Открытия

Ганнибал смотрел на пещеру, в которой скрылась его будущая жертва. Мужчина увлекался пещерным дайвингом и благодаря своему хобби появлялся здесь практически каждый день уже в течение нескольких недель. Совпадение было идеальным. В этом месте берег Чесапикского залива был весьма безлюдным, а если сюда и забредали путники, то вряд ли кто рисковал спускаться по скользкому и крутому обрыву вниз к острым скалам, да ещё и под мелким моросящим дождём. Пришлось быть максимально аккуратным, следуя по крутому выступу в полной темноте, и не утратить равновесия в своём пластиковом костюме, но Ганнибал уже приходил сюда пару ночей подряд, так что исследовал это место достаточно хорошо. Прямо рядом с ним бурлили воды, они накатывали на пещеру и отступали с оглушительным звуком, который очень скоро сменялся лёгким плесканием воды в её глубинах. Заприметив посторонний шум, Ганнибал замедлил шаг и решил переждать некоторое время. Не происходило ничего необычного, пока неожиданный вопль не огласил эхом все закоулки пещеры. Склонив голову, Ганнибал сконцентрировался на криках, которых тут не должно было быть, и на бурлении воды, сложно объяснимом обычными приливами. Будучи настороже, он продолжил пробираться в тёмные уголки пещеры, пытаясь выведать, что именно могло заставить мужчину вопить от ужаса и боли. Любопытство взяло верх над возможными рисками. Внутри начало проясняться, когда солнце склонилось к закату, и последние лучи достигли самых глубин. Блики отражались от воды и стен, заставляя пещеру светиться зловещими огоньками. Увиденное Ганнибалом в первом же большом гроте заставило его замереть на месте. Жертва была здесь, вот только оказалось, что глаз на неё положил не один Ганнибал. Мужчина наполовину лежал на скалистом берегу тёмного озера, а вторая его часть была погружена в мрачную черноту, переливающуюся в отблесках закатного солнца. С раны на голове стекала кровь, но окрашенные багровым воды намекали, что повреждения были гораздо серьёзнее. Водная поверхность, которая должна была оставаться спокойной, струилась бесконечными мелкими волнами, словно нечто взбалтывало её с глубины. Ганнибал глубоко вдохнул через нос и попытался найти детали, которые бы выпадали из привычного состояния пещеры, ушами и глазами он выискивал подсказки, которые навели бы его на разгадку, что же всё-таки произошло. Медленно и осторожно он ступил вперёд, в любую минуту ожидая атаки. Мягкий всплеск воды неподалёку от тела послужил предупреждением. Приподняв брови, Ганнибал наблюдал, как серо-синее щупальце поднялось над водой и скользнуло вокруг талии мертвеца, зацепило его за пояс и почти мягко начало стаскивать в воду. В этих движениях чувствовалась некоторая затаённая хитрость. Ганнибал склонил голову в изумлении. Он медленно подошёл ближе, но щупальце сразу же скользнуло обратно в воду, и на мгновение поверхность снова стала недвижимо спокойной. А вот когда воды забурлили снова, будто закипая, Ганнибал напрягся. Намечалось нечто, выходящее за рамки его понимания. В ожиданиях рисовалось чудище от гигантского осьминога до тех морских монстров, которые, по легендам, утаскивали на дно целые корабли. А вот чего Ганнибал точно не предвидел, так это того, что из воды вынырнет человеческое создание и уставится на него громадными синими глазами. Мужчина был обнажён. Влажные тёмные волосы обрамляли его лицо… гладкая грудь, подтянутые мышцы… а ниже тело превращалось в многочисленные щупальца…. Вот это была неожиданность. Сюрприз. Это… создание… двигалось ближе к берегу, вода вокруг него пенилась, щупальца скользили и извивались. Его противник определённо был настороже, а Ганнибал оставался недвижим и ждал. Это было обворожительно. Новый вид? Старый вид? Гибрид, выведенный в лаборатории? Прежде чем Ганнибал был способен помешать ему хоть чем-либо, мужчина обхватил труп обеими руками и в мгновение ока затянул его под воду. Он ни на минуту не спускал с Ганнибала глаз, пока не скрылся в мрачных пучинах. А Ганнибал так и продолжал стоять в полной растерянности, раздумывая, вдруг это преломляющийся закатный свет надумал сыграть с ним злую шутку. Но зрение не так-то легко обмануть, поэтому Ганнибал был вполне уверен, что видел парня со щупальцами ниже пояса. Он уже планировал развернуться и двигаться к выходу с перспективой вернуться в пещеру позже, но тут мощное щупальце стрелой взлетело над водной поверхностью и обернулось вокруг лодыжки. Прежде чем Ганнибал успел вспомнить про нож, сильный толчок уже сбил его с ног. Стоило немалых усилий не удариться головой об камни, но вот противостоять затягивающей в холодные воды могущественной силе было просто невозможно. Какое-то время пластиковый костюм защищал от ледяного холода, но потом Ганнибал полностью погрузился в воду, и лёгкие сжались, выпуская остатки кислорода. Хватка на лодыжке была такой цепкой, что нога посинела, и Ганнибал принял решение сражаться, с головой нырнув во тьму. Под водой разглядеть что-то было ещё сложнее, но казалось, что щупальца двигались одновременно со всех сторон. Что-то царапнуло его по рукам. Оставалась лишь надежда на то, что неведомое существо утащит его в своё уютное гнёздышко, где будет возможным хотя бы вздохнуть. В противном же случае Ганнибала должна была настигнуть скорая кончина, и вовсе не такая, как он представлял себе прежде. Перед глазами уже замелькали разноцветные круги, а лёгкие окончательно сжались, и тут наконец тело Ганнибала направилось в сторону, которая показалась ему верхом. Никогда прежде он так сильно не благодарил собственную выносливость и регулярные занятия в бассейне. Постепенно окружающее Ганнибала водное пространство светлело, пока он неожиданно не выплыл на поверхность, втягивая заветный кислород громкими глубокими глотками. Он с любопытством осмотрелся вокруг и обнаружил себя в большой пещере, освещённой через мелкие прорехи в потолке. Какое-то время чудище оставалось под водой. Лишь хватка вокруг лодыжки и время от времени показывающиеся на поверхности щупальца свидетельствовали о том, что Ганнибал в этом месте не один. Работая руками, он держался на плаву, а затем резким движением щупальца оказался на небольшом песчаном берегу в самой глубине грота. Мёртвый дайвер лежал неподалёку на груде того, что определённо напоминало человеческие останки. Создание оказалось очень годным охотником, так что Ганнибал искренне удивился тому, что до сих пор жив. Это был бы воистину эффектный способ умереть, и сейчас Ганнибал, пожалуй, и не сильно возражал бы против такого исхода, но всё равно предпочёл бы изучать невиданное существо ещё некоторое время. Нащупав свободной ногой твёрдую поверхность и неловко опираясь руками, Ганнибал карабкался на берег, пока окончательно не уселся на сухом песке. Обхватывающее его щупальце слегка расслабилось, но ногу не отпустило. Затем из воды появилось ещё одно и начало двигаться в сторону свободной конечности. Ганнибал замер в ожидании, что же произойдет дальше. Несколько мгновений поверхность воды оставалась спокойной, но не было сомнений, что за ним наблюдают. Подозрения подтвердились, когда Ганнибал лишь слегка сместился на песке, а щупальца в ответ сильнее сжали его лодыжки. Поэтому он решил просто успокоиться и ждать, как много времени продлится передышка. А вообще было бы неплохо выбраться наконец из пластикового костюма, набравшего в себя холодной воды, от которой знобило всё тело. Наконец создание вынырнуло на поверхность в двух или трёх метрах от берега. Его взгляд блуждал по всему телу Ганнибала, а лицо выглядело хмурым, будто он пытался решить в голове непреодолимую задачу. Мужчина был красив, и на вид ему оказалось чуть больше тридцати, хоть и сложно было разглядеть в полутёмном освещении пещеры. — Здравствуй. Звук голоса эхом прошёл по пещере, и существо отклонилось назад, глядя на Ганнибала расширившимися глазами. По всей очевидности, он никогда прежде не слышал человеческого голоса, за исключением предсмертных криков. — Меня зовут Ганнибал. У тебя есть имя? Ты понимаешь меня? Мужчина склонил голову скорее в любопытстве и попытках разобраться в происходящем. Казалось, его сбило с толку отсутствие привычной реакции. В глазах чудовища отображалось сияние чистого разума, и Ганнибал ощутил поднимающийся внутри восторг. Какое чудесное развитие дня, который вообще не предвещал ничего особенного. Создание приблизилось к берегу, и хватка на лодыжках ослабилась. Щупальца принялись медленно ползти вверх по ногам, будто бы пытаясь понять, почему тело покрыто таинственным гладким и жёстким материалом вместо привычной мягкой ткани. Ганнибал должен был показаться чудищу отклонением от привычной расы людей, которая встречалась ему прежде. На мелководье удалось рассмотреть много крупных и мелких щупалец. Одни были тонкие и проворные, другие же обладали значительной толщиной и силой. Любопытные щупальца принялись скользить по костюму, цепляясь присосками и изучая доселе неведомую им поверхность. Когда первый отросток скользнул по руке, Ганнибал аккуратно раскрыл ладонь и мягко обернул пальцы вокруг извивающейся конечности. Конечно же, он употреблял в пищу осьминогов, но ощущать живые движущиеся щупальца было чем-то необычным, даже несмотря на преграду из пластика. Захотелось почувствовать это движение на коже. Чудовище сделало мягкий вдох, и Ганнибал посмотрел вверх. Взгляд мужчины был зафиксирован в том месте, где пальцы Ганнибала практически поглаживали извивающееся щупальце. — Я не сделаю тебе больно. И буду благодарен, если ты вернёшь мне любезность. Голубые глаза хлопнули длинными ресницами, разглядывая лицо Ганнибала, и тот ещё раз отметил, насколько же изысканные и утонченные черты достались этому обитателю морей. Тем не менее он выглядел скорее разочарованным, продолжая безуспешные попытки порвать щупальцами плотный защитный костюм. Ганнибал склонил голову в размышлении. — Хочешь, чтобы я снял его, не так ли? Он плавно отпустил тонкое щупальце, чтобы освободить руки и поднять их к шее, расстёгивая молнию. Но не успел Ганнибал продвинуться, как его повергли навзничь и прижали к земле несколько сильных и мощных конечностей. Бесчисленные щупальца возбуждённо дёргались и извивались, ощупывая костюм и оставляя на нём влажные отпечатки. Создание издало звук, очень напоминающий рык. Сделав глубокий вдох, Ганнибал успокаивающе, ласково промурлыкал: — Я понимаю, что тебе интересно. Просто хочу помочь насытить твой интерес. К этому моменту Ганнибал уже был уверен, что его речь не понимают, но казалось, что мягкие интонации голоса должны успокаивать чудище, поэтому он продолжил говорить. — Как мне обращаться к тебе? Было бы грубо называть тебя созданием. Он и не ожидал другой реакции, кроме того, что одно крупное щупальце прошлось по застёжке молнии до самого горла Ганнибала. — Думаю, я буду называть тебя Уиллом. Это был определённо не первый раз, когда Уилл раздевал другого человека, судя по скорости, с которой он овладел молнией и расстегнул на Ганнибале костюм. До неприличия громкие звуки эхом проходили по пещере, и дрожью — по самому Ганнибалу. Когда с молнией было покончено, собравшаяся в костюме вода вылилась на песок. На лице Уилла заиграла победоносная улыбка, и он выбрался на берег так близко, что уже опирался на землю руками. Ганнибал всматривался в его лицо, стараясь найти хоть малейшую эмоцию, зацепившись за которую, он бы мог растянуть ситуацию ещё на некоторое время. Когда щупальце погрузилось в прорезь костюма и проникло под одежду, Ганнибал начал догадываться о конечных целях Уилла. Он едва не фыркнул от изумления. Конечно же, Ганнибал слышал про аниме, хентай и прочую эротико-порнографическую продукцию, связанную с тентаклями, но он даже не предполагал, что этот фантастический жанр черпал вдохновение из реальности. Было любопытно, убьёт ли его Уилл в процессе, либо же получится пережить эту процедуру относительно невредимым. Для Ганнибала он не выглядел хладнокровным убийцей, несмотря на гору человеческих костей и свежий труп в нескольких метрах неподалёку. Вполне разумными выглядели предположения, что Уилл убивал их ради еды, а не для развлечения. И тем не менее некоторые щупальца были довольно опасного диаметра для любых проникновений. Когда же прохладное щупальце проползло под жилетку и рубашку, а затем заскользило по животу, Ганнибал не удержался от протяжного вздоха. — Уилл. Даже на своей холодной и липкой коже он мог ощущать мягкие и почти щекочущие прикосновения. — Уилл. Если ты позволишь мне, я сам сниму все вещи. Сейчас начинает становиться некомфортно. Глаза Уилла снова устремились к лицу Ганнибала, а голова задумчиво склонилась. Сам же Ганнибал взглядом указал на свою правую руку, всё ещё пришпиленную к земле, и легонько толкнул её вверх. Он не мог удержаться от улыбки, когда конечность ослабила хватку, а затем, к полному удивлению Ганнибала, Уилл улыбнулся в ответ. Мелкое щупальце прошлось по груди в сторону горла. — Я не собираюсь убегать, Уилл. Вероятно, Уилл остался впечатлён вибрациями его голоса, потому что маленькая присоска мягко вжалась в кожу поверх адамового яблока. Одна конечность пробежалась по волосам, в то время как несколько других снимали с Ганнибала пластиковый костюм. — Уилл. Ганнибал явно не переоценил его интеллект, поскольку сейчас Уилл реагировал на своё имя, замедляя исследовательский поиск. Во время небольшой передышки, пока Ганнибал пытался высвободить правую руку из рукава, Уилл, казалось, понял и уловил его намерения. Он предоставил Ганнибалу достаточно места, чтобы в конечном итоге тот освободился от сковывающего его куска пластика и остался лежать на спине в одном костюме. Запястья и лодыжки снова оказались зафиксированы, чисто для надёжности, и это позабавило Ганнибала. Когда Уилл принялся за исследование всерьёз, выбора просто не осталось. Щупальца проникли в рукава и штанины, они находились в волосах, на лице, и можно было ощущать, как они дёргают за пуговицы на рубашке. Конечности были влажными, холодными, и Ганнибал дрожал, когда они покрывали почти все обнажённые участки тела. Вся эта ситуация возбуждения не вызывала, да и в целом Ганнибал не представлял, чего именно ожидает от него Уилл, поэтому он просто попытался вообразить себя в более приятной и стимулирующей ситуации и сфокусировался на расплывчатом лице у своих ног. Ганнибал задумался о том, находил ли он сам должное время, чтобы исследовать человеческое тело перед тем, как убить и поглотить его. Глаза Уилла изучали его со всех сторон, а лицо выражало крайнюю взволнованность. Мелкие щупальца следовали за линией челюсти, круговыми движениями массировали уши, а ещё одно находилось в полном восторге от формы носа и скул. Уилл смотрел на него и повторял пальцами движения на собственном лице, сравнивая ощущения, и Ганнибал задумался о том, вправду ли щупальца настолько же чувствительны, как, допустим, пальцы. Он вздрогнул от звука, с которым надорвалась его рубашка, а пуговицы попадали на песок, и сразу же за этим ощутил на туловище множество прикосновений, щупальца обвивали живот, поглаживали бока. Губы Уилла были приоткрыты, а веки опущены, он явственно наслаждался полученными тактильными ощущениями. Чувствовать тепло живого тела и кожи вполне очевидно было для него уникальным опытом, чем-то редким, особенным. Крохотное щупальце свернулось у него в пупке, и Ганнибал втянул живот, чтобы избежать приступа щекотки, который, казалось, дико забавлял приблизившегося к нему Уилла. Особое очарование он находил в густой растительности на груди. Некоторые щупальца пробирались между волосками в поглаживающих движениях, немного оттягивали их, кружили вокруг сосков. Сейчас ласки были уже мягкими и нежными, присоски дразнили кожу, слегка пощипывая, и Ганнибал потихоньку привыкал к прикосновениям, к скольжению щупалец поверх своего тела. Он полностью расслабился, отпустив всё накопившееся за день напряжение. Минутой позже щупальца принялись за ремень, и Ганнибалу захотелось, чтобы Уилл сделал это не щупальцами, а руками. Ведь ему на самом деле так нравился этот костюм. Когда холодный воздух проник в расстегнутые брюки, Ганнибал не смог удержаться от приглушённого вздоха, и в этот момент щупальце, которое перед этим тщательно изучало очертание губ, получило шанс скользнуть внутрь. Пришлось подавить в себе естественное желание стиснуть зубы, особенно когда Ганнибал увидел реакцию Уилла на проникновение в тёплую влажную полость. Тихий вздох наслаждения эхом прошел по пещере, и только тогда Ганнибал впервые ощутил прорвавшуюся искру собственного возбуждения. Щупальце бережно изучало его рот изнутри, робкими толчками поглаживая язык, и Ганнибал пробовал на вкус чистую озёрную воду, стекающую со странной гладкой поверхности щупальца. Он решил рискнуть и слегка засосал его, ожидая, как отреагирует Уилл. Ответом ему послужил судорожный вдох, щупальце в испуге напряглось и толкнулось глубже в горло, а затем потянулось назад. Не успел Ганнибал порадоваться собственному отсутствию рвотного рефлекса, как ещё одна конечность с интересом проникла между губ, очевидно, в поиске того же удовольствия внутри его горла. Он запрокинул голову назад, открывая свободный доступ, а сам попытался уловить боковым зрением реакции Уилла, который совершенно точно был взбудоражен новым открывшимся ему наслаждением. Внезапно брюки стянули вниз, а два щупальца покрупнее согнулись под Ганнибалом, чтобы приподнять его бёдра. Ганнибал удивился их силе и мощи, не прекращая засасывать извивающиеся во рту конечности и скользить языком между ними. Учитывая явное возбуждение Уилла, которое он испытывал, наблюдая, как рот Ганнибала растягивается вокруг вторгающихся в него щупалец, сам Ганнибал делал ставки, как много времени понадобится, чтобы повторить тот же опыт в других местах. Боксеры и брюки были стянуты до колен, а дальше и вовсе на землю вместе с туфлями. Потоки воздуха, обтекающие его полувставший член, вынудили Ганнибала податься вперед и вверх. Сильные, протяжные щупальца толщиной в целую руку обвили его бёдра, чтобы зафиксировать позицию и раздвинуть ноги пошире. От уязвимости собственного состояния Ганнибал ощутил, как дрожь пробежалась по всему его телу, так что пришлось приложить усилия в попытках остановить неистово подрагивающие бёдра. Ощущений было слишком много, и казалось сложно сконцентрироваться на чём-нибудь конкретном. Щупальца подразнивали и потирали соски, другие — поглаживали внутреннюю сторону бёдер, а когда ещё одно обвилось вокруг члена, Ганнибал выдал неясный стон. Прошедшие по всему телу вибрации только вынудили щупальца усилить хватку, и на некоторое время Ганнибал просто завис в воздухе. После предупреждающего всплеска он силой открыл глаза, чтобы увидеть, как на этот раз Уилл почти полностью вышел из воды и уютно устроился между его раздвинутых ног. Его глаза изучали увиденное с любопытством, пусть взгляд и оставался наполовину скрыт спадающими на лицо влажными тёмными кудрями. Затем они уставились друг на друга, и интенсивность их взглядов вызвала потрескивающий жар внутри живота. Ганнибал ощутил, как его собственный член подёргивается и окончательно выпрямляется, ласкаемый витками щупальца. Теперь и Уилл с удивлением смотрел на происходящие изменения. Виток мягко сжался и начал двигаться вверх и вниз по члену с медленным устойчивым ритмом, пока острый кончик обвивал головку, поигрывая с крайней плотью. Болезненные шипы удовольствия прошлись по всем нервным окончаниям, и в кратчайшие сроки член не просто стал набухшим и твёрдым, а ещё и начал сочиться предэякулятом. Ганнибал едва успевал втягивать воздух между толчками атакующих его рот конечностей. Когда же он почувствовал первое пробное касание возле входа, то был уже морально готов и постарался расслабиться, чтобы принять вторжение безболезненно. И тем не менее проникновение получилось мощным и жёстким, так что Ганнибал громко застонал в тот же момент, когда другой стон, стон удовольствия сорвался с губ Уилла. Единственное облегчение принёс тот факт, что это было одно из самых тонких щупалец, и поэтому оно едва растягивало внутренности. Ощущение от вторжения было скорее одним из наиболее странных, которые Ганнибал когда-либо переживал прежде — проворное, извивающееся щупальце пробивало свой путь внутри его тела, раздвигая внутренние стенки. Никак нельзя было облегчить проникновение, и чем дальше входило щупальце, тем толще оно становилось, пока толчки не стали заметными и дискомфортными. Наконец поступательные движения прекратились, и Ганнибал позволил себе удовлетворённый стон. Внезапно щупальца покинули его рот, и наконец появилась возможность сделать несколько глубоких вдохов. Так Ганнибал и лежал, тяжело дыша, пока Уилл постепенно выбирался на берег, взгляд же его был пригвождён к тому месту, где щупальце исчезало внутри тела. Сам Ганнибал и желал бы потрогать это дивное создание, но пробное подёргивание рукой привело только к усилению хватки. — Уилл, — выдохнул он, и с удовлетворением увидел, как пристальный взгляд переключился прямо на его лицо. Внезапно внутрь втиснулось ещё одно щупальце, резко и неожиданно, но проникновение пошло уже более гладко, чем в первый раз. Ганнибал подозревал, что эта конечность была смазана его собственной слюной. Со всей аккуратностью он переместил бёдра, стараясь привыкнуть к ощущению наполненности. Мелкий завиток жадно исследовал мышцы его живота. Ганнибал заметил, что закрыл глаза, только к тому моменту, когда бёдер коснулись вполне себе обычные и настоящие пальцы. Посмотрев вниз, он обнаружил, что Уилл с интересом изучает мягкую растительность на бёдрах и легонько водит по ним подушечками пальцев, словно в этот момент вовсе и не трахает Ганнибала двумя щупальцами, подразнивая кожу ещё дюжиной в разных местах. Всё тело Ганнибала было покрыто мелкими красными отметинами от присосок. Со стороны он должен был выглядеть лишённым последних покровов стыда, развратным, раскрытым, использованным и заклеймённым. Лёгкий стон сорвался с его губ, когда второе щупальце проникло глубже, уже специально его растягивая и расширяя. Мышцы протестовали против проникновения, поэтому движения сопровождались обжигающей болью. Не то чтобы Ганнибал ранее не справлялся с болью, но эта её разновидность выжигала огнём изнутри. Она отличалась от известной ему боли и, кажется, задевала сильнее. Уилл сжал его бёдра и с силой толкнул вверх и в стороны, активно их растягивая. Ганнибал практически завыл, чувствуя, как его вход расширяется ещё сильнее. Холодный воздух ласкал внутреннюю сторону бёдер в самых интимных местах, отчего привыкшее к теплу тело покрывалось гусиной кожей. Ганнибал не знал, откуда появилась смазка, да и не был он в состоянии задавать такие вопросы, но внезапно скольжение стало более плавным и лёгким. Он начал кряхтеть и задыхаться, когда проникновение углубилось. Внезапно в придачу к щупальцам появились пальцы, они толкались между скользких придатков и разрабатывали Ганнибала изнутри. Он застонал. Третье щупальце было уже слишком, но Ганнибал не мог ничего поделать, чтобы предотвратить его проникновение между уже имеющихся конечностей. Внутри он готов был разорваться, и ощущения больше не приносили удовольствия. Вынуждая себя не зажиматься, Ганнибал с силой схватил толстое щупальце, удерживающее его правую руку, чтобы продемонстрировать свой дискомфорт. Первое прикосновение к простате вынудило его изогнуться в спазме, приподнимая таз от земли, мышцы с силой сжались от расползающегося по животу удовольствия. Уилл с придыханием втянул воздух, шокированный тем, как плотно Ганнибал сжался вокруг него, затем он пытался добиться тех же тактильных ощущений, повторяя предыдущее движение снова и снова, раз за разом вдавливаясь в уже набухшую простату. Три щупальца набрали волнообразный ритм, двигаясь поочерёдно одно за другим, и тогда Ганнибал увидел звёзды. Хлюпающие звуки были такими непристойными, тело содрогалось от мириад ощущений, дыхание стало рваным, а член — болезненно твёрдым в завитке отдрачивающего ему щупальца. Вот сейчас Уилл полностью нависал над ним, опираясь руками по обе стороны от бёдер. Он неотрывно наблюдал за тем, как тело Ганнибала раскачивается вперёд и назад от силы проникающих внутрь толчков. Вблизи можно было рассмотреть жабры прямо позади ушей, наполовину прикрытые тёмными локонами. Ганнибалу было очень любопытно изучать Уилла в те короткие моменты, когда перед глазами не белело от глубины проникновений. Оргазм был настолько стремительным, что скорее напоминал удар кулаком в живот. Тело вздрогнуло от волны конвульсий и замерло, дыхание застряло в груди, а сперма вырвалась мощным потоком, забрызгав грудь и живот. Ганнибал откинулся назад, бесформенный и полностью истощённый. Пальцы и щупальца размазывали жидкость по коже, пока мышцы внутри импульсивно продолжали сокращаться. Щупальца в его заднице перестали двигаться, но всё ещё находились глубоко внутри. Дыхание и сердцебиение постепенно замедлялись, и уставшими глазами Ганнибал наблюдал, как Уилл аккуратно исследовал его пальцами. Трогал его опавший член, сжавшийся вокруг щупалец анус, размазавшуюся по коже сперму и густые волосы на груди. От его мягких прикосновений Ганнибал вполне мог вырубиться, если бы не прохладный воздух и твёрдая поверхность земли под ним. Любопытно, убьют ли его сейчас. Ещё одно тело на свалке. Обед. Ирония происходящего вызывала улыбку. Ганнибал даже не удивился, когда Уилл склонился над ним, чтобы попробовать на вкус смешанную с потом сперму. Вот только кожа оказалась сверхчувствительной, и Ганнибал позволил себе лёгкий вздох. Неожиданно Уилл подался назад, щупальца отпустили тело, оставляя Ганнибала опустошённым. Мощные конечности, которые удерживали его бёдра раздвинутыми, отступили с влажным звуком, а вскоре и внутри осталась только невосполнимая пустота. Чувство было довольно странным, и Ганнибал аккуратно поднялся, чтобы оценить повреждения. Уилл снова ушёл под воду, и только голова оставалась едва заметной, тёмные глаза наблюдали за Ганнибалом. Это можно было принять за разрешение остаться в живых. Игнорируя боль в мышцах, Ганнибал сел и, не разрывая зрительного контакта, принялся одеваться в более-менее целые остатки одежды. — Это было очень приятно, Уилл. Спасибо тебе. Уилл склонил голову в замешательстве. — Я был бы ещё более благодарен, если бы мог вернуться в главную пещеру. Сегодня вечером меня ждут в опере. Некоторое время они просто смотрели друг на друга, прежде чем Ганнибал ступил в воду. От холодной воды поверх разгорячённого тела перехватило дыхание. Ганнибал ещё не успел привыкнуть, как щупальце свернулось вокруг лодыжки, и его снова затянуло под воду. На этот раз путешествие было быстрым, будто Уилл спешил отправить его назад. Когда они снова достигли пещеры, Ганнибал чувствовал себя так, словно одолел марафон. Болела и саднила каждая часть тела, но в общем произошедший опыт оставил его полностью удовлетворённым. Он обернулся и посмотрел на озеро, где всё ещё плавал Уилл, вода вокруг его тела вспенивалась от движений щупалец. Вполне разумным было бы донести властям о произошедшем в пещере, придумав какую-то правдоподобную историю, и тогда Уилл окончит свою жизнь в аквариуме какого-нибудь научного института, измученный бесконечными исследованиями. Эта мысль Ганнибалу определенно не понравилась. — Я почищу за собой, так что не найдут никаких улик. Если кто-то всё же явится расследовать, просто спрячься под водой. Или на некоторое время придётся сменить ареал охоты. Он и не ожидал, что Уилл разговорится, поэтому стал направляться к выходу. — Ну ладно. Увидимся. Ответом ему послужил только всплеск. Эх. Это было ожидаемо. Загадочно и удовлетворённо улыбаясь, Ганнибал направился к машине. Какой восхитительный всё-таки получился день.