Очисти меня.

Краткое его описание это «случайный». Ошибочный. Подлежит пропуску через шредер, для более удобного размещение в мусорном ведре, так чтобы не мешался, не торчал, и чтобы об него невозможно было порезаться. - Виктор, смотри я порезался! – Делаешь испуганные глаза, так как видел, как взрослый переживал, смотря подобное по телевизору и догадка подтверждается, жаль только испорченный желтый маркер, который пришлось разгрызть, чтобы измазаться чернилами. Виктор дальтоник. Информация, это сокровище, которое можно выгодно продать или обменять на конфеты с вишневой начинкой. Но на самом деле не это самое интригующее… Самое бесподобное это использовать полученные знания на практике. Техен выучил свой мир вдоль и поперек, излазил на четвереньках, истыкал пальцами и попробовал на язык. Двухэтажный особняк, немного скрипучий и пыльный, темный на чердаке и сырой под половицей в гардеробной. Улегшись на половые доски, Техен втягивал ноздрями прохладный земельный воздух, идущий через небольшие щели между ними. Там под ними явно было пусто. Подвал, как у Бэтмена?! Может Виктор супергерой?! Этой мысль вскружила голову, заставляя его всеми возможными способами пытаться разобрать половицы, чтобы добраться до истины! В один из таких вечеров, он совсем потерялся во времени и не заметил, как в гардеробной стало на одного человека больше. – И что ты делаешь? – Голос был уставший, женский, хорошо знакомый и именно поэтому леденящий кровь. Мамочка-Моника! – Принеси мне топор из гаража, будь добр. Если в обычной жизни люди поклоняются богам, то конкретно в их доме Бог это она. Высокая, красивая, знающая обо всем на свете Моника. Техен уже узнал, что она не его родная мать, он всего лишь приходится племянником великолепной Богини, а не прямым потомком, но он прочел в книге, что дети, рожденные от однояйцевых близнецов, которые зачались от других однояйцевых близнецов, были бы родными братьями и сестрами, так что он в душе теплил надежду, что все-таки он «прямой». Его же выносила в животике женщина, с тем же набором хромосом, что и у Моники, так ведь? Техен аккуратно отложил отвертку, которой уже удачно поддел две трети доски и стараясь не смотреть на Монику, быстро побежал в пристройку рядом с домом, за топором. Тяжелый, с почерневшей ручкой и ржавчиной на острие, он несся долго и с передышками, пока Техен не поставил его у скрещенных ног родительницы. – Вот. - Что вот? Бери его в руки, замахивайся и бей по доскам. – Она подтолкнула его в спину, вынуждая выйти вперед. - Не наругаешь? - Мне не придется. – Моника присела на корточки, чтобы сравняться с ним ростом и улыбнулась одной из своих квадратных улыбок. – Ты сам себя накажешь, когда увидишь, что там ничего нет. Ничего из того, что ты себе выдумал и чем жил всю эту неделю, светясь как новенький четвертак. - А ты откуда знаешь, что там ничего нет? – Техен чувствовал, как внутри разрастается неприятное чувство досады, но всячески старался не показывать этого. - Моя сестренка уже проходила через это. – Около глаз Моники появилась сеточка морщинок. – Она думала, что там находится проход к центру Земли. Моя маленькая мечтательница. – Женщина вдруг замолчала, теряя все краски с лица, но спустя всего секунду вновь расцвела и, подобрав с пола топор, рассекла воздух и пробила первую из досок, а затем вторую и третью… Техен только и успевал отпрыгивать от летящих в лицо щепок, и изворачиваться от топора, которым Моника размахивала с довольно большой амплитудой. – Фонарик, Техен! Не стой столбом! – Порой она умела его удивлять, проводя вот так свое время вместе, а не ни замечая как обычно. – Свети вниз. – Моника стерла пот со лба и усевшись на край, свесила ноги в образовавшийся узковатый проем. – Вроде не высоко. – Прыжок и она скрывается из виду оставляя его наедине. Но это ненадолго, так как зажав фонарик в зубах, Техен прыгает за ней следом, моментально получая легкий подзатыльник. – Научись включать мозги, Техен! – Моника конфисковала прибор и засветила им прямо в глаза. – Виктора нет дома, кто поможет нам выбраться? - Ты можешь поднять меня, и я заберусь! Что сложного-то? - В этой жизни Техен, не рассчитывай ни на кого, это тебе мой совет. – Яркий свет наконец перестал резать сетчатку. – Пойдем. – Моника развернулась и чуть пригнувшись двинулась по земляному коридору вперед. – Во время сухого закона, мой дедушка решил подзаработать и сделал нечто похожее на небольшой завод по приготовлению алкогольных напитков, а мой отец держал тут в молодости лабораторию, но когда нам с сестрой стукнул годик, мама заставила его заколотить все и прекратить эксперименты. Их путь преградила дверь, достаточно внушительная, чтобы понять, что просто так ее не взломать. – Вот, блядь! – Техен недовольно подергал холодную влажную ручку. – Закрыто! - Для таких глупцов, как ты, Техен, все двери вечно будут закрытыми. - Я не глупец! - Так докажи мне обратное. – Передав фонарик ему в руки, Моника отошла в сторону. - Тут что, секретная кнопка? – Техен принялся ощупывать металлическую обшивку, привстав на носочки, чтобы достать до самого верха. - Чтобы казаться умнее, лучше держи свои мысли при себе. – Прикусив губу от обиды он продолжил исследовать дверь на наличие тайного углубления, и спустя несколько минут убедился, что таковых нет. Он перешел на стену, карябая податливую глину и его вдруг осенило. Положив фонарик под ноги, он стал яростно рыть углубление между косяком двери и подобием стены, пока кончики пальцев не провалилась в пустое пространство. Дальше процесс проходил гораздо быстрее и зазор увеличивался, давая возможность в самом конце, разбежавшись сбить дверь, что держалась сейчас лишь за счет упора в потолок. Конструкция с громким противным звуком завалилась, и все еще закрытая дверь уже нисколько не мешала пройти внутрь большого, загроможденного разным хламом помещения. Не дождавшись похвалы, Техен поднял с земли фонарик и прошел внутрь. – Тут наверняка полно призраков, ма… Моника. - Пока еще нет, но скоро будет полно. – Женщина неожиданно прижала его к себе со спины, легкими движениями поглаживая по голове. Было неловко, но отчего то очень приятно. Техен старался даже дышать более редко, чтобы Моника не очнулась и не оттолкнула его от себя. – Мы все уберем тут, зацементируем, сделаем ремонт, поставим детские кроватки, накупим игрушек. – Она оставила его волосы в покое и взявшись за плечи развернула к себе лицом. – Ты тигр Техен. Огненно рыжий тигр, но все твое тело исполосовано черными генами твоего отца. Эти полосы вынуждают меня сторониться тебя, но я все равно люблю тебя, даже больше чем Виктора. – Не сдержав обещание данное самому себе, Техен дернулся вперед, обхватывая ноги Моники и утыкаясь в них лицом. – Этот разговор должен остаться между нами. – Техен закивал, все еще вжимаясь в джинсовую ткань. - И я надеюсь, что ты усвоил сегодняшний урок. – Она разжала его руки, чтобы сесть на грязный пол и посмотреть в блестящие от слез глаза. – Выход есть всегда, Техен. - Д-да. – Его губ коснулись, даря первый невинный поцелуй и миллион цветных фейерверков внутри. Все произошло ровно, как она и сказала. Ремонт, детские кроватки, игрушки…

***

Техен впервые в жизни видел свой дом настолько далеко, смотря на него сквозь автомобильное запотевшее окно, пристегнутый на переднем сидении, рядом с Моникой за рулем. – Ты же уже знаешь, что такое секс, Техен? – Машина мчалась мимо кукурузных полей, которые казались бескрайними и заброшенными. - Я читал. – Говорить о таком было волнительно. - Отлично. – Моника постучала тонкими загорелыми пальчиками по рулю. – Не придется тратить время на подробные объяснения. - О, черт, Моника! – Техен прикрыл горящее лицо руками. – Когда ты объясняешь мне что-то, это значит, что я должен буду сделать то, что ты мне только что объяснила. Я не буду ни с кем заниматься сексом! Я несовершеннолетний! - Именно это и делает тебя полезным, Техен. – Паренек безвольно сполз с сиденья и застонал в голос. – Мэри Брэд, неоднократно привлекалась за секс с несовершеннолетними, но всегда выходила сухой из воды. Ее брат является сотрудником полиции, он смог договориться и ее принудили посещать психотерапевта, а не отсиживать срок в тюрьме. Виктор был ее лечащим врачом, и он считает, что она совершенно вменяема, так же, как и она считает, что будет безнаказанной вечно. Мне необходимо выйти на ее брата, Техен, следовательно, следующим ребенком в ее списке малолетних любовников должен стать ты. - Я могу просто заявить полиции, что она меня домогалась. - У тебя всегда все просто, Техен. – Она недовольно покачала головой. – Полиции понадобятся доказательства, описания ее квартиры на худой конец, то, как она вела с тобой беседу, чем мотивировала тебя, что ты пошел к ней домой. Процесс совращения. Мне нужно знать его. - Ты купишь мне за это сборник книг по изучению корейского языка. - Это не сделка, Техен, ты не можешь отказать мне, ты задолжал мне свою жизнь, как только появился на этот свет, но так уж и быть, я куплю тебе то, что ты просил. - Я не виноват, что родился Моника! - Конечно же, нет. – Женщина снова обворожительно улыбнулась. – Но я могла оставить тебя умирать, а не бороться за твою маленькую, висящую на тонком волоске жизнь каждый день на протяжении нескольких месяцев, так что ты мне должен, Техен. И если я даю тебе команду «секс», то ты должен только уточнить с кем, а не устраивать дискуссию, ссылаясь на законы, которые признали тебя мертвым еще при рождении. Его высадили напротив небольшого кирпичного домика и всучили в руки коробку с печеньем, и маленький диктофон, что покоился в заднем кармане коротеньких шортиков, в морском стиле. Моника отъехала на несколько метров назад и моргнув фарами, недовольно махнула рукой. Техен послушно зашагал к небольшому крылечку, миновав почтовый ящик с цифрой, совпадающей с его возрастом – девяткой. С каждым шагом сердце стучало все чаще и чаще, пока испуганно не замерло вместе с ударом в дверь. Ему открыла невысокая женщина в красном приталенном платьице и жемчужным ожерельем, украшавшем немного морщинистую шею. Ярко рыжие волосы были уложены мягкими волнами, делая ее похожей на русалочку из мультика "Ариэль". Будущая совратительница внимательно осматривала его, как и сам Техен, и казалась не менее испуганной и смущенной. – Мисс, меня зовут Техен, я из движения скаутов-мальчиков, не будете ли вы так любезны купить последнюю коробку печенья. – Он следовал изложенному сценарию и старался держать «миленькую» улыбочку, чтобы казаться еще невиннее для той, кто эту невинность будет разрушать. Женщина скользнула глазами по протянутой вперед коробке и сразу же за спину, на пустынную улицу пригорода. – А где же твой куратор? - Я… - Техен запаниковал, так как это не обговаривалось. В теории его должны были заманивать, а на деле ему приходится придумывать историю, чтобы выгодней себя продать. – Я… один. Коробка осталась только одна и мне поручили самостоятельно ее продать. Оно хорошее, мисс. Вкусное и полезное, особенно если вы будете есть его вместе с молоком. – Плечи женщины опустились, и она наклонившись потрепала его по волосам. - Прям целый ритуал. – От нее пахло цветочными духами и сигаретным дымом. – Боюсь ты должен показать мне, как правильно это делать, чтобы я купила у тебя эту последнюю коробочку с печеньем. - Но… - Ему нельзя было быстро соглашаться. – Нас учили, чтобы мы не заходили ни к кому домой. - Это, правильно. – Женщина согласно кивнула. – Давай ты тогда присядешь в кресло тут на крыльце, а я схожу на кухню и принесу стакан молока, чтобы ты показал мне как это делается, хорошо? Это же не противоречит правилам? - Не противоречит, мисс… - Мэри. Зови меня просто Мэри, без мисс. – Она снова прошлась по его прическе и стуча каблучками удалилась, оставив его на пороге. Техен быстренько сел и положив коробочку на коленки, принялся открывать крышку. Было сложно, пальцы то и дело не слушались и дрожали, и казалось выдавали целиком. – А вот и молоко. – Приняв высокий прохладный стакан, Техен на выдохе взяв верхнюю песочную сдобу и попытался протолкнуть ее в слишком узкий для этого стакан. Он чуть не с матерился от этого бесящего сейчас факта, но решение нашлось быстро и зажав стакан между бедер, он разломил печенье на две части, после чего с победным выражением лица, гордо погрузил его в молоко и сразу в рот. Спустя секунду, когда он только собирался проглотить его губ и щеки коснулись пальцами. – Крошки. – Улыбнулась Мэри и спрятала руку за спину. - Спасибо. – Печенье встало поперек горла, и он закашлялся, получив ко всему еще и заботливые похлопывания по спине. - Ты аппетитно кушал. Я согласна купить у тебя коробку, только помоги занести ее, а я возьму стакан, чтобы справиться со всем быстрее. Помогать же вам не запрещено? - Нет. – «Манипулируешь мной так, как будто я только открыл глаза». Техену же хотелось покончить со всем этим, так что он не стал спорить и подхватив свою ношу, пошел вслед за женщиной. – Кошечка! – Он так обрадовался увидев в одной из смежных комнат пушистую, белоснежную красавицу, что разом позабыл обо всем. - Любишь кошек? – Мэри отставила стакан и взяла у него из рук коробку, показывая жестом, что он может погладить ее. - Вообще животных люблю, но в живую видел только енота и то, он убежал, стоило мне к нему приблизиться. – Техен устроился на корточки и радостно принялся мять несопротивляющейся кошке бока. – Мягонькая. – Он уткнулся носом в маленький, влажный кошачий и довольно зафыркал. – Твои глаза – сапфира два, два дорогих сапфира. И счастлив тот, кто обретет два этих синих мира. - Такие комплименты Эльзе еще никто не говорил. – Техен и не заметил, что Мэри теперь сидела рядом с ним. Пугающе близко. – Но я думаю ей как женщине очень приятно. Она любит ласку, особенно ей нравится, когда она лежит у кого-нибудь на животе. Можешь попробовать, только сними футболку, а то она у тебя темного цвета, а Эльза блондинка, потом будет тяжело избавиться от налипшей шерсти. Момент наступает, это было ясно, как день. Техен нарочито медленно снимал с себя вверх, оттягивая неизбежное, как только можно. Аккуратно складывал под пристальным взглядом. Напряженно ложился на лопатки и не открывал глаз, даже когда почувствовал, что рука Мэри, которая поглаживала мурлычущую на нем кошку, стала гладить его самого, ненавящего касаясь бедра. - Я хочу сделать тебе массаж, Техен. Он лечебный и быстрее сделает тебя взрослым, но мне нужно чтобы ты снял шортики, а то они мне будут мешать. - Хорошо. – Техен последний раз прижал к себе Эльзу и отпустил ее на пол. Медленно расшнуровал кеды, которые поставил рядом со сложенной футболкой и приподняв бедра, стянул шорты, складывая их в стопку. - Перейдем в спальню, а то на полу будет неудобно. Вещи можешь взять с собой. - Спальня оказалась на втором этаже и была похожа на сказочный кукольный домик. Мэри дождалась пока он удобно ляжет, уточняя, что он должен лечь на спину, а не на живот, взяла с тумбочки крем и выдавив немного на руки, принялась растирать его грудную клетку. – Сейчас я сделаю тебе, а потом ты мне, а то мне тоже бы не мешало оздоровиться. Ощущение действительно были приятными, если бы не одно большое, жирное, пропитавшее своими грязными чернилами сотни листов под собой «Но» - его используют, как вещь, не заботясь о ее дальнейшем состоянии. Мэри перешла от грудной клетки к икрам и от них двинулась выше, разминая бедра, задевая при этом пах, а потом и вовсе стянув с него нижнее белье. – Тоже мешается. – Техен жмурился и отчего то хотелось спросить: «А носочки тебе мои с Мики Маусом не мешают?!», но страх, что Моника заставит проходить его через это дважды, перевесил и он промолчал. – Теперь твоя очередь. Поджав под себя ноги, Техен проследил за тем, как Мэри избавляется от платья, под которым абсолютно ничего нет и ложиться на то место, где до этого лежал он сам. Чтобы дотянуться пришлось перешагивать, балансируя на гуляющих под ногами пружинах и быть пойманным в ловушку, когда его усадили на бедра сверху. Непроизвольно всхлипнув, Техен испуганно застыл, впервые рассматривая женское тело так близко и ощущая жесткие кучерявые волоски под собой. Видимо догадавшись, что не дождется от него никаких ответных действий, Мэри перевернулась, подмяв его под себя и попыталась его успокоить легкими поцелуями в пылающие щеки. Внезапно Техен перестал быть каменным изваянием, просто обреченно выдохнул и размяк, стараясь отгородиться от всего, что сейчас с ним происходит. Только всхлипывал иногда, чтобы слезы не нашли выход через нос, рот или уши. Давивший на него вес неожиданно пропал и послышался звук чего-то ломающегося. – Живо в машину! – Моника сдернула его с кровати и швырнула вещами в лицо. Она выглядело злой словно настоящая фурия. Он летел оттуда со скоростью света, попутно натягивая весь свой морской камуфляж и уже через минуту сидел в салоне семейного авто. На глаза попалась пачка сигарет и он, недолго думая, вытащил одну и прикурил. Затяжки были глубокие, чтобы вытравить все что творилось сейчас внутри, но кашля не было сколько бы он не старался. Важный рефлекс потерян. Моника вернулась, когда пачка уже была практически пустой, а в небе засветила луна. Взглянув на сигарету, зажатую между его пальцев, она вскинула бровь, но промолчала. Техен сам затушил ее, не докурив до конца. Просто смял и выкинул в окно. Расплакался. - Вот только не надо ныть, Техен. Никому не нравится слушать чужое дерьмо. – Машина набирала скорость, оставляя это отвратное место позади. – Именно поэтому люди нанимают психотерапевтов и психоаналитиков, которым платят за это большие деньги. - Тогда я спою, ты не против?! – Техен залез на сиденье, опираясь на него коленями и повернувшись к Монике, что есть силы заорал. – Пошла ты на хуй! Я ненавижу тебя! Ты лишь жалкая трата спермы! – Моника резко затормозила и не пристегнутый Техен подлетев, ударился боком о панель. - Высказался? – Она перегнулась через коробку передач и болезненно сжав его руку, потянула наверх, заталкивая обратно на кресло. – Теперь пристегни ремень, и чтобы я месяц не слышала, как звучит твой голос. «Отлично!» Месяц. В их семье всегда соблюдались правила и нарушать их было чем-то неприличным и постыдным, а будучи и так не самым важным и любимым ее членом, Техен не намерен был очернять себя еще сильней, чем было возможно. С неделю, как его сон слегка нарушился, и он намеренно замыливал глаза простенькой детской литературой, в которой хоть на мгновение мог почувствовать свой возраст и погрузиться в сказочный мир эльфов, рыцарей и говорящих животных. Вторая неделя стала временем недовольства собой. Он не сделал, как от него требовалось, ведь по сути, самого секса не было – он не справился. Теперь Моника не захочет его брать с собой, не попросит об услуге. Всю третью неделю Техен намерено таскал у нее сигареты, выпрашивая внимание и какой-никакой диалог, но Моника игнорировала его, силой мысли превращая в пустое место. Четвертую неделю он проговаривал все возможные варианты своего извинения и наконец-то, день, когда месяц миновал, настал. – Мамочка, прости меня. – Техен потирал ладошки, страшась ответа. - Одевайся, Техен, поедешь со мной. – Вторая вылазка! Он покажет себя, в конце концов за эти дни он прочитал такое количество работ по сексологии, что впору присваивать звания доктора наук. Они припарковались у большого торгового центра. У огромного торгового центра! У первого его торгового центра! Моника отстегнула ремень и сказав ему ждать, оставила в машине. Солнце жарило под тридцать и Техен, опустив свое окно, восторженно разглядывал несущих покупки людей. К машине, что стояла рядом с ними, подошла семья. Отец, мать и сын. Азиаты. Корейцы! Техен изучал язык не так давно, но опробовать свои знания возможности не представлялось, да и вряд ли скоро представится. Пока родители мальчика были заняты тем, что укладывали пакеты в багажник, Техен привлек его внимание, достаточно ощутимо дав ему подзатыльник. Большие, похожие на оленьи глаза злобно прищурились, и паренек провел пальцем поперек своей шее, цыкнув в конце. – Ты… - Он быстро повернулся, проверяя что родители достаточно далеко. – … блядь, смертник что ли? Ща, как врежу! - Здравствуйте, меня зовут Техен, а вас как? Вмиг расслабившись, паренек сделал шаг ближе, чуть привставая на носочки для того, чтобы казаться выше, никак не иначе. – Говоришь как в учебнике! Здравствуйте… Вы… - он рассмеялся, показывая два больших, передних, как у кролика зуба. – Чонгук, я. – Он подмигнул. – Но можешь звать меня Ваше Величество. Техен опустил руку на черную макушку и надавил. – Вы еще маленький для этого. – И подмигнул, как до этого Чонгук. – Не хватает несколько дюймов в росте и наследия за плечами. – В оленьих глазах закипал праведный гнев, и Техен не успел отстраниться, как Чонгук сплюнул жвачку себе на ладонь и ядовито ухмыляясь, прилепил ее к его волосам, втирая ее пальцами. Противник, который не вступал с ним в словесную перепалку, предпочитая речам физический контакт. Откуда ему было знать, что Техену никак нельзя было портить свой внешний вид и уж ни в коем разе, не злить простившую его недавно Монику. Быстро отстранившись, Техен начал остервенело выдирать слипшийся фруктовым клеем клочок, стараясь по возможности сохранить побольше длины. – Че съел, умник?! – Техен перевел испуганные глаза на лыбящегося ребенка. – Ой, да ладно… - Улыбка стерлась с детского личика сменившись удивлением и беспокойством. – Подумаешь… Ты первый начал, если что. - Зайчонок, садись в машину. – Чонгук повернулся на зовущий голос матери и стукнув носком кроссовка, спрятал руки за спиной. - Секунду, мам. – «Зайчонок…» Техен завистливо сжал зубы и было хотел вернуться к своему занятию, как его снова прервали. – Прости меня, братишка. – Вот еще один первый раз для него. Первый диалог на корейском, первое прощение которое просят у него, первый опыт ссоры с ровесником. Захватывающая социальная карусель. К возращению Моники он был уже «чист». – У меня есть какое-нибудь детское прозвище? – Его ожидаемо проигнорировали, оставив вопрос без ответа. – А я вот придумал одно для тебя. Ты «Снежная Королева».