We don't belong to ourselves

Годом ранее       В здании Bank of America, на Пенсильвания авеню, царил хаос. Стоял жуткий гвалт, сотрудники сновали в разных направлениях, и никто не обращал внимания на рядового трейдера, который торопливо шёл в свой отдел. Неказистый, непримечательный, типичный офисный планктон, он был словно шестеренка в огромном механизме и сейчас спешил занять свое место в этой огромной паутине, раскинувшейся на всю Америку, чтобы снова попытаться купить актив как можно дешевле и тут же его продать за более крупную сумму. Что сказать, обычный день.       Поднявшись на лифте вместе с другими такими же работниками, он торопливо шёл по коридору отдела, низко опустив голову. Вдруг резкий толчок в плечо заставил его распластаться на полу. — Ба, да это же наш мистер невидимка! Тебя что, не учили смотреть куда ты прешься? — раздалось прямо над лежащим мужчиной.       Не став отвечать, трейдер вскочил и на всех парах рванул в сторону своего кабинета под сопровождением раскатистого смеха. Влетев в типичную каморку с минимальным освещением и захлопнув дверь, он мысленно корил себя за невнимательность. — Ну почему? Ведь день так хорошо начинался!       Но отвлекаться на собственную неаккуратность было некогда, работа ведь не ждёт. На протяжении следующих четырёх часов он выискивал выгодные предложения и торговался до последнего, однако ничего из этого не обернулось успехом. Мысленные терзания становились сильнее, тревожность разрасталась, не давая работать дальше. В попытке отвлечься и прийти в себя, он начал разглядывать знакомую обстановку. Дешёвая подставка под канцелярию, сделанная из яркого пластика, коврик для мышки с глупым рисунком, рамка с фотографией, где запечатлён он сам в шляпе и мантии выпускника вместе с родителями, и, наконец, небольшой блокнот, сделанный на заказ. Открыв титульную страницу, трейдер снова смотрел на витиеватую надпись:

«Дорогому Итану от Кэрри ХХХ»

      Итан мысленно вернулся в те счастливые полгода и начал слегка улыбаться, но чем больше он вспоминал, тем тусклее становилась его улыбка, а тревожность перерастала в злость. Не выдержав, мужчина треснул кулаком по столу и хотел было уже порвать блокнот на куски, как в дверном проёме показалась голова его коллеги и приятеля. Тот не произнёс ни слова, но все и так было понятно. Настало время обеда. Но едва они направились в сторону лифта, между ними состоялся диалог: — Опять? — спросил невысокий, коренастый Энтони Хиггинс. — Ну не могу я! После того как она со мной поступила, я… — начал было Итан, но Энтони его перебил. — Мы тебе говорили, что Кэрри — шлюха. С самого начала говорили, но ты продолжал ходить за ней, как собачонка. — Какая к черту собачонка! — спросил трейдер, обиженно хмуря светлые брови над совершенно детскими, невинными голубыми глазами. — Такая маленькая, лупоглазая как же её… Чихуна… Нет… Нихуа — чу… Нет… Ну не помню я! — раздражённо произнес коренастый. — Чихуахуа? — уточнил Итан. — Она самая! — щёлкнув пальцами, воскликнул Энтони. Оба зашли в лифт. — Знаешь, у неё была такая. Она звала её Леди. И правда такая миленькая была собачка, — вспоминал мужчина. — Всё время бегала за ней, ласкалась, просилась на руки. — Тебе это никого не напоминает? — хмыкнул друг. — Нет, а что? — простодушно удивился блондин, забыв, что минуту назад его открытым текстом сравнивали с этой собачкой. — Ох, Итан, — покачал головой Энтони. Двери лифта открылись, выпуская трейдеров на этаж, где находилась столовая.       Это громадное помещение ничем не отличались от школьного кафетерия, где элита сидит с элитой, а так называемым лузерам выделен отдельный столик. Вот и сейчас, в транснациональной корпорации, в известнейшем отделении банка, рядовые трейдеры, с одинаковой зарплатой и полномочиями, строго делились на касты: элита, обычные сотрудники и, конечно же, изгои. Пройдя мимо столика, где сидели две тихие девушки, мужчины присоединились к таким же шестеренкам, проще говоря, присоединились к типичной компании, где никому до вас нет дела, но все продолжают мило улыбаться. Итан был единственным за столом, кто улыбался искренне. Он был одновременно так мил и раздражающ в своей наивности, что люди, узнав его, стремились уйти подальше, а он обижался, не понимая почему это происходит. — Слушай, Итан, а это правда, что ты сегодня столкнулся с Кларком в коридоре? — спросил молодой тощий парень в очках, сидящий справа от того, к кому он обращался. — Да, это случайно вышло. Я не смотрел куда шёл, — добродушно ответил трейдер. — Мы так и подумали, — с гладкой улыбкой, которую мужчина впрочем и не заметил, ответила женщина по имени Эстер с крупным носом и тонкими губами. Что-то в её лице было настолько отталкивающим, что на него нельзя было смотреть дольше нескольких секунд. Но все же она перевела разговор в другое русло — Кстати, вы вкурсе, что наша Марта переспала с начальником…       Больше никто к утреннему происшествию не возвращался, предпочитая обсуждать личную жизнь человека, которого они даже не знали и перемывать ей все кости. Как легко было осудить женщину, не зная всех подробностей! Но кому было важно это знать! Однако обед подходил к концу и трейдеры вновь начали расползаться по своим кабинетам.       Вторая половина дня проходила медленно, словно время решило изменить свою структуру и превратилось в смолу. Всё сотрудники — от малых до великих — мечтали, чтобы этот день наконец закончился, ведь впереди маячили выходные. Мало кто уже работал на совесть, всем хотелось одного — расслабиться. Кто-то проводил вечер в одиночестве. Кто-то — с семьёй. Кто-то в баре с друзьями. Но все, несомненно, стремились сбросить напряжение, накопившееся за пять рабочих дней. И к огромному разочарованию всех, стрелки на часах никак не хотели ускоряться, но наконец они показали пять, а это значило, что все сотрудники были свободны.       В фойе царила самая настоящая вакханалия. Такого оживления не наблюдалось ни разу за всю неделю. И Итан, в числе многих уже подходил к выходу, когда Энтони, схватив за локоть, оттащил его в сторону. — Ты куда так торопишься? — спросил он. — Я сегодня встречаюсь с Брайаном в баре «Chulk». Давненько мы не виделись, — улыбаясь, ответил мужчина. — Бро, может, тебе лучше не ходить? У меня отвратительное предчувствие насчёт этого парня, — осторожно спросил Энтони. — Да ну! Тебе кажется. С каких пор ты у нас в гадалки записался? — добродушно усмехнулся Итан. — Я… Нет, не гадалки… Друг, послушай, я серьёзно. Брайан — мутный тип. Пойдём лучше со мной и Джинджер в кино. Сейчас как раз вышел отличный боевик, — умоляюще произнёс Хиггинс. — Ну, я же уже ему обещал, да и потом, мутным он мне не кажется. Может тогда я к вам завтра зайду? — ответил трейдер. — Как знаешь. Быть нянькой я тебе не собираюсь, — раздражённо выдал Энтони.       После этих слов Итан развернулся и отправился выходу из здания. Однако всю дорогу домой, а потом и дорогу в бар, он размышлял над словами своего друга. «Как он меня сегодня назвал? Наивным? Это же вроде комплимент? Это означает, что я простодушный? Наверное… Да и что он имеет против Брайан? Он же такой добрый и отзывчивый. Может, Энтони завидует тому, сколько времени я провожу с Брайаном? Возможно, ведь с ним мы видимся только на работе. Надо будет почаще к нему заходить».       Ночной Вашингтон сиял сотнями, тысячами, миллионами огней. Сквозь туман и тяжёлые тучи, после долгой пасмурной недели, проглядывалось звёздное небо. Мириады серебряных искорок не заглушали даже неоновые отблески огромного города. По-летнему тёплая погода приятно радовала всех, кто осмелился провести пятничный вечер на улице. Влюбленные молодые парочки держались за руки, смеялись и целовались. Пожилые же чинно гуляли под ручку, наслаждаясь одним из прекраснейших вечеров. Даже одинокие прохожие не стремились вернуться домой. Вот и Итан так задумался, что незаметно для себя сбавил темп, а потом и вовсе остановился. Его мысли понеслись куда-то вдаль, а потом и вовсе сошли на нет, осталось лишь чувство невероятного спокойствия и умиротворенности. Лишь 15 минут спустя он пришёл в себя от грохота проезжающего мимо грузовика. Вспомнив, что его ждут, Итан быстрым шагом отправился к бару. «Chulk» находился в крупном подвале одного из старых зданий.       Эта шумная, гудящая клоака напоминала таверну восемнадцатого века, где к вам могла подойти или шлюха, или смерть. Даже в 21 веке бар «Chulk» следовал этой традиции. За самым дальним столиком сидели раскрашенные по-боевому ночные бабочки, озиравшиеся по сторонам в поисках жертв. Контингент здесь был своеобразный — от элиты, до зэков. Жуткий набор электронных звуков, используемый здесь вместо музыки, резал по ушам не хуже ультразвука. Итан сразу почувствовал себя не в своей тарелке, а когда к нему подошла официантка, он совсем засмущался, стараясь не пялиться на вырез её платья. — Чем могу помочь, мистер? — спросила она. — Керроу. Меня ждёт друг, — краснея и упрямо отводя взгляд, ответил он. — А не подскажите ли фамилию вашего друга? — она снова задала вопрос, выпячивая свою грудь ещё больше и соблазнительно улыбаясь. — Уорнер. Брайан Уорнер, — сипло проговорил трейдер, пытаясь твёрдо смотреть девушке в глаза. — Оу, пойдёмте со мной.       Она вела его вдоль всех открытых столиков, подводя к одному из самых дальних, стоящему в тени. За ним сидел мужчина с самой что ни на есть непримечательной внешностью. Пройдёшь мимо такого — не заметишь. Тусклые каштановые волосы, кожа ни светлая ни тёмная, а нечто среднее, не примечательные карие лужицы глаз терялись под жидким прямыми бровями. Телосложение было тоже самым обычным, ни толстым ни тонким, ни накачанным. Тонкие губы мужчины изогнулись в улыбке, едва он заметил подошедшего друга. — Опаздываешь, приятель, — с лёгким укором произнёс он. — Прости, я… — начал было Итан, но Брайан его прервал. — В такую чудесную ночь и я бы опоздал, — усмехнулся он, а потом, повернувшись к официантке заказал. — Две текилы. — Ты уверен? — недоумевал Керроу. — Завтра же суббота, да и потом тебе не помешает расслабиться. Ты сегодня какой-то нервный, — растягивая губы в дружелюбной улыбке, ответил Уорнер. — Ну да, ты прав. Неделя была тяжёлая. — Что-то случилось? — участливо спросил мужчина. — Да нет, ничего такого. Просто устал. — Слушай, друг, я вижу тебя насквозь. Выкладывай, — спокойно, но твёрдо сказал Уорнер. — Ну, было дело… — начал было трейдер. — И? — Ничего. Он оттолкнул меня, — промямлил Итан. — Ну, надо было смотреть, куда идёшь, — равнодушно произнёс Брайан, прекрасно понимая о чем, точнее о ком, идёт речь. К столу подошла та самая официантка, что встретила Керроу, и поставила две рюмки с мутноватой жидкостью, мисочку с солью и два куска лайма. — Да, ты прав, — вздохнул блондин и вылил содержимое одной из рюмок себе в рот, даже не закусывая. Его друг подвинул к нему вторую. — Пей. Нет лучшего способа забыть о проблемах, чем напиться, — настаивал шатен.       За первой рюмкой последовала вторая, за ней третья, четвёртая… За это время Брайан лишь раз опустошил содержимое своего сосуда, Итан же хлебал горячительное, игнорируя закуску. Постепенно он начинал избавляться от накопившихся за неделю эмоций. Сначала это была вполне осмысленная речь, но постепенно она перерастала в пьяный лепет и судорожные всхлипывания. — Ну что я им сделал? — всхлипывал Керроу. — Сначала они такие милые, а потом только холодные взгляды. А ещё Кэрри, она… Они все время её вспоминают, а мама… Я вижу, что она сочувствует, но я так устал жить с ней, а квартиру снять не могу. — Ну, тише, тише, — мягкий голос Уорнера словно убаюкивал наивного страдальца, заставляя расслабиться и довериться. — Может ты и ошибался в людях, но я же всегда с тобой. — Ты прав, — судорожно вздохнул Итан. Его голова уже туго соображала от количества выпитого. — Не понимаю, почему Энтони предостерегал меня сегодня? — Предостерегал? Правда? — равнодушно спросил Брайан, но в его глазах промелькнул огонёк жестокости. — Интересно, почему? — Вот и я о том же! Не понимаю его в последнее время! — воскликнул трейдер. — Может, он не слишком хорошо разбирается в людях, — добродушно предположил мужчина, хотя его мысли были далеки от дружелюбия — Не может быть! Он меня предупреждал насчёт Кэрри с самого начала! — повышая тон, произнёс блондин. — Ну, ну, не кипятись, — примирительно произнёс шатен. — Не может же он быть прав все время? — Да… Знаешь, я сегодня весь день о ней вспоминаю, её улыбку, глаза… — Кого? — Кэрри. Она всегда так очаровательно улыбалась, что у меня сердце замирало. А как смеялась! — пустил я в воспоминания Керроу. Было видно, что он до сих пор очень сильно любил эту девушку. — Нам было так хорошо вместе, не понимаю, почему все так получилось? — И как все получилось? — нарочито спокойно спросил Уорнер. — Я пришёл домой, а она там в постели с ним. — судорожно проговорил трейдер, а потом добавил тихо: — в позе кролика… — Ох, ужас! — неестественно содрогаясь, воскликнул мужчина. — Почему она так со мной поступила?! Что я ей сделал? — растерянно и надрывно выкрикнул блондин. — Ничего. — Вот именно, что ничего! — истерически выкрикнул Итан. Он и так плохо контролировал свои эмоции, а от алкоголя совсем потерял опору. — Тише, — попытался утихомирить его Брайан. — Не могу тише! — продолжал повышать голос Керроу. — Можешь. Если ты сейчас не успокоишься, я оболью тебя холодной водой.       Отвечать трейдер не стал, только лишь опрокинул очередную рюмку текилы. Он сидел, что-то обдумывая, и лишь спустя пятнадцать минут заговорил — А может, она не виновата? — тихо произнёс блондин. — Может, её всего лишь использовали? — Вероятно. Может, она все ещё тебя любит? — Тогда я пойду к ней, — решительно произнёс Итан, но едва он встал, как мир вокруг него завертелся юлой. — Куда ты собрался в таком состоянии? — рассмеялся Брайан. — Я должен с ней поговорить, — упрямо произнёс Керроу. — Друг, ты на часы смотрел? Сейчас без пятнадцати три, — все так же, со смехом, остужал его пыл Уорнер. — Проспись сначала, а потом и возвращай её. — Ты прав, — вздохнул трейдер, понимая, что и до такси будет тяжело дойти, не то, что добраться до другого конца города. — Ну, вот и хорошо, пойдём, я провожу тебя до такси, — сказал мужчина и махнул официантке, чтобы та принесла счёт. Потянувшись к карману он досадливо воскликнул — Черт! Я забыл дома бумажник! — Не беспокойся, я заплачу, — ответил блондин и потянулся к своему портмоне. Он смело взглянул на счёт более чем в 700 долларов и положил нужную сумму, а после, шатаясь, побрел к выходу. Его друг побрел следом, слегка улыбаясь.       Выйдя на прохладную улицу, Итан даже расслабился. Всё-таки кислотное месиво, бившее по ушам в пабе, провоцировало мигрень. Ночной воздух приятно холодил лицо и очищал лёгкие от смеси запахов табачного дыма, сырости и дешёвого алкоголя. До ближайшей станции такси, где круглосуточно стояло несколько машин, было около двадцати минут ходьбы, но алкоголь окончательно ударил в голову, и идти Итану стало ещё трудней. Мир вертелся волчком, асфальт бросался на него, как кобра. Если бы Брайан не завалил его руку на свое плечо, то лежать бы ему на тротуаре. Они медленно и молча отправились в сторону станции, но Итан вдруг остановился, глядя вдаль. — Бокетто, — как будто для себя произнёс Брайан. — Что? — удивлённо спросил Керроу. — Акт бессмысленного смотрения вдаль. — А можно было сразу по-человечески? — удивился трейдер и тут же споткнулся, почти падая, если бы рядом не было его друга. — Знаешь, я по сравнению с тобой ничего не знаю. — Ну, почему ты так решил? — выгнул бровь мужчина, а в его голове пронеслось: «Если бы он только знал». — Ты знаешь столько всяких слов, так хорошо говоришь, ничему не удивляешься… — вздохнул блондин — Это потому, что я много читаю. — А у меня нет времени. — Оно и видно, — пробурчал себе под нос Брайан и уже громче добавил. — Ну, я не буду читать тебе рацеи. По крайней мере, в данный момент. — Что читать? — переспросил Керроу. — Нотации, Итан, нотации. Идём, мы почти пришли, — вздохнул Уорнер.       До станции оставалось меньше квартала и всю дорогу мужчины провели в тишине. Лишь подходя к такси, Итан произнес: — Спасибо друг, это был отличный вечер. — Поезжай домой и выспись, пьяница, — усмехнулся Брайан. Он смотрел, как ничего не подозревающий трейдер сел в машину и медленно уехал домой. Достав телефон, он набрал номер, и после трех гудков в трубке послышался вопрос: — Всё прошло удачно? — Лучше, чем я мог себе представить. Будем надеяться, что завтра он ничего не вспомнит. В противном случае придётся увеличить дозу алкоголя в следующий раз, — ответил Уорнер. — Сообщи, когда узнаешь что-нибудь важное, — приказал собеседник. — Непременно, — последовал короткий ответ.

***

      Наивность… Порой она страшнее пороков. Такая лёгкая, подобно эйфории, она, как наркотик, пропитывает насквозь тело и душу. Как же легко затеряться в постоянно меняющемся мире! Как же легко просто плыть по течению, не интересуясь куда именно ты приплывешь! Как же легко не вглядываться в сущность людей, безоговорочно доверяя всем. Иметь наивного человека в своём окружении — значит постоянно пребывать в страхе, что из-за него ты попадёшь под удар, а если этот человек тебе дорог, то страх превращается в паранойю, бесконечную, липкую, вечно следующую за тобой. Она нашептывает, извращает мысли, превращая тебя в психически неуравновешенного тирана. В конце концов самые чистые желания будут искажены в жутчайшие помыслы. Не доверяйте наивным и простодушным людям свои тайны. Всё может закончиться кошмаром.