Грехи Габриэль Стигман

Чуть ранее На улице достаточно стемнело. Холодный осенний воздух вошел в отношения с пресной погодой. Тысяча фонарей зажглись за долю секунды. Машины активно подались руслу нашего города. Шаги людей переключились к шепоту, которые сбивались смехом и общением между собой. — Адам, я на данный момент занят, не смогу подъехать. Давай ближе к ночи. — Ты с телкой? — Адам задал вопрос, который уже выводил меня из себя. Он прекрасно знал, что я терпеть не могу такие темы для обсуждения, но все равно продолжать вести данные диалоги. — Может быть и с телкой, какая тебе разница? Я же сказал ближе к ночи подъеду. — Значит какая-то губошлепка важнее наших встреч? — Сука, ты можешь хоть раз заткнуться и дать мне закончить свои дела? — Мы вчера заткнулись, и чем всё это кончилось? Ты удрал с этой пиздой. — Завали свое ебало. Если ты продолжишь меня отвлекать, то я нихуя ничего не успею сделать, а это значит, что не подъеду к твоему дранному дому и не отвезу тебя в твой чертов клуб для упокоения души. — Манипулируешь мной? Маленькая шлюшка. — Всё, закройся. До связи. Я отключил смартфон. Дернув ручку двери автомобиля, первое, что я увидел — забросанные вещи Габби. Сквозь неохоту пришлось собирать женскую косметичку и пару документов девушки, чтобы у друзей не было ко мне вопросов. — Так, сейчас быстро всё убиру, отвезу Стигман и прямиком в клуб. — именно такой был выстроен план, пока моя рука не достала какую-то бумажку из-под пассажирского сиденья. — А это что? Осмотр. Так ты у нас была в больнице. — Мои глаза быстро разбежались по листку. Везде стояли печати и результаты анализов. — Да ты у нас вся чистая и здоровая. Интересно. А это что? — Я обратил внимание на справку от гинеколога. Она отличалась тем, что вместо каких-то результатов стояло слово «VIRGO». — И что это значит? Мои руки снова схватили телефон. Разблокировав пароль, я вошел в интернет и набрал «virgo». Результатом был перевод данного слова. «Дева». — Знак зодиака? Что за тупизм? Или это я тупой. Блять. Мои пальцы очистили поисковик. Я по новому набрал «virgo гинекология». — Сейчас глянем. Так. Virgo с латынского «девственница». Так ты у нас и вправду невинная? — В мою голову свалился большой ком стыда. Воспоминания вчерашнего дня дали о себе знать, прилетев ко мне, как брошенный бумеранг. — Пиздец, я ей вчера столько всего наговорил, а она хотела показать лишь эту чертову бумагу. Стигман, ты меня и вправду сведешь в могилу. Снова прилетел ком, но в два раза крупнее. Получается, те слухи — сплошная ложь. Габриэль не спит со своим отчимом. А это означало одно: она подверглась к домашнему насилию. — И столько времени ты это терпишь, невинная грешница. Блять! Гудок за гудком. И наконец спустя пару секунд мне ответили. — Адам, езжай без меня, у меня поменялись планы. Тихо открыв дверь, я вновь подошел к шкафу с вещами. — Собирайся. — Куда? Голубоглазая встала с дивана и начала пристально смотреть на меня. Жадно прождав все мои действия, она с нетерпением вновь задала вопрос. — Куда, Дастин? — Домой. — Не поняла. — К тебе домой. — Стой, подожди, мне нельзя домой. Я уже объясняла. — Я не глупый, Стигман. Мы просто едем забирать твои вещи. — Зачем? — Ну, можешь дальше ходить в моих штанах и футболке, но не думаю, что ты так заявишься в колледж. — Мне негде жить, смысл забирать вещи? — Поживешь пока что у меня. — С ума сошел? Я не смогу жить с тобой. — Тебе некуда идти, ты это прекрасно понимаешь. Да и мне, в принципе, по барабану куда ты пойдешь, если решила, что жить со мной в одном доме — это сильнейшая трагедия в твоей жизни. Мне от твоего ухода — не горячо, ни холодно. Решать тебе: либо улица, либо моя рука помощи, которая через секунду откажется помогать. — Стой, не ставь меня перед фактом. — Ты серьезно? Габби, я не умоляю тебя остаться. Повторюсь, мне по барабану на тебя. Возможно, пару ночей я покуралесил бы с твоей смазливой внешностью, но не более. — И как мне воспринимать последнюю информацию? Звучит как обидный комплимент. — Воспринимай эту информацию как хочешь. Но задница у тебя что надо, Стигман. — Пошел ты. — она отбросила свой взгляд в окно, где за стеклами был холодный поток осенней рутины. — И ты готов приютить меня? Вот так без лишних вопросов? Мои руки потянулись к столику, где лежали ключи от машины и телефон. Я зашел в социальную сеть, чтобы проверить общую беседу группы в надежде, что хотя бы здесь не пишут про покойницу Николь Джонсон. Но увы, наши однокурсники — те еще скамеечные бабки у подъезда. Пролистав вниз диалог, я закрыл все вкладки и выключил телефон. — Дастин, может, ответишь? — ее разбитый взгляд стоял на мне. Уставшие столь времени глаза загорались какой-то мелкой искрой на мили секунды, но вмиг потухали холодными воспоминаниями. — Не задавай больше вопросов. Если я сказал, что мы заберем твои вещи ко мне, то ответ очевиден. Поэтому, поднимай свой зад, золотая девочка. — Как ты меня назвал? — Я просил не задавать вопросы. — Эй, подожди. У меня достаточно много вопросов, на которые нужны ответы. Ответь. — Ты остаешься тут или домой? — Я. остаюсь. — Хорошо. Бери серую толстовку с верхней полки шкафа и поехали. — я схватил ключи от машины и направился к выходу. — Подожди меня. — Стигман моментально встала с кровати, и, схватив рандомную одежду со шкафа, направилась к выходу. Дорога была довольно скучной. Пару песен подбадривали обстановку, но большинство не вызывали даже вздрагивания пальцев. Что за бред играет по радио? Из-за этого портилось настроение. К порче настроения подключилась и сама Габби. Она постоянно дергалась, не могла усядется на месте. Чтобы как-то взбодриться, я подключил рекомендацию песен с телефона к машине. Ничего не изменилось, все треки вызывали у меня только агрессию. Я листал песни дальше, одну за одной. — Останови. — вытянула руку строгачка. — Что? — Поставь предыдущую. Она мне нравится. Я листнул назад. Заиграла песня «Macan — Пополам». Мои руки нажали вперед. — Эй! — Я не хочу слушать сопли. — Это не сопли, это Макан, ты что? — Я знаю этого исполнителя, но этот трек — девчачьи сопли. — Поставь ее пожалуйста. — Нет. — Дастин, пожаа-алуйста! — Я поставлю этот трек, если ты замолчишь на всю дорогу и перестанешь дергаться, потому что меня это дико раздражает и выводит из себя. — У тебя неудобное сиденье. — Вчера тебе это сиденье ничем не мешало. — Из вчерашнего я ничего не помню, поэтому простительно, Дастин. — Просто замолчи уже. — Включи ту песню. — Сначала замолчи и перестань мотаться по салону. Девушка уселась и затихла. Ее пронзительный взгляд вновь пробивал во мне дыру. Я усмехнулся. — Вау, наша тихая строгачка Стигман вернулась. — Я тебе не строгачка. — из ее уст вырвались четыре слова. — Молчи, у нас уговор. — пальцы нашли предыдущую песню и нажали на проигрыватель. Трек пошел на загрузку. — Напомни по дороге домой купить тебе кляп. Слишком много говоришь. Она пропустила мои слова мимо ушей, так как заиграла ее песня. Голубоглазая закрыла глаза и вытянулась в слабой улыбке. Ее тело мгновенно расслабилось, а руки обняли предплечья. Мой взгляд устремился на трехминутный, внутренний вайб Габриэль, который заставлял меня задаваться вопросом «что такого в этой песне?» Какой-то трек успокоил девушку так сильно, что мне показалось, будто Стигман уже заснула. В словах Макана я не видел ничего логического, что могло бы привести спокойствие. Обычная песня. В миг, Габби открыла глаза, из-за чего я перевел взгляд на дорогу. — Как тебе песня? — спросила меня одногруппница, в надежде услышать хорошее мнение. — Как и говорил раньше — девчачье сопли. — У тебя просто нет вкуса. — А у тебя заниженная самооценка. — С чего ты взял? Я чувствовал горечь и обиду в ее словах. Глупая. — Молчи. Мы договорились, что ты будешь молчать. — Хорошо. Минут семнадцать мы ехали молча, мотая круги по ночному городу. Стигман сидела, не проронив ни слово. На миг мне показалось, что девушка даже не дышит, так как ее тело не подавало никаких признаков жизни. Но стоило только кинуть взгляд на лицо Габби, как я сразу начинал чувствовать пожирание моей души глазами девушки. — Хватит смотреть на меня. — приказал я грешнице, не отрывая глаз от дороги. — Скажи лучше куда ехать. — Мы проехали поворот к моему дому. Минут шесть едем в неизвестном направлении. — Тогда какого черта ты молчала? — Ты сам сказал мне молчать. Что мне оставалось делать? — Ты идиотка? Я остановился. Моя ниточка спокойствия оборвалась моментально. Мне захотелось хлопнуть Габриэль об панель машины, но сидеть из-за ее глупости было бы верх тупизма. Мозги постарались включить в работу последнюю клетку нервов, чтобы не сорваться на одногруппнице. Сжав руль пальцами и закусив свои желваки, мои глаза закрылись для концентрации. Вдох и выдох. — Куда ехать? — Интернациональная улица. После школы налево. Мы разворачиваемся и едем обратно. Дорога и вправду заняло минут шесть. Не успел я развернуть машину к ее улице, как она завопила остановиться у соседского дома. — Зачем? — грубо и сухо прилетел вопрос к собеседнице. — Я не знаю где мои родители на данный момент, но если они дома и увидят тебя со мной, то убьют нас на месте. — Что за чушь ты несешь? У нас что, дискриминация? — Когда мы присутствуем на пороге моего дома — да. Поэтому остановись здесь. Мы остановились недалеко от дома Стигман. Она моментально расстегнула ремень. Как только девушка покинула машину, я тоже вышел, захлопнув за собой дверь. — Ты куда? — она спросила так тихо, что даже мне было тяжело разобрать ее слова, хотя я и находился на расстоянии метра от молодой особы. — Во-первых, покурить. А во-вторых, не твое собачие дело. — Дастин, без глупостей пожалуйста. Я понимаю, что тебе всё равно на мои слова, но я буду сильно благодарна, если ты посидишь пару минут в тишине. Без движений и звука. Для меня это очень важно. — Габриэль, не умничай. Так ты мне нравишься больше. — я высунул пачку сигарет с кармана джинс и бегло преподнес к губам. Зажигалка смело задействовала с единственной сигаретой. — Иди уже, я не буду галдеть. Собери свои вещи и поехали обратно. Новая подруга улыбнулась, уже после исчезла за дверью подъезда. Я продолжил стоять и докуривать никотиновую палку. Бросив окурок, мое тело уселось в машину. Я листал социальные сети и слушал песни с рекомендуемого плей-листа, пока мое внимание не привлек свет он уведомления на пассажирском сидении. Габриэль забыла телефон.