-Эмили, прости меня...

Приятный утренний холодок ощущался в просторной палате. Пушистый снег за окном расположился на ветках еловых деревьев, поблёскивающий на ярком солнечном свете. Свободно распахивая веки, кариглазка не могла поверить своему счастью. Наконец-то свобода. Теперь она не видит той жуткой темноты, пожирающей сознание. Чувство страха уже позади. Растянув улыбку на пол лица, девочка начинает разглядывать окружение вокруг. Это не её комната… Голые белые стены и резкий запах медикаментов сразу наводят на мысль, что с ней опять что-то приключилось. Но воспоминания пусты, как чистый лист бумаги. Слабо повернув голову вправо, шатенка заметила милинькую компактную тумбочку, на которой стояла ваза с несколькими букетами цветов, пакетами сладостей, а так же её многими любимыми фруктами. Оглядев помещение, взгляд остановился на серой двери, откуда снаружи доносились тихие топоты и шаги медсестёр. Но комната была озарена неумолимой тишиной. С желанием подняться возникли некие трудности. Тело будто приклеилось к койке, не слушаясь повелиновениям хозяйки. Рука лениво повисла в воздухе примерно, в 5 сантиметрах от кровати, и после, рухнула. Откуда такая тяжесть? Она же только проснулась. Сколько, интересно, она здесь пробыла? Почему она здесь? Где мама и папа? Эх, как много вопросов, и ответов всё нет. А будут ли вообще? Этого она не знала. Вдруг, дёрнув ручку, входная дверь распахнулась и из неё выглянула молоденькая девушка, укутанная в белоснежный медицинский халатик. Медсестра, заметив состояние девочки, неловко обменялась с ней взглядом, пожелала пациентке доброго утра и поспешно вышла, попутно общаясь с кем-то возле палаты. В ту же минуту, из коридора вбежали дико взволнованные родные Эмили, нарушая покой и сладкую тишину: -Милая, ты в порядке! Ох, как же я рада тебя видеть, дорогая! — накинулась старушка с широкими объятиями. Не ожидая такого внезапного приветствия, кариглазка вздрогнула, но не отказалась от ласки в ответ. -М-мы так п-переживали за тебя, Эмили… Как х-хорошо, что всё обошлось. — прошепелявила ящерка, — Н-ну… Или почти обошлось… — добавила она, шепча себе под нос. -Поздравляю с выздоровлением, панк! На улице сейчас такая крутая погода, вот бы побыстрее тебя выписали, чтобы покидаться снежками, а? — замечталась рыжеволосая, потрепав макушку девочке, указав большим пальцем на приоткытое окно. Шатенка невольно захихикала. Как же приятно снова видеть всех своих близких рядом. -ЧЕЛОВЕК ЭМИЛИ! ОТ ВСЕЙ ДУШИ, Я, ВЕЛИКИЙ ПАПАЙРУС, ЖЕЛАЮ ТЕБЕ СКОРЕЙШЕГО ОТЛЁЖИВАНИЯ В КРОВАТИ! — прокричал скелет младший, гордо задрав черепушку. (Автор: О, да это же мои планы на весь карантин.) -За меня уже всё сказали, поправляйся, дитя. — спокойно проговорил король. -Что ж, мне тоже говорить особо нечего. — угрюмо отозвался козлик, оперевшись на соседную стену. -Боже, это так здорово, что вы здесь! — чуть ли не плача, сказала кариглазка. Столько внимания, столько заботы, да не заслуживает она этого! — А где мама? — внезапно, выражения улыбчивых мордашек монстров, как рукой сняло. Все, словно по команде, опустили взгляд в пол, от чего становилось не по себе. Что-то случилось? Из толпы выглянул Санс и медленно начал приближаться к койке дочери. Нагнувшись ближе, положив ей руку на голову, он угнетенно ответил: -мне нужно многое тебе рассказать, милая… — обернувшись к Тори, скелет мысленно намекнул взглядом, чтобы та выпроводила остальных. Мама-коза уловила просьбу, и окликнув застывших гостей, попросила выйти их из палаты, дабы оставить обоих наедине и не моячить перед глазами. Когда в комнате стало просторней, отец глубоко вздохнул, понимая всю ношу трудностей, ожидая повторный вопрос: -Папа, где мама? Она не придёт? — собравшись с мыслями, он раскрыл глазницы и посмотрел девочке в глаза. -эмили… ты ничего не помнишь, так ведь? — шатенка кивнула, — что ж. тогда я должен рассказать тебе, как всё началось. по словам директора, классного руководителя и сведетелей, тебя обнаружили в лаборантской, во время пожара, и умоляли спасти любой ценой. выяснилось, что твоя душа была треснута и понадобился способ провести операцию., но на тот момент, никто не знал, каким образом можно тебя спасти. я искал различные решения, и в итоге, нашёл одно…ужасное, про которое желаю забыть навсегда… об этом узнала мама и…решила пожертвовать…собой… -Ч…то… — тихо прошептала шатенка, внимательно прослушав историю, которую ей выкладывал отец. Она не могла поверить своим ушам. — К…как мама… По…чему…она… — слова еле вытягивались из уст, будто в горле застрял вязкий противный комок, не дающий возможности выговорить свои мысли правильно. Кончики пальцев начали, сначала холодеть, а потом слабо поддрагиваться. Ладони жутко вспотели, от чего становилось неприятно. Все чувства взбились в химозный жгучий коктейль, разбавленный всякими омерзительными приправами. -эмили, пожалуйста, послушай меня… — продолжил скелет, — ты ни в чём не виновата. прошу тебя, не вини себя в произошедшем, не нужно считать себя убийцей. — он схватил руку дочери и крепко сжал, — поверь мне, мама знала, на что шла. да. это случилось по моей вине, я не смог её остановить… — в этот момент, резко выхватив свою кисть, девочка продолжала пялиться в одеялку, на которую легонько падали слезинки, намочив плотный покров мягкой ткани. Разлохмаченные волосы и чёлка хорошо закрывали покрасневшее заплаканное лицо, маскируя текущее эмоциональное состояние кариглазки. Сейчас Эмили как-будто опустела. Словно, её прекрасную, спокойную жизнь разбили вдребезги, как проклятое зеркало, притягивающее несчастье. А из самой шатенки выжили абсолютно все соки доброты и позитива, который всегда находился в глубине её подсознания. Она устала улыбаться…она устала верить в лучшее…она устала жить… Цели, желающей сохранить (решимость) семью, уже больше не достичь… Зачем тогда стараться? -Уходи. — холодно бросила она. — Мне нужно…побыть одной. — понимающе кивнув, Санс с тяжёлым вздохом покинул комнату, захлопнув за собой белоснежную дверь. Когда помещение опустело, кариглазка опрокинула голову и приземлилась на нежно-голубую шелковистую подушку, уставившись в потолок. Засохшая солёная вода на щеках, пустой, застывший взгляд и мысли об неблагоприятных вещах могли означать только одно: теперь в жизни Эмили всё категорически изменится. В какую сторону? Это нам ещё предстоит выяснить. … -Нет!.. НЕТ! НЕТ! НЕТ! НЕТ!.. — снова крики…снова боль…снова кошмар в дикой агонии страха и безысходности. Группа, в которой учится наша шатенка, не впервые видит подобную картину. Такие приступы у Эмили происходят регулярно. Опять припадок, она кричит, плачет, закрывает уши, но голоса в голове продолжают преследовать девочку по пятам. Страшные призраки, они пугают её до слёз. Кажется, вот вот чуть-чуть, и крыша съедет окончательно. Никто не может успокоить бедняжку, на зовы она не реагирует, учителей, такое ощущение, что не видит, а уж тем более, не слышит. Единственный, кто вытаскивает кариглазку из подобного состояния… -Эмили! Тише…! Тише…! Тише…! Всё хорошо… Я здесь. Я рядом. — да. Это Марк. Только его голос она способна разузнать из тысячи, вцепиться в алую толстовку и долго не отпускать, пока тот будет гладить её макушку и жалеть, жалеть столько, сколько станет нужно. Он готов, он должен, он это заслужил. Когда снотворное проникает в тело девочки, усталость так и клонит в сон, вялость берёт верх над разумом, голова шатенки легонько облокачивается на плечо друга, сидевшего рядом на койке в комнате медпункта. Парень чуть вздрагивает, залившись краской, но с добротой и лаской пристраивается ближе. Блондин понимает, как тяжело приходится ей в этот промежуток времени. За Эмили сейчас необходим тщательный присмотр, масса внимания и самое важное- забота. Психотерапевты пытаются вытащить из неё негатив, но получается не особо эффективно. Дома кариглазка молчит, как рыба в воде, не разговаривает со специалистами и даже игнорирует отца. Санс, в связи с ситуациями, происходящими на уроках, хочет оставить дочь на домашнем обучении. Всё таки, нервы себе дороже… Зима. Прекрасное время года. Только только первые снегопады покрыли дороги и тротуары огромного города пушистыми хлопушками белоснежного оттенка. Мороз тревожил до костей, однако если подготовиться к невзгоде заранее, холод будет не страшен. Пряча руки подальше в карманы, скрывая макушку за тёплым капюшоном, на краю которого прицеплен скомканный серый мех, блондин почти дошёл до нужного ему, места. Остановившись около двери, парень позвонил в звонок. Через несколько секунд, из входного проёма высунулся немного дрожащий череп скелета, видимо, от не тёплой погоды и резкого ледяного ветра. Золотоглазый попросил разрешения войти, Санс, одобрительно кивнув, впустил того во внутрь прихожей и громко захлопнул дверь. -хочешь увидеться с эмили? — поинтересовался он, размешивая что-то у себя в стакане. -Не совсем… Я хотел узнать, почему она не приходит в школу уже в который день. Ей совсем плохо?! — обеспокоенно спросил Марк, аккуратно вешая верхную одежду на вешелку. -я ограничил её походы туда на несколько недель. пока она в таком состоянии, я не могу допустить, чтобы стало ещё хуже. хотя, думаю, что хуже уже не куда… — сделав глубокий вздох, отец отстранил взгляд. — ну, а ты то… не уверен, что она станет принимать гостей. сейчас она никому не рада. -Не…рада? А вам? -хех. со мной эмили заключила бойкот и не промолвила ни слова, после выписки из больницы. что ж. по крайней мере, я заслужил это. она сильно злится на меня и понятно, по каким причинам… ладно. валяй. её комната сам знаешь, где. вперёд. — скелет махнул рукой на лестницу второго этажа. В замешательстве, блондин, кинув неловкий взгляд на Санса, поплёлся по ступенькам. Тот, в свою очередь, ехидно усмехнулся, продолжая греметь ложкой по стенкам кружки. Уставившись на дверь, парень легонько постучал по дереву. Никто не ответил. (А молчание- знак согласия! Поэтому…! Ладно, я просто шучу.) Дёрнув ручку, блондин приоткрыл входной проём, окликнув: -Э-Эмили?! Можно войти? — сидевшая на коврике, шатенка в синем платье вдруг дёрнулась, да так резко, что по спине прогулялась пара сотен мурашек. Хмурое недовольство сменилось солнечной улыбкой при виде красной фигуры в капюшоне. И, о боже! Как же сильно потрепало кариглазку за такое количество времени: ощущение, что девочка не ложилась в кровать уже не первые сутки. Под глазами огромные фиолетовые «фонарики», а причёска взлохмочена, словно по ней прошёлся мощнейший ураган. -…Марк! Привет! Ты решил меня навестить? Очень рада твоему приходу. — но парень, застывши, не сводил с подруги взгляда, — Э… Что-то случилось?.. Ты так смотришь, будто призрака увидел. -А?! Да нет, нет, всё в порядке! — отмахнулся жёлтоглазый, убрав потные ладони за спину. -Ах, ну… Тогда располагайся. — она сдвинула все посторонние предметы с пола, которые включали в себя: пачку с разбросанными маркерами, пару вырваных листков, кучу, смятых в клочья, клочков бумаги, а так же сломанные карандаши, струшку от ластика, вместе с порошком раздавленного грифеля и…пса, просто мило спящего пса. -Х-хорошо. Спасибо. — потихоньку расположившись в позе лотоса на мягком «пушистике», Марк слабо натянул улыбку, надеясь снова лицезреть ту же эмоцию у девушки, и его желание быстро исполнилось. Шатенка светилась от счастья, наполняя своё серое личико живыми яркими красками. В такие моменты он не сомневался, что её красоту ничего не испортит, даже некачественный сон. -Как дела в школе? Происходило что-нибудь интересное? — с энтузиазмом поинтересовалась кариглазка. -У кого, кого, а у меня ничего захватывающего никогда не происходит. Ох, точно! Чуть не забыл. — порывшись у себя в сумке, блондин достал небольшую книгу и сложенную записку. — Вот. Велено передать. Это тебе от классного руководителя. Список важных заданий, которые нужно выполнить. -А это что? — она указала на красочную обложку незнакомого учебника. -А это то, чем я хочу с тобой поделиться. — парень положил книгу ей в руки. -М-манга? — удивлённо захлопала ресницами шатенка, пытаясь прочитать название, — «No-ra-ga-mi»… Хм… Не помню, чтобы о ней слышала… Она новая? -Ага! Чудесная работа, лучшее из всех, что я когда-либо читал! Очень советую. Герои, экшн, вселенная- всё на высоте! Эх… Вот бы мне так ловко обращаться с мечом, как главному герою с его священным оружием. -Ты замечательно сражаешься! По крайней мере, у тебя есть к этому талант. Не нужно принижать себя. Спасибо за мангу. Я обязательно прочту её. — открыв ящик, находившийся около кровати, Эмили положила книгу в комод. — Кстати, можно поинтересоваться? -Конечно. Что такое? -Тебе…не жарко в капюшоне? Может, лучше его снять? Всё-таки, батареи в комнате греют хорошо и здесь никто тебя не увидит. — услышав что-то про свой «головной убор», блондин тут же отказался, переламывая себе пальцы: -М-мне и так вполне комфортно! Поверь! — заметив дёрганное состояние друга, шатенка почуяла неладное. -Марк, ты…беспокоишься о чём-то? Случилось нечто ужасное? -Вовсе нет! Просто…я… — вдруг, тёплые руки прикоснулись к мордашке парня, от чего щёки жёлтоглазого заметно поменяли тон кожи. Пронзая обаятельно жалостным взглядом, казалось, что девушка его гипнотизировала, дабы добиться желаемого. Так и случилось. Сдёрнув с головы «алое покрывало», Марк стал слишком доверчив к фальшивой близости хитрюги, которая, после увиденного, шокированно вскликнула. Правая часть лба и макушки блондина была пропитана кровавыми пятнами крови, светлые локоны испачканы каплями красной краски, а около виска шёл длинный след прогнившей зарастающей раны. Как от такого можно не закричать? — Чёрт… Просто я не хотел, чтобы ты излишне волновалась… — узрив дикий ужас искорёженного лица друга, Эмили до сих пор не могла взмолвить и слова, прикрыв ладонями рот, — Извини… Не желал тебя напугать… Неужели, это насколько страшно выглядит? — она молча кивнула в ответ. -О., господи… — произнесла наконец-таки испуганная кариглазка, — К-кто тебя так…? -Ерунда… На тренировке произошла слишком жёсткая схватка. Или же, если сказать проще, я просто решил выпендриться, хах. -Очень больно? -Нет. Я уже не чувствую боли. У монстров раны заживают быстрее, чем у людей, так что, эта царапина завтра исчезнет. Не стоит переживать по этому поводу. Я в норме. — хоть и зрелище казалось жутким, Эмили смогла вздохнуть с облегчением. Ещё не хватало неприятностей с лучшим другом… Заподозрив, что картина вызывала отвращение у девушки, потому что, та, то и дело постоянно перенаправляла взгляд в сторону, лишь бы не лицизреть его глубокие рубиновые потоки, Марк обратно накинул капюшон и больше не снимал. Весь вечер пролетел, как стая перелётных птиц. Они говорили и говорили. Их общению не было конца. До тех пор, пока блондин не глянул на настенные часы. 22:00… Ой-ёй… Кажется, кому-то не хило достанется дома. (Может вообще не возвращаться?) Попрощавшись с шатенкой и пообещав, что завтра обязательно навестит её ещё раз, парень покинул комнату. По дороге в прихожую за своей верхней одеждой, ему удосужалось встретиться со скелетом, на носу которого были напялины очки, а в руках огромные, свёрнутые в рулон, холсты синего цвета. -ого… ну и засиделся ты у неё. — отозвался он, показав зрачками на лестницу, — родители то знают? или мне потом за тебя отдуваться? -Думаю, они догадываются. Не стоит. Я им всё объясню. — ответил золотоглазый. -да я шуткую, раслабься. что ж. ждём тебя снова. уверен, если у эмили есть такой, как ты, она не пропадёт. — проводив гостя за дверь, Марк потихоньку растворялся в тёмной глуши гаснующих уличных фанарей, пробираясь сквозь мрак и лютый холод по заснеженным дорогам почерневших сугробов. На следующий день ожидаемый визит снова был совершён. Парень объявился раньше, чем в прошлый раз, аргументировав это тем, что его классный руководитель не разрешил блондину участвовать в сражениях на заднем дворе школы, по причине вчерашнего инцидента. На что жёлтоглазый пару раз цыкнул за спиной у тренера и прямиком удалился со сцены битв. Смотреть на «феиричные обнимашки» не в его вкусе, как он сам выразился. -Ох, да я не понимаю, как это сделать! — фыркнула кариглазка, озадачено всматриваясь в экран планшета, мучая беззащитный стилус у себя в пальцах. — Французский слишком сложен, по крайней мере для меня. -Ну, не знаю. Как по мне, он обыкновенный предмет, который я изучаю с начальных классов. Может тебе помочь? — предложил парень, отрываясь от своего домашнего задания. -Не стоит. Не хочу отвлекать тебя по пустякам. Наверное, приходы ко мне плохо сказываются на твоей личной жизни… -Эмили… Ты- и есть моя личная жизнь. Я никогда не брошу тебя, особенно сейчас. Д…рузья должны заботиться друг о друге, …не так ведь? — нельзя представить, насколько Марк чувствовал робость и окрасился в за одну секунду. В голове до него только дошло, какую глупость он сморозил. Тут девушка встала с пола, залезла в раздвижной ящик, вытащив оттуда маленький пластырь. Подойдя к блондину, она уселась перед ним на корточки, и отклеив стороны от этикеток, прислонила липкую заплатку к оставшемуся, после недавней бойни, следу бурой царапины. Несколько минут парень не мог пошевелиться. По лбу скатилась струйка пота. Он был настолько обескуражен, что, видимо, прослушал фразу шатенки. Не обратив на это должного внимания, кариглазка продолжала широко улыбаться другу в ответ. 4 часа канули в воду. В комнате образовалась полная тишь, только мёрзлый ветер ревел под окном, расшатывая ветки голых деревьев. Снежные хлопья кружились в бешеном вальсе, обворожительно слившись с попутным ледяным воздухом. Из-за порывистой бури не было видно ни одного огонька ближайших зданий. Неспокойная ночь, однако. Переводя взгляд на заснувшую парочку, обнимающиеся с учебниками, скелет тихо позабавился шикарной картине и направил зрачки на стрелки. Пол первого ночи. «Ох, приятель…походу и мне влетит за эту ночевку с умственно-пижамной вечеринкой… Зря ты не ушёл…» — с этой мыслью, щёлкнув выключателем, он прикрыл входную дверь. Помещение погрузилось в кромешный мрак. «А…? Где это я…тётя Андайн?! Почему она…вооружена копьём и одета в броню?! Никогда не видела на ней чего-то подобного. Случилась беда? Её левый глаз…он сияет? Что здесь происходит? Битва? Тётя сражается с опасным врагом? Но я не вижу тут никого…кроме…се…» — сильнейший ожог неимоверной боли ударил по телу, появилась тяжесть в висках, будто на голову сводилась огромная наковальня. Истекая кровью, шатенка не могла пошевелиться. Сверху градом посыпались сияющие копья и вонзились острыми раскаленными наконечниками, насквозь продырявив кариглазку. Крик неописуемых мучений раздался из её уст. -А-А-А-А! — испуганный блондин, облокотившийся на край изголовья, дергано подскочил, мгновенно пробудившись ото сна. Приблизившись к кровати, на которой девушка извивалась и плакала от воображаемой боли, парень не понимал, как поступить: забраться к ней и попытаться успокоить подругу или не вмешиваться в её кошмар, иначе станет только хуже. Если сейчас он сделает неправильный выбор, то позже будет долго об этом сожалеть. Плюнув на последствия, жёлтоглазый бросился с объятиями на шатенку, окутав мокрое, рыдающее лицо в свои ладони: -Эмили, послушай! Это был всего лишь сон, прошу тебя, успокойся! — но не открывая глаз, девушка продолжала утопать в пучине слёз и шёпотом заикаться, умоляя: «Не убивай меня!», — Я не буду тебя убивать! Поверь мне! Пожалуйста, посмотри сюда! Посмотри! — чтобы распахнуть ресницы, ей пришлось усердно постараться. Страх и муки захватили её воображение, связав и без того тревожные мысли — Это я- Марк! Тот, кто никогда не причинит тебе зла…! — шмыгая носом, дрожащая шатенка, не в силах противостоять своей воле и окончательно убидиться, что правда, а что плод её больных фантазий, замерла. Полминуты потребовалось на очищение и возвращения рассудка. Кровожадная картина перед собой блёклыми пятнами растворилась в глубокой черноте, оставив только солёные высохшие капли на алых щеках. Разместившись в объятьях блондина, кариглазка продолжила погружение в царство Морфея, тяжко вдыхая и выдыхая свежий воздух через рот. «Ох… Эмили… Неужели, такое происходит каждую ночь? Бедняжка…» — парень осторожно взял её на руки, и аккуратно разместив тело девочки на матрасе, расправил смятую одеялку, накрыв шатенку плотным, уютным пледом. А сам уселся рядом с кроватью, благополучно бросив борьбу с желанием подремать оставшихся 3 часа. Утренний яркий свет пробирался в окно. Буря за стеклом давным давно прекратилась, оставив после себя только зимние лучи раннего светила. В комнате стояла не преступная тишина. Холодные солнечные зайчики так и резвились в объятьях тесной обстановки, прыгая с одной стенки, на другую. Медленно раскрывая веки, щурившись от некомфортного резкого освещения, блондину не сразу удалось понять, где он находится. Вспоминая прошедшую ночь, Марк с досадой осознал, что сейчас не у себя дома, а влетит ему потом сполна. Бросив взгляд на настенное пощёлкивание, стрелки часов указывали на 9:27. Почувствовав крепкую хватку, жёлтоглазый легонько повернул голову и увидел, как его ладонь находилась в плену у самой кариглазки, посапывающей себе в подушку. На лице парня сверкнуло пару красноватых пятен. Как же ему выбраться, не потревожив спящую принцессу? Входная дверь с противным скипом распахнулась (кто бы мог подумать…) и в входном приёме стоял отец шатенки, одетый в полосатую рубашку. Вопросительно приподняв бровь, скелет явно не подозревал, что застанет блондина. Заметив, в какой капкан попался наш друг, растянув улыбку на пол черепа и прикрывшись рукой, Санс готов был расхохотаться прямо на месте. Застенчиво опустив мордашку, да бы шутник не развеселился ещё больше, жёлтоглазый шёпотом проговорил: -П-прошу вас, помогите… Я…немного застрял… — отмахнув пару капель слезинок с глазниц, продолжая светиться своими белоснежными зубами, скелет, кивнув в знак согласия, создал сияющее прозрачно-голубоватое полотно, полетевшее по всей комнате, окутав дочку магической дымкой. Освободив руку парня, он наконец смог подняться на ноги, — Огромное спасибо… — так же тихо поблагодарил Марк. -обращайся. ладно, давай за мной, мне нужно с тобой побеседовать. и поторапливайся, а то время у нас не резиновое и чую, терпение твоих родителей тоже. -Хорошо… Только сейчас сумку соберу… Я быстро. — пожав плечами, Санс удалился за дверь. Подобрав несколько разбросанных учебников и повесив их на своё плечо, блондин обернулся к окну. Солнце так и оставалось в пределах горизонта, не сдвинувшись ни на дюйм. Гладкие тени проходили по лицу кариглазки, продолжающей крепко сопеть в простынь перьевой подушки. В этот момент она казалась крохотным беззащитным ангелочком, которому божественные крылья были не нужны. Милашка совсем по-простому обаятельна, и в то же время прекрасна. Её русые локоны, рассыпанные на перине, искрились блеском утреннего рассвета. А чистейшая улыбка? Кажется, Эмили снится что-то хорошее. Эта искренняя доброта, идущая от её розовых щёк, в которую нельзя поверить. Ну разве это не счастье? Пропитавшись эдакой атмосферой, мысль, прибывшая в голову, смогла подкосить ноги раскрасневшегося золотоглазого. Так или иначе, ему нечего было терять. Раз шёпот не смог её пробудить, значит и это вряд ли разбудит. Он так долго ждал такого подходящего момента… Осторожно прикоснувнишь губами к прохладному лбу девушки, парень прошептал — Я всегда буду рядом с тобой, Эмили. Спустившись по лестнице, блондин заметил развевающийся белоснежный халат, метавшийся из стороны в сторону. Подозвав жестом к себе, скелет отворил проход в мастерскую и попросил гостя следовать за ним. Проходя небольшой серый коридор с голыми стенами, Санс начал беседу: -не нужно было тебе оставаться на ночь. наверняка, ты даже не выспался. -П-простите… Я не хотел, так получилось… — натягивая защитные перчатки на пальцы, скелет ответил: -да я не злюсь. просто…необходимо кое в чём тебя оповестить. — удерживая 2 маленьких колбы, он включил горелку, установив одну из стекляшек на штатив. По комнате пробежался лёгкий неприятный запах гари — мне приходилось решать много проблем, связанных со своим снами. ещё несколько десятилетий назад я страдал от бессонницы, потому что не желал засыпать и погружаться в собственный кошмар. сейчас, в жизни эмили не всё так гладко, слишком тяжёлую ношу она на себя берёт. потеря матери, неприятности со здоровьем: я думал, что смогу контролировать всё это. но, вероятно, ужасно ошибался. через пару дней, после выписки из больницы, началось то, к чему я не был готов. мучения во сне. когда она впервые проснулась в истерике, я не знал, что мне делать. я пытался её разбудить, она меня видела, но плакала. этой ночью ты ведь это лицезрел, не так ли? -…Да. Вы правы… — обернувшись к парню, тот окутал его понимающим взглядом. -дело не совсем в том, по поводу чего я тебя задержал. я слышу её крики несколько раз за ночь. 2, 3…а может даже 4 раза… но именно сегодняшней ночью она проснулась лишь однажды и больше не вставала. такого я не ожидал. и для меня открылись новые тайны, по поводу ваших отношений. я имею в виду… она доверяет тебе, марк, доверяет, как никому другому. и искренне желает, чтобы ты оставался рядом с ней. — сняв с рук жёлтую резину, Санс похлопал блондина по плечу — я надеюсь, что ты исполнишь её желание. мне не хочется просить тебя каждый раз оставаться здесь, это будет звучать слишком эгоистично, с моей стороны. но…мне бы очень хотелось сделать жизнь своей дочери счастливой. и думаю, с этой задачей ты справишься куда лучше меня. -Вы…правда так считайте? -я полностью уверен в этом. … За несколько дней до похорон… «Здравствуй, Чара. Я пишу тебе, потому что, хочу поведать трагическую новость. Фриск умерла. Знаю, возможно, ты сейчас прочитала и повержена в шок. Что произошло? Ну, если вкратце, то Эмили сильно повредила душу, и Фриск решила пожертвовать собой, никого об этом не предупредив. Санс пытался её спасти, но, похоже, не смог. Все мы сейчас…в хреновом состоянии, буду честна. Вся семья Дриммуров никак не может с этим смириться. Я подумала, что будет правильней пригласить тебя попрощаться с ней. Эй. Ещё я хотела попросить прощения, за своё отношение к тебе. Мне правда жаль. Адрес указан на другой стороне. Прости, что не уберегли её. С наилучшими пожеланиями, Андайн.» Слёзы струились рекой, капая на поверхность деревянного пола. Сжимая смятую записку и перечитывая каждый раз одну и ту же фразу: «Прости, что не уберегли её.», шатенка не могла взять себя в руки. Тело будто раскололи огромным молотком, как куски затвердевшего льда, и разбросали в разных частях света. Она не желала верить в происходящее. Дорогая подруга, с которой они переписывались всё это время, переживали собственное будущее, вливались в новую жизнь и строили счастье, больше никогда не улыбнётся ей и не скажет: «Всё будет хорошо! Мы справимся!». -Это…я не уберегла Фриск, потому что не была рядом…