Воюющая знаменитость

      Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор задумчиво разглядывал портреты, механические безделушки, которых уже почти не осталось, и покачал головой. На него навалилось ощущение чудовищной усталости. Шумно вздохнув, директор Хогвартса встал со своего места за столом, покормил феникса, убрался у него в клетке и взял с ближайшего книжного стеллажа первый попавшийся под руку том. Но читать не получалось: буквы прыгали перед глазами, строки плыли. Вздохнув, прославленный волшебник отложил книгу в сторону и сказал самому себе: — Хорошо. Решение всё-таки принято.       В этот момент камин вспыхнул зелёным пламенем, из него вышел Гарри. Встряхнув головой, Дамблдор тепло поприветствовал его: — Здравствуй, мой юный друг. — Здравствуйте, профессор Дамблдор, — отозвался Гарри слегка взволнованным тоном, так как уже заметил, что с его наставником что-то не так. Директор школы отмёл прочь безрадостные мысли и усадил ученика на стул напротив своего места, сел обратно за стол и стал говорить: — Профессор Грюм и твой друг Невилл Долгопупс вчера нашли одну очень важную вещь.       С этими словами он вытащил из ящика стола чашу Пуффендуй. От неё вовсю разило чёрной магией. Гарри испуганно взглянул на зловещий предмет и предположил слегка подрагивающим голосом: — Эта чаша побывала в руках у Волан-де-Морта? Он её заколдовал? — Несомненно, — задумчиво пробормотал Дамблдор, — но не волнуйся, — обнадёжил он ученика более уверенным тоном. — Здесь, в Хогвартсе, его чары не действуют, поэтому тебе нечего опасаться.       В этот миг дверь кабинета распахнулась, в кабинет вошла Минерва Макгонагалл. Кивнув Гарри, она обратилась к директору школы: — Вы звали меня? Простите за задержку. Стаббсы показывали мне хомячков, а Дженни Синглс прямо-таки загорелась научиться трансфигурации получше, — обычно суровая женщина едва заметно улыбнулась. — Вот и замечательно, — Дамблдор усмехнулся, — я считаю, что дать здесь приют родственникам членов Ордена — одно из самых лучших решений в его истории. Но всё же пришла пора предпринимать и более серьёзные шаги, — директор школы указал на чашу. — Лорд Волан-де-Морт осквернил эту реликвию, и боюсь, что необратимо. — Не может быть! — Минерва прижала руки ко рту, испуганно охнув. — Да, — Альбус вздохнул, — я изучил чашу в её нынешнем состоянии и понял, что Тёмный Лорд вложил туда частицу своей души. И чтобы он ослаб, чашу придётся уничтожить. — Но… но… — забормотала его заместительница, внутренне противясь этому решению, но не понимая, как возразить. — Иного выхода нет, — Дамблдор покачал головой и вновь обратился к Гарри: — Помнишь ли ты про тот проклятый дневник, который попал тебе в руки два года назад? — Да, — подтвердил подросток, — всё кончилось тем, что я проткнул его клыком василиска, и жившее в нём воспоминание Тома Реддла умерло. — Том Реддл, Минерва, это настоящее имя Лорда Волан-де-Морта, — объяснил Дамблдор профессору Макгонагалл, — и дневник принадлежал ему. А теперь так же, как и дневник, заколдована и чаша. — Там что, тоже часть души, которая может пробудиться? — спросил Гарри озабоченным тоном. — К счастью, чаша слабее дневника, насколько я понял, — сообщил Дамблдор, — но частица души там всё же есть. — Придётся повторить то же, что и с дневником? — догадался юный противник темнейшего мага. — Ты весьма догадлив, Гарри, — похвалил его директор школы. — Надеюсь, что ты понимаешь и то, как сейчас это можно сделать. — Но василиск умер, и его яда больше нигде нет! — запротестовал Гарри. Ему казалось, что директор предложил неразрешимую задачу. — Есть, мистер Поттер, есть, — Макгонагалл опомнилась и пришла ему на выручку, — насколько я помню из рассказа профессора Дамблдора, вы убили чудовище мечом Гриффиндора, а он способен впитывать многое, что попадает на него. — Точно! — Гарри обрадовался. — Я смогу разрубить чашу этим мечом! — Прошу! — Дамблдор взял с книжного стеллажа Распределяющую шляпу и подал подростку.       Гарри взял Шляпу, просунул руку в её полость и нащупал рукоять меча. Вытащив его наружу, юноша вопросительно взглянул на наставника. Тот как раз сдвинул чашу немного в сторону, установив её точно в центре столешницы. — Ты знаешь, что нужно сделать, Гарри, — подбодрил его директор школы, отойдя немного в сторону и сделав знак Минерве сделать то же самое.       Зажмурив отчего-то глаза, Гарри вознёс меч над головой и ударил. Руки опустились неожиданно просто, и мальчик не почувствовал никакого сопротивления. Словно во сне он услышал звон осколков. Перестав жмуриться, Гарри с удивлением для себя обнаружил, что почти разрубил стол пополам. Меч увяз в древесине. — Простите, сэр! — испуганно вскрикнул юный Поттер, лихорадочно отскочив назад. — Я не хотел ничего ломать и портить у вас! — О, Гарри, — мягко отозвался Дамблдор, — это совершенно не важно. Стол можно починить простыми ремонтными чарами. Главное в том, что предмет, заколдованный Волан-де-Мортом, уничтожен. Темнейший маг потерял часть своей силы, которую вложил туда. — А что произойдёт, если он потеряет все такие предметы? — спросила Минерва Макгонагалл. — Вернёт свой прежний облик? — Этого и я сам не знаю, — сокрушённо признался Дамблдор. — Могу лишь предполагать. Но надо учитывать, что отрывая части неоднократно расколотой души от самого себя, Волан-де-Морт уже вряд ли может вернуть их. Тогда получается, что если уничтожить все предметы, содержащие часть его души, то он предельно ослабнет или вовсе умрёт.       Сев назад за поломанный стол, директор Хогвартса задумчиво смерил взглядом Минерву и произнёс тихим голосом: — Минерва, я просил вас об этом раньше и надеюсь, что вы готовы это сделать. — Я… — Макгонагалл растерялась. — Я не уверена, что у меня хватит на это сил, — попыталась возразить женщина. — Кто принял решение пустить в Хогвартс родственников членов Ордена? — напомнил Альбус, усмехнувшись и подмигнув. — Ладно, сдаюсь, — Минерва уступила и тяжко вздохнула, будто беря тяжёлую ношу. — Что вы хотите сделать?! — вскричал Гарри опять. Ему казалось, что сейчас должно произойти нечто неприятное или даже опасное. — Гарри, — Дамблдор встал, — я принял решение покинуть пост директора школы, — озвучивал он это настолько будничным тоном, будто речь шла о бытовых планах на вечер. И по этому тону становилось ясно, что решение об отставке принято не сегодня и даже не вчера. — Но… но… — Гарри бессильно хлопал глазами, пытаясь осознать происходящее. Самый мудрый, дальновидный, понимающий и сильный волшебник — уходит?! — Но как вы можете нас покинуть?! — в голосе юноши звучала паника. — Минерва, это дело я могу поручить только тебе, — продолжил Дамблдор. — Я не сомневаюсь, что ты справишься. — Да, — Макгонагалл поклонилась Альбусу. Вновь улыбнувшись, тот предложил: — Сделай что-нибудь. — Репаро, — приказала Макгонагалл, нацелив палочку на разрубленный стол. Тот мигом восстановился, а меч Гриффиндора исчез, вернувшись в Распределяющую Шляпу.       Удовлетворившись произведённым действием, новая директриса села на своё новое место и о чём-то заговорила с предшественником. Гарри был словно в тумане, не понимая, о чём говорят преподаватели. Затем Альбус положил подростку руку на плечо и привёл тем самым его в чувство. — Успокойся, Гарри, — так же мягко продолжил Дамблдор, — разве я сказал, что покидаю вас? Конечно же нет. Пойдём, у нас теперь свои дела.       Бывший глава школы повёл ученика по коридорам Хогвартса. Заведя его в пустой класс, он усадил его за парту, а сам неожиданно сел на поверхность учительского стола, словно шалун-старшекурсник. — Гарри, я старый человек и от многого устал, — признался Дамблдор. — А время сейчас тяжёлое. Я и президент Международной Конфедерации Магов, и Верховный Чародей Визенгамота, и руководитель Ордена Феникса и недавно директор школы. Не кажется ли тебе, что это многовато для одной персоны? — Кажется, — подтвердил Гарри, понемногу отходя от ступора. — Вот именно, — Дамблдор кивнул. — Поэтому я решил сбросить этот груз со своих уже перетруженных плеч. Но не волнуйся, мы не расстаёмся.       У Гарри будто камень с души свалился, к нему вернулась способность трезво мыслить. Он спросил: — Чем же вы теперь будете заниматься? — О! — светлый маг рассмеялся. — Это решить было нетрудно. Я займусь самым главным делом для нас всех. Я полностью посвящу себя делам Ордена и буду с вами день и ночь. С тобой, Гарри, и нашими друзьями. Лорд Волан-де-Морт становится ещё опаснее, чем раньше, и я уже не имею права отвлекаться от борьбы с ним на что-то другое.       В классе находился довольно высокий и широкий камин. Вытащив из кармана мантии щепотку летучего пороха, Дамблдор снова пригласил Гарри вслед за собой: — Пойдём, объявим о новом положении остальным.       Переместившись в дом Блэков по каминной сети, юноша и его наставник прошли в гостиную. Там находились почти все, кто был в это время в доме. Оглядев присутствующих, Дамблдор спросил: — А где Аластор, Римус и Стерджис? — Наводят порядок в Министерстве, — отозвался Перси, помогавший в это время Джинни с домашними заданиями на лето. Остальные тоже обратили внимание на вошедших и заулыбались. — Очень хорошо, — Дамблдор удовлетворённо кивнул. — Я хочу сделать важное объявление, — предупредил он.       Остальные члены Ордена окончательно отвлеклись от своих дел и приготовились слушать руководителя. — Я решил, что негоже разрываться пополам, гоняясь за двумя зайцами, — начал излагать Дамблдор. — всё равно на двух стульях не усидишь. Тем более что положение в стране становится всё опаснее, как показало нынешнее утро. Я ушёл с поста директора Хогвартса, доверив его Минерве, и отныне полностью посвящаю себя делу борьбы с Лордом Волан-де-Мортом. Начиная с сегодняшнего дня, я постоянно с вами. — А как же ваша работа в Визенгамоте и Международной Конфедерации магов? — удивлённо спросил Артур. — В Визенгамоте у меня есть заместитель, — объяснил Дамблдор, — а что касается Международной Конфедерации, то должность президента не предполагает постоянного присутствия. К тому же ближайшая сессия будет только через три месяца. Не исключено, что этот пост я тоже покину, если возникнет такая необходимость.       Заявления Дамблдора были приняты восторженными аплодисментами. Вслед за этим глава Ордена и Гарри проследовали на кухню. Там привычно хлопотала миссис Уизли, готовя обед. Ей помогала Гермиона. Обернувшись на звук шагов, они радостно ахнули. Глава Ордена нечасто показывался в своём штабе, и каждый такой визит был для остальных членов запоминающимся событием. А объявление в гостиной они не услышали из-за бурчания Кикимера, приставленного чистить овощи. — Не хотите ли чаю, профессор? — предложила Молли. Она до сих пор сохранила привычку обращаться подобным образом к Дамблдору, потому что училась в Хогвартсе при нём, как и всё её поколение. — Благодарю, конечно, только без сахара, — согласился Альбус.       Гермиона полюбопытствовала, ставя чайник: — Вы хотите поговорить о чём-то важном? — Разумеется, а как вы догадались, мисс Грейнджер? — отозвался Дамблдор. — Ну… — девушка смутилась, — вы нечасто приходите, да и утром, наверное, такой кошмар был… — она закончила реплику чуть ли не шёпотом. — Да, утром, — Дамблдор встряхнул головой. — Пожиратели Смерти напали на Министерство, но его удалось защитить силами Ордена и Международной Конфедерации магов. Конечно, погибли многие сотрудники, в основном мракоборцы, и это ужасно. — Гарри так рвался в бой, я едва сумела его удержать, — прибавила Гермиона. — Профессор, объясните ему, что это опасно! — взмолилась она.       Дамблдор пристально взглянул на ученика, и Гарри стало стыдно. Ему показалось, что его сейчас начнут ругать, но этого, к его удивлению, не произошло. Постучав пальцами по столу, бывший директор Хогвартса продолжил говорить, обращаясь на этот раз непосредственно к Гарри: — Я вполне понимаю, что тебе хочется сражаться, как это было раньше. Я не сержусь на тебя. Но ты забыл об одном обстоятельстве: Лорд Волан-де-Морт по-прежнему ищет тебя. Ты уже побывал в плену, и мы чудом сумели тебя спасти. Мы не позволим этому повториться. Второго шанса не будет. Именно по этой причине я приказал не выпускать тебя отсюда без серьёзной охраны. Ты — ключ к победе. — Но я не хочу прятаться за чужими спинами, не хочу, чтобы вокруг меня гибли невинные люди! — вспылил юный Поттер. — Я тоже хочу драться, я же умею! — Мы все знаем это, Гарри, — мягким тоном продолжал возражать Дамблдор. — Но тот бой был очень тяжёлым. Несколько членов Ордена попали в больницу Святого Мунго. — Как?! — Гарри вскочил с места. — Кто?! — Кингсли Бруствер и Сириус Блэк, — сообщил Дамблдор, — но их жизням ничто не угрожает, если верить поступившему отчёту колдомедиков. — А можно их навестить? — голос Гарри стал дрожащим, его сердце учащённо забилось. — Не сегодня, — остановил его Дамблдор, — им как раз сейчас оказывают экстренную помощь, присутствие посторонних нежелательно. — Но этого можно было избежать, я бы помог! — воскликнул Гарри. — Чем? — Дамблдор снова вздохнул. — Настоящий бой это такая вещь… Там нет места благородству и раскланиваниям. Всё очень быстро и жестоко. Тебя бы затоптали сразу. Твои знания и умения ещё не выдерживали настоящей проверки. — Но я хочу быть полезным, а не отсиживаться в углу! — снова запротестовал Гарри, всё же немного успокоившись и сев обратно. — Поверь мне, одно только присутствие уже способно поднять боевой дух, — объяснил Дамблдор. — Видя тебя, каждый из нас понимает, что борьба идёт не зря.       Гарри вспомнил, что Гермиона говорила то же самое, и задал другой вопрос: — А чем всё кончилось? Нам удалось защититься? — Вот здесь всё очень непросто, — Дамблдор покачал головой. — С одной стороны, Министерство удалось защитить. С другой — у захватчиков была и другая цель. — Какая — другая? — Гарри растерялся. — Разве им не хотелось получить власть? — Конечно хотелось, — наставник кивнул, — но вторая цель была не менее важна, чем первая. Они смогли похитить из Отдела Тайн Пророчество. — Какое? — Гарри силился понять, о чём идёт речь. — О Лорде Волан-де-Морте и тебе, — ответил тут же Дамблдор, не думая это скрывать. — Мне рассказал о нём профессор Грюм, — поспешно добавил Гарри, поняв, о чём идёт речь. — Вот и хорошо, — глава Ордена слегка улыбнулся, довольный тем, что избежал долгих объяснений. — И теперь Лорд Волан-де-Морт начнёт ещё активнее пытаться заманить тебя в ловушку. В Пророчестве сказано, что «ни один не сможет жить спокойно, пока жив другой». Поэтому, именно поэтому, Гарри, — Дамблдор назидательно поднял указательный палец вверх, — я строжайше запретил остальным членам Ордена выпускать тебя из этого дома. — Мы все любим тебя и беспокоимся, как бы ещё чего-то с тобой не случилось, — прибавила Гермиона, глядя на кавалера одновременно с нежностью и беспокойством. — Всецело согласен, — Дамблдор кивнул.       Послышался стук в дверь, а затем голоса Грюма и какого-то незнакомого мужчины. Гермиона задала вопрос: — Это новый член Ордена? — Как бы да, но вместе с этим как бы и нет, — отозвался Дамблдор с загадочным блеском в глазах. — Сейчас будем знакомиться.       На кухню прошёл высокий широкоплечий мужчина атлетического телосложения. Его русые волосы были длинными, но красиво уложенными. Карие глаза смотрели насмешливо, но добродушно. Мужчина был одет в лёгкий жакет с бабочкой, белую рубашку, чёрные брюки и бежевые туфли. Он спросил зычным басом: — Дамблдор, как я выгляжу? — Похожи на букмекера на каком-нибудь спортивном состязании, — Альбус усмехнулся. — Чаю хотите? — Нет, потому что я волнуюсь, — признался гость, изобразив задумчивость. — Садитесь с нами, и мы спокойно всё обсудим, — предложил Дамблдор. — О, всем привет! — мужчина наконец-то обратил внимание на Гарри, Молли и Гермиону. — О, Гарри Поттер! — удивлённо воскликнул он. — Правда ли, что… — начал он было спрашивать. — Всё правда, подтверждаю, — перебил его Дамблдор. — Давайте поговорим о деле.       Сев на свободный стул, новый человек извинился перед миссис Уизли и ребятами: — Простите, что не поздоровался с вами сразу. Я прибыл по поручению Дамблдора, и мне нужно было поприветствовать сперва именно его. — Мистер Батлер, я должен дать вам прежде всего несколько рекомендаций, — начал говорить Дамблдор, — во-первых, ни единого слова об Ордене, хоть вы и состоите в нём. Головорезы Волан-де-Морта, узнав об этом, не побрезгуют подстеречь и убить вас. Если вас напрямую спросят о нашей организации, то скажите, что ничего о ней не знаете. — Понимаю, — Батлер кивнул. — Во-вторых, — продолжил Дамблдор, — держите основное внимание на вопросах безопасности и предложите свой план, чёткий и лаконичный. Я читал его черновик и в целом согласен. Главное — говорите уверенно. Тогда люди за вами пойдут. А исполнять этот план будем мы все силами Ордена. — Конечно, — согласился кандидат. — В-третьих, соблюдайте баланс между намерением навести порядок и радикальностью высказываний, пожалуй, это самое сложное, — это был последний совет Дамблдора. — Бандиты Волан-де-Морта не должны заподозрить, что вы представляете для него опасность. Пожалуй, здесь самая сложная часть вашей задачи — выиграть выборы и выжить. — А кто другие кандидаты? — полюбопытствовал Гарри. — У нас принята мажоритарная избирательная система, — ответил Дамблдор, — и в предвыборной кампании на разных этапах отсеиваются недостаточно популярные, в итоге в финал проходят только двое. — Знаете, мистер Поттер, я подозреваю, что другой кандидат на самом деле будет отстаивать интересы Того-Кого-Нельзя-Называть, — сообщил Батлер. — Да, — он вздохнул, — скрытно. Говорить то же, что и я, и всё такое прочее во имя спокойствия и безопасности. Его имени и положения в обществе я не знаю, но это не так уж и важно при таком стечении обстоятельств. — Да, непростая задача, — заметила Гермиона, — и победить вражеского кандидата, и подозрений не вызвать. — Именно, — подтвердил Батлер. — Но вынужден предупредить, что для отведения подозрений Сами-Знаете-Кого я иногда буду говорить о вас, мистер Поттер и мистер Дамблдор, двусмысленные или даже неприятные вещи. Не принимайте это на свой счёт, прошу вас. В условиях открытой агрессии этого чудовища любой, кто будет уличён в симпатиях к вам, может считать последние дни на календаре. Поэтому… — Батлер вздохнул, — может быть, вы поймёте меня, прошу вас.       Гарри и Дамблдор охотно согласились терпеть возможные насмешки и колкости в свой адрес, потому что это делалось ради безопасности своего человека на самом верху магической администрации Британии. Облегчённо вздохнув, кандидат в Министры Магии принял уже разлитый по кружкам чай и отпил из своей. Некоторое время Дамблдор говорил с ним о политике, и ребята заскучали. Но потом Батлер предложил: — Давайте передохнём немного. — С удовольствием, — доброжелательно сказал Гарри. — А как вас зовут, чем вы занимаетесь? Наверное, вы сперва хотели преподавать в Хогвартсе? — предположил юноша, увидев эмблему школы на жакете нового знакомого. — Я Джеральд Уоллес Батлер, — представился мужчина целиком. — А что касается Хогвартса… У меня были именно такие планы, — сообщил он. — Я хотел помогать Роланде Трюк, давно играю в квиддич и занимаю одну из старших должностей в департаменте магических игр и спорта. Но буквально в течение последних часов всё перевернулось с ног на голову, и теперь я — кандидат в Министры Магии вместо покойного Фаджа.       Увидев вытянувшиеся от удивления лица собеседников, Батлер пояснил: — Я выполнял за годы службы самую разную работу и успел зарекомендовать себя. Я даже баллотировался на этот пост в прошлый раз, но проиграл Фаджу десять процентов голосов. Правда, сейчас мне предстоит только участвовать в выборах, и ещё неясно, чем всё кончится. Ладно, хватит на сегодня о политике. Давайте поболтаем о квиддиче.       Компания оживилась. С Джеральдом было очень интересно беседовать. Он знал немало тонкостей правил, увлечённо рассказывал о командах и перипетиях соревнований. За этими разговорами вся компания засиделась до позднего вечера. Из дома Батлер не ушёл, ему отвели одну из свободных гостевых комнат первого этажа.

***

      Лорд Волан-де-Морт в тот же самый день взялся за обдумывание дальнейших действий. Итоги штурма Министерства оказались противоречивыми. С одной стороны, цель по его захвату не была достигнута, и всё из-за самонадеянности Руквуда! Впору отправить его доделывать незаконченное в одиночку! Хм… а это интересная мысль. Но как же его ум и знания? А плевать. Он не сумел распорядиться ими достойно, оставил место сражения в самый критический момент. Значит — списать со счетов. Но не сейчас, может быть, он ещё пригодится. А списать всегда успеется.       С другой стороны, Пророчество добыто, а также есть информация о том, какими силами располагает Дамблдор. Это не только Орден Феникса, но и подкрепление из Международной Конфедерации магов. Правда, оно небольшое, но конфедератам ничего не стоит прислать подмогу, раз сама помощь уже согласована.       Пожалуй, идти напролом уже нельзя. Конечно, магическая мощь решает многое, но подчинённых, особенно если они будут делать глупости, как Руквуд, арестуют или перебьют, и в одиночку выстоять будет весьма непросто.       Хм, а если пойти «официальным» путём? Люциус предлагал недоумку Фаджу выборы, почему бы не воспользоваться этой идеей? Естественно, самостоятельно выдвигаться нельзя — никто не даст за Тёмного Лорда ни одного голоса, да и конфедераты могут заподозрить переворот и вмешаться сильнее. Ни к чему лишние сложности. А вот «своего» кандидата выставить — то, что надо. Само собой разумеется, что он ни в коем случае не должен быть уличён в «сомнительных» связях. А потом, когда этот кандидат выиграет, можно будет тайно диктовать ему свою волю. А что — такой способ править самый удобный. Не надо притворяться, не надо ни перед кем отчитываться, недовольные тоже не отыщут мишень для своего гнева… Нужно только подставное лицо, а уж оно свою работу будет делать хорошо. А не будет — заплатит за свою нерадивость самую высокую цену…       Тёмный Лорд нажал на запястье кончиком палочки, и к нему тут же пришли трое прислужников, трясясь от страха и почтительно кланяясь. Окинув их снисходительно-презрительным взглядом, темнейший маг приказал: — Позовите Пия.       Слуги, облегчённо вздохнув, удалились. Через пару минут вошёл мужчина среднего телосложения, с хитро глядящими водянистыми глазами, в безупречно чистом и гладком сером смокинге, светло-зелёной рубашке и серебристых башмаках. Весь его вид говорил о том, что он привык к публичности и тщательно следит за собой. Комната, в которой должна была состояться беседа, была одной из самых скромно обставленных в доме Малфоев: наличествовали только диван вдоль стены, стеллаж с книгами и небольшой камин. Оба собеседника заняли этот диван, сохраняя некоторую дистанцию. — Здравствуйте, милорд, — начал Пий, не забыв поклониться перед тем, как сесть. — Вы хотели со мной поговорить? — Да, Пий, — Волан-де-Морт кивнул. Хоть с кем-то можно нормально разговаривать. Хоть Пий Толстоватый вечно торчал во всяких бумагах и постоянно ходил на какие-то политические акции, не всегда отзываясь на приглашения Лорда, господин и не думал сердиться на Пия за такую занятость. Ему позарез нужно было официальное представительство, и Пий, имея репутацию и связи, был идеальным проводником воли Лорда. Пий непрерывно работал и не бегал каждые пять минут за советом, Лорду это было по-своему удобно. Иногда они обсуждали те или иные проекты Пия, и Лорд даже иногда уступал ему в некоторых вопросах, понимая, что во всём, что касается управления обществом, необходимы осторожность и последовательность. И вот теперь пришла пора для самой важной сейчас миссии. Что не получилось у боевиков, может получиться у политика. — Пора вам отложить свои бумаги в ящик стола и встать из-за него, выйти на трибуну, — сообщил Волан-де-Морт. — Пост Министра вакантен. Покажите мне и стране, что вы достойны взять его. — Простите, милорд, — решил уточнить Пий, — а разве этот пост не освобождён специально? — Увы, Пий, мои прочие прислужники оказались глупее вас и не добились того, что мы планировали ранее, — объяснил Волан-де-Морт. — Вам придётся поработать локтями, распихать конкурентов. Но тем лучше для вас — если вы победите в предвыборной кампании, то никто не сможет оспорить законность вашего положения. А я вас дополнительно награжу: вы будете свободны во всех решениях, кроме тех, о которых будут мои особые пожелания. Но я не буду вам слишком часто докучать.       На самом деле Тёмный Лорд и не думал упускать Пия из виду, однако не стал говорить об этом. Мужчина отозвался весьма живо: — Конечно, я непременно добьюсь своего. Я уже представляю себе, какие шаги предприму, чтобы одержать верх. Могу на днях представить вам точный план действий. — Не надо, Пий, я и так верю, что вы знаете, что делаете, — возразил Волан-де-Морт. — Составьте его для себя, этого достаточно.       Лорду не было нужды в плане и отчётах о его выполнении. Он и так мог контролировать подчинённых своими средствами. А в случае с Пием тем более не нужно было даже отдалённых намёков на связь с Лордом. Мало ли — вдруг у других политиков есть шпионы? Они же любят копаться друг у друга в грязном белье и скандалить, тем самым отнимая друг у друга сторонников. Поэтому «чистота» Пия была залогом если не успеха в целом, то успешного старта уж точно. Но догадливый кандидат в Министры Магии задал ещё один уточняющий вопрос: — Мне приятно осознавать, что вы так мне доверяете, но не будет ли всё же каких-то рекомендаций?       Пожалуй, Пий ничуть не хуже Руквуда, только ум у него по-другому устроен. Более тонко что ли. И более глобально. Волан-де-Морт, внутренне испытывая удовлетворение, произнёс: — Хорошо, раз ты так просишь, выскажусь. Первое. Твоё реноме должно быть безупречным. Ни одна пылинка рядом с тобой не должна указывать на меня. Официально мы чужие друг другу. Я даже разрешаю высказываться обо мне в негативном ключе. — Правда, милорд? — Пий на этот раз искренне удивился. — Обычно вы сердитесь, когда слышите то, что вам не нравится. — Вы можете говорить всё, что угодно, лишь бы сумели выполнить поставленную задачу, — подтвердил темнейший маг. — Хоть поносить меня самыми грязными ругательствами, я не обращу на это внимания. Главное сейчас — дело, и для его успешного завершения предпринимайте всё, что считаете нужным. Из этого следует второе. Ваша программа не обязана содержать что-либо из моих идей. Будет лучше для нас, если мы сделаем это всё потом, когда власть будет уже в ваших руках. А сейчас будьте как можно оригинальнее. — Можно даже выступать в поддержку сквибов и грязнокровок? — вторично удивился Пий. — Да, лишь бы собрать побольше голосов, — снова подтвердил Лорд. — Хватайтесь за самые популярные темы и развивайте их. А потом… потом решим, что со всем этим делать. — Люди захотят порядок и покой, — предположил Пий, подумав об утреннем штурме Министерства. — Так пообещай им его, — Тёмный Лорд и тут не стал возражать, — а уж каким будет этот порядок, решим позже. — О, — оживился Пий вторично, — неплохой лозунг получается. «Постоянство, порядок, покой». Как вам? — Неплохо, — Лорд сдержанно кивнул. — Толпе понравится. Игра на контрастах — очень выгодная стратегия. Остальное, я уверен, вы и сами продумаете. — Спасибо за моральную поддержку, милорд, — Пий поклонился ещё раз, привстав с дивана ради этого. — Думаю, что всё удастся. — Вы один из немногих, кому я ещё верю, — дал Лорд прощальное напутствие. — Оправдайте моё доверие сполна, и перед вами откроются практически неограниченные возможности.       Волан-де-Морт на этой оптимистичной ноте завершил встречу и отпустил «своего» кандидата. Теперь от него зависело если не всё, то очень многое.

***

      Избирательная кампания началась через три дня после того, как Дамблдор и Волан-де-Морт проинструктировали своих ставленников на пост Министра Магии. Кандидаты произносили речи, участвовали в дебатах, вовсю рекламировали себя, и даже иногда устраивали импровизированные театральные представления, где показывали, чего хотят добиться. Также на каждом подобном мероприятии раздавались избирательные бюллетени, так что посетители могли тут же отдавать свои голоса. При этом бюллетени были заколдованы таким образом, что могли заполняться только один раз и только одним получателем. Постепенно, в течение двух недель, все соперники Джеральда Батлера и Пия Толстоватого сошли с дистанции, проиграв первый и второй этапы в отдельных населённых пунктах и округах, так как вели свою кампанию недостаточно убедительно. На очередные дебаты, проходящие в Косом переулке, пришли все маги Лондона, им было интересно посмотреть на противостояние Пия и Джеральда, встретившихся впервые. Для них был сооружён помост с двумя креслами друг напротив друга. Пожав друг другу руки, кандидаты расселись и начали дискуссию. — Прекрасная сегодня погода, не правда ли? — начал Батлер, широким жестом указывая на белые облака. — Конечно, — Пий кивнул, — и я приложу все усилия, чтобы наше общество чувствовало себя так же безмятежно и спокойно, как сейчас. — Но иногда всё же случается дождь, и на этот случай необходимо иметь тёплую одежду и зонтик, — заметил Джеральд. — И я предлагаю уважаемым избирателям не только зонтик, но и непромокаемый дождевик, — парировал Пий. — В таком случае позвольте осведомиться о ваших планах, Пий, — полюбопытствовал Джеральд. — Если честно, то зная наверняка, я бы и сам отдал свой голос вам. — Тогда у меня то же самое пожелание, — отозвался Толстоватый. — Это будет честно. Сравним их, и пусть избиратели сами решат, что им больше нравится. В конце концов, мы живём в демократическом обществе, и это право — выбирать покровителей — является для людей самым главным. А от этого зависит и всё остальное. — Знаете, Пий, — Батлер демонстративно сделал тяжёлый вздох, — До меня доносятся слухи о том, что головорезы Сами-Знаете-Кого вновь подняли голову после его возвращения. А недавнее нападение на Министерство — это так ужасно, так ужасно, — Батлер с озабоченным видом покачал головой. — Этого больше нельзя допустить ни единого раза. Ни одной новой жертвы. Выбирая главу государства, люди доверяют ему свою жизнь и безопасность. — Совершенно согласен, Джеральд, — Пий сухо кивнул. — И что вы хотите предложить в качестве мер по безопасности? — У Министерства после случившегося довольно мало людей, — Джеральд признал очевидное, — поэтому я думаю, что нужно установить на все магические населённые пункты и частные дома усиленную сигнализацию. Это не более пятисот адресов. Мы справимся. Также нужно расширить приём на курсы мракоборцев и обучать их по ускоренной программе. — А я считаю, что нужно действовать шире, — возразил Пий. — Можно привлекать и самих обывателей — учредить инспекционную полицию, которая будет патрулировать улицы и реагировать на подозрительных лиц и действия с их стороны. Конечно, ваши меры по реагированию на нападения помогут их отражать, но безопаснее их предотвращать. — Тогда вам придётся пожертвовать некоторыми демократическими свободами, уважаемый оппонент, — заметил Батлер. — Например, свободой передвижения. — Тот-Кого-Нельзя-Называть вернулся внезапно, поэтому это временные и вынужденные меры, — ответил Пий. — Разумеется, когда он будет повержен, эти ограничения потеряют актуальность и будут подлежать отмене.       Лорд Волан-де-Морт в это самое время, как обычно, сидел в кресле у камина в одной из комнат дома Малфоев. Всё, что говорил, слышал и ощущал «его» кандидат, становилось тут же известно господину через легилименцию. Он помнил о договорённости, поэтому не разозлился на Пия, когда тот упомянул поражение повелителя. Главное сейчас — захватить власть, а глупеньких обывателей можно и обмануть. Поэтому риторика Пия не задевала его патрона.       Люди! — Батлер вскочил со своего места. — Я обещаю вам защиту прямо сейчас! Не потом, когда выборы кончатся! Не потом, когда Сами-Знаете-Кто нападёт! Сейчас!       С этими словами Джеральд достал из кармана жилета пачку золотистых билетиков с символикой Министерства и начерченной линией надреза. Он тут же стал раздавать их избирателям. Пий Толстоватый тоже взял один билетик, из вежливости, решив для себя, что потом выбросит. Молодая девушка в первом ряду зрителей спросила, вертя билетик в руках: — Мистер Батлер, а как это работает? — Охотно поясню и даже покажу! — тут же согласился кандидат Дамблдора. — Смотрите! — объявил мужчина. Демонстративно вытащив ещё один билетик после раздачи оставшихся, он разорвал его. На помост тут же трансгрессировали Кингсли Бруствер, Артур Уизли и трое мракоборцев Министерства, все с палочками наготове. Убедившись, что всё работает правильно, они помахали избирателям руками и трансгрессировали обратно. — Уважаемый оппонент, а вы не опасаетесь ложных вызовов, просто глупых шуточек или непреднамеренной порчи билетика? — скептически произнёс Пий. — Нет, я работаю над этим, — уклончиво отозвался Батлер, не желая раскрывать сопернику свои карты.       Дебаты длились до глубокого вечера. Но благодаря идее Батлера итог кампании определился в тот же день. Счётчик голосов за него достиг отметки в пятьдесят три процента. Пий Толстоватый проиграл.

***

      Дамблдор расположился на диване в большой гостиной на первом этаже дома Блэков. Рядом сидел Гарри. Он спросил у наставника: — Что мы будем делать теперь? — Подумай сам, — предложил глава Ордена, — мистер Батлер выиграл выборы. Теперь нам будет помогать Министерство. Мы полностью свободны в своих действиях. — Я бы приказал переловить всех слуг Волан-де-Морта и предать их суду, — заявил Гарри. — Нельзя же всех убивать. Вдруг кто-то из них служит ему по принуждению, а на суде отречётся от своих преступлений. — Идея хорошая, да вот только её очень тяжело осуществить, — Дамблдор покачал головой. — В прошлый раз он исчез внезапно, и его сообщники сразу утратили волю к сопротивлению. А сейчас у меня нет плана, как заманить его в ловушку. Я больше не хочу никаких жертв, Гарри, пусть и добровольных. — У меня есть, — сообщил юноша. — Вы же говорили, что есть предметы с его частями души. Надо их найти и уничтожить. Он узнает о том, что мы их ищем, и бросится их защищать. Тут-то мы его и застанем врасплох.       Помолчав немного, Дамблдор ответил: — Похоже, иначе никак. Что ж, будь по-твоему. Но тогда нам понадобится помощь.       Встав с дивана, бывший директор Хогвартса достал из кармана мантии запечатанный конверт и спросил у Гарри: — Ты не против, если я отправлю письмо с помощью твоей совы? — Конечно, сэр! — тут же отозвался Гарри. Сходя в свою комнату, он принёс клетку с Буклей, выпустил её и привязал письмо к лапе. — Йоркчестер, Уайт-стрит, двадцать, — назвал Дамблдор адрес. Сова улетела.       На следующий день в дом Блэков явилась женщина в сизой мантии, с каштановыми волосами, глубоким таинственным взглядом карих глаз. Она зашла всё в ту же гостиную. Дамблдор, улыбаясь, поинтересовался: — Дорогая Кристина, кажется, ваши волосы были чёрными? — Я перекрасилась, — объяснила женщина и кокетливо подмигнула. Повернув голову, она воскликнула: — О, невероятно! Гарри Поттер! — Здравствуйте, — смущённо пробормотал подросток, не привыкший к бурным проявлениям внимания к себе. -Я Кристина Кармелия Клементи, — представилась женщина. — Я давно работаю вместе с Альбусом Дамблдором в Международной Конфедерации магов и специализируюсь на защите от тёмных искусств. — Очень приятно, — сказал Гарри. — Наверное, ты никогда не бывал в Европе? — стала рассказывать Кристина. — Там очень красиво! Особенно здания Эпохи Возрождения и средневековые замки! А как хорош мой родной Палермо!       Кристина, заняв место на диване, стала вещать о прелестях Италии. Рассказ растянулся на полчаса. Ещё полтора она распространялась о кухне. Во время этого повествования в гостиную зашли Рон и Гермиона. На них Кристина тоже произвела приятное впечатление. Рону она рассказала о квиддиче в родной стране, а Гермионе — об особенностях ухода за домашними животными. К тому же новая гостья понравилась Живоглоту, он забрался к ней на колени и замурчал. Все трое решили, что новое знакомство очень поможет.