На один день

      

***

На утро Богдан проснулся опустошенным, словно его душевный колодец лишился и капли воды. Всю ночь парень пытался найти ответ и вернуться в привычное спокойное русло, но это было бесполезно. Словно защищаться от цунами маленькой дощечкой. За окном собиралась буря: она уже надевала покрывало грозы и собиралась опрокинуться на столицу: дождь все с большей яростью стучал по окнам. Тоскливое настроение не покидало комнаты, игры не приносили прежнего удовольствия, а только давили все сильнее и сильнее. Видео набрало много просмотров-давление стало сильнее, тяжело дышать. Множество комментариев, способных поднять настроение-пятно отчаянья разрослось на все живое вокруг. Глупо, это слишком глупо быть так от кого-то зависимым. Взрослый человек, а до сих пор верит в чудо. И после всего пережитого верит. Хотя в этом весь он. Снова куртка с прохладной тканью, снова прогулка, снова возможность простудиться. Парень был равнодушным даже к своему здоровью: простуда довольно страшная угроза для его организма. Дождь хлестал и избивал дороги;машины, проезжая мимо тротуаров, окатывали их волнами грязной воды. Среди этого бурлящего грязью царства мирно и печально шел Богдан. Если бы не его состояние, то окружающая обстановка походила бы на какой-нибудь драматический фильм. Мокрые пряди каштановых волос прилипли ко лбу, теплые глаза (единственное тепло во мраке) потускнели. Не осознавая направления и цели, он добрел до ближайшей остановки, но замер на полпути и уставился на подъезжающий автобус. Глаза. Светлые родные глаза. Он готов был поклясться, что видел их в серой толпе незнакомцев. Бегом, не замечая окружающей ругани, он заскочил в автобус и замер. Нет, это не похоже на сюжет очередного романа. Нет, это не должно быть похоже на сценарий драматичного фильма. Однако таких совпадений не бывает. Не бывает….Прикиньте, она там сидела. Она там. Перед ним с мокрой сумкой, покрытой мелкими каплями пыли, с пушистыми, как и всегда, волосами. Светлые глаза смотрели в окно и, казалось, что весь мир останавливался, когда попадал в ее поле зрения. Автобус двинулся, и парня понесло по проходу. Времени и терпения не хватило на извинения за все раздавленные ноги пассажиров. Он просто сел рядом с ней, будучи похожим на маньяка: такой же темный вид, как и у всех, влажные волосы над высоким лбом. Единственное, что выдавало в нем Богдана-глаза. Он до сих пор сидел и открыто глядел на нее, настоящую, уже не за экраном. Она оглянулась и взглянула на него. Узнала? Конечно, узнала. Ее улыбка мгновенно его успокоила. -Богдан Кирса? Серьезно? Она улыбнулась и уже полностью повернулась всем корпусом. Что за очень странное чувство, будто ты спишь в реальности, будто ты на самом деле в коме и все мечты решили прийти поздороваться с тобой. Она все понимала и молчала. Между ними завязался простой разговор. По правильному, нужно было слушать, о чем они говорят. Но на самом деле стоило наблюдать за безмолвным разговором их глаз: смесь земли и неба, морского дна и воды, они нашли друг друга и создали идеальный сбалансированный мир. Автобус стал тише, люди растворились и оставили только запахи и шорохи. В парке было меньше людей, солнце уже выглянуло и убивало последние лужи, последние ростки грусти. Сияющие глаза Богдана и легкие шаги девушки, ее быстрые смешки и стремительные движения парня. Один день был только их, скорее всего только один день. -Что ты здесь делала? -По личным причинам. -она взглянула на кареглазого. -Почему ты так рад меня видеть? Почему просто не распрощался и ушел? Она выскочила перед ним и закрыла проход. Выгнув одну бровь над большими глубокими глазами и уперев руки в бока, она задумчиво смотрела на него. А что Богдан ответит? -Я следил за тобой? -Я хочу быть с тобой? -Хочу знать, кто ты? Каждый ответ подвергает его репутацию сомнениям. Каждый неверный шаг и все, единственный свежий глоток воздуха в мире Интернета исчезнет. Спустя минуту он спросил, усмехнувшись и по привычке прикрыв рот: -Ничего. День пролетел воробьем,и уже свалился вечер. Багровое солнце спряталось за тучами и покрывало старые дома тусклым красным оттенком. Прозрачный воздушный эфир наполнял разум пустотой, опьянением. Они были на краю городу уже под вечер и наблюдали за проезжающими мимо машинами. Светлые небесные глаза впитывали новые цвета, чувства, всплески окружающего мира, а он только боялся лишний раз вздохнуть. А вдруг, если он вздохнет, то проснется у себя в комнате, полной мягкого цвета синей подсветки? Если и сон, то самый прекрасный за всю недолгую жизнь. Ей нужно было уезжать. Совсем скоро, она сядет и исчезнет. Как только солнце потеряется за самым дальним поворотом, она тоже исчезнет за самым размытым в небе облаком. Обернувшись, она кинула на Богдана последний взгляд: тихий, спокойный и полный сожаления. Столько сожаления заставляло сердце сжиматься и постепенно умирать в рождавшихся тенях крючковатых деревьев.