На один день

      

***

Пахло бензином и толпой. Аэропорт выглядел зловеще в ночной темноте, осматривая округ под худыми звёздами. Богдан сидел на той же самой лавочке, на которой сидел и вчера. Тут пахло морем и шёлком, хотя тут ее не было. Проносящиеся в сознании последние мгновения встречи с ней: она относилась к нему, как к любимому блогеру, как к человеку, которым можно восхищаться, но не больше. И один из них, а именно Богдан, чувствовал, что словно падает в глухую расщелину. Закрывая глаза, он не хотел и не мог думать, как вернется домой без нее. Как будет засыпать один в квартире, где тишина- самая громкая из девушек. Где будет холодно без прикосновений и молчаливости. Над головой парня летел самолет, скорее всего она сидела там. Смотрела в иллюминатор, бросала мягкий взгляд на растворяющиеся дома, огни, дороги… Шуршащие листья удивили Богдана, ведь сейчас весна. Они бежали по асфальту темного парка и напоминали разочарование. Разочарование среди молодой и живой природы. Самолет исчез вдали, оставив только цифры на табло. Неспешные шаги парня нарушают баланс душевных весов, толпа людей представлялась ему большими волнами. Они были так похожи друг на друга и приносили множество проблем. Глаза, худые руки, голые ноги, громкие крики, плачь старухи слились в единое слово, в ее имя. От этого не убежать, это нужно убить: причем самым тяжелым топором равнодушия. Безысходность опустила на горло Богдана тонкие ледяные пальцы и начала сдавливать, когда он смотрел в экран компьютера. От толстовки пахло морем и шёлком, нежностью стеклянных глаз. Как долго он должен ждать успокоения? Он чувствовал себя слабым и беззащитным, от этой нахалки, что вырвала его сердце и оставила где-то в том автобусе, где они впервые встретились. Где-то у того дерева, объятого пожаром заката. Вырвала его чувства и забрала с собой, даже не собираясь отвечать на них. Но какая уже разница? Ее нет, только эмоции и общие фотографии, которые, как надеется Данкар, окажутся завтра в его группе. Хотя бы так он может прикасаться к ней, мыслями разрывая себя на части и раскидывая по самым прекрасным уголкам планеты. Но смысла рассуждать не было, пора снимать новое видео. Она же узнала его и, возможно, ждет свежие новости. Богдан настроил камеру и замер: стены начали плыть, а мысли тонуть. Что это? Хватит, пора собраться. Вы не вместе, но нельзя разрушать себя. Соберись.Острый звон колокольчика оставил прореху в полотне, где больше нет и шанса облегченно вздохнуть Пришло сообщение от неизвестного номера: -Спасибо. Без лишних слов и действий парень улыбнулся и снова все поплыло вокруг, но не от боли. Он включил камеру и снова, сиял глубокими шоколадно-зелеными глазами, начал снимать новый ролик. Все хорошо, было и есть. Один день подарил ему много опыта и того, как прекрасен его город, как прекрасна человеческая душа, какими могут быть чувства. Все это пролило краску на его чахлые будни. -Спасибо. Набрали дрожащие бледные руки. Много опечаток, очень тяжело писать во время полета. На экране появилась капля, похожая на скромную росинку с утра. Иллюминатор отражал человека, закрывающего рот ладонью и беззвучно кричащего в непонимающую толпу. Беззвучно, без отклика боль разрезала человека на части. Как больно, Господи, как больно. Быть с ним. Один день. Волосы спутались в ладонях со сжатыми пальцами у висков. Как больно, Господи, как больно. -Не за что. Тихо. Тишина одолела ее бурю, как будто шторм спал с берега и оставил прекрасные ракушки. Она стала сама, как прекрасная перламутровая раковина, выжившая после охоты волн на песчаный берег.Все хорошо, было и будет.