Дрянная смерть

- Я не любил твою мать, милая. И ты не была для меня утешением. Но в твоих глазах я видел души тех, кого не помиловал. Я ненавижу тебя, дочка. Но в этом чувстве вижу для себя отраду и странную привязанность к твоим тихим всхлипам. Чужая кровь на тебе выглядит правильно, солнышко. Ты моя отдушина. Теперь ты стала отголоском моей боли. Ты стала мной. Лишь звон цепей, милая. Лишь запах крови, Соён.

      Девушка в холодном поту подрывается на кровати. Тэхен рядом сонно открывает глаза и медленно садится. - Снова кошмары? – Ким кладет руку ей на плече и выглядит крайне спокойным. - Да. Все тот же сон, ни одна деталь не изменилась - проговаривает девушка. - Ясно,- говорит Тэхен и встает с нагретого места. На часах каких-то жалкие шесть часов. Еще есть время поспать, но Соён знает наверняка, Ким уже не ляжет. В Тэхене есть то, что заставляет обманываться. Верить в то, что между ними нечто большее. Но Ким каждый раз ненавязчиво напоминает, кто они друг другу и что их связывает. Жизнь в этом городе заключается в бессмысленных мгновениях и сером небе, что цветет лишь на закате. Тэхен натягивает спортивную одежду и завязывает кроссовки, а затем выходит на улицу и, пройдя пару метров, переходит на бег. Музыка в наушниках отвлекает от ноющей боли в шее, что служит напоминанием о том дне. Шрам отзывается фантомными касаниями холодного металла. Вся боль в принципе не реальна, она - лишь память. Дурное и неисправимое воспоминание.

- Я хочу испить твою кровь, КимТэ, - тихий шепот бьет по голове.

Ким останавливается и упирается руками в коленки, сгибаясь пополам. Он переводит дыхание. Нужно больше спать, а то начинает слышаться всякое. Тэхен сглатывает. Голос так похож на Его. Бьет той же сталью и неконтролируемой жаждой. Ким прикрывает глаза и делает глубокий вдох и выдох. А когда открывает глаза, то упирается взглядом в носки чужой обуви. Тэхен поднимает голову и видит того парня, со двора школы. Ким терпеть не может новеньких. Он считал их идиотами, раз решили переехать сюда. Люди без надежд и будущего, решившие затеряться от мира, по непонятным причинам. - Привет,- Чонгук слегка улыбается и пытается выглядеть крайне дружелюбно. - Ты кто? – Ким выравнивается и откидывает слегка взмокшую челку назад. - Меня зовут Чон Чонгук, мы учимся с тобой в одной школе, - поясняет парень, а Ким вздыхает на это и отвечает коротким: «Ясно». Чонгук ему не нравится, от слова совсем. В его глазах слишком много тяги к ненормальному. От таких проблем не оберешься. Тэхен видел его тогда, на кладбище, неделю назад. Он просто не придал этому значения. А теперь, это заставляет задуматься. Тэхен слегка встряхивает головой, отгоняя от себя ненужные мысли. И посмотрев еще раз на Чона, хочет уже идти дальше. Но тот хватает его за руку, чем вызывает у Кима непонимание и долю удивления. - Послушай, Тэхен, давай поговорим, - Чонгук руку не отпускает и смотрит не с просьбой явно, чем, несомненно, забавляет. - О чем же? – парень наклоняет голову немного набок и с легкой ухмылкой смотрит в глаза напротив. Чонгук даже теряется поначалу, но затем снова набирает обороты. - Зачем ты и Соён приносили цветы к надгробию Ли Бёндо? – никакой тактичности, что уж тут сказать. Тэхен глазами хлопает удивленно и смотрит на Чона так, словно он сумасшедший, а затем его взгляд меняется на раздраженный. - Тебе какое дело?- шипит Ким, отдергивая руку, что все еще держал Гук. Чон отступает на шаг назад, а Тэхен же, напротив, поворачивается и становится вплотную. - Я дважды повторять не буду, Чон Чонгук. Не лезь ко мне. И в мою жизнь не суйся, - Тэхен разворачивается и, медленно набирая темп, убегает.

Давай возьмем за точку отсчета этот момент. Нажми на кнопку и запусти механизм, что в конечном итоге уничтожит тебя.

Чонгук сам не понял, как все произошло. На кой черт он вообще полез к Ким Тэхену? Чего он хотел? Его не должно касаться то, что он со своей подружкой делают в свободное время. Но сколько бы Чон не повторял себе этого, его, словно магнитом, тянет к этим двоим и их тайнам. В них есть то, от чего парень отказаться не может.       В проигрыше нет ничего постыдного. Отец всю жизнь говорил Тэхену, что избежать поражения можно, только не играя. Но Ким никогда не боялся упасть, потому что всегда знал, что сможет подняться. Парень бежит, ускоряясь все больше, пытаясь сбежать от самого себя, от невидимых, но таких осязаемых проблем. Кажется, что каждый вздох может стать последним. Ким давно потерял себя, упал и разбился, словно хрусталь. Книги не врут. Все авторы правы. Осознание ничтожности своей жизни приходит только тогда, когда ты почти переступил черту. В тот момент, когда пленка твоих воспоминаний рвется, уже ничего не изменить. Остается только делать вдох за вдохом, надеясь, что холодная цепь на горле ослабнет и ты будешь спасен. Но утешение не приходит ни в период полной отчужденности, ни во время ощущения липкого страха, что порождается в те минуты, когда смерть наступила костлявой ногой на грудную клетку, сдавливая ее до неминуемой гибели. Тэхен останавливается у длинного забора, который весь сделан из высоких черных прутьев с завитушками. Парень поднимает глаза и его взгляд цепляется за могильные плиты. Порой наступает такое ощущение, словно весь их город построен вокруг этого места, как будто все дороги ведут только сюда. Тэхена мелко трясет, то ли от такого стремительного бега, то ли от этого места. Парню казалось, что, после всего, он не должен испытывать страх. Но на деле, такое не закаляет, лишь прибавляет демонов в, и так набитую доверху, копилку. Ноги сами несут по заученной тропинке вверх, туда, где покоится его мучитель, личное проклятье, что, спустя столько времени, стало лишь мешком костей в уродливом деревянном ящике. Тэ смотрит на надгробье так, словно ожидает подвоха. Ему кажется, что сейчас разверзнется земля и послышится звук цепи, что медленно тянется за высокой фигурой «зверя», никак не человека. Но все тихо, никакого зловещего скрежетания или противного смеха. Плита не раскололась, и труп не стал вершить самосуд над теми, кто ему не угодил. Ким усмехнулся и присел перед могилой, проведя рукой по острому углу мрамора, слегка царапая руку о неровности и размазывая собственные капли крови по камню.

Смесь химии из страха и боли способна стать началом других страданий, более устрашающих и глубоких.

- Ты проиграл, так толком и не начиная играть. Обидно, не так ли? Что твоя жертва теперь носит цветы тебе на могилу, - Тэ выравнивается и с легкой улыбкой идет на выход. Ощущение, словно с плеч упал тяжелый груз: только сейчас пришло осознание, что Ли Бендо и вправду мертв.