Гроссмастер

      Гранд-магистр Ордена Джедаев Йода читал отчет магистра Ранцизиса о миссии на Йинчорре и все больше хмурился. Погибло 17 тысяч военнослужащих. Еще 10 тысяч получили ранения разной тяжести. Во время операции флот Антарских Рейнджеров потерял 23 корабля и около 100 истребителей. По факту попадания флота в засаду на выходе из гиперпространства уже началась проверка всех электронных систем Храма. В результате были выявлены несколько очень незаметных шпионских программ, которые были установлены как раз для вычисления точки выхода кораблей, так или иначе связывающихся с Храмом. А это все флагманы тактических соединений. Но лично для Йоды серьезным ударом было то, что погибли 6 рыцарей-джедаев. Мастер Цуй Чой, один из лучших мечников и пилотов среди участников операции потерял своего падавана, а молодой К’Крук лишился учителя, когда та прикрыла его собой. С трудом удалось откачать Мику Джиитта, которого ранили йинчорри-диверсанты во время последней контратаки из осажденной столицы. Единственной светлой стороной боев было-то, что атака противника на Храм провалилась и из выживших удалось вытрясти немало интересной информации о тайных доках, где швартуются контрабандисты, через которые они и попали на Корусант. С криминалом уже разбиралась полиция, получившая от канцлера недвусмысленный приказ устроить местным ОПГ веселую жизнь за то, что посмели впустить на планету террористов.       Политические последствия так же не заставили себя ждать. Снова, как и во время Калишского конфликта сенаторы обвинили джедаев в агрессии. Пришлось даже отозвать на Корусант с театра боевых действий Мейса Винду, чтобы тот взял на себя обнаглевших сенаторов. Страсти несколько поубавились, когда на Храм было совершено вероломное нападение и вся галактика увидела, какую опасность несет в себе экспансия йинчорри. Конечно, завоевать галактику они бы все равно не смогли, но вот доставить хлопот — запросто.       Отдельную обеспокоенность у Йоды и остальных джедаев вызывал подстрекатель этой кровавой бойни, Вилмар Грарк. О нем стало известно после допроса старейшин. Именно этот деваронец, замешанный в очень многих успешных махинациях, стал «отцом» новой армии йинчорри. В этом деле ему активно помогал его клан, члены которого тоже не отличались высокими моральными нормами, но были неплохими головорезами. Правда, то, как он все организовал и чего добился, вызывало искреннее уважение его организаторскими способностями. Естественно он получал со всего свой процент и выгоду, но результат того стоил. К тому же не вызывало сомнений, что именно через него йинчорри получали разведданные и кортозисную броню, которая в миг отключала световые мечи. А если добавить к этому еще и природную невосприимчивость йинчорри к некоторым техникам Силы, то можно предположить, что их готовили для боев именно с джедаями.       Оставалось только понять, кто это надоумил Вили на подобную авантюру, ведь какими бы выдающимися способностями не владел этот разумный, додуматься до такой комбинации ему точно помогли. И помогли те, кто был заинтересован в том, чтобы джедаи застряли на Йинчорре. Так что Вилмар Грарк уже был объявлен в общереспубликанский розыск. А так же стал одной из целей первоочередной важности для Теней. Нужно было вытрясти из него все, что он знает. Ведь тех, кто был способен на принесение жертвы целой расы в угоду своим интересам не так уж и много. А противостояние некоторым из них, есть прямая обязанность Ордена.

***

      Магистр Ордена Джедаев Сайфо-Диас был необычным джедаем. Кроме того, что он был одним из тех, кто постоянно представлял Орден на встречах и конференциях самого высокого уровня, он еще и был главным связующим звеном между корпорациями галактического масштаба и Орденом. Но было еще одно обстоятельство, что несколько выделяло его на фоне остальных чувствительных к Силе. Он был провидцем. Правда, его дар не был развит. Еще в молодости он часто видел во сне некоторые фрагменты грядущих событий. Затем видения прекратились. Он так никому и не доверил свою тайну, что позже вышло ему боком. Когда он стал рыцарем, они вернулись в виде кошмаров. Целители лишь разводили руками, когда он весь в холодном поту просыпался ночью от очередного видения. Оказалось, что он должен был ещё в детстве использовать некоторые специфические медитационные техники, чтобы взять под контроль свой дар. Теперь же возможно было лишь немного стабилизировать его состояние, и то, кошмары и видения никуда не денутся.       Но Сайфо-Диас оказался волевым человеком. Он смог как истинный джедай не обозлиться на мир, а продолжать жить и служить разумным с даром, который превратился в его персональное проклятие. Очень быстро он завоевал славу беспристрастного дипломата, который успешно отстаивал интересы Республики и Ордена. Его уважали и к нему прислушивались. При этом, он оставался ярым пацифистом, который искренне считал, что джедаи должны защищать разумных в основном с помощью своих дипломатических навыков, а не оружием. Хотя и в его карьере бывали случаи, когда ему приходилось сражаться со всяким криминальным сбродом.       Сегодня он должен был встретиться с группой банкиров во главе с генеральным директором финансовой корпорации «Капиталы Дамаска» Хего Дамаском. В пригласительном письме господин Дамаск утверждал, что он хотел бы переговорить с представителем Ордена с глазу на глаз и узнать его мнение по некоторым вопросам, как наиболее знакомого широкому кругу деловых разумных лица. Сайфо-Диас помнил их встречу на Серенно 19 лет назад. Тогда Дамаск говорил, что Республика слишком слаба и не способна себя защитить и намекал, что он знает, как это исправить.       Встреча состоялась на Эриаду, в здании отеля «Гранд Сесвенна», где они оба находились по делам. На этой планете в скором времени должна была пройти важная конференция между Торговой Федерацией и представителями Республики. Он сам был среди ее организаторов и ему так же было интересно, что же такого хочет обсудить этот, безусловно, очень влиятельный разумный.       Дамаск по мнению Диаса почти не изменился. Лишь постарел. Но ведь и он не молодеет. Согласно этикету в начале встречи между ним и Дамаском произошел обмен любезностями. Дежурные выражения о здоровье, погоде и политике действующего канцлера. — Я хотел бы высказать восхищение действиям войск под командованием джедаев при усмирении дикарей-йинчорри. Эти оборванцы могли здорово усложнить жизнь честным предпринимателям. Мы все помним трагедию на Мейнвич 7 и полностью поддерживаем действия Ордена по сохранению мира и порядка. — Сказал Дамаск со всей искренностью, на которую был способен, говоря явно заученный комплимент. — Благодарю вас, господин Дамаск. Орден Джедаев обязан защищать разумных и решать конфликтные ситуации. Но иногда приходиться прибегать к принуждению. — Сказал Диас. — Война, есть продолжение дипломатии другими средствами*. Я и мои коллеги уверены, что у вашего руководства не было другого выхода. — Сказал Дамаск с тоном всезнающего старца из старых сказок. — Однако, я слышал, что не все рады такому исходу. Многие влиятельные лица не одобряют нынешнее поведение Ордена, поскольку ваши коллеги фактически создают армию и этим, нарушают Руусанский договор. — Сказал Дамаск, непонятно на что рассчитывая. Сайфо же стало интересно, какое дело этому мууну до политики, проводимой Орденом? — Никакой армии Орден Джедаев не создает, господин Дамаск. Это заблуждение некоторых особо впечатлительных политиков, у которых совесть нечиста. Войска и корабли были предоставлены нам планетарными правительствами, чтобы разобраться с угрозой, исходящей от йинчорри. А если есть недовольные, то пусть переговорят с Мейсом Винду. Он будет рад ответить на их вопросы. — Ответил Сайфо холодным тоном, который должен был быть сигналом для мууна, что мнение «господ» ему не интересно. Дамаск, видимо намек понял и слегка улыбнувшись, сказал. — Я прошу простить меня, мастер Диас, если сказал что-то лишнее. Я так же как и вы считаю, что Орден правильно поступает, координируя действия планетарных армий в борьбе с теми, кто в будущем может создать немало проблем. Ведь капитал любит спокойствие и ваши действия, направленные на сплочение систем, входящих в Республику, перед общими угрозами, способствуют спокойствию на бирже.       Комплименты Сайфо принял, хотя и был крайне недоволен той милитаристской политикой, что ведет Высший Совет. Он не был пожизненным членом этого органа управления, в отличии от Йоды или, например, Мейса Винду. И нутром чувствовал, что во время следующих выборов он оставит свое кресло. Но ни умом ни сердцем не желал, чтобы джедаи, те что всегда были судьями и миротворцами, становились полководцами. И то, что делал Йода вместе с остальными магистрами, никак не укладывалась в его голове. Он не раз высказывался по этому поводу, на что ему отвечали, что угроза ситхов галактике достаточно веский повод для увеличения собственных возможностей, в том числе и военных. Он не был один в своих суждениях. Многие джедаи так же разделяли его мнение. Но они были в меньшинстве. Но ведь для борьбы с ситхами и существуют Тени. А чтобы они не смогли военным путем завоевать Республику, нужно восстанавливать ее армию, а не сколачивать свою. — Впрочем, — продолжил Дамаск, — в кое-чем я с этими господами согласен. Джедаи не слишком подходят на роль генералов. Безусловно вы и ваши коллеги искусные воины, но не полководцы. В Республике хватает академий, которые готовят толковых офицеров. Им нужно лишь дать возможность расправить крылья. А как вы считаете, мастер Диас? — Спросил Дамаск, всем своим видом показывая, насколько ему интересен его ответ. — Я не уполномочен обсуждать политику, проводимую Орденом. Если вы хотите поинтересоваться о профпригодности джедаев на стезе войны, то предлагаю вам посетить Храм и переговорить с гранд-магистром. — Ответил Диас. Он и вправду не желал выносить сор из избы, но муун упорно ему на что-то намекал. — Благодарю покорно. Я подумаю над вашим предложением. Но здесь и сейчас, я желаю услышать ваше мнение, как члена управляющего органа Ордена Джедаев, об одном деле, что затронет всю Республику. — На этом Хего Дамаск замолчал и стал ждать предсказуемого вопроса, чуть искоса поглядывая на своего собеседника. — О чем же пойдет речь, господин Дамаск?       Тем временем, официанты внесли в зал напитки и оба собеседника взяли по бокалу шампанского. — И у нас, в «Капиталах Дамаска», и в МГБК сильно обеспокоены общей политической нестабильностью, что захлестнула все пространство Республики. Галактика в экономическом кризисе, производство хоть и растет, но из-за активности пиратов и контрабандистов, многие предприниматели недополучают прибыль, а банки, соответственно, не могут вернуть выданные им кредиты. А это очень серьезные убытки в первую очередь для нас. — Дамаск сделал паузу, переводя дыхание, и давая собеседнику время осмыслить все сказанное. — К тому же престиж центральных органов власти, таких как Сенат и Администрация Канцлера неуклонно падает, что обесценивает многие ценные бумаги. Если же резюмировать, то нынешнее положение дел нам совершенно не выгодно.       Повисло молчания, и Сайфо-Диас сформулировал вопрос. — И чем же Орден Джедаев может вам помочь? — Спросил Диас, внутренне смеясь над мууном. Неужели Дамаск думает, что он настолько глуп. Знали бы они, сколько раз он перечитывал досье, составленное на Дамаска и связанных с ним разумных. Те цифры и те аферы которые они совершают, могут вогнать в краску большинство сенаторов. Но и рациональное зерно в их словах было. Теневая экономика и вправду слишком сильно разрослась, а с ее главными производными, пиратами и контрабандистами, Корпус Юстиции явно не справлялся. — О помощи еще слишком рано говорить, мастер Диас. Это всего лишь разговор, ничего еще не предрешено. Мне всего лишь интересно ваше мнение. Что если, гипотетически, уже завтра у Республики была бы армия?       Сайфо понимал, что разговор ведется не просто так, а с очень конкретной целью. И поэтому сказал: — Армия не может появиться за день, господин Дамаск. Даже если вы наймете всю Айлонскую Гвардию Нова разом, войск будет недостаточно. — Сказал Сайфо с самым безразличным тоном, на который был способен. — Прекрасно, что вы это осознаете, мастер Диас. Многие не менее достойные разумные так же это понимают. Но в то же время боятся. Боятся совершить невыгодное вложение в ненужную игрушку. Вы уже поняли, о чем идет речь? — Муун говорил спокойно, слегка растягивая слова. Он смотрел на Диаса с предвкушающим выражением лица. — Вы говорите об армии для Республики. И хотите сказать, что некоторые ваши знакомые готовы вложить в нее деньги. Но при всем при этом я не могу понять, зачем вы говорите это мне? Я всего лишь скромный дипломат. К тому же мне, по правде говоря не очень верится в то, что вашим коллегам, как и сенаторам, выгодно вкладывать огромные средства на создание армии. Или есть причина, о которой я не знаю? — Сказал Сайфо, которому уже надоели эти игры в кошки-мышки. Муун сразу же изменился в лице, словно раздумывая, сказать что-то или нет. Но в конце концов тяжело вздохнув, он попросил своего секретаря передать ему датапад. Через пару минут муун с несколько обеспокоенным лицом передал датапад Диасу.       Если коротко, то в датападе был представлен результат работы дюжины лучших аналитических агентств Республики. Это был отчет о современном положении дел и прогноз на будущее. Агентства провели это тайное исследование по заказу Межгалактического Банковского Клана (МГБК), крупнейшего финансового объединения Республики, которое контролировало хождение республиканских кредитов. Этот отчет уже сейчас можно было назвать самой настоящей информационной бомбой, попади он в открытый доступ Голонета. А говорилось в нем, ни много ни мало о том, что в ближайшие 20 лет Республика прекратит свое существование в том виде, в котором есть сейчас. Анализ делался на основе не только текущих событий, но и исторических прецедентов. Учтено было все: реальный уровень коррупции и бюрократизации в госаппарате, уровень пиратства и процентное соотношение черного и легальных рынков, соотношение которых уже составляло 50 на 50 и еще несколько важных критериев. А самое главное, было проведено, возможно, самое крупное социологическое исследование в истории галактики. И его результат, мягко говоря, шокировал. Население многих секторов Внешнего и Среднего Кольца, которые никогда не отличались особой развитостью, больше не видели свое будущее в составе Республики. Да, многих привлекала идея единого экономического пространства и огромного рынка сбыта, которым раньше и привлекала Республика. Но один из главных столпов этой системы, что в течении тысячелетий давало возможность Республике расширяться, единая валюта, уже де-факто не действовала. Из-за отдаленности от центральных миров и их криминализации, взаиморасчеты выгоднее было проводить не республиканскими кредитами, а более надежной, по мнению местных жителей, валютой Пространства Хаттов — пеггатами. Но и это еще не было критично. Хуже всего было то, что многие граждане и не граждане были не довольны центральными органами власти и считали бессмысленным платить налоги и пошлины, если Канцлер и Сенат не способны выполнять взятые на себя обязательства. А из этого следовало, что все больше разумных было готово поддержать появившийся недавно лозунг: «Хватит кормить Корусант!».       Не сказать, что Сайфо-Диас не знал об этих проблемах. Но он даже не догадывался, что они приобрели такой масштаб. А тот факт, что магистр знал кто и для кого составлял этот отчет, еще больше убеждал его в правдивости каждой строчки.       Все это время Хего Дамаск сидел и наблюдал за своим собеседником. Его лицо ничего не выражало. И лишь глаза неподвижно наблюдали за Диасом. Он ждал, ждал пока джедай не закончит чтение. И уже знал, что этот разумный идеально подходит для реализации его планов. Когда Диас вернул датапад секретарю, Дамаск обратился к нему с максимально обеспокоенным голосом. — Теперь вы понимаете, чем нам грозит ухудшение нынешней ситуации? Падение престижа центральных властей слишком сильно затронуло республиканский кредит и, чтобы предотвратить возможный развал единого экономического пространства, а так же сохранить контролируемый МГБК республиканский кредит в виде единой валюты половины нашей галактики, мои коллеги готовы прибегнуть к экстренным мерам. — После нескольких секунд паузы, он добавил. — И сразу же отвечу на ваш невысказанный вопрос. К канцлеру мы обращались, однако все его попытки что-либо предпринять, увы, провалились. — Издав обеспокоенный вздох, закончил свою речь муун. — Но ведь должен быть выход? — Спросил Сайфо, понимая в какую щепетильную ситуацию он попал. Ему доверили серьезную тайну, а значит от него чего-то ждут. Помощи? Покровительства? Чего-то еще? — О, выход есть. Но как я и сказал, это все — лишь разговоры деловых людей, обеспокоенных нынешним положением. Пока рано что-либо обсуждать всерьез. А то, что вы сегодня увидели — лишь вещественное доказательство истины, известной 90% разумным. А пока, я бы хотел завершить нашу беседу. Меня ждут на Майгито и я обязан уже вылетать. Но я надеюсь, что мы довершим этот интереснейший разговор в следующий раз? — Муун говорил спокойным менторским тоном, словно какой-то профессор из Корусантского Университета. Он медленно встал и протянул свою руку для рукопожатия. — Конечно, господин Дамаск. Буду рад продолжить этот разговор в следующий раз.— Сказал Сайфо, пожимая руку мууна в ответ.       Наблюдая за отлетающим от гостиницы спидером VIP класса, магистр Сайфо-Диас все никак не мог понять подоплеку этого разговора. Он никак не хотел верить, что банкиры, те, кто обычно старается лишний раз не расставаться даже с незначительными суммами, готовы вложиться в такое нерентабельное предприятие, как создание армии. Но аргументы были слишком убедительны. Да и отчет был существенным доказательством серьезных намерений МГБК. А Хего Дамаск однозначно не из тех, кто просто так разбрасывается словами. Он подумает обо всем этом попозже, а пока, надо проверить, как идет подготовка к саммиту. Уж слишком много всего от этой встречи зависит.

***

      Я нахожусь в Залах Исцеления. Рядом стоит Вики, которому лишь мое присутствие не позволяет расплакаться. Стою у обзорного окна палаты интенсивной терапии и рассматриваю интерьер через прозрачное стекло. Внутри стоят около десятка сложнейших приборов, единственная задача которых — поддерживать жизнь. На койке лежит любовь всей моей жизни, которая недавно находилась при смерти. Ее прекрасное лицо закрыто дыхательной маской, через которую осуществляется вентиляция легких, а на ее нежных пальцах прикреплены самые разные датчики, которые ежесекундно показывают информацию о состоянии организма на дисплее специального устройства. А рядом, всего в метре от нее стоит небольшая барокамера. В ней лежит она. Крохотная недоношенная девочка, лица которой не видно из-за дыхательной маски. Совсем кроха, родившаяся с весом 1.5 килограмма и ростом 35 сантиметров. Моя дочка. Как же так вышло? А все очень просто. С самого начала второй беременности мы поняли, что все будет гораздо сложнее. С ребенком ничего плохого не происходило, но вот Мара чувствовала себя отвратительно. С каждым днем ее состояние ухудшалось. Но она продолжала не только работать, но заботиться обо мне и Вики. Мы же старались ее лишний раз не огорчать и хоть немного поддержать. С трудом, но она справлялась.       Когда на Храм напали йинчорри, Мара находилась на дежурстве. Чтобы не поднимать панику, большая часть «гражданского» персонала, то есть целители, ученые, джедаи сельскохозяйственного корпуса и другие, не были осведомлены о грядущем нападении. Все либо спали, либо были на дежурствах. Поэтому смерть сразу нескольких десятков разумных сразу стала причиной пробуждения многих, а для некоторых особо-чувствительных, таких как Мара, стала трагедией. Природный эмпат и сильный одаренный, Мара просто не успела закрыться и упала в обморок. Вокара Че, заместитель главного целителя и, по совместительству, подруга моей жены рассказала, что найди они Мару на десять минут позже, то все могло кончиться гораздо хуже. Но нет, Сила не оставила мою семью и Мара родила. Откат от боли Мары был такой силы, что вместе с неприятным ощущениями от орбитальной бомбардировки, привел к моему обмороку. Позже я узнал, что и мой сын в ту ночь кричал от чудовищной боли, а весь следующий день провел у Вокары.       Во время всего полета до Корусанта я старался как можно быстрее восстановиться. Ведь я не знал, что я должен сделать, чтобы помочь моим девочкам. В Храме меня буквально выловили Мейс с Пло Куном и заставили следовать за собой. Оказалось Оби и их предупредил о моем прибытии. Они то меня наконец и успокоили, сказав, что жизнь Мары и новорожденной девочки вне опасности, но целители погрузили их в целебный сон, чтобы они быстрее восстановились. Позже мне удалось убедить Мейса и Йоду отпустить нас всей семьей на пол года. Нужно было, чтобы Мара и девочка полностью восстановились. У меня как раз была подходящая планета на примете. И Маре в прошлое наше посещение она понравилась. К тому же там давно уже есть штаб-квартира джедаев, где в случае чего, можно найти все необходимое. Да и местные к нам относятся более чем дружелюбно.       Прошел месяц со дня моего возвращения. Сегодня из транса должны были вывести Мару, а так же впервые позволят взять на руки нашу девочку. Вообще-то я мог это сделать и раньше, но решил подождать от греха подальше. К тому же Маре тоже будет приятнее.       Вот в палату вошли трое целителей, которыми руководит Вокара. Мда, мне кажется, что ей все-таки быть главным целителем. Целитель Ги конечно еще держится, но его надолго не хватит. Они встали вокруг койки Мары и взялись за руки. Я чувствовал, как они сосредотачивают Силу в Маре, медленно, но верно запуская ее спящее сознание. И я и Вики завороженно глядели на их действия. Цифры на аппаратуре постепенно меняются и теперь вместо данных о человеке в коме, отображаются данные всего-лишь о спящем пациенте. Целители как можно тихо покидают палату, перед этим перенеся девочку из барокамеры на специальную детскую кроватку с кучей всяких датчиков. Выходя, Вокара мотнула головой в сторону Мары, позволяя нам зайти внутрь. Нужно, чтобы при пробуждении Мара увидела своих самых близких людей.        Я впервые за месяц увидел ее без маски. Лицо ее осунулось, а от природы светлая кожа лица стала очень бледной. Я присел рядом с Марой, пока Виктор разглядывал новорожденную сестренку. Ее я видел почти каждый день, а в последнюю неделю смог даже рассмотреть ее личико, когда с нее сняли кислородную маску. Уйдя в свои мысли, я не заметил, как Мара открыла глаза и слегка улыбнулась кончиками губ. — Марк. — С трудом прошептала она. — Здравствуй, Мара. — Сказал я и по моим глазам потекли слезы радости. — МАМА! — Ни то закричал, ни то прошептал Виктор и подбежал к койке Мары. Он знал, что мама еще очень слабая и поэтому не полез сразу обниматься. Мара же собрав все свои силы, подняла руку и взъерошив его волосы, потянула мальчика к себе и прижала к груди. Затем посмотрела на меня с вопросительным взглядом. Не давая ей времени задать вопрос, я встал с места и подойдя к кроватке, взял нашу дочку на руки. Она такая маленькая и так смешно двигает носиком во сне. После этого, я бережно положил ее в руки матери, а сам стал поднимать спинку кровати, чтобы Маре было удобнее ее держать. Минут пять мы сидели в полной тишине, пока Мара влюбленными глазами рассматривала этот комочек жизни, что спокойно спал у нее на руках. А затем подняв голову, спросила: — А, как мы ее назовем, Марк? Такому чуду, обязательно нужно особое имя. Как Вики. — Казалось, Мара вовсе и не находилась целый месяц в трансе, настолько уверенно она говорила. — Сама решай, милая. Я в прошлый раз предложил имя и ты согласилась. Теперь твоя очередь. — У меня и вправду не было вариантов. Все имена, которые я подбирал, ну никак ни подходили. — Тогда…тогда пусть будет… Этери: необыкновенная. Что скажешь?       А что я мог сказать? Она и вправду необыкновенная, моя доченька. Но, я до сих пор помню, как она мерцала в Силе еще тогда, когда только-только родилась. Словно маленькая звездочка, которая еще не растворилась в свете рассветного солнца. И имя само пришло ко мне. — Может быть, Эстер: Звезда?       Мара посмотрел на меня задумчивым взглядом и слегка пожав плечами, сказала: — Может быть. Решим позже.       Так мы и сидели всей семьей в той палате и наслаждались покоем, что впервые ощутили за последний месяц. Мы не смотрели на время, наслаждаясь лишь обществом друг друга, забыв об всем на свете. И все мы, даже маленькое чудо, что иногда подсматривало за нами сквозь полуоткрытые веки, понимали, что наша жизнь снова сделала крутой поворот.