Победить - еще полдела. . .

      Спал Кошмар урывками, то и дело вскакивая и начиная мучительно соображать, где он находится, который пошел час, куда делся напарник и что из последних воспоминаний является правдой, а что приснилось. Небольшое облегчение пришло наутро, когда к сыну Броска наведался Саванна, окончательно разбудив его и сообщив добрые вести: Сумрак благополучно пережил ночь. Его обмен веществ начал постепенно возвращаться в норму, мозговые волны стабилизировались, сердечный ритм восстановился.       — Дышит пока не сам, — в заключение сказал медик, — но это ожидаемо. А, в целом, кризис миновал.       — Можно к нему? — сразу оживился Кошмар.       — Разумеется, нет, — нахмурился Саванна. — Он в карантине, туда запрещено входить посторонним. Кроме того, он все равно без сознания и пробудет в таком состоянии еще долго.       — Понял, — огорчился молодой воин.       — А пока он отходит после операции, — тем временем продолжал старший самец, — пожалуй, займемся тобой.       От последних слов Кошмар невольно вздрогнул…       Сын Броска, конечно, отпирался, как только мог, но Саванна, игнорируя сопротивление, потащил его на предварительную диагностику, итогом которой остался не просто недоволен, а возмущен.       — Ты как часто это себе колол? — рычал он, потрясая перед жвалами младшего самца принудительно изъятой у того ампулой «волшебного средства Полосатого».       — Через день, — не моргнув глазом, соврал Кошмар. На самом деле, в последние дни зачистки он мог ввести две дозы за сутки.       — А врач что сказал, когда тебе этот препарат давал? Прямо разрешил, прямо через день?       — Сказал, раз в неделю, в экстренном случае… — сознался Кошмар, не выдержав и отведя взгляд. Хотелось вновь соврать, но подставлять Полосатого было неправильно.       — Во-от, это уже ближе к истине, — проворчал Саванна, отходя. — Только зачем он вообще столько тебе дал…       — Это я сам взял побольше, — зажмурившись, выпалил Молодая Кровь, решив теперь уже быть честным до конца.       Саванна ничего не ответил, только с размаха хлопнул себя по лбу. Дурные охотники… Потом вздохнул, собрал все имеющееся терпение и, взяв Кошмара за локоть, подтолкнул к двери.       — Короче, так, — на ходу, проговорил медик, — сейчас я отведу тебя к Скандалу. Он токсиколог. Будешь делать все, что он скажет. Попробуем тебя почистить и ликвидировать последствия злоупотребления…       — Да нет у меня никаких последствий! — возмутился без пяти минут пациент.       — Нет, говоришь? Посмотрим. Спишь хорошо?       — Не жалуюсь, — голос не успевшего сориентироваться сына Броска прозвучал не вполне уверенно.       — Цвет мочи?       — Да я, думаешь, смотрю???       — Отеки?       — Что?       — Вот это! — не стерпев, рыкнул Саванна и ткнул пальцем в едва заметное уплотнение под нижней челюстью Кошмара. Тот сразу отстранился и с испуганным видом потер шею. — Короче, пойдешь, как миленький. Если тебе самому на свое здоровье наплевать, то считай, что отрабатываешь свою жратву, койку и лечение напарника.       — А… Вам-то это зачем? — недоумевающе потряс головой младший самец.       Саванна не ответил, только многозначительно вскинул одну бровь. И Кошмар все сразу понял даже без слов…       Экспериментальный препарат подействовал быстро, но совершенно не так, как ожидалось: Кошмар просто свалился посреди тренировки. После целого часа вынужденного и не совсем приятного общения со Скандалом, улыбчивым, неунывающим, но потрясающе циничным типом, самец, дабы отвлечься, попросил разрешения позаниматься в зале, если таковой имеется. Саванна отнесся с сомнением, но все-таки сопроводил воина в специально отведенное для физических упражнений место, наказав сильно не напрягаться. Кошмар, собственно, и не напрягался, просто в какой-то момент резко встал, совершая очередной прием, и тут же рухнул плашмя, схлопотав собственным же упавшим сверху копьем по лбу.       Очнулся молодой воин на своей койке, и первым, что он увидел, было склонившееся над ним лицо какой-то самки! Саванна, помнится, говорил, что они живут на станциях, однако до этого момента Кошмар не наблюдал тут ни одной.       — Я его предупреждал! — где-то за пределами видимости раздался раздраженный голос специалиста по регенерации.       — Ага, и очень по-дружески было отдать его Скандалу для опытов, — осуждающе проговорила самка, отвернувшись от в растерянности моргающего Кошмара и наградив Саванну строгим взглядом.       — Ты его анализы не видела! Так что это еще большой вопрос, Скандала ли тут вина…       Тут сын Броска попытался встать, но не сдержал стона: голова просто раскалывалась. Во рту внезапно появился явственный привкус крови…       — Куда?! — прикрикнула самка, немедленно укладывая его обратно.       — Что за шум, а драки нет? — оптимистично раздалось со стороны выхода вслед за шуршанием отъезжающей двери. В следующий момент в поле зрения появилась жизнерадостная пятнистая харя токсиколога.       — Ты, хотя бы, на бегунках эту свою разработку проверял? — тут же набросилась на него Кошмарова защитница.       — А как же, — невозмутимо ответил тот, по очереди осматривая глаза своей безвинной жертвы. — Проверял и вполне успешно: в последний раз всего лишь четверть экспериментальной группы загнулась! Эх, и что ж мы такие слабенькие? — последний вопрос то ли был обращен непосредственно к сыну Броска, то ли являлся риторическим.       Далее, пропуская мимо ушей самочьи упреки, Скандал измерил Кошмару давление, удивленно прищелкнул и без предупреждения, так, как будто имел дело с неодушевленным объектом, воткнул пациенту в брюхо иглу. Воин недостойно пискнул и повторно отрубился…       Когда он в следующий раз открыл глаза, то обнаружил вокруг полную темноту. Медиков поблизости не было. Наверное, следовало полежать спокойно еще пару минут, с мыслями собраться, но Кошмар вдруг ощутил, что еще немного, и он затопит лежанку. Вскочив, точно ошпаренный, он кинулся в ближайший санузел — и ведь еле успел.       Остаток ночи и все утро бедный самец только и делал, что бегал по нужде. В конечном итоге, он уже просто решил в течение дня не пить, за что позже получил нагоняй от Саванны и Скандала. Короче говоря, пока восстанавливающийся охотник мирно спал в капсуле, эти веселые ребята решили отыгрываться на проводнике… Что до милой самочки, причитавшей над Кошмаром накануне, то она больше не появлялась. На все расспросы, касающиеся нее, Саванна лишь загадочно ухмылялся и отшучивался, на основании чего Кошмар сделал вывод о ее причастности к отсутствию этого желтошкурого пройдохи на прежних территориях в прошлый Сезон.       В течение следующей недели Саванна и его коллеги измывались над сыном Броска, как только вообще возможно, божась притом, что все это исключительно для его же блага. Кошмар, однако, ощутил за данный период прелесть стольких побочных явлений, что у него закрались самые нехорошие подозрения на счет этих якобы недуга и якобы лечения. Тем не менее, вскоре он испытал явное улучшение самочувствия, и медики, удовлетворенные результатом, наконец, от него отступились.       И вовремя. Сумрак перешел в относительно стабильное состояние, и очередной консилиум выдвинул решение о проведении следующей операции, в ходе которой предстояло заново ломать и сращивать кости, удалять спайки и восстанавливать мышцы. Узнав от Саванны детали, Кошмар настолько впечатлился, что даже больше не смог играть в ту дебильную игрушку с цветными фигурками — его теперь передергивало всякий раз, когда он думал о собирании чего-либо по частям…       В назначенный день охотника прооперировали и вновь отправили в капсулу, не приводя в сознание. Заезженный Саванна ввалился к Кошмару, не находящему себе места от волнения, далеко за полночь.       — Он отлично держался, — сообщил медик, уже привычно падая в кресло. — Основную часть работы мы сделали. Осталась шкура и лицо. Угроза уже подготовил основу для имплантации и сделал первую примерку.       — Глаза? — уточнил Кошмар.       — Левого глаза, левой максиллы, левой мандибулы, — перечислил Саванна. — Там уже ничего нельзя было восстановить, вот, если б сразу…       — Он будет в шоке, когда очнется… — медленно проговорил Кошмар, забираясь с ногами на койку и задумчиво обхватывая руками одно колено.       — Знаешь, если он при всех имеющихся повреждениях отделается всего лишь одним искусственным глазом и двумя искусственными жвалами, то ему еще несказанно повезет, — фыркнул уязвленный медик в ответ.       — Прости, не хотел обидеть, — примирительно застрекотал сын Броска. — Просто непривычно…       — А что непривычного? На нем и так живого места не было. Особенно меня потрясла спина. Это ж за какие проступки его так пороли? Заварушка, как увидел, вообще удивился. Когда учились, говорит, самый дисциплинированный малек был…       — Приговор был вынесен несправедливо, из-за злого навета, — поморщился Кошмар. — Мерзкая история… Дело, к счастью, потом прояснилось, но шкуру-то уже не разгладишь.       — Понятно, — отозвался Саванна. — Раз несправедливо, я, так и быть, погляжу, где там можно подправить, тем более, рубцы относительно свежие. Ну, и руки там надо капитально восстанавливать.       — Ты сможешь? — с надеждой спросил Кошмар.       — Ты ж меня знаешь, — важно проговорил специалист по регенерации.       Кошмар откровенно загостился на «Зените». Несмотря на тревоги относительно состояния напарника, многочисленные косые взгляды ученых и издевательские эксперименты Скандала (тот упорно продолжал твердить, что своими процедурами избавил сына Броска от тяжелейших проблем со здоровьем в недалеком будущем), жилось здесь очень даже неплохо. В ожидании выздоровления Сумрака Кошмар проводил время, как заблагорассудится. Он спал вдоволь, ел досыта, тренировался без фанатизма и в свободном режиме. Скучать тоже не приходилось: Саванна уделял младшему товарищу почти все свое свободное время, по возможности не отказывая ему в спарринге или совместном посещении зоны отдыха.       О ней, кстати, стоило сказать отдельно. Если на клановом корабле верхом шика считались бассейн и несколько парилок, то здесь имелся целый рекреационный комплекс. Кошмар просто обалдел, когда впервые увидел: несколько саун, три бассейна, искусственный водопад, обширная оранжерея, плюс всякие приятные мелочи, вроде массажных кресел, ультрафиолетовых кабин и купален с пузырями, что так приятно щекотали шкуру. Жаль, что там нельзя было остаться насовсем…       При случае Молодая Кровь также общался с Грызней и Шухером, даже пару раз помог им с разгрузкой каких-то особо ценных контейнеров, что не доверялись роботам и урм. Петля периодически мелькал мимо, но ограничивался скупым приветствием, и дальше на контакт упорно не шел, впрочем, Кошмар ему и не навязывался.       А вот Заваруха шел с сыном Броска на контакт весьма охотно. На почве общего знакомства и общих тревог у них быстро наладились теплые приятельские взаимоотношения, жаль только, что юный врачеватель слишком редко бывал свободен. Кошмару все хотелось расспросить его подробнее, какое именно прошлое связывает их с Сумраком, но, как только Заваруха начинал делиться воспоминаниями, его тут же куда-то вызывали, и рассказ откладывался на неопределенный срок.       И все же несмотря на то, что обстановка в целом была прекрасна, бесконечно пользоваться гостеприимством ученых Кошмар не мог. Кроме того, у него оставались важные незавершенные дела. Вернее, у них с напарником оставались…       Первоначально, не зная, сколько именно времени уйдет на лечение Сумрака, Кошмар планировал дождаться выздоровления товарища, чтобы вместе с ним вернуться на «Остров», осмотреть его на предмет затаившейся молоди Жесткачей, собрать трофеи и, так сказать, «сдать объект» вышестоящим инстанциям. Но Саванна быстро развеял иллюзии, сообщив, что охотника ожидают еще две операции с интервалом в несколько недель, а потом курс сложный интенсивной терапии. По ее завершении Сумраку еще как минимум месяц предстояло долеживать в капсуле, после чего должна была последовать реабилитация с постепенным восстановлением двигательных функций.       — Эдак он Сезон пропустит, — с сочувствием говорил Кошмар.       — И даже хорошо, что пропустит, — безжалостно отвечал на это Саванна.       Прошло еще несколько дней. Состояние Сумрака, по словам медиков, больше не вызывало опасений, и теперь оставалось только планомерно действовать, ожидая положительных результатов. Кошмар чем-то помочь в данной ситуации не мог, его даже не пускали к товарищу, по-прежнему мотивируя данный запрет всемогущим карантином. Сидеть на «Зените» дальше означало терять драгоценное время и злоупотреблять радушием (хоть и весьма натянутым) «научников».       Что ж, опять выходило не так, как хотелось… Но, что делать? Известив Саванну, Кошмар подготовил челнок, проверил оружие и припасы, после чего отправился в обратный путь, держа курс на проклятый и благословенный «Остров», с намерением расставить все точки…