Мистер Ди и другие злоключения Пташки.

8 сентября 00:01 Vogue Cafe. ОН сидел за дальним столиком чуть слышно барабаня тонкими пальцами по столу, ожидая своего десерта. Темная тень промозглым осенним сквозняком пролетела рядом и уселась напротив. — П р е д, а е ш ь с я ч р е в о у г о д и ю? — еле слышно просипела Смерть, как будто не здесь. — С НЕДАВНИХ ПОР МОЯ ЕДИНСТВЕННАЯ РАДОСТЬ… — Н е д р, а м, а т и з и р у й, а т о м е н я в ы р в е т. — СТАРАЯ, А ТЫ КАЖДЫМ ДЕСЯТИЛЕТИЕМ СТАНОВИШЬСЯ ВСЕ УЧТИВЕЕ. — А т ы с е н т и м е н т, а л ь н е е. — Смерть, водрузила на стол пачку сигарет, а зажигалку начала вертеть в костлявой руке, то и дело зажигая пламя, что норовило потухнуть. — П о л, а г, а ю, т ы н е л ю б е з н и ч, а т ь м е н я п о з в, а л. — К ДЕЛУ ТАК К ДЕЛУ. — Ди откинулся на спину кресла, сложив руки на груди. — ВОЗЬМЕШЬ ДЕВОЧКУ ПОД СВОЙ ПРИСМОТР. — С е й ч, а с? Н е с л и ш к о м л и т ы т о р о п и ш с я? О н, а е щ е н е г о т о в а. — пламя в руке у смерти начало зажигаться все чаще. — Я д у м, а л а, т ы н е л ю б и ш ь р и с к о в, а т ь. — БОЮСЬ ОН ЖДАТЬ НЕ БУДЕТ И… У НАС НЕ ТАК МНОГО ВРЕМЕНИ. — Ди расправил плечи и положил руки на подлокотники, сжимая те пальцами. — РИСК ВСЕГО ЛИШЬ ПЛАТА ЗА МОЮ СЛАБОСТЬ. — И в с е ж е… п о ч е м у о н а? Т ы м о г в ы б р, а т ь к о г о у г о д н о, н о… — НЕВАЖНО, КЕМ ОНА БЫЛА ИЛИ ЯВЛЯЕТСЯ СЕЙЧАС, ВАЖНО ЛИШЬ ТО, КЕМ ОНА МОЖЕТ СТАТЬ. Не в моей власти сотворить что-то с нуля, я лишь могу создать условия и предоставить выбор. А кто это будет не все ли равно? Официант приносит заказ и слегка вздрагивает от внезапного холода. Смерть все же зажигает сигарету. — ЗДЕСЬ НЕ ПРИНЯТО КУРИТЬ. — С к, а к и х п о р т ы с т, а л с л е д о в, а т ь п р, а в и л, а м, а? — если бы у скелета были губы и брови, то сейчас они бы приняли самое саркастичное положение. — С ТЕХ САМЫХ, КАК САМА ЗНАЕШЬ КТО ОСТАВИЛ ВСЕХ НАС НА МЕНЯ ОДНОГО, — с этими словами Ди отложил ложку, не успев приступить к десерту. — Н е б у д е ш ь? Э т о ж е т в о я р, а д о с т ь. — АППЕТИТ ПРОПАЛ. — И н т е р е с н о п о ч е м у… — А ТЫ СТАЛА БОЛТЛИВЕЕ ЗА ПОСЛЕДНИЕ СТОЛЕТИЯ. — А т ы о б и д ч и в е е. 8 сентября Аптекарский переулок 5:24 Саша стояла в коридоре, совершенно не представляя, что делать с внезапным выходным. — Уходишь? Я тебя помешала? — сонным голосом спросила Леся. — А? Нет, кажется у меня сегодня выходной, — Саша смущенно улыбнулась от неловкости. — Это же здорово, — девушка подошла и обняла подругу. — Честно не знаю, что мне делать, у меня давненько не было выходных. — Паша должен скоро прийти, а по-хорошему надо вызвать мастера. — Леся замолкла, рассматривая что-то на шее Шуры, — не думала, что у тебя есть тату… — Тату? — Саша отпрянула от соседки, проследив путь ее, взгляда. — А ты про это… да, я иногда забываю про нее. — Пташка отвела глаза в стороны и как-то смущенно провела рукой по символу на шее. — Интересный рисунок, может мне сделать что-то похожее? От этих слов глаза Саши непроизвольно распахнулись и с испугом посмотрели на собеседницу. — А может и не сделать, — Леся звонко рассмеялась. — На самом деле если мы все-таки откроем это чертову дверь, предлагаю для начала нормально позавтракать. Саша отошла от соседки, чтобы разуться и снять пальто. — Звучит здорово. — Саша и не заметила, как легкая улыбка захватила губы. Леся притихла в раздумьях и вдруг выдала: — Саша, а что ты скажешь насчет спортзала? — Спортзал? Я никогда не была в таких местах, да и у меня спортивной (своей) одежды нет, за это еще платить надо… — Ахаха, — Леся снова рассмеялась. Шуре стало неловко, она не знала, как на такое реагировать. — Не бойся! Просто Паша забросил ходить, и у него годовой абонемент. А вещи… мы что-нибудь из моих подберем. — Леся выразительно посмотрела на девушку и добавила: — Так что? Пташке было неловко соглашаться, но и причин отказывать не было: ей показалось, что отказом она обидит Лесю. Саше вдруг вспомнились слова бабушки: «И хочется и колется», так она говорила. Шура застыла с округлившимися глазами и ботинком в руках. Пташке казалось, что это был чуть ли не первый раз, когда кто-то желал ее компании. Это чувство было в новинку и очень льстило. — Честно, звучит неплохо. А у тебя дел никаких нет, я не помешаю? — На ближайшую неделю никаких, главное, чтобы у тебя все получилось. Саша все же решила переобуться окончательно и снять, наконец-то, второй ботинок. — Леся, так ты работаешь или учишься? — Пташка решила сменить тему, чтобы не провалиться от смущения и переизбытка, как ей казалось, неуместных чувств. — Работаю, я мастер по маникюру, недавно открылась точка ближе к центру, а раз я переехала, решили, что мой перевод — это хорошая идея. — Звучит здорово. — Здорово… но я как-то нервничаю. — Перемены всегда волнительны. Может, еще часик поспим? — Леся призывно зевнула. … 8:31 Дверь была, наконец, открыта. Через час ожидания диспетчера и еще парочку мастера, казалось, что Леся была готова просто выломать эту железную предательницу. Все эти три часа Леся ходила по лестничной клетке, то постукивая кулаком по стене, то кусая пальцы, пару раз дверь была подвержена удару ноги. Все это действо сопровождалось отборными ругательствами. Сашу это немного удивило, было странно осознавать, что та милая приветливая девушка, что вчера сидела под дверью с полной готовностью спать под ней, и эта агрессивно настроенная нетерпеливая барышня — один и тот же человек. Саша же не разделяла подобной утренней активности. Шура принесла табуретку и заварила кофе, усевшись у собственной двери; она укуталась в халат и наблюдала за соседкой. … Пнув дверь еще раз, Леся прошла внутрь. — Залетай, — радостно пригласила Леся. «Кажется, она успокоилась», — подумала Пташка. — Рад, что вся эта катавасия прошла без меня, — мужской голос устало прозвучал за спиной. На пороге стоял высокий, под два метра ростом, парень и устало зевал. Саше показалось, что парень ее даже не захотел замечать; ленивой походкой он прошествовал в недра квартиры, сбросив обувь посереди коридора. — Паааааш, а сделай покушать, а то у нас есть нечего. — Любимая, если я не высплюсь перед очередной сменой, нам есть будет не на что. Парень подошёл к Лесе со спины и обнял ее, зарывшись лицом в ее кудри. — Тогда что нам приготовить? — спросила девушка все же демонстративно надув губы. — Нам? — А? Да. Познакомься, это Саша, наша соседка, если бы не она, куковать мне в подъезде до самого твоего приезда. — Рад, — только и сказал Паша. Парень поторопился скрыться в комнате, стягивая с себя одежду. — Не обращай внимания, до обеда он считай что мертв. — А он много работает… — Да, пока я мумукалась с переводом, все легло на его тощие плечи. Обожаю его. — Девушка снова широко улыбнулась. — Тогда в магазин? — Ага! — незаметно для себя радостно воскликнула, улыбнувшись в ответ. Это была двухкомнатная квартира стандартной планировки. Длинный коридор, две комнаты, маленькая кухня и совместный санузел. Все, как и везде. Совместными усилиями было принято решение, что нет ничего лучше, чем курица с картошкой, запеченная в духовке. В окошко заглядывали солнечные лучи, дразня обманчивым теплом. На кухне было чисто и расставлено все по полочкам, так что готовить было одно удовольствие. Тут и там мелькали различные коробочки, баночки, с различными специями. Саша уж не знала, куда смотреть и чему больше восхищаться: это место было совсем не похоже на все то, что девушка видела до этого. Стоит признать, не так уж много кухонь она до этого видела, а если точнее, то в памяти всплывали только воспоминания о скудной и не очень чистой кухне в Люблино… Шуре было как-то непривычно находиться в чужом доме, и ей казалось, что если она расслабится, то абсолютно точно сделает что-то не так… Тут память любезно напомнила слова матери «Держись ровно, много не болтай, будь учтива, аккуратна и вежлива!» Саша молча сидела на стуле, пытаясь не сутулиться и чистила картошку. — Саша ты чего? — Спросила Леся, с удивлением смотря на гостью, как на диковинного зверька. — А что? Я что-то не так сделала? — С чего ты взяла? — Леся улыбнулась и потрепала девушку по голове. — Просто ты так напряжена, я заволновалась. Все в порядке? — А. Да, все хорошо… может расскажешь о себе? Саша была искренне удивлена чужим беспокойством, но не нашла ничего лучше, чем сменить тему. Пташка боялась говорить и поэтому предпочитала молчать и слушать. Шустро начищая картошку, Шура узнала, что Леся все детство провела с дедом, так как родители пропадали на работе, что он хотел внука, и Леся сколько себя помнит занималась спортом. Так же не скрылось от Саши то, что Леся с Пашей уже два года вместе, и что его маме по какой-то неведомой причине та не нравится. Еще Сашу посвятили в проблемы дяди из Вологды и двоюродной племянницы из Пензы, но это было не столь интересно, так что Шура не придала этому значение. Сколько прошло времени Саша не заметила ей, и не хотелось замечать, хотелось, чтобы этот уют и тепло не заканчивались. Квартиру наполнил запах запечённой картошки и курицы, так что Леся предположила, что если позавтракает этим обедом, то ничего страшного не произойдет. Все эти годы Саша особо не ела, ведь в этом не было нужды. Изредка Шура уплетала покупные сладости у бабы Нади, но это было довольно редко. И тут Шура могла поклясться, что нет ничего вкуснее домашней запеченной картошки… К тому времени Паша уже проснулся и вальяжно проследовал на кухню в одних трусах, уселся у окна и закурил. Было видно, что он еще не проснулся. Вдруг раздался еле слышное пиликание мобильного. — Ледникова, в течении часа жду тебя в конторе, заберешь документы и подпишешь все необходимое и смотри не опаздывай. — Это была Жанна Викторовна. Было слышно, что женщина немного раздражена. — Леся, прости, мне тут это позвонили, так что мне нужно отойти, — быстро затараторила девушка, срываясь с места. — Да ничего страшного. Паша посмотрел на убегающую девушку, потом на половину заполненную тарелку. — Так ты доедать не будешь? — Нет, я побежала, надо кое-какие документы забрать, можешь доесть, — только и успела крикнуть Шура, выбегая из квартиры. — Вот и ладушки, — произнес парень, пододвигая тарелку. … Быстро обувшись и накинув пальто, Саша выбежала на улицу, думая, как бы ей побыстрее добраться до конторы. В конце концов Саша решила поймать попутку. Не прошло и пяти минут как пред Сашины очи предстала побитая жизнью «Волга». — Садись, красавица, подвезу, — мелодично раздался кавказский акцент из прокуренного салона. — Заплачу, сколько скажете, мне надо только чтобы быстро, — протараторила Саша, пытаясь не дышать. — Не вопрос, птичка, довезу с ветерком. Водитель представился как дядя Армен, он оказался выходцем с солнечного Кавказа, перебравшегося в столицу на заработки. Доехали они и правда с ветерком, Шура то и делала, что пыталась не свалиться с кресла на поворотах, ведь ремни безопасности в машине не работали. Дядя Армен вальяжно развалившись в кресле, одной рукой держал руль, а второй покуривал сигаретку. Высадив девушку, Дядя Армен убедил ее поклясться, что Саша будет пользоваться только его водительскими услугами. На всю дорогу ушло около получаса, не больше. Пташка поспешила взлететь на нужный ей этаж. Заставлять ждать Жанну Викторовну ну никак не хотелось. Влетев в офис, Саша успела только лишь немного отдышаться, как за спиной вдруг послышалось: — Ледникова, а ты оперативно, даже жаль, что уходишь. — Добрый день, Жанна Викторовна, Вы сказали, что мне нужно, что-то подписать. — Добрый? Это, конечно, спорно, а насчет подписать ты права. Проследовав в кабинет директора, Жанна Викторовна уселась в его кресло (самого директора на месте не оказалось) и положила перед девушкой стопку документов на подпись. — Вот скажи мне, пожалуйста, Ледникова, раз решила срочно уйти, могла ты мне, ради всего святого, это вчера сказать? — Простите, Жанна Викторовна, мне жаль, что так вышло. — Тебе должно быть стыдно, Ледникова, с самого утра подорвали весь офис, выньте им и положи трудовую и все тут. Саша уже хотела рассыпаться в извинениях, но ей этого не дали. — Да молчи ты, вижу, что стыдно. Думаю, ты не по своей инициативе это решила? Я же права. — Да, Жанна Викторовна, так решил мой работодатель… —Ох, Ледникова, хорошая ты девка, смышленая, только характера в тебе не хватает. А это передашь своему работодателю, что б его, пусть подпишет, а копию пусть отправят обратно нам. — Хорошо, я ему передам. — Что б ему икалось до смерти, это можешь не передавать. Они вышли из кабинета и прошли к лифту. Вдруг Саша заметила Никиту, он тусовался у лифта уже некоторое время и явно был не в духе. Все внутри сжалось. Саша вся напряглась и застыла на месте. Оставаться с ним один на один не хотелось, а он пойдет за ней, даже при свете дня пойдет, она не сомневалась. — Павленко! Что ты тут отираешься, а ну взял свою тощую задницу и потащил ее вон туда к ксероксу, если тебе нечем заняться, я это быстро исправлю. Никита зло зыркнул на Сашу, но все же послушно проследовал на указанное место. — А ты, Ледникова, помни: спина прямая, грудь колесом и не дрейфь. — Жанна Викторовна, заботливо улыбнулась и, не дожидаясь ответа, вернулась в офис наносить всем и каждому рабочий настрой. Остальной день прошел без особых происшествий. Саша вернулась домой, отдала запасные ключи бабе Наде, они мило поболтали ни о чем, а затем Шура вернулась к Лесе; все было тихо и спокойно, в первые за последние годы, плохих мыслей не было, о них просто некогда было думать.