2049

Розэ очень весело решать чужие любовные проблемы в то время, когда у неё самой этих же самых проблем по горло. Заснуть в одной комнате с тяжело вздыхающей Ким нереально. Приходится, чтобы отвлечься, достать телефон. Единственная игра, которая не требует подключения к сети, нещадно неловящей в этой глухомани, в её девайсе - 2048, которая и запускается. Пак не шибко любит эту игру, но она поможет расслабиться. К тому же, её советовала Лалиса. Чёртова Лалиса Манобан, без которой нереально тяжко выживать в этом месте. Хотя той в сто крат сложнее, ибо Манобан осталась с теми ебанутыми людьми совсем одна, без какой-либо поддержки. Руки дрожат. Кажется, приближается приступ паники. Нужно срочно выбираться с этого долбаного шоу, пока они все с ума не посходили.

\(0.0)/

Лиса применила все свои актёрские навыки, чтобы сыграть максимально преувеличенно загипнотизированную и немного двинутую, потому что ей скучно. Ей нужен экшен, так сказать. ДжиДи щёлкнул пальцами, приказывая уснуть. – Встань со стула и начни кудахтать, как курочка, которая сейчас снесёт яйцо. – а с фантазией у пацана (или у сценаристов) капец как туговато, так что девушка приступила к выполнению задания, даже подтанцовывая в присядку и изображая согнутыми в локтях руками крылышки. А потом для правдоподобности даже "снесла яйцо", уронив на пол очки, правда никто не знает, планировала ли она так, или всё же нет. Не переживайте, с очками всё в порядке, они не сломались. В отличие от психики несчастных покупных зрителей, которые совершенно не такого ожидали за сто вон за съёмку и двухразовую кормёжку. – Теперь я щёлкну пальцами, и ты – вертолёт! – сам молодой человек чуть не начал ржать в голос под прицелом всех возможных камер, чего по контракту ему делать было ну вот вообще никак нельзя. Хорошо, что хоть кому-то это кажется смешным. Манобан услышала заветный сигнал, на мгновение замерла, словно прогружая обновление, и начала скакать по сцене, неистово крича "Хэлекоптер-хэлекоптер" и размахивая руками во все стороны, от чего чуть не пострадала парочка людей из стаффа. – Теперь сядь на место. У меня к тебе будет парочка вопросов, на которые ты ответишь мне честно. – Лиса послушалась и повиновалась, усаживая свою уставшую от таких невероятных нагрузок задницу на слегка мягкий стульчик и повернула голову на маэстро, готовая внимать. – У тебя сейчас есть к кому-то симпатия? – Нет. – не задумываясь, коротко и ясно. И не соврала, потому что симпатии нет. Есть зависимость, привязанность, Любовь, чёрт побери. А ещё есть контракт с компанией и репутация, которыми жертвовать – смерти подобно, потеряешь потому что всё и сразу, и очень быстро. А терять то, к чему шла всю жизнь, собирая по крупицам, строя по кирпичикам – такая себе заслуга. По этому нет, нет, нет и ещё раз нет. Нет симпатии. Глупые чувства, зачем они вообще нужны? – Какой, на твой взгляд, самый прекрасный мужчина из всех, известных тебе? – интервью с пристрастием и без принципов не окончено, и очень хорошо, что гипноз не настоящий, так что у девушки есть маленькая секундочку чтобы подумать. – Мой отец. – и опять не соврать. Она любит своего отца невероятно сильно, он сделал в её жизнь огроменный такой вклад, и не останавливается до сих пор, поддерживая, толкая вперёд и вверх. Больше нет мужчин в её жизни, которые бы имели такое огромное значение. Джи Драгон взгрустнул, не выяснив ничего интересненького и гаденького из жизни девушки, задал ещё парочку скучных вопросов, и все разошлись. Кто-то готовиться к следующей съёмке, кто-то просто куда подальше, чтобы проветрить мозги от царившей в помещении тупизны.

^/.\^

Не смотря на всевозможные душевные терзания, Ким Дженни вырубилась в своей ванной моментально, как только приземлилась в достаточно мягкое, на удивление, ложе, и притихшие девочки в комнате этому активно поспособствовали. Спустя неопределённое время сон был всё-таки потревожен, так как что-то тяжёлое опустилось на старшую. Это тяжёлое явно имело человеческую природу, а знакомый запах сразу ударил по рецепторам, заставляя Джису встрепенуться. Дженни решила не мешкать, пока её бывшая в замешательстве, и приблизила своё лицо к самой чувствительной, из доступных сейчас, части тела старшей. Шею Ким обдало жаром, и она почему-то пошевелиться не смогла, пока влажный и до страшного приятно тёплый язык широко, но достаточно робко прошёлся от ключицы до мочки уха. Потом снова выдох, но уже ледяной для вымоченной слюной дорожки, хотя остальное тело расплавлялось от заполнившего смущения и лёгкого, кружащего голову, возбуждения. Очень. Просто дико. Невероятно хотелось продолжения. И оцепенение спало очень кстати. Но Джису воспользовалась этим не для того, чтобы притянуть к себе, утопить в одеяле и залюбить до обморока. Нет. Подскакивает резко и отталкивает от себя, потому что больно. Очень. Просто дико. Невероятно больно и даже немного противно. В какой-то степени даже шею свернуть ей хочется. Или себе? Но духу хватает только на то, чтобы без единого слова выволочь Дженни за руку из импровизированной, но всё же приватной кровати и выставить за дверь, при этом стараясь не шуметь, чтобы не придать огласке Розэ ситуацию, разбудив. Хотя чёрт, а в чём смысл, если завтра младшая Ким всё равно нажалуется что одной подружке, что другой, когда вернётся. Но смирение, вызванное желанием вернуться в тёплое одеяло, заставляет отмахнуться от превалирующей части хмурых мыслей и улечься назад. Уже чтобы окончательно заснуть до утра.

:'^

Утро Розэ стало с самого начала не очень добрым. Дженни лежала под одеялом, укрывшись по самый раскрасневшийся нос и чихала. Пак поинтересовалась у неё о наличии лекарственных средств, но интерес не оправдался. Девушка слишком скорострельно собиралась, торопясь встретиться с любимой, не очень тепло её принявшей, так что не брала с собой ничего кроме телефона и сменных трусов. А заболела, видимо, как раз от того самого не очень тёплого приёма. Как позже выяснилось, Дженни пол ночи прорыдала на холодном полу подле двери в ванную комнату. Розэ наскоро переоделась в парадное из ночного и начала рыться в своих вещах в поисках того, что живо поставит на ноги подругу. Нашлись таблетки от температуры, капли в нос и микстура от кашля. Вполне себе хороший набор юного лекаря, который был на месте использован. Пришедшая сопровождающая, конечно, живу далась от увиденной картины, но констатировала, что Розэ и Джису нужно срочно изолировать. В их шоу привыкли портить репутацию айдолам, но никак не самому шоу. До конца съёмок оставался один день, было бы бессмысленно отправлять девушек на другую площадку, и для подобных ситуаций на шоу было прекрасное решение. Джису и Розэ на шесть часов поместят в стеклянный прозрачный куб, вокруг которого будут ходит люди, кушать вкусную еду и всячески развлекаться. Девушки не будут ничего слышать, они будут только видеть, и у них из развлечений будут только детские кубики с буковками и цифрами в количестве шести штук. Несчастные будут находиться под прицелами камер, звук в кубе будет записываться бесперебойно. А Лалисе через двадцать минут после обнаружения заболевшей передадут приказ собирать вещи свои и напарницы без объяснения причин и даже дадут на это достаточно времени.