Гроссмастер

— Учитель, — Оби-Ван, стоило вступить ему на борт корабля, поклонился своему учителю, который с улыбкой наблюдал за тем, как тот выполняет обязательный церемониал, стоя в шлюзе, — приветствую вас, — сказал он, чем вызвал веселый хмык мастера Марка. Любовь Оби к формальностям и церемониалу была неистребима. Казалось, для него это была своеобразная игра, от которой он получал колоссальное удовольствие. — Здравствуй, Оби, — ответил Марк и, после поклона, обнял бывшего падавана, — надеюсь, у тебя не было «хвоста»? — Нет, учитель. Я был осторожен, — ответил Кеноби, и они вместе прошли в кают-компанию, — как вы? — Ничего, — похлопав того по спине, Марк ввел его в кают-компанию. Они встретились здесь, в этом пустом космическом пространстве, для того, чтобы наконец-то определиться с рядом насущных вопросов, которые требовали скорейшего решения. — Оби, пока мы вдвоем, расскажи, как обстоят дела? Особенно я хочу узнать твое мнение о том дельце, что затеяла Киливайн, — сказал Марк, подойдя к мини-бару и достав оттуда запотевшую от холода бутылку виски. — Насколько я понял, вся террористическая сеть КНС ликвидирована. После профилактического внушения шеф корусантского антитеррора Обрин рьяно взялся за выполнение своих обязанностей. Так что с этой точки зрения, у нас все хорошо, — сказал Оби, подставив свой стакан под ту бутылку что достал учитель, — что касается вопросов с их крышей, то все нити ведут в Корпоративный сектор. Так что барону Тагге пришлось изрядно извернуться, чтобы снять с себя подозрения, — Оби-Ван кивнул учителю в благодарность и принюхался к налитому в стакан виски, — ну и зашевелилась пара десятков сенаторов, так или иначе связанных с корпоратами. — А что Палпатин? — спросил Марк, чокнувшись с Оби стаканами и сделав глоток. — У меня такое впечатление, что он затаился. Он занимается своими рутинными обязанностями и интересуется ситуацией постольку-поскольку это затрагивает его интересы, — Оби-Ван тоже сделал глоток. — Хм. Интересы? Интересы как канцлера или ситха? — уточнил мастер Марк. — Как канцлера. Если бы я не знал, что он ситх, никогда бы его не заподозрил, — досадливо поморщился Оби-Ван, — он просто… прекрасный канцлер. Отлично лавирует между группировками. Соблюдает нейтралитет там, где нужно. Вмешивается в те дела, в которых может что-то поменять… он… просто замечательный руководитель. По-иному и не скажешь, — озадаченно сказал Кеноби. — В этом и есть вся ирония нашей с тобой ситуации, — тяжело вздохнул учитель Оби-Вана, — лучший кандидат на власть в Республике — скрытый ситх, который желает нас уничтожить, — с печалью в голосе сказал он и сделал глоток. — Как твоя подружка? — неожиданно, мастер Марк сменил тему разговора, а Кеноби поморщился. — Что? Все так плохо? — Да даже не в этом дело, — передернул Кеноби плечами, — просто я волнуюсь за Сатин. Как бы она чего не выкинула. — Для этого ты и решил проконтролировать все сам, — пожимает плечами мастер Марк, — ты ведь предупредил ее, что готовится заговор? — Да. И она пообещала разобраться. Но у нее нет нормальных спецслужб. А кланы только и ждут появления в секторе Джанго Фетта с его армией, — Оби-Ван залпом допил свой виски. — А она ведь уже решила, что следующим герцогом будет ее племянник, Корки. — Главное, что она не посчитает виновником своего свержения тебя, — сказал учитель и, всмотревшись в лицо Оби, хмыкнул, — если ты, конечно, сам не расколешься. — Если вы про чувство вины, то его как раз таки я не испытываю, — сказал Оби-Ван, вздохнув, — этим заговором я спасаю ее жизнь. Сила Великая! Ты бы знал, учитель, сколько всего я наслушался, когда был в тайном лагере Истинных Мандалорцев Джанго Фетта. Ее презирают и ненавидят! — Как будто ты этого не знал. — Да. Я знал об этом. Но я даже представить не мог, что все настолько плохо, — всплеснув руками, сказал Оби-Ван, — если бы мы не начали работать в этом направлении, то большая часть из тех, кто поддерживает Джанго, переметнулась бы к Дозору Смерти. И это не предположение. Мандалорцы говорят об этом в открытую, даже не стесняясь самого Фетта, — эмоционально высказался Кеноби. — Надеюсь, тебя там никто не распознал? — Нет, учитель. Я встречался только с Джанго и его сестрой. С остальными я не контактировал, — Оби-Ван тяжело вздохнул. — Но я даже не этого боюсь, учитель. Я не боюсь Дозора. Джанго один раз с ними справился, справится и во второй. Проблема в Сатин. Я очень не хочу, чтобы она меня ненавидела. Но если она узнает о моем участии, то вряд ли будет воспринимать произошедшее именно как свое спасение, — покачал он головой и подставил свой стакан, чтобы мастер Марк его вновь наполнил. — Послушай, Оби, — вдруг мастер Марк подобрался, — а сколько человек последуют за ней, когда она отречется в пользу Джанго? Ведь насколько я понимаю, в Сандари хватает тех, кто не захочет возрождения старых порядков, — спросил он, переводя разговор в деловое русло. Страхи Оби не были для него секретом, и сейчас он мог только выслушать своего падавана, направляя его энергию на решение стоящих перед ними задач, а не рефлексию. — Ну, — Кеноби почесал затылок, — все клановое ополчение и часть жителей Сандари, наверное. Тысяч сто, не меньше. — Не так уж и много, — вздохнул мастер Марк, — хотя, на одну планету в приграничье хватит, — задумчиво протянул он, доливая виски в стакан Оби-Вана. — Кстати, Дуку просил поблагодарить тебя за то, что провернул «исчезновение» нескольких полков верных ордену войск, — сказал он, на что Оби-Ван пожал плечами. — На самом деле это не сложно, — сказав это, Кеноби сделал глоток, — таким способом, мы очень быстро доведем численность населения колоний до нескольких миллионов, как и планировалось. — Именно. Мы уже перешагнули отметку в миллион поселенцев именно благодаря подобным «исчезновениям», — сказал мастер Марк, сделав новый глоток.       Для них это стало уже привычной рутиной. С начала войны часть кораблей Республиканского флота, порой вместе с перевозимыми ими войсками, стали пропадать на пути к точкам следования. И чем больше распространялась война и росла численность задействованных в ней войск, тем чаще происходило подобное. Как правило, исчезновение тех или иных подразделений или переселенческих кораблей происходило из-за сбоев в навигационных системах. Это было распространенное, хоть и не такое частое явление. Именно на такие сбои и сваливалось исчезновение целых подразделений. Дескать, произошла ошибка при вычислении точки выхода из гипера, и корабль вместе с десантом врезался в какую-то звезду. Впрочем, делалось это очень аккуратно, так, чтобы число пропавших без вести кораблей не стало слишком подозрительным, оставаясь в рамках текущей статистики потерь. — Кстати, — сказал Кеноби, взбалтывая свой стакан с виски, — Энакин с энтузиазмом принялся отлавливать контрабандистов и работорговцев. Это была хорошая идея, пополнить население Сектора Вида отбитыми у работорговцев разумными, — Кеноби сделал глоток. — Ну… мы же должны избежать гендерного дисбаланса, — пожал плечами мастер Марк, — к тому же, часто на подобных судах обнаруживаются совершенно уникальные специалисты. Всегда поражался тому, что такие люди, порой — слишком уж часто — оказываются на обочине жизни, — печально заметил учитель и сделал большой глоток. Да, порой на рабских кораблях попадались резчики по дереву, кузнецы, сапожники… разумные, профессий очень нужных но, в условиях развития технологий, легко вытесняемых роботизированным производством. — Увы, но такова цена прогресса, ничего с этим не сделаешь. Придет время, и в Секторе Вида их заменят на машины. Просто потому что это выгоднее, — с нескрываемой печалью говорил Кеноби. — Ну… в отличии от других миров, в секторе Вида правим мы. И Дуку уже задумывается о том, как решить эту проблему. Так что не все так печально, мне кажется, — сказал мастер Марк и, допив свой виски, посмотрел на часы. — Что-то она опаздывает. — Вы о Темной Женщине? — со скучающим видом спросил Оби-Ван. — Именно. Она утверждает, что нашла то, что нам нужно. Вот только это нечто настолько опасное, что она решила не вскрывать его на планете. — Эм… вскрывать? — удивился Кеноби. — Да. Именно что вскрывать, — сказал мастер Марк, и как только Кеноби хотел уточнить, о чем идет речь, запиликал комлинк учителя. — Ну что же. Вот и она, — после чего учитель встал со своего места, допил виски и посмотрел на Кеноби: — Допивай и иди к шлюзу. Мы идем в гости, — усмехнулся он и вышел из кают-компании, оставив немного удивленного Кеноби одного. Впрочем, тот недолго пребывал в ступоре. Одним мощным глотком опустошив стакан, Оби-Ван последовал за своим мастером, который уже дошел до второго шлюза. К ним пристыковался новый корабль. — Хорошо иметь продвинутый ИИ на корабле. Можно не беспокоится о таких вот рутинных операциях, — как бы в никуда сказал мастер Марк. Что да, то да. Кореллианский грузовик, который учитель использовал для своих вояжей, обладал продвинутыми электронными системами на грани законности. Ведь угроза восстания машин была перманентной, и ограничения на ИИ ставились далеко не просто так.       Впрочем, в случае самого Марка, мера эта была скорее необходимостью, а не прихотью. Ведь по-хорошему этот корабль, вместе с высокой автономностью, должен был иметь экипаж в два разумных: капитана и штурмана. Но в связи с конспирацией, Марк решил просто вставить в корабль вместо стандартных более продвинутые «мозги». — Учитель, я давно хотел спросить у вас. Вы уверены в том, что собираетесь проделать? — Да. Это… как бы мне не было противно, но это необходимо, Оби. Увы, — печально вздохнул Марк. — Да уж, — Кеноби стал массировать затылок, — я ждал этого, если честно. Ждал и боялся. Все-таки… ах, неважно, — взмахнул рукою Оби-Ван, — но неужели у нас нету другого кандидата? — Ну а кому еще мы с тобой можем это доверить? — вопросом на вопрос ответил учитель, и в этот момент шлюз начал открываться. — А вот и наш гость, — пробормотал Кеноби, заметив стоящих по другую сторону от шлюза женщину… точнее, двух женщин. И почему-то Кеноби показалось, что стоящая впереди Темная Женщина усмехнулась, когда увидела его за спиною учителя.

***

За несколько минут до стыковки       Мастер-джедай Ан’я Куро, известная так же под именем «Темной Женщины» была необычным джедаем даже по меркам теней. Мало кто в Ордене вообще имел представление о том, какими знаниями и возможностями она обладала в реальности. Да и сама она не стремилась демонстрировать это каждому встречному. А то с некоторых узколобых идиотов могло статься объявить ее ренегаткой. И это при том, что по сути она была самой что ни на есть натуральной светлой фанатичкой. Но не догматиком, это стоило признать. Она могла отойти от буквы кодекса, чтобы сохранить его дух, и никогда не считала его чем-то нерушимым или неизменным. Ведь в жизни бывает всякое.       Впрочем, ей давно было абсолютно наплевать на мнение всяких разных индивидов, которые не видели дальше собственного носа. Уж слишком много она повидала для того, чтобы волноваться на пустом месте. — Учитель, вы задумались, — услышала она голос своей бывшей ученицы и открыла глаза. — Далеко еще? — спросила она, скосив взгляд на Орру Синг, свою… да чего уж скрывать? … любимую ученицу. К девочке она прикипела всей душой, что стало большой неожиданностью для нее самой. И с тех пор, правда, в свойственной ей немного грубоватой манере, она воспитывала девочку как собственную дочь. — Через пять минут выходим из гиппера, — сообщила она своему мастеру и уставилась на нее. — Я все еще не понимаю, какого криффа мы сунулись к тем контрабандистам, не уведомив Совет Первого Знания. Даже здесь я ощущаю эманации темной стороны, — в очередной раз пробурчала рыцарь Синг. — Орра, потерпи, — спокойно, на гране безразличия сказала ее мастер, — поверь, то что мы собираемся проделать — гораздо больше и серьезнее, чем коротышка может себе представить, — не очень лестно она отозвалась о магистре Пиелле, вызвав у Орры ироничный хмык. Он хоть и был, формально, ее начальником, но, во-первых, был младше нее на несколько десятилетий. Серьезно, какого ситха она должна подчиняться тому, кого помнит еще юнлингом?       Ну и во-вторых, Темная Женщина всегда и во всем следовала Воле Силы. Ведь и на предложение мастер Марка она согласилась лишь из-за того, что последние несколько дней до той самой встречи видела сны. Какой-то воин в черных доспехах вел клонов на штурм Храма. Много трупов. Много смертей. Пожар!       Но это не было чем-то неправильным. Наоборот! Это было чем-то… необходимым? Ан’я Куро затруднялась определить свои чувства. Возможно, впервые за многие десятилетия. Но она точно знала, что то, что они делают сейчас, действительно нужно сделать. В то же время, она понимала, что если об этой истории узнает Эвен Пиелл, вся их работа, в том числе и связанная с обеспечением секретности Сектора Вида, пойдет лот-коту под хвост.       Да, магистр Пиэлл понятия не имел о том, что у него под носом, да и не только у него, давно уже действует неформальное объединение рыцарей и мастеров, готовящих Орден к эвакуации в случае необходимости. Более того, насколько поняла сама Темная Женщина из тех скудных сведений, что ей удалось нарыть, существовало сразу несколько совершенно отдельных планов по спасению Ордена и его наследия в случае неких форс-мажорных обстоятельств. Главный и отвлекающие. И Ан’я Куро не считала случайностью то, что именно ей и ее падавану, наряду с еще несколькими тенями, выпала честь обеспечивать секретность главного плана.       Особенно она укрепилась в этом убеждении после того, как к ней обратился внезапно-живой мастер-джедай Марк Турин. А уж после того, как она вместе с Оррой обнаружила кое-что в одном из тех схронов, данные о котором передал ей глава Совета Примирения, они и вовсе уверилась в том, что всех их ведет Сила. Вот так. Не больше, но и не меньше.       Она помнила тот день, когда Йода вместе с Мейсом Винду огорошили ее информацией о том, что, вероятно, всем им придется покинуть Республику. Тогда это было лишь перестраховкой. Сейчас же… Темная Женщина склонялась к тому, что это превращается в суровую необходимость. Стоит признаться, что даже после разговора с мастером Турином она не очень верила в операцию «Исход». Что же. Видимо, она была не права.       Почему же все было так, а не иначе? В голове у нее и ее падавана вертелось множество предположений. Но самым логичным выглядело то, что элиты Ядра просто не потерпят слишком независимый и самостоятельный Орден. Уж слишком они привыкли к тому, что джедаи после Руусана превратились в послушных марионеток Сената, а значит, косвенно, конечно, и их. И еще лучше они помнили те времена, когда Орден Джедаев имел реальную власть, а джедаи почти неограниченные права в деле контроля над правительственными институтами Республики. Джедаев боялись и уважали. И неудивительно, что дворянство кольца в гробу видало сильный Орден, способный вновь их контролировать.       Теней, участвующих во всей этой операции, в свое время лично отобрал Йода, поставив перед ними соответствующие задачи. Причем они сами не знали о том, кто из их собратьев является участником всей этой авантюры. Конспирация оставалась на высочайшем уровне, а координация держалась на части высшего руководства Ордена.       Когда-то давно чем-то подобным занимался Завет Джедаев, но они, в конечном итоге, проиграли. Всего лишь из-за одного неправильно понятого пророчества Завет был уничтожен. Они же явно не собирались повторять историю своих незадачливых предшественников. — Выходим из гипера через 3…2…1, — услышала она голос ученицы и почувствовала характерный толчок, — выход из гиперпространства завершен, — сообщила ей Орра, — мы на месте, учитель, — сказала она и передернула плечами. Мастер Куро понимала ее. То, что они обнаружили в одном из тайников и прямо сейчас везли в этот пустой кусок космоса, сочилось тьмой. Но это было нечто, способное помочь им перевернуть правила игры. Особенно, если все эти слухи про выживших ситхов, которые засели в республиканском руководстве — правда. А судя по тому грузу, что они с собой везут, это самая что ни на есть печальная действительность. — Не волнуйся. Скоро это закончится, — сказала мастер Куро и наткнулась на недоверчивый прищур ученицы. — Я чувствую, что все только начинается, — буркнула она и начала лететь к переданным ей ранее координатам.       То ли раттататка, то ли датомирка, то ли вообще что-то третье… кем была девочка по происхождению, доподлинно неизвестно. Она точно знала, что ее мать была человеком… в биологическом смысле этого слова. В моральном же смысле, она потеряла право называться разумным в тот момент, когда приняла первую дозу. Увы, но мать Орры Синг была наркоманкой. Хотя, если подумать, именно это во многом предопределило судьбу самой Орры. Нищета и голод обострили ее инстинкты, что в купе с ее латентной одаренностью, позволяло ей выживать, пока мать металась в наркотическом бреду, одновременно приобретая некоторые специфические навыки. А потом за ней пришел вербовщик из Ордена.       Темная Женщина помнила ее маленькую. Дикий и совершенно неконтролируемый сгусток отчаяния, страха и боли. Сирота при живых родителях, хлебнувшая столько горя, сколько иным рыцарям и за всю жизнь не видать. И вот тогда Совет Распределения и постановил, что девочка будет передана на попечение именно ей. Тогда у нее уже был опыт воспитания трудного подростка: Джона Антиллеса, и у нее не должно было быть проблем. Но Джон, несмотря на свой далеко не ангельский характер, учился охотно и впитывал знания как губка. Орра же… — О чем задумались, учитель? — неожиданно спросила ее Орра. — Да вот. Вспомнила, сколько с тобой было мороки, когда ты была маленькая, — с легкой улыбкой сказала мастер Куро, вызвав ироничную ухмылку у рыцаря Синг. — Тоже мне, нашли что вспоминать, — буркнула она и вернулась к управлению звездолетом, а мастер Куро вздохнула. Орра учиться не хотела. И не считала ее авторитетом.       Они притирались друг к другу очень долго и очень тяжело, пока в один день между ними не возникли узы, что стало для обеих натуральным шоком. Впрочем, их взаимоотношения по-прежнему сложно было назвать теплыми. Темная Женщина вообще не знала, как бы сложились у них взаимоотношения, если бы не тот печально известный рейд на Телос IV, смерть Джона и ее ранение.       Странное дело, но когда оказалось, что Орра может потерять единственного человека, которому на нее было не все равно, она очень рьяно взялась следить за здоровьем своего мастера. Кто-то говорил, что пока мастер Куро была в отключке, Орра не отходила от нее ни на минуту, а когда та пришла в себя, старалась заботиться о ней так, как умела.       Потом, задумываясь о причинах подобного поведения, мастер Куро пришла к выводу, что это был банальный страх одиночества. Друзей в Храме у девочки так и не появилось, а для взрослых она была лишь одним из многих юнлингов, пускай и немного проблемным. Вот и вышло, что во всем мире у нее не было никого, кроме ее нелюбимого мастера. Наверное именно тогда, когда девочка неумело ухаживала за ней, раненной, Ан’я Куро и пустила ее в свое сердце. — Учитель, смотрите, — сказала Орра и мастер Куро заметила точку в пространстве, которая на поверку оказалось космическим кораблем. — Лети туда. Я знаю этот корабль, — сказала Темная Женщина и выдохнула. Тогда им еще было очень далеко до минимально нормальных взаимоотношений, но теперь они обе знали, что есть друг у друга. — Начинаю процедуру стыковки, — заученно сказала Орра и начала подводить корабль к стыковочному узлу. Кто бы мог подумать тогда, что она с Оррой когда-нибудь будет участвовать в сверхсекретном предприятии такого рода? Сейчас мастер Куро лишь поражалась тому, через что им пришлось пройти и куда это их привело. Быть может, вся ее жизнь была лишь прелюдией к тому, чтобы оказаться здесь, вместе с Оррой? Кто же знает? У Силы — специфическое чувство юмора. Уж ей ли не знать об этом.       Характерный толчок вырвал ее из мыслей. Закончив процедуру стыковки, они вместе покинули кабину пилотов и подошли к шлюзу, после чего стали ждать, пока с другой стороны не откроется дверь. — Учитель, я должна что-то знать? — спросила ее Орра, на что Темная Женщина вздохнула. — Ничему не удивляйся, — посоветовала она ей, и в этот момент гермодверь начала открываться.