Звериная шкура

      Я не знаю, почему говорю вам это. Однажды я уже пробовал сделать это, и теперь все смотрят на меня так, будто я и есть проблема, в которую они вляпались. Если я расскажу вам свою историю, вы подумаете, что я лжец, как и все остальные. Вот, в чем проблема людей. Легче назвать меня лжецом, чем поверить, что кое у кого, кто вам нравится, есть нечто уродливое внутри, особенно если они могут пожать вам руку и посмотреть вам в глаза, как и все остальные. Дело в том, что вы не можете сказать, кто это, глядя на них. Вы можете думать, что в состоянии это сделать, но на самом деле это не так. Это урок, который мы все должны выучить.

***

      Сэм удержал дверь закусочной прежде, чем она закрылась, но не раньше, чем зазвенел колокольчик над головой. Его челюсть напряглась, но в закусочной почти никого не было, и даже Шерри — женщина, за которой он следил с того момента, как она пораньше вышла из церкви — не заметила его появления. Он прошел внутрь, задержавшись в дверях в ожидании, пока Шерри выберет себе столик.       Он стоял достаточно долго, чтобы поймать взгляд официантки, и она вежливо улыбнулась ему.       — Садись где хочешь, милый.       Сэм кивнул и устроился в кабинке у двери, откуда ему было хорошо видно Шерри, даже если приближающийся обеденный перерыв заполнит все столики между ними.       Официантка выскользнула из-за стойки, остановившись сначала у столика Шерри, потом возле Сэма с кофе и меню. Шерри обхватила рукой маленькую белую кружку и смотрела куда-то вдаль. Под глазами у нее залегли темные круги, пряди черных волос выскользнули из растрепанного пучка, обрамляя круглое лицо. Она не была похожа на тех скользких сердцеедок, которых преследовал их призрак.       Чутье Сэма подсказывало ему, что они получили неверную информацию. Всегда рискованно использовать слухи для выявления потенциальных жертв, но иногда — особенно в маленьком городке, как этот, — это все, что доступно. Тем не менее, у Сэма не было других зацепок, а призрак должен был нанести удар этим вечером. Он должен быть уверен, и если Шерри не справится, местная закусочная — неплохое место, чтобы найти другую зацепку. Если это не удастся, Дин все еще может придумать какую-нибудь правдоподобную историю об их призраке для профессора истории в нескольких городах отсюда. Сэм сделал глоток кофе, не такого крепкого, как предпочитал Дин, но свежего и достаточно горячего, чтобы быть хорошим, и устроился ждать.       Через десять минут невысокая женщина с соломенными кудрями протиснулась в дверь и направилась к кабинке Шерри. Напряжение исчезло из глаз Шерри, когда ее подруга наклонилась, чтобы обнять ее, говоря тихо и успокаивающе, хотя Сэм не мог разобрать ни слова. Он улыбнулся и отвернулся, чтобы посмотреть в окно, теперь более чем уверенный, что Шерри не грозит опасность от их призрака.       Телефон Сэма завибрировал на столе, и он перевернул его, чтобы увидеть имя Дина на экране.       — Привет, — сказал Сэм. — Я вижу Шерри, но не думаю, что она следующая цель. Она не соответствует образу действий призрака. Тебе удалось догнать профессора Джеймсон?       — Да, ты был прав, нашим призраком должен быть док Браун, — съязвил Дин.       — Отлично, — вздохнул Сэм, — теперь нужно выяснить, какая из безымянных могил принадлежит ему.       — Профессор сказала, что поищет информацию о нем вместе с Айрис, — сказал Дин, и какое-то напряжение в его голосе заставило Сэма сесть прямо, отчего пластиковый стул под ним заскрипел.       — В чем дело? — спросил Сэм.       — У меня есть зацепка на Джека.       — Что? Как? — спросил Сэм достаточно громко, чтобы привлечь внимание официантки. Она приподнял бровь, а Сэм поднял руку в извиняющемся жесте и наклонился над телефоном.       — Профессор. Она вернулась сегодня утром из поездки к родственникам. Она упомянула какого-то странного ребенка, который задавал вопросы обо всем, и… Я не знаю почему, но я показал ей фотографию Джека.       — И это был он, — сказал Сэм. — Мы должны забрать его, пока он снова не исчез.       — Сэм, — сказал Дин, и в его голосе снова послышалось напряжение. — Город находится в паре часов к северо-западу отсюда. Если я вернусь за тобой…       Сэм сжал пальцами телефон. Дин был уже в трех часах езды на север.       — Если ты вернешься за мной, то можешь опоздать на шесть часов, чтобы найти Джека, а наш призрак заберет свою следующую жертву.       Сэм откинул голову назад. Он доверял Дину, действительно доверял, но даже при том, что ему стало лучше после их победы, он все еще скорбел, и Джек все еще напоминал об этом. Но здесь не было лучшего выбора. Если он сейчас возьмет машину и последует за Дином, кто-то в этом городе умрет этим вечером, а они не могли позволить себе потерять Джека снова.       — Иди, Дин. Ты должен идти.       — Хорошо, — раздался вздох Дина на другом конце линии. — Ты сожжешь дока Брауна, а я буду удерживать Джека достаточно долго, чтобы ты его нагнал.       — Позвони мне, когда найдешь его, дай мне поговорить с ним. И включи GPS своего телефона, — сказал Сэм.       — Уже, — ответил Дин, статический разряд оборвал его голос. — Чертова молния. Мне нужно идти, посмотрю, смогу ли я обогнать этот шторм.       — Хорошо, — сказал Сэм. — Просто полегче с Джеком, ладно? Он напуган и нуждается в нашей помощи.       — Я знаю, Сэм. Я сделаю это, если смогу, но ты должен быть готов в случае, если все пойдет наперекосяк. А сейчас мне правда надо идти.       — Будь осторожен, — сказал Сэм, нажав на кнопку отключения линии.       Сэм прокрутил свои приложения, найдя карту и включив GPS Дина, и теперь наблюдал, как красная точка свернула на трассу 27, ускоряясь на север.

***

      Сэм вытер руки тонкой бумажной салфеткой и бросил ее на тарелку. Низкий гул разговоров наполнял закусочную, и Сэм откинулся на стенку кабинки, позволив им омыть себя. На улице люди совершали в магазинах воскресные покупки, впитывая тепло позднего лета.       Вдалеке вспыхнула молния, зеленая под густой грядой облаков, пересекающей темную линию горизонта. Надвигалась буря, которой, как мог поклясться Сэм, еще минуту назад не было. Она все еще была далеко, но быстро приближалась с северо-востока. По прогнозу грозы не должно быть, но Сэм помнил, что Дин упоминал молнию. Если это была та же самая гроза, то она преодолела невероятное расстояние за последний час или около того.       — Я думаю, на этот раз мы действительно расстались, — сказала Шерри, и ее голос прозвучал достаточно надтреснуто, чтобы привлечь внимание Сэма. Он отвел взгляд от далекого грозового фронта и увидел, как она склонилась над столом, разрывая бумажное кольцо, скреплявшее ее столовое серебро.       — О, милая, — сказала ее подруга, — Дон никогда не был слишком хорош в выражении эмоций. Он справится с этим.       — Он назвал меня хладнокровной, — сказала Шерри, закатив глаза. — Ты можешь в это поверить? Поэтому я сказала: «Хорошо, что ты привык к холодной постели, потому что скоро она станет еще холоднее», и убежала. Хладнокровная? Я? — Она усмехнулась и поддела заусенец рядом с большим пальцем. — Может, так и есть?       Сэм нажал на экран своего телефона, чтобы разбудить его, увидел красную точку, обозначавшую Дина, которая замерла на государственной трассе, ответвляющейся от 27-го шоссе. Он обновил приложение, тревожное чувство нарастало в его животе, когда он оглянулся в окно на сланцево-серую линию облаков, пересекающую черту города. Облака в небе вздымались стеной на сотни метров, поднявшийся встречный ветер был достаточной силы, чтобы сгибать ветви деревьев, растущих вдоль улицы.       На тротуаре группа подростков разразилась хриплым смехом. Они переходили улицу перед почтой и толкались локтями, а ветер гнал мусор по улице, как перекати-поле. Раздавленная банка содовой врезалась в лодыжку одного из детей, и он поправил свою красную бейсболку, прежде чем поднять ее и проверить ее вес в руке. Он швырнул банку в бродячую собаку, задержавшуюся в переулке, и мальчишки снова рассмеялись.       Официантка с грохотом поставила кофейник на столик Сэма и торопливо прошла мимо, чтобы высунуть голову в дверь.       — Эй! А ну прекрати, оставь эту бедную собаку в покое! Не заставляй меня звонить твоей маме!       Парень в бейсболке равнодушно вскинул руки вверх, и официантка вернулась к столику Сэма. Она взяла графин и посмотрела на него.       — Конечно, — сказал Сэм и придвинул свою чашку ближе.       — Они не так уж и плохие. — Она кивнула головой на улицу, где мальчишки смеялись, толкая друг друга. — Это маленький городок, понимаете? У них нет ничего лучше, чем такие вот жестокие игры. Обычно это значит, что они делают что-то глупое или вроде того. Мальчишки. — Она вздохнула и покачала головой: — Скорее — бесята.       Она улыбнулась Сэму и подошла к стойке, чтобы наполнить чашку старика, склонившегося над кроссвордом.       Еще одна вспышка молнии, удар грома, достаточно громкий, чтобы сотрясти оконные стекла, и люди на улице останавливались и оглядывались через плечо на надвигающуюся бурю. Волосы на руках Сэма встали дыбом. Когда он посмотрел на приложение в телефоне, красная точка исчезла. Желудок Сэма сжался. Он снова обновил его, но карта осталась пустой.       Женщина за стенами закусочной закричала, когда молния ударила в тротуар, но ее голос был почти заглушен последующим оглушительным треском грома. Сэм наклонился над столом, чтобы рассмотреть поближе. Искра зеленого цвета, как статический разряд в темноте, выскочила из опаленного тротуара. Сначала одна, потом другая, потом еще десятки. Люди были слишком заняты тем, что бежали в укрытие и жались под навесами, чтобы увидеть, как они стреляют по улице. Пучки света делали то, что не могла сделать никакая молния, когда она заземлена.       Она потрескивала на тротуаре, ударив сначала в человека, идущего по тротуару, затем в пару, укрывшуюся в дверях аптеки, в мальчиков у почты. Они замерли, и молния помчалась дальше, прыгая по земле, пока одно за другим все на улице не стало неподвижным и безмолвным, не считая постоянного грохота грома и рева ветра.       В течение долгого, затаившего дыхание мгновения все оставалось неподвижным. Мальчики возле почте дернулись и задрожали, вибрируя на месте, пока зеленые искры перескакивали из одного в другого, как инфекция, и распространялись до тех пор, пока не задергались все, словно у них случился приступ. Раздался еще один раскат грома — и молния ударила прямо перед закусочной, а энергия вновь замигала.       У Сэма перехватило дыхание, инстинкт заставил его вскочить на кабинку, как будто винил сиденья мог защитить его от молнии, которая могла пройти сквозь бетон и стены. Молния ворвалась в здание по полу, поразив Шерри и ее спутницу, мужчину за стойкой, официантку. Кофейник вывалился из ее безжизненных пальцев и разбился вдребезги при ударе, повар где-то сзади судорожно вздохнул, а мышцы ног Сэма поджались и напряглись, когда закусочная замерла.       Сэм лихорадочно соображал, отчаянно нуждаясь в какой-нибудь защите. Он не знал, что происходит, но понимал, что это не хорошо. Ему было нужно хоть что-нибудь, что угодно. На один ужасный миг Сэм не мог пошевелиться, но после вдоха его тело вздрогнуло, и этот момент прошел, его куртка ударила о бок чем-то небольшим в кармане. Он сунул руку внутрь, пальцы запутались в тонком шнурке, наткнувшись на холодный металл. Амулет. Он не помнил, как положил его туда, но у него была привычка держать его под рукой, и он никогда не был более благодарен за это. Он надел его через голову и закрыл на секунду глаза, когда амулет коснулся его груди. Будучи ребенком, он всегда верил, что этот амулет предназначен для защиты, и он позволил себе поверить, что сейчас именно это он и будет делать.       Когда он открыл глаза, Шерри дрожала на своем стуле. Зеленая искра перескочила с ее груди на грудь подруги, и та тоже начала дрожать. Сэм перепрыгнул через заднюю стенку кабинки, схватился за дверь и распахнул ее, но прежде, чем он успел убежать, в его спину врезался заряд статического электричества, промчавшись по его нервам. Его ударило, и он не знал, что будет дальше, он просто знал, что не хочет этого. Сердце бешено колотилось в груди, Сэм замер, когда схватился за амулет, сжав его в кулаке и пытаясь сдержать дрожь, но она никак не приходила. Сэм прерывисто вздохнул и благодарно прижал амулет к груди.       — Может быть, я… х-хладнокровная, — сказала Шерри, нарушив тишину, и Сэм бросил на нее взгляд. Она сидела в кабинке, ковыряясь в своем заусенце, как будто ничего не случилось, ее рот был полуоткрыт, челюсть работала. Ее пальцы уцепились за край заусенца, и она потянула его, продолжая до тех пор, пока целая полоска кожи не отслоилась до самого запястья. Она бросила эту полоску на стол и принялась за другой, и кровь Сэма застыла в его жилах, потому что под ее кожей скрывалась сетка килевидных темно-зеленых чешуек.       — Хладно… может быть, я… — Ее голос стал хриплым, язык высунулся, и на этот раз полоска кожи, которую она оттянула назад, дошла до самого локтя, обнажив гладкую и блестящую чешую.       Другие люди в закусочной тоже задвигались, что-то бормоча себе под нос, мышцы пульсировали под их кожей. Руки Сэма дрожали, пока он открывал дверь и выскакивал наружу. На углу мальчик в красной бейсболке и его друзья уже изменились, поседели и съежились, но все еще были похожи на людей, только лысых и длинноногих, и плавали в слишком большой одежде, которая едва держалась на их плечах. Красная кепка упала на глаза мальчика, и он споткнулся о край тротуара, издав обиженный звук. Прихрамывая, он поднялся на ноги, а другие существа шипели и подкрадывались все ближе, медленно и хищно окружая его, ворча и рыча, проходя между ними, когда Сэм съежился. С воплем они нападали на мальчика, вдавив его в землю, разрывая его плоть.       Сэм рванул вперед, он должен был что-то сделать, но вокруг него люди стонали, дрожали и булькали, их тела менялись, кожа отваливалась, и Сэм замедлил шаг. Все менялись, абсолютно все. Сила, которая это сделала, ошеломляла. Он видел нечто подобное только однажды — инфекция из черного облака, когда освободилась Амара, но она и Чак ушли, и во всей Вселенной было еще только одно существо, способное сделать нечто подобное. Джек. Он снова появился на их радаре, — так сказал Дин, — это не могло быть совпадением, и Сэм знал глубоко внутри, что это был он.       Сэм посмотрел на черный экран телефона в своей руке, который по-прежнему не отвечал, но это не имело значения. Он помнил, где в последний раз видел Дина на карте, теперь все, что ему нужно сделать, это найти брата, а для этого ему понадобятся инструменты. Найти Дина и Джека и исправить все это.

***

      Сэм пробирался по улице, не поднимая глаз и двигаясь медленно, стараясь не привлекать к себе внимания, пока шел три квартала до мотеля. Выбравшись на главную улицу, он побежал трусцой, споткнувшись, когда земля под ногами задрожала. Грохот шума перерос в громоподобный топот ног, приближающихся сзади. Сэм оглянулся через плечо. Темная фигура, огромная и черная, с округлыми плечами и низко опущенной головой, как атакующий носорог, шла по его следу. Сердце Сэма забилось в три раза быстрее, адреналин выплеснулся в его организм, когда он ускорил свой шаг, ища переулок, в который можно было бы свернуть, когда другая фигура врезалась в витрину позади него. Ее гладкое серое тело промчалось мимо, лишь стекло осыпалось Сэму на спину.       Атакующее существо повернулось, чтобы последовать за своей новой добычей, но Сэм не оглянулся. Он добрался до мотеля ровно за две минуты. На стоянке стояла машина с открытой дверцей и ключами в замке зажигания. Серый блейзер свисал из открытой дверцы, сумочка валялась на земле, ее содержимое вывалилось наружу, но в остальном местность казалась пустынной.       Сэм скользнул на водительское сиденье и повернул ключи. Ничего. Мотор даже не чихнул. Это была более новая модель автомобиля, сильно зависящая от компьютерных систем и такая же мертвая, как энергосистемы и мобильный телефон Сэма. Сэм попробовал еще две машины на стоянке, зачистив провода и надеясь на искру, но ни в одной из них не было ни намека на жизнь. Сэм закрыл глаза и сделал медленный вдох. Добраться до Дина стало намного сложнее.       Войдя в комнату, Сэм порылся в своей сумке в полутьме несмотря на открытую дверь, вытащив мачете в ножнах, которое он держал там, и прикрепил его к поясу брюк. Он выкинул все, что ему не понадобится: различные удостоверения личности, несколько плохих галстуков, свой костюм, оставив только несколько смен одежды, пару ножей и дополнительные обоймы для своего пистолета. Его пистолет легко скользнул за пояс на пояснице знакомым и успокаивающим весом. Затем он порылся в вещмешке Дина, похлопав по боковым карманам, выбросив пару грязных носков в пластиковом пакете, виновато поежившись, когда нашел смазку и пару просроченных презервативов на дне кармана на молнии, но все это стоило того, когда он нашел его запасной серебряный карманный нож и одноразовую зажигалку.       В нескольких километрах от съезда с шоссе на другой стороне города был магазин походных принадлежностей. Если Сэму придется пройти более трехсот миль, чтобы найти своего брата и Джека, ему понадобится какое-нибудь оборудование и что-то получше, чем его сумка, чтобы нести его. Он перекинул сумку через плечо и осмотрел комнату в поисках чего-нибудь еще, что могло пригодиться.       На дверной проем упала тень, затемнив комнату, и мышцы на спине Сэма напряглись. Что-то неровно дышало у него за спиной. Сэм медленно повернулся боком. На пороге стояла женщина в серых брюках, ее рот и подбородок превратились в изогнутый клюв, из кожи вдоль лба и шеи торчали перья. У нее не хватало одного ботинка, а ступня была деформирована, и из большого пальца торчал огромный коготь, пятна чешуи блестели на свету, а глаза были огромными и дикими.       — Успокойся, — сказал Сэм, протянув руку, — я не причиню тебе вреда.       Ее клюв щелкнул, и она наклонила голову, пройдя дальше в комнату.       — Я знаю, что ты напугана, но дай мне пройти, и я обещаю, что сделаю все, что смогу, чтобы все исправить.       Она замахнулась на Сэма, и он поднырнул под ее руку, низко пригнувшись, чтобы не упустить ее из виду, и попятился к двери. Ее клюв раскрылся с душераздирающим криком, и она бросилась к нему. Сэм рванулся к двери, захлопнул ее за собой и прислонился к ней. Дверь задребезжала, вибрация сотрясла позвоночник Сэма, когда женщина с визгом врезалась в дверь. Звук казался более человеческим, приглушенный дверью, скорбный и испуганный. Сэм убрал волосы с лица и оттолкнулся от двери. Ему нужно было достать припасы и двигаться дальше.       Он украл сине-зеленый велосипед с чьего-то двора на окраине Мейн-стрит. Он был слишком мал для него, но все же это было быстрее, чем идти пешком. Он обогнул окраину города, будучи начеку, прислушиваясь к царящему вокруг хаосу. Крики и вой, вопли и хриплый рев. Звук бьющегося стекла. Он крутил педали все быстрее, не останавливаясь и не оглядываясь.

***

      Сэм бросил велосипед на пустой парковке и открыл дверь в магазин, отбросив свою сумку в сторону.       — О, привет, — сказал продавец, выскочив из-за стойки. Его туфли резко ударились об пол, как высокие каблуки о линолеум. — Я вернусь через минуту. У меня просто проблемы с кассовым аппаратом.       Сэм двинулся дальше по магазину, оглядывая островки в поисках других посетителей. Других людей, которые теперь могли быть и не людьми вовсе.       — Вы видели эту бурю? — спросил Сэм.       — А? — ответил парень, вытянув гласную, длинную и дрожащую.       — Эта зеленая молния, — сказал Сэм, рискнув подойти ближе. — Вы ее видели?       Парень не поднял глаз от наполовину открытого ящика с деньгами и одной рукой продолжая возиться с ключом. Он поднял другую руку, она лязгнул о металлический ящик, и у Сэма свело живот.       Пальцы продавца слились воедино, кожа почернела и стала жесткой. Он поднес руку к лицу, крутя запястьем взад и вперед с отстраненным выражением замешательства в глазах. Пальцы другой его руки странно двигались, становясь жестче и срастаясь между собой, когда он ткнул себя в кожу там, где она соединялась с ороговевшей оболочкой его нового копыта.       — Ху-ух? — сказал он снова, и на этот раз Сэм расслышал в его голосе блеяние.       Парень отступил от края стойки, и его ноги застучали по полу. Сэм сглотнул горький привкус в горле, потому что из-за прилавка торчала отброшенная пара сандалий. Парню не нужна была обувь.       Продавец посмотрел на Сэма, сдвинув брови.       — Это неправильно, — медленно и хрипло сказал он искаженным голосом.       Его темные глаза остекленели, потускнели и затуманились, зрачки вытянулись в вертикальные щели, а руки безвольно упали вдоль тела. Он, спотыкаясь, вышел из-за прилавка, плечи сгорбились, позвоночник перестраивался. Белый мех ощетинился вдоль его рук, одежда рвалась по швам. Вешалки с одеждой опрокинулись, когда он упал на четвереньки, дико дергаясь. Рваные остатки рубашки и джинсов упали с его тела. Он бросился к двери, и Сэм мельком увидел его все еще безволосое лицо, удлиненную челюсть и черные рога, торчащие изо лба.       Бывший продавец врезался в дверную раму, оставив на стекле паутину из трещин, и, когда дверь распахнулась, он выбежал на парковку. Один раз он оглянулся, его шея была неестественно длинной и изгибалась через плечо. Сэм не двигался, пока существо не исчезло из виду, скрывшись за деревьями.       Сэм двинулся дальше по магазину, бросая взгляды на камеру безопасности, прежде чем вспомнил, что питание отключено. Сначала он вернулся в угол, где аккуратными рядами висели походные рюкзаки. Он перебрал ярко окрашенные сумки, пока не нашел серый рюкзак достаточно большой вместимости и с хорошей подкладкой, чтобы было удобно взять его в дорогу. Он потратил десять минут, чтобы приспособить каркас к своему росту, регулируя длину плечевых ремней и удостоверяясь, что набедренный пояс находится там где нужно. Он опустошил свою сумку, сложив оружие там, откуда его легко можно было достать, и запихнул на дно запасную одежду.       Сэм пробирался через магазин, хватая бутылки с водой, фильтр для воды и йодные таблетки, спальный мешок. Он потянулся было к палатке, но это лишний вес, и к тому же Сэму уже приходилось спать в жестких условиях. Кроме того, что-то в самой идее оказаться в этой палатке, не видя, что его ждет, заставило волосы на его руках встать дыбом. Вместо этого он нашел крепкий брезент, сложил его и привязал к внешней стороне сумки с помощью парако́рда*, который он снял со стены. Наконец, он совершил набег на секцию сухой еды, хватая протеиновые батончики и вяленую и тропическую смесь, пряча их во внешний передний карман.       Он поставил свое снаряжение на витрину, служившую прилавком. Это сотни долларов оборудования. Сэм отступил назад и провел рукой по волосам, виновато скривив рот. Он вернется. Когда он все исправит, он вернется и заплатит за то, что взял… своей поддельной кредитной картой. Черт, он такой глупый. У магазина наверняка была страховка на случай кражи или мошенничества. Он не мог ясно мыслить, позволив себе нервничать.       Он сделал глубокий вдох, и его внимание привлек пинборд** за прилавком. На нем были изображены сотрудники со стороны, активные и широко улыбающиеся на камеру, их имена были написаны забавным почерком. Он заметил продавца в снаряжении и шлеме, с мелом на пальцах, когда тот свисал с обрыва, подняв кулак и торжествующе улыбаясь. Его звали Грант. Это был Грант. Им он и останется. Потому что должен быть способ исправить все это.       Сэм сглотнул и отвел взгляд. Ему нужно было сосредоточиться. Найти Дина, найти Джека и исправить все это. Он заметил стойку с картами рядом с прилавком и рылся в них до тех, пока не нашел географический справочник Висконсина. В нем были четко обозначенные дороги и топографические линии, показывающие местность, поэтому он вернул его и положил на прилавок. Он перелистывал страницы до тех пор, пока не нашел раздел, в котором были и этот город, и место, где он последний раз видел Дина, после чего вырвал нужные страницы.       Шкаф под прилавком был полон компасов и мультиинструментов. Он зашел за стойку, вытащил ключи из заклинившего ящика кассы и перебирал их, пока не нашел тот, который открывал шкаф. Он достал один из наиболее тяжелых компасов и щелчком открыл его, чтобы проверить, свободно ли вращается стрелка.       Он бросил взгляд на свое отражение в зеркале, и у него перехватило дыхание. Он вздрогнул и выронил компас, как будто обжегся. Он отступил на шаг, локтем опрокинув стойку с солнцезащитными очками. Они крутились возле прилавка, стойка с грохотом упала на землю и разбилась о плитку. Сэм ничего не слышал из-за шума крови в его ушах.       Куда бы он ни посмотрел — в темной грани каждой линзы, в запачканном пальцами стекле прилавка, было его отражение. Туманное и слишком расплывчатое, чтобы быть наверняка уверенным. Но Сэм знал. Может быть, он всегда это знал.       Он потянулся к компасу, рука с пистолетом была тверда, как камень, и открыл футляр, чтобы увидеть свое лицо в зеркале. Желтые глаза.       Сэм захлопнул компас и сглотнул горький привкус в горле. Он вслепую схватил пару солнцезащитных очков со стойки, какие-то едва тонированные авиаторы, и ощупал их, потому что даже этого было достаточно, чтобы он не увидел их снова. Он обхватил амулет кулаком и сжимал его до тех пор, пока он не превратился в тупую точку боли, пока вся остальная боль не исчезла. Он снова смог спокойно дышать, его разум успокоился, Сэм засунул компас в рюкзак, схватил свое снаряжение и направился к пустой стоянке.       Только когда он взял велосипед, он понял, что парковка слишком пуста. Ни машины, ни велосипеда Гранта. Сэм бросил велосипед, обошел вокруг здания, и там, припаркованная позади мусорного контейнера, стояла старая модель Форда Седан. С 60-х или 70-х годов — Дин знал бы год и модель — но все, что заботило сейчас Сэма, это то, что он достаточно старый, чтобы не зависеть полностью от компьютера.       Очевидно, Грант заботился о нем, работал над его восстановлением. Единственным очевидным недостатком было пятно ржавчины на капоте. Сэм подумал о том, чтобы разбить окно или взломать замок, но потом он вспомнил об одежде Гранта, оставленной в магазине. Он побежал в магазин, порылся в карманах и вернулся уже со связкой ключей.       Сэм открыл дверцы, опустил все четыре окна и положил рюкзак на заднее сиденье. Он бросил карту на переднее сиденье и, затаив дыхание, вставил ключи в замок зажигания. Двигатель заикался гораздо больше, чем он слышал до сих пор. Наконец грохот замедлился, а затем с дрожащим рычанием ключ повернулся.       — Да, — сказал Сэм, хлопнув ладонью по рулю. У него была только половина бака бензина, но это уже было что-то. Больше, чем было у него раньше.

***

      Сэм откачал весь бензин, который только смог, из машин на заправочной станции за городом. Он нашел канистру в магазине и шланг в рабочем шкафу, которые неплохо ему послужили. К тому времени бак его машины уже наполнился, и у него осталось еще полканистры бензина. Он поставил ее в угол багажника, где она бы не пролилась. Когда он забрался на сиденье водителя, то заметил, что пятно ржавчины увеличилось более чем в два раза, и его желудок скрутило в нехорошем предчувствии.       Он держал стрелку спидометра между пятьюдесятью и шестьюдесятью пятью, пытаясь использовать бензин так эффективно, как только можно, хотя было весьма заманчиво ехать быстрее по пустым дорогам. Автомобиль съедал мили с относительной легкостью, но каждые двадцать миль он начинал дрожать, и маленькое пятно ржавчины распространялось, растекаясь по капоту, как плесень.       Сэм взял карту с пассажирского сиденья и положил ее на руль. Он позволил ноге сбросить газ, машина замедлилась, пока он смотрел вниз, проверяя свое положение. Он проехал добрых 200 миль, а бензобак все еще не опустел. Он запомнил свой следующий поворот, когда огромная фигура перебралась через изгородь на левой стороне дороги.       Сэм нажал на тормоз. Машина развернулась и, подпрыгнув, резко остановилась. Их было трое: двое размером с форд, один поменьше. Семья. Они даже не посмотрели в его сторону. Их плотные тела были покрыты густым вьющимся мехом, похожие на туловища ноги медленно покачивались при ходьбе. Их шеи были длинными и прямыми, а лица плоскими и округлыми, как у ленивцев. Они пересекли дорогу в нескольких дюймах от бампера Сэма.       Малыш посмотрел вверх, когда они проходили мимо Сэма, пристально глядя прямо на него, их темные глаза были полны печального осознания. Пальцы Сэма сжали руль, и он смотрел ближе, глубже, пока его глаза не начали болеть под солнцезащитными очками. Там, внутри малыша, мерцал свет, подхваченный ветром. Пока он смотрел в ошеломленной тишине, главное существо тихо замычало, и свет в малыше вспыхнул, глаза остекленели, а голова откинулась назад, уставившись в землю. Сэм смотрел на них, пока они не пересекли поле, но малыш больше не поднимал глаз, и свет не возвращался.       Машина захрипела и заглохла в трех милях вниз от дороги на крутом склоне холма. Сэм уперся в пролом обеими ногами, чтобы удержать ее от отката назад и бросил машину в парке. Он пережил маленький всплеск адреналина, вцепившись пальцами с побелевшими костяшками в руль, и откинул голову на сиденье. Он надеялся проехать еще шестьдесят миль прежде, чем машина сдастся. Полная канистра очищенного бензина все еще ждала в багажнике. Теперь уже бесполезная. Сэм сделал глубокий вдох и начал мысленно считать.       Машина дернулась, раскачиваясь от толчков, и Сэм резко открыл глаза. На капоте рябь ржавчины ощетинилась, как шерсть у загнанной в угол кошки. С оглушительным визгом спираль из красного металла вылетела из внутренностей машины и пробила капот на полметра в высоту. Сэм распахнул дверь, схватил карту и бутылку с водой с переднего сиденья и вылез.       Машина снова содрогнулась, металл застонал. Капот поднялся и опустился. Наступила тишина, и Сэм сделал неуверенный шаг вперед. Машина дернулась. Раздался скрежещущий хруст, дрожь и металлический скрип пронзили капот, потом еще раз, и еще, и еще. Сэм съежился и прикрыл уши. Когда все закончилось, капот стал похож на подушечку для игл. Воздух пах железом и расколотым камнем. Красные хлопья ржавчины падали подобно снегу.       Сэм прикрыл нос и рот, отступив назад, пока не оказался вне досягаемости. Он смотрел, как хлопья падали на дорогу, думая о металлических шипах, растущих в его легких, как в сказках о проглоченных арбузных семечках и вьющихся виноградных лозах.       Он отсчитал тридцать секунд и, когда ничего не произошло, бросился вперед, вытащив свой рюкзак через заднее окно. Он отступил на дальнюю сторону дороги, не сводя глаз с машины, но она все еще была на месте. Она выглядела так, будто пролежала там много лет, как одна из древних развалюх со свалки Бобби, если бы не металлические шипы и ее уродливая тень, дрожащая на качающейся придорожной траве.       Сэм взвалил свой рюкзак на плечи, застегнул ремни на талии и груди и затянул плечевые ремни, пока вес не уперся в его бедра. Небесно-голубой фермерский дом стоял у дороги на вершине холма, и Сэм направился к нему. Он в последний раз оглянулся, на дорогу и на останки разрушенного Форда.       Вдалеке, темные в оранжевом вечернем свете, тусклые очертания трех косматых существ тащились дальше, их огромные туши прорезали себе путь через золотистую траву. Их длинные шеи раскачивались из стороны в сторону, лица были обращены к земле.

***

      В доме было темно, а подъездная дорожка пустовала. Даже при ярком свете вечернего солнца в окнах Сэм видел, что шторы были задернуты. Он открыл почтовый ящик, вытащил пачку писем и проверил почтовые штемпели. Самое старое из них было отправлено три дня назад и, по крайней мере, еще пару дней пролежало в почтовом ящике. Семья, вероятно, была в отпуске, возможно, на одном из озер на все долгие выходные. Пустой дом означал отсутствие сюрпризов и безопасное место для сна.       Сэм шел по дорожке, но с каждым шагом приближения, что-то в его груди сжималось все сильнее, пока кожа не начала покрываться мурашками. На пороге он осмотрелся и приложил ухо к двери, но ничего не услышал, поэтому опустился на колени и взломал замок. Едва он вошел, его сердце бешено заколотилось, пот потек по спине, а стены сжались вокруг него, пока дыхание не сдавило горло. Раньше у него никогда не было клаустрофобии, но теперь он не мог смириться с мыслью о том, что его заманили в ловушку. Он поймал дверь прежде, чем она закрылась, и выбежал наружу, где широкое открытое небо наполнило его легкие свежим воздухом, а головокружение прошло.       Когда он стоял там, глядя на дом в замешательстве, занавески на эркере дернулись. Что-то длинное и тонкое протянулось вдоль края окна, еще одно присоединилось к нему, скользя перед занавеской и ощупывая край стекла. Виноградные лозы из дома укоренились на подоконнике. Сэм отступил от дома. Он не найдет там покоя.       Вернувшись на дорогу, Сэм разложил свою карту на черной поверхности и склонился над ней. Он проследил шоссе 27 и отметил свое местоположение. Теперь, когда он шел пешком, не было смысла придерживаться дороги, поэтому он складывал край карты до тех пор, пока она не пересекла прямую линию от его местоположения до места, где GPS Дина перестал работать, и отследил линию и использовал ее, чтобы установить азимут на компасе. Это было в восьмидесяти-восьмидесяти пяти километрах отсюда. Два с половиной или три дня пути в зависимости от того, как быстро Сэм будет продвигаться и сколько препятствий встанет у него на пути. Солнце все еще стояло над горизонтом, поэтому Сэм поднял руку, используя размах пальцев, чтобы определить время до заката. Примерно час и пятнадцать минут. Это почти пять километров налегке, и на пути Сэма будет горный хребет, который даст ему необходимую высоту, чтобы разбить лагерь.       Построив в голове новый план, Сэм решил, что большой шаг покроет расстояние и решительно пошел вперед. Он нашел место на хребте с хорошим видом на луга и поля внизу и обдумал, как разбить свой лагерь. У него в сумке был фонарик, но он не собирался им пользоваться, если этого можно было избежать. Иногда фонарик приносил больше вреда, чем пользы. Он давал узкое поле для обзора, крал ночное зрение и делал место видимым на многие мили. Сэм не хотел привлекать к себе внимание, особенно когда он получит достаточно света для обзора, когда взойдет полная луна. То же самое касалось и костра. Он имел тот же недостаток, что и фонарик, но огонь также действовал как сдерживающий фактор, по крайней мере, для нормальных животных. К тому же, неизвестно, как будут реагировать на него эти новые существа.       Эта мысль сбивала Сэма с толку, заставив его руки сжаться в кулаки, а сердце болеть. Он подумал о маленьком существе на дороге, о том, как погас его свет. Он должен был что-то сделать, но понятия не имел, что именно. Все эти люди внезапно превратились во что-то другое, большинство из них ничего не знало о том, насколько на самом деле странен их мир. Как они все, должно быть, были потеряны, как боялись, когда их человечность ускользала от них. Сэм раньше имел дело с потерей человечности, он уничтожил многих монстров, которые когда-то были людьми. Но не в этот раз. Он не будет уничтожать сотни, может быть тысячи людей. Они были людьми, и если он все сделает правильно, если он сможет добраться до Джека, они снова станут ими.       В конце концов, желание спать с некоторой защитой заставило Сэма принять решение. Он расчистил круг земли до голой грязи и обложил его камнями, которые нашел среди корней деревьев. Когда костер разгорелся, Сэм сел возле него и смотрел, как солнце опускается за горизонт. Оранжевое сияние в западном небе ярко горело по краям облаков и исчезало в тихих розовых и пурпурных цветах, пока медленно опускалась темнота. Ни один огонек не загорелся как сигнал человеческой жизни во всей этой мрачной темноте.       Длинный, протяжный вой донесся с далекого поля на севере, подхваченный ветром, когда он взлетел ввысь и набрал громкость, резкий и острый. Сверчки перестали стрекотать, и ночь затаила дыхание. Вой замер на низкой ноте. Сверчки вновь подхватили свою песню, приняв новый ночной звук, но Сэм напряженно ждал, вжав голову в плечи.       Раздался еще один вой, на этот раз с востока. Уже ближе, но все еще далеко. Он достиг своего пика, когда ночь пронзил новый звук. Крик. Вой оборвался, сверчки перестали стрекотать, ночь внезапно погрузилась в тишину, если не считать волчьего воя. Сэм вытянулся по стойке «смирно», наклонившись вперед и устремив взгляд на северо-запад. Мурашки побежали по его рукам, когда вой возобновился несколько мгновений спустя, нестройный и богатый, от его басов, более мощных, чем у любого волка, которого Сэм слышал раньше, дрожала земля.       Когда вой затих, не раздалось больше ни одного звука, заполняющего возникшую пустоту, и тишина сохранялась большую часть ночи. Сэм не заснул до тех пор, пока сверчки не начали стрекотать, один за другим нарушая гнетущую тишину. Его последняя смутная мысль была о том, что где-то там, в том направлении, куда должен был идти Сэм, в тени его ждал волк.