллегу Саванна. — А Угроза — протезист. Как раз сейчас занимается разработкой искусственной сетчатки нового поколения — очень удачно совпало.       Второй неприметный самец молча качнул головой, что условно могло считаться за поклон, и так же молча ушел вслед за Заварухой. Остальные перекинулись еще парой слов с Саванной, после чего также проследовали за завесу.       — Так, сейчас по-быстрому разместим тебя в свободном отсеке, и я к ним присоединюсь, — увлекая Кошмара к лифту, осветил дальнейшие планы Саванна.       — Они прямо сейчас уже начнут? — оглядываясь, спросил тот.       — Да, что тянуть-то? И так уже много времени потеряли… Хм… Забавно, что наш Заварушка твоего друга знает…       — А он кто вообще?       — А он, мой дорогой, спец по самому больному на сегодняшний день месту Сумрака — мозгам. Молодой, что верно, то верно, но ученик одного из самых уважаемых нейрохирургов — ныне, увы, покойного. Что особенно ценно — хороший практик.       Проводив Кошмара в выделенный ему отсек и строго наказав дальше санузла и столовой не соваться, Саванна вышел, сказав напоследок:       — Жди, я приду и сообщу об итогах операции. Навскидку, часов десять мы с ним точно провозимся.       И Кошмар стал покорно ждать…       Отсек, где его разместили, был размером примерно с каюту на клановом корабле, и обстановку имел похожую, отличающуюся только наличием вычислительного терминала и большого монитора на стене. Саванна великодушно позволил покопаться в программах и полазить по сети, очевидно, абсолютно уверенный в том, что без кодов доступа гость куда не следует все равно не залезет. Опрометчиво было, конечно, с его стороны, однако Кошмар и так не собирался ничего взламывать — просто хотел полистать новостную сводку, чтобы занять время. Предоставленная сводка оказалась совершенно не интересной, к тому же, перенасыщенной внутренними сообщениями характера «Опять прорвало трубу в пятой душевой, сделайте что-нибудь!!!», «Кто взял из третьей лабы насос — верните на родину» и «У партии номер шестьдесят от пятого числа истекает срок годности — кому надо, разбирайте».       Устав от потока бесполезной информации, сын Броска попробовал немного размяться, но раздумал, когда на стене появилась приличная вмятина. Поразмыслив немного, самец сдвинул на это место стеллаж, прикинувшись, что так и было, после чего отправился ополоснуться, успешно отпугнув от водных процедур какой-то тщедушный молодняк — юнцы, увидев неведомо откуда взявшегося охотника, должно быть, решили, что станция захвачена или переходит на военное положение, или еще что… Кошмар лишь злорадно ухмыльнулся и насладился мытьем в гордом одиночестве.       Вернувшись к себе спустя некоторое время, посвежевший самец вновь сел к компьютеру, ибо делать больше было все равно нечего. Лениво поперебирал вкладки, нашел какой-то яркий значок, выбрал… И залип на добрых три часа, обнаружив поразительно тупую игрушку, смыслом которой было перемещение и установка в определенном порядке цветных геометрических фигур — мальков примерно так же элементарному пространственному мышлению обучают, вроде…       Когда от пестроты на экране заболели глаза, Кошмар свернул окно с сомнительным развлечением и переместился на лежанку, невольно отметив ее удобство и мягкость. Саванна все не появлялся, но он и не обещал, что придет скоро.       Как же там у них дела, думал Кошмар, глядя в потолок. С одной стороны, оставаться в неведении было тревожно, но с другой, никто до сих пор не явился с плохими вестями, значит, за Сумрака по-прежнему боролись… И еще, любопытно, кто же такой этот Заваруха и почему он при виде сына Грозы так засуетился? А Саванна, интересно, все самолично контролирует?.. Хотелось бы…       Потом сын Броска незаметно для себя задремал, и ему стало сниться, что он пытается пробраться на «Остров», где погибает друг, но никак не может справиться со шлюзом. Самец бился с кодами упрямой двери долго и мучительно, пока не обнаружил, что Сумрак на самом деле сидит рядом и с интересом наблюдает все его жалкие попытки. Тогда Кошмар напустился на него с руганью за то, что молча смотрел и никак не выдавал своего присутствия, а напарник совершенно спокойно ответил, дескать, на станцию все равно попасть надо, чтобы забрать трофеи, так зачем он станет мешать?       Проснулся Кошмар уставшим. Сходил попить воды, на свой страх и риск прогулялся туда-сюда по ярусу, переполошив еще нескольких тощих лаборантов, потом внезапно повстречал Грызню, одетого уже намного приличнее, чем был на корабле. Грызня, признав нового знакомого, расспросил его о судьбе Сумрака, высказал свой оптимистичный прогноз при упоминании имени Прибоя и утащил Кошмара с собой на кормежку.       Столовая оказалась очень просторной и настолько чистой, что, казалось, на зубах от этой чистоты начинает что-то скрипеть. Народу было не очень много, а, может, просто так казалось по сравнению с охотниками, которые трапезничали гораздо громче и интенсивнее, часто вступая в перепалки из-за места и с рычанием впиваясь в жесткие питательные брикеты. «Научники» вели себя за столами более сдержанно и деликатно, неторопливо поглощая пищу, которую, к великому удивлению Кошмара, можно было выбрать на свой вкус. Конечно, здесь тоже была сплошная биосинтетика, но она не представляла собой сублимированную мешанину из каких попало тканевых культур, а походила на настоящую плоть пернатых тварей, Бронеголовов и Рогачей. Кстати, после второй за день кормежки сын Броска, кажется, начал понимать, отчего хирург Прибой так раздался в ширину… И не он один, если честно.       Пока Кошмар озирался вокруг, по привычке торопливо запихивая еду себе в пасть, Грызня, оказавшийся специалистом по химическому анализу (а, вернее, по аппаратам, проводящим химический анализ), жаловался, что сопровождавшийся им груз реактивов не прошел по накладным из-за ошибки на базе, а его, горемычного, из-за этого полдня таскали по инстанциям. Сын Броска слушал, но старался не комментировать, так как, во-первых, было видно, что Грызне его комментарии не интересы, а просто надо выговориться где-то на стороне, а во-вторых, ничего, кроме «Как у вас все сложно, вот у нас в клане…» на ум не шло, и самец догадывался, что это не очень вежливо. Наконец, Грызня под благовидным предлогом куда-то делся, и насытившийся воин один вернулся к себе в отсек, где промаялся бездельем еще несколько часов. Уж лучше б он остался на челноке…       Саванна появился поздно ночью. Вид у него был такой, словно бы он пробежал без передышки километров пятнадцать, и все это время за ним гналась свора псов: глаза безумные, с полопавшимися капиллярами, грива дыбом, правая маскилла то и дело подергивается. При виде медика, Кошмар вскочил с койки и ринулся навстречу с единственным вопросом:       — Жив?..       — Жив, — выдохнул в ответ замученный врачеватель.       Пройдя через каюту, Саванна тяжело упал в кресло, откинул голову на спинку и только тогда продолжил:       — Ну и задал он нам шороху… Трижды умирал. Восторг бранился так, что из соседних боксов прибегали послушать. Заваруха почти бился башкой о стену… Но вытащили. Нет, ты не поверишь, там под конец уже толпа из десяти яутжей собралась, целый консилиум… Что мы только на нем не попробовали… Пару вещей — вообще впервые… Спасибо, кстати, ему, мы все не решались на реальном объекте протестировать, а тут уже терять было нечего. Короче, Восторг теперь будет по нему статью писать.       — И что сейчас? — затаив дыхание, спросил Кошмар, не разбирая в этом потоке впечатлений главного.       — Сейчас в растворе плавает, восстанавливается, — цинично дернул плечом медик. — Несколько дней наблюдать будем. Потом дальше…       — Дальше? — не понял сын Броска.       — А ты думал? — Саванна выпрямился и наклонился вперед, вглядываясь во встревоженное лицо младшего самца. — Сегодня мы только его головой занимались и основные жизненные функции восстанавливали. Теперь надо будет все остальные повреждения чинить… Кости, мышцы, кожный покров — там все вдрызг. Операции три еще предстоит, не меньше. Плюс долгая восстановительная терапия. Потому что это какая-то катастрофа на ножках. Множественные воспаления, внутренние кровоизлияния, значительная интоксикация… Вы, что, все так неосторожно к стимуляторам относитесь? Это же сильные препараты, разве ж можно так…       — Так… Выхода не было, — почему-то чувствуя себя виноватым, пробормотал Кошмар.       — Ну-ка, — Саванна пропустил его оправдания мимо ушей, поманив младшего сородича к себе. Тот насторожился, но приблизился, как было велено. — А скажи-ка, дружище, у тебя всегда такие зрачки расширенные?