Мята и тёмный шоколад

POV Саша. Стоило только избавиться от компании препода, появился "родитель". Он смотрел на меня сверху вниз, скрестив руки на груди, но скорее для удобства, чем от злости. Его пальцы игрались с зелёной ручкой, быстро-быстро тормоша её из стороны в сторону. На кисти правой руки было что-то написано, чернила в самом начале были синие, но потом сменились на зелёные. Видимо, кончилась ручка. Нужно будет зайти в канцелярский магазин. На голове моего соседа творился хаос, лицо было заспанное, глаза немного припухшими, а взгляд слегка мутным, будто их владелец не до конца соображал, что происходит. Казалось, что из царства снов его вырвал нежеланный, но очень важный звонок, который нельзя было проигнорировать, а голос на другом конце провода сообщил такую информацию, что её нельзя было забыть ни в коем случае, так что пришлось записать. — Блудный сын вернулся, — его голос выдернул меня из раздумий, — где шлялся? — он зевнул, широко распахнув рот, и даже не потрудился прикрыть сие безобразие. — О, это целая история, — устало выдохнул, взъерошил волосы и почесал затылок. — Кул стори? — в его глазах загорелся огонёк. — Меня ждёт ещё один допрос? — слабо улыбнулся. — Допрос? Ещё один? — мои слова заставили его нахмурить брови, но интерес от них стал только больше. Смертельным грехом моего товарища являлось любопытство, и заинтриговать его – как два пальца с честное слово. Однажды вирус нездорового любопытства попал ему в организм и превратил в психа. — И кто проводил первый? — Ты не поверишь, — я горько усмехнулся, — наш новый препод. — Оу.. Теперь, Савельев, ты точно не отвертишься, — эта фраза прозвучала не столько угрозой, сколько подтверждением моих недавних слов, — иди переоденься, лягушка-путешественница, не смей оскорблять мой взор своим неподобающим видом. Я жду тебя на кухне, — после чего развернулся и зашагал к выходу из прихожей. — Да, мамочка, — и в меня прилетела та самая ручка, на что я лишь добродушно рассмеялся. Невмоготу было больше оттягивать столь долгожданный момент, поэтому я стал раздеваться прямо в коридоре, прошёл в комнату, на ходу скидывая с себя грязное шмотьё, блаженно выдыхая. Любимые шорты с пятнами чего-то красного, может быть, кетчупа, свалились мне из шкафа прямо на голову, тёмно-зелёная, выцветшая от многочисленных стирок футболка, тоже порядком уделанная, прилетела следом. Ничего удивительного, вся моя домашняя одежда находится в донельзя жалком состоянии. Просто у кого-то рот дырявый, и руки растут не из того места. Стоило мне только появиться на кухне, на меня обрушился шквал вопросов. В процессе рассказа Саша ржал, как целая конюшня, и хреначил ладонью по любой подвернувшейся под руку поверхности, будь то стол, его нога, или же моё плечо, но каким-то образом засранец всё же умудрился поставить греться чайник. — Савельев, я, конечно, понимаю, что ты придурок не по определению, а по призванию, но, чёрт возьми, серьёзно?! О, да, я испепелён, — ответил на мой обиженный взгляд. Но вдруг Масин стал неожиданно серьёзным. — А ты не думал, что мог понравиться ему? — заявил он, одной рукой заливая кипяток в кружки, а второй смахивая с глаз слезинки – остатки отступившей истерики. — Пф, ещё чего, — я закатил глаза и закинул ноги на табуретку, притягивая сосуд с обжигающе горячей жидкостью к себе поближе, — вспомни, пожалуйста, что твои попытки пошутить в 90 процентах из 100 оказываются неудачными. Это просто невозможно. — Да, конечно, — Мася убрал чайник обратно на плиту и приземлился напротив, скопировав мою позу. — Будь это невозможным – он бы взашей тебя выставил из своей квартиры, или ментов бы вызвал, но никак не укладывал бы спать в свою постельку и не поил бы лекарствами от похмелья с утра. На его слова я лишь неопределённо хмыкнул и пожал плечами. Это, несомненно, казалось странным. Но этот дядечка кажется слишком ответственным для того, чтобы только из-за столь мизерного времени нашего знакомства выставить меня вон посреди ночи или отправить в обезьянник. Он, скорее, повёл себя как родитель. Но, с другой стороны, он не запомнил Сашку, однако меня узнал. Это ведь могло что-то значить? — Ты сам-то как к нему относишься? — и на этом вопросе чай попал мне не в то горло. От души отмутузив меня по спине, Мася в полном удовлетворении упал обратно на стул и, как ни в чём не бывало, спросил снова: — Ну так? — Н..ну, он симпатичный, — выдавил из себя, кое-как прокашлявшись. — Пожалуйста, давай закроем тему. Сегодня ночью мы увидели друг друга второй раз в жизни, о чём вообще может идти речь? Саша вздохнул как человек, не привыкший общаться с идиотами, и сказал: — И этой ночью ты ему запомнился на всю жизнь, поверь мне. Помяни моё слово, он точно положил на тебя глаз. Звучало это всё, однако, не слишком убедительно. Просто Владислав Юрьевич – человек не моего уровня. Я проигрываю ему по всем параметрам, начиная внешностью и интеллектом и заканчивая социальным статусом и личностными качествами. Всё равно что сравнить божий дар с яичницей. После сего умозаключения, я перевёл тему разговора в другое русло, ибо моя изрядно пострадавшая из-за недавних событий самооценка однозначно такого разбора полётов не выдержит. Пока Саня трындел о том, что ему пришлось пережить, пока меня не было дома, мою голову не покидал вопрос. Что же будет дальше?