Мята и тёмный шоколад

POV Саша. Поскорее бы этот день кончился. За одно лишь утро я сказал это раз 200, не меньше. Учёба НУ НИКАК не хотела поддаваться моему пониманию, мозги отказывались воспринимать любую информацию, а в аудитории царила самая настоящая баня. Все окна и двери были открыты нараспашку, но это нихрена не спасало. — Алексей Николаевич, ну отпустите нас, пожалуйста! — мольбы доносились со всех концов кабинета. Последняя пара, испытать удачу как-никак, но надо, — мозги уже плавятся, ей Богу! — Неужели вам так нравится нас тут держать? — Это же в чистом виде издевательство! — Вам доставляет удовольствие сидеть в этой печке? — А ну, цыц! — было видно, что сам он уже на пределе. — Сейчас от ректора придёт мужчина, который будет заменять меня некоторое время. С его появлением я сразу вас покину, а вы можете попробовать уговорить е- В распахнутую дверь три раза коротко постучали, обрывая преподавателя на полуслове. На пороге стояло ожившее произведение искусства - не иначе, ибо таких красивых людей я в жизни не встречал никогда. Высокий, статный, выглядевший немного высокомерно мужчина притягивал к себе внимание, словно магнитом. Чёрные как смоль волосы были уложены назад, глаза цвета тёмного шоколада огнём горели, широкие брови добавляли мужественности (хотя казалось бы, куда ж ещё больше-то?). Хорошо развитую мускулатуру легко можно было рассмотреть из-за плотно облегающей верхнюю часть туловища белой рубашки. Её последние три пуговицы были расстёгнуты, галстук немного ослаблен, рукава, закатанные на три четверти, обнажали безумно сексуальные загорелые руки (я впервые за всю свою жизнь готов поблагодарить природу за такую ужасную погоду). Тёмно-синие брюки обтягивали его упругие ягодицы, в руках он держал пиджак от костюма и кожаный портфель; начищенные до блеска туфли и широкая полоска наручных часов на запястье идеально завершали образ. Женская половина группы чуть не давилась слюнями, превратившись из милых и красивых (и не очень) девушек в не пойми кого. Но им можно было только посочувствовать, ибо, судя по сигналам, пойманным моим гей-радаром, он как минимум бисексуален, как максимум - гей. Но склоняюсь я больше ко второму. Тишина, повисшая в аудитории, была такой плотной и вязкой, что казалось: в ней можно плавать. Почему-то, с момента его появления, студенты, ужас какие недовольные ещё парочку мгновений назад, стали на удивление спокойными. Никто не смел открыть рта, тишину нарушало только тяжёлое дыхание находящихся в аудитории. Этот человек имел какую-то давящую, подчиняющую ауру, всем своим видом демонстрировал власть и полную уверенность в себе, даже не открывая рта, каждым своим шагом, жестом и взглядом. Чисто интуитивно хотелось быть ведомым, следовать за ним. Уж сидеть на попе ровно и помалкивать - так точно. Он был похож на человека, лишь по мановению руки которого возводились небоскрёбы, штабелями падали к его ногам все женщины (да и мужчины, скорее всего, тоже), звёзды сияли на небосводе лишь в его честь и т.п. Такие люди обычно стоят во главе крупных корпораций, а не ведут английский у мусора наподобие нашей группы. — Здравствуйте, меня зовут Владислав Юрьевич, и я буду временно вести у вас иностранный язык. Приятно познакомиться, — во время своей немногословной речи он прошёлся до учительского стола, в завершении проделал короткий поклон и обвёл взглядом аудиторию. Его глаза задержались на моей персоне всего на несколько секунд дольше, чем следовало бы, устанавливая короткий зрительный контакт, и от этого током прострелило позвоночник. Когда он смотрел в глаза, казалось, что всё уже о тебе знал: предпочитаешь ты чай или кофе, уровень ответственности или её отсутствие, все твои фетиши и пристрастия, как зовут всех твоих друзей поголовно, как ты проводишь своё свободное время, дрочил ли ты сегодня в душе, кличку твоей кошки и есть ли она у тебя вообще. Будто он читал твои мысли, заглядывая в самые потайные уголки сознания, просто выворачивал тебя наизнанку. Испугавшись нахлынувших эмоций, я вздрогнул и опустил голову, уставившись на гладкую поверхность стола. Этот острый взгляд я периодически ощущал на своей макушке, так что приходилось подражать всё тому же столу и притворяться мебелью. Владислав Юрьевич решил провести перекличку, дабы "знать, кто есть кто". Сосредоточив всё своё внимание на древесине, я и заметить не успел, как очередь в списке имён дошла до моего. Получив пару ощутимых тычков в бок от Сашки, я начал туго соображать, в чём дело. — Александр? — внимание мужчины целиком и полностью было сосредоточено на мне. Видимо он уже понял, кто есть этот неоткликающийся тормоз, тративший его драгоценное время. Я медленно встал и ответил ему внезапно осипшим голосом: — Александр, - догнав, что опять ступил, поспешил исправиться, — я. Когда перекличка продолжилась, моё тело расслабилось и упало обратно на стул, будто мешок с дерьмом. От стыда мне, честное слово, хотелось побриться налысо. — Сделай лицо попроще, я тебя умоляю, а то ты будто ежа сейчас родишь, — прошептал Мася мне на ухо. — Захлопнись, — я попытался вспомнить все синонимы к слову «придурок», но меня прервали громким — Всем спасибо, все свободны, — прозвучало сигналом для начала гонки: все моментально посрывались со своих мест и ринулись к выходу, унося мощным потоком меня и Сашу за собой. Своим затылком я ощутил на себе чей-то взгляд, но, не имея возможности обернуться, просто сосредоточился на своей цели. Цели под названием "Дом".