Всего один танец

- Быстрее, Драко! - раздражённо произнёс мистер Малфой, - Из-за твоей возни, мы все опоздаем. - Да знаю я! Я собираюсь так быстро, как могу! - не менее раздражённо отозвался Драко. Они собирались на чемпионат мира по Квиддичу. "Акцио, гель для волос!"       Бутылка пролетела через ванную комнату и приземлилась прямо в его руку. Юноша выдавил немного геля на ладонь и старательно стал укладывать волосы. Драко нередко задавался вопросом: каково это было бы жить в магловской семье? Он и представить не мог свою повседневную жизнь без магии. Малфой младший поспешно вышел из ванной, поправил свою рубашку, говоря отцу: - Даже вечность не прошла. Весьма впечатляет, что ты можешь сохранять спокойствие, когда мы опаздываем. Но зато леди Удача всегда приходит вовремя! У нас даже ещё есть время.       Люциус часто любил разглагольствовать о том, как долго Драко прихорашивается, прежде чем выйти в свет. - Это вполне могло произойти, Драко. И, пожалуйста, не говори так со своим отцом, - сказала Нарцисса, скривив губы в характерной для нее манере.       Драко перевёл взгляд на мать, которая копошилась в своей сумке, проверяя, всё ли она взяла. Недовольно цыкнув, он закатил глаза. Наконец, захлопнув сумочку и элегантным движением поправив причёску, женщина обратилась к своему супругу. - Ну, я думаю, что я тоже готова. Люциус, дорогой, ты готов? - Да, - ответил он. - Давайте поживее. Министр хотел, чтобы мы с ним отобедали, - Драко едва удержался от стенания, - так что медлить нельзя. В конце концов, мы его особые гости! Это было бы нетактично, с нашей стороны.       Малфой младший чуть заметно кивнул. Люциус и Нарцисса вытащили волшебные палочки, и Драко схватил мать за руку. Он приготовился к неизбежному сжимающему чувству во время трансгрессии, которое он всегда ненавидел. Он глубоко вздохнул, а через секунду его тело словно кто-то растянул, сжал и раздавил, но это продлилось всего несколько секунд, к его счастью. Парень выдохнул, когда почувствовал, что его ноги снова касаются земли. Они стояли посреди леса с высокими деревьями, которые, казалось, касались самого неба. Внезапно, рядом с ними возник волшебник. - А, здравствуйте, мистер Малфой, миссис Малфой и, конечно, юный мистер Малфой, - сказал Барти Крауч, - К сожалению, я вынужден вас скоро покинуть, у меня чрезвычайно много дел. Вам следует пойти этим путём. И не волнуйтесь, вам укажут правильную дорогу, - он махнул рукой куда-то в левую сторону и поспешно скрылся в другом направлении.       Люциус брезгливо поморщил нос, тонкие губы сжались. Однако, мужчина развернулся и двинулся в указанном ему направлении. Драко и Нарцисса последовали за ними, и, вскоре, они достигли длинной очереди из волшебников и ведьм. Все они были одеты в худшую магловскую одежду, которую Драко когда-либо видел. Создавалось впечатление, как будто бы они даже не пытались выглядеть как волшебники; его родители, по крайней мере, более-менее походили на таковых. Не то, чтобы они этим годились, однако, с тех пор, как пал Темный Лорд, мистер и миссис Малфой были очень предельны в соблюдении каких-либо правил. Когда они достигли передней линии, очень смущенный магл спросил их фамилию, а затем направил их к палатке в конце поля, на котором они находились. Когда они пошли в ту сторону, Люциус начал разглагольствовать о том, как они не могли просто поставить чиновников Министерства у ворот, чтобы направлять людей, потому что им не нужна "мразь, как человек, стоящий там", указывая на совершенно способных волшебников вокруг.       Драко почувствовал враждебный настрой отца и заметил, что мать настроена таким же образом. Большую часть времени, голову парня занимали мысли о том, почему его отец придерживается таких убеждений. Казалось неправильным ставить людей на ступень ниже, только потому, что в их роду одни маглы, а сами они - поганые грязнокровки. Это так же глупо, как осуждать человека за то, что у него не голубые глаза.       Драко пришел к такому выводу, когда ему было около тринадцати. Было трудно признать для себя самого, что его родители могут ошибаться в чём-то. В тот же момент, он понимал, что не может открыто говорить о своём истинном мнении по этому поводу. Ведь он был чистокровным волшебником, Драко Малфоем. Некоторое время он соглашался с тем, что говорил его отец, но теперь всё было по-другому.       В детстве, Драко беспрекословно верил каждому слову, слетавшему с уст его отца, как и поступают все дети. Но потом он начал читать. Читать книги из библиотеки Хогвартса о свободе, революциях, дискриминации, надежде и многом другом, и, вскоре, стало трудно продолжать принимать то, что сказал его отец. - Драко!       Вырваный из собственных размышлений, он вздрогнул. - Прости, - пробормотал Драко. - отец, - добавил он с неким опозданием. - Я спросил тебя, что ты думаешь об обеде с министром.       Драко равнодушно пожал плечами и нехотя произнёс, поднимая взгляд на затылок отца: - Это всё равно не имеет значения, не так ли? Мне придется туда пойти и вести себя достойно, как и подобает сыну Малфоя. - Великолепно! А теперь, держи язык за зубами, пока с тобой не заговорят или не представится случай поблагодарить министра за приглашение.       Драко молча кивнул. - Отвечай мне, Драко.       Он заставил себя вежливо ответить (несмотря на то, что у него было очень большое искушение закатить глаза, скорчив недовольное лицо) и сказал: - Да, разумеется, отец. - Вот, так-то лучше. - Люциус! - чей-то голос из толпы окликнул его. Вся семья разом обернулась и каждый наткнулся взглядом на Корнелиуса Фаджа, стоящего неподалеку. Его губы растянулись в широкой улыбке, - Нарцисса здесь и, конечно, Драко. Я так рад, что вы смогли прийти! Вы, вероятно, только что прибыли? - Да, всего несколько минут назад. Я так рад, что ты пригласил нас, Корнелиус, - ответил Люциус. - Всегда пожалуйста, всегда пожалуйста. Я знаю, ты, наверное, поскорее хочешь расположиться, но если у тебя есть желание, мы можем пообедать прямо сейчас. Я уверен, что мои домашние эльфы все подготовили! - Это было бы прекрасно, - ответил Люциус и натянуто улыбнулся, однако, было заметно, что он не горел особым желанием. - Отлично! Следуйте за мной ... моя палатка здесь.       Драко вздохнул и встал за отцом и министром, чтобы войти в палатку. Палатка была раз в девять, если не в десять, больше, чем снаружи. В центре большой главной комнаты стоял стол, заваленный едой. Корнелиус сел первым, Люциус занял место рядом с ним, а рядом с мужчиной устроилась Нарцисса, Драко пришлось сесть рядом с министром. Этот приём не выглядел как что-то весёлое и занимательное. - Итак, что вы думаете о преподавателе защиты от Тёмных искусств, Люциус? - спросил министр.       Люциус в презрении скривил губы, не отрывая взгляда от своей тарелки: - Я думаю, что это немного странно, что Дамблдор выбрал на эту должность Аластора. Он же просто какой-то параноик! Чему он может научить детей? - Я согласен с тобой, - мягко сказал Фадж, - Вы слышали об инциденте у него дома сегодня утром? Я думаю, что такие вещи должны указывать на то, что он явно не подходит на роль преподавателя! - Я считаю, что на данный момент, Дамблдор назначил бы на эту должность кого угодно. - Вполне возможно. Когда-нибудь, он наймет вампира или Пожирателя смерти, или что-то еще, что убьет всех этих бедных детей... Право, нам всем повезло, что он еще этого не сделал! В конце концов, он уже однажды нанял оборотня, - Корнелиус неловко засмеялся, намереваясь свести всё в шутку. - Я полностью согласен. Мне страшно подумать, в какую опасность они вовлекают всех учеников, - сказал Люциус, и Драко слышал, как в голосе его отца скользила ложь. Он никогда не заботился об учениках школы, - Меня так же гнетёт мысль о том, что поганые грязнокровки учатся в одной школе с чистокровными магами. Разве они достойны этого? - Отец, - неловко перебил его Драко и торопливо заговорил, старательно отводя взгляд в сторону, - тебе не кажется, что это немного... - Драко, - грозным тоном произнёс Люциус, - не сейчас.       Его отец всегда избегал споров на эту тему, желая, чтобы его мнение оставалось единственным и правильным. Он просто притворялся, что это какая-то нелепица. Как будто это не имело никакого значения. Как будто все забудут об этом. - Во всяком случае, - продолжал Фадж, не замечая враждебного взгляда, который Драко бросил на своего отца в ту же секунду, - мне, вероятно, не стоило поднимать эту тему. Как работа в последнее время, Люциус?       Люциус и Фадж углубились в долгий разговор, в который Драко решил не вмешиваться. Он уже и так заслужил своё наказание, за небрежную фразу, за то, что он раскрыл свой рот. Когда они распрощались с министром и вышли из палатки, Люциус повернулся к Драко, который уже понял, что произойдет за долю секунды до того, как это случилось. - Я же говорил тебе, никогда не перечить мне, особенно при чужих людях! - зло прошипел сквозь зубы Люциус, сдерживая всю свою злость. - Ты лицемерил, разве это достой... - Драко запнулся, опуская взгляд в землю. Он слишком поздно понял, что лучше было бы просто согласиться с отцом.       Люциус влепил Драко звонкую пощёчину. - Не смей поучать меня! - прорычал он, затем выпрямился, прочистил горло и продолжил: - Теперь приведи себя в порядок и выгляди подобающе, к тому времени, когда мы поднимемся на трибуны.       Драко ничего не сказал, лишь покорно кивнул. В его голове метался вопрос: почему его отец согласился прийти на игру? Люциус никогда особо не наслаждался спортом, можно сказать, что он даже был равнодушен к этому. Мать Драко ненавидела спорт, Драко только играл в Квиддич в школе, для видимости. Если бы его отец хоть раз сказал, что ему нравится хотя бы одна игра в Квиддич, которую он когда-либо смотрел, Драко уверен, что он умер бы от шока. Драко решил, что, вероятно, бессмысленно подвергать сомнению логику своего отца. Вернувшись в палатку, он зашел в свою комнату и улегся на кровать, оставаясь в полной темноте. У него еще было два часа до игры. Он может привести себя в порядок и позже. Парень закрыл глаза и почувствовал, как начинает болеть голова. "Не сейчас, только не сейчас!"       Он надеялся, что это не один из тех… Драко закрыл глаза и позволил своему разуму опустошиться, желая, чтобы этого не произошло. Черное небо. Огонь. Кричащий.       Малфой закрыл глаза, пытаясь не обращать внимания на это, зажимая уши руками. Тонкие пальцы дрожали, лоб покрыла испарина. Пение. Кто-то снова кричит. "Остановись! Я не хочу на это смотреть!"       Все его тело болело. У него снова раскалывалась голова. Он сжал руки в кулаки.       Вспышки света, еще крики, и проблеск черепа... Тёмная метка.       Его глаза открылись, и видение закончилось. Тело его дрожало; он чувствовал, что он был в огне. Но это пройдет. Так было всегда.       Но то видение... когда это должно было произойти? Это должно было быть сегодня вечером? Он не увидел достаточно, чтобы появился хотя бы один вариант о развитии событий. Он должен был рассказать об этом отцу? Нет... он никогда не любил слушать о таких вещах. В то же время, вся ситуация выглядела довольно плохо. Возможно, ему стоит упомянуть об этом.       Драко прикусил губу, размышляя о риске. Он не знал точно, когда это произойдет, поэтому, возможно, он мог бы подождать, пока он не вернется в Хогвартс и не обсудит это с профессором Снейпом. Да, это была бы лучшая идея.       У него были видения о темной метке около недели, что беспокоило его очень сильно. Это означало бы не только гибель его семьи, но и многих других. Это означало, что тот, кого нельзя называть, может вернуться... и скоро.       Раньше у него были видения только раз в несколько недель, но теперь у появлялись только маленькие и несколько дней подряд. Драко ненавидел видеть подобные вещи. Они были важны. Это было его бремя. Он не возражал против бесполезных - например, о кошке, сидящей на лужайке перед домом, которая была у него прошлым летом, - но большие были просто ужасными и напрягающими. Драко должен был быть очень осторожен, говоря с людьми о них; если кто-то знает слишком много о своем будущем, результаты могут быть катастрофическими.       Это было почти хуже (несмотря на те, о каких-то людях, которых он не знал, в местах которые он не узнавал, поэтому он не мог помочь) чем те, которые он должен был держать при себе, опасаясь сделать что-то ужасное.       Драко почувствовал, что его головная боль начинает утихать, поэтому он решил, что худшее, вероятно, прошло, и встал, проверяя часы на стене, которые он мог без проблем разглядеть в темноте. Он был удивлен, увидев, что уже прошел час. Однако, Драко, как правило, терял время, когда у него было видение в течение всего дня.       Он зашел в ванную и причесался, добавив еще немного геля. Он поморщился, увидев синяк на щеке. Может быть, у его матери были некоторые принадлежности для макияжа, чтобы исправить это…       Нарцисса, похоже, прочитав его мысли, постучалась в дверь. - Драко! Ты там? - Да, - ответил он и открыл ей дверь, столкнувшись с ней лицом к лицу.       Она осторожно коснулась пальцем его щеки. - Прости, - прошептала она. Она достала из сумочки бутылку кремово-белой жидкости и протянула ему. - Это может помочь. - С болью или синяками? - И с тем и с тем. Нарцисса похлопала сына по плечу. - Твой отец ушел, но он должен скоро вернуться. Наверное, ты должен быть готов уйти к тому времени, когда он вернётся.       Драко кивнул и пошел обратно в ванную. Он прислонился к зеркалу и выдавил немного крема, потирая им свою щеку. Он прекрасно скрывал фиолетовый и зеленый, делая его лицо безупречным и гладким снова. У крема был хороший охлаждающий эффект.       Несколько мгновений спустя, Драко вышел, чтобы найти своего отца, стоящего там. - Ты готов, Драко? - спросил он.       Драко молча кивнул. - Очень хорошо. Когда игра закончится, мы с твоей мамой пойдем гулять с нашими... э... друзьями. Ты подождёшь здесь два часа, а затем пойдёшь в лес. Понятно? Не возвращайся, пока я не приду за тобой.       Драко остановился. -Почему? Что-то случилось?       Это как-то связано с тем, что он видел? Нет, его отец не хотел бы участвовать в чем-то подобном с таким количеством чиновников Министерства вокруг, не после того, как он так усердно работал, чтобы избавиться от обвинений против него... верно? - Это тебя не касается. Ты увидишь это позже.       Драко понял по тону отца, что это предупреждение, поэтому он просто кивнул и вышел из палатки, идя с родителями на стадион.